Дверь позади меня бесшумно закрылась.
Большинство из тех, кто занимался, были примерно тридцати лет, самый старший, вероятно, выглядел примерно на пятьдесят, а самый младший был как минимум немного старше меня.
«Как всё прошло?» — с улыбкой спросил меня Восьмой Мастер.
Я не поняла, что он имел в виду своим вопросом, поэтому пробормотала: «Да».
«Я спрашиваю вас, что вы думаете об этом месте?»
Я кивнул: «Очень хорошо».
Мой взгляд скользнул по людям, тренирующимся в спарринге. Их движения были поразительно ловкими, их удары руками и ногами демонстрировали настоящее мастерство; они не просто показывали себя. Меня поразило, что почти половина из них, судя по их движениям, демонстрировала признаки военной подготовки.
После осмотра группы я убедился, что эти люди были довольно искусны... но лишь довольно искусны. Они не были мастерами. По крайней мере, среди них не было ни одного, подобного Цзинь Хэ.
Наконец, мой взгляд упал на угол, где мужчина в шортах и без рубашки, в боксерских перчатках и босиком, бил по груше с песком.
Мешок с песком висел вверх ногами, и он с громким глухим стуком бил по нему. Было очевидно, что движения мужчины были быстрыми и сильными; он явно обладал значительными боевыми навыками, умело используя удары кулаками, локтями, коленями и ногами в быстром темпе. Удары обрушивались на мешок с песком, как буря, вызывая плотный, оглушительный глухой стук…
Наконец, после бокового удара ногой, он слегка перевел дыхание, затем издал глубокий крик и нанес мощный удар задней рукой. Мешок с песком с громким стуком взмыл высоко в воздух, яростно раскачиваясь взад и вперед.
Восьмой Мастер, заметив, что я смотрю на молодого человека, с улыбкой сказал: «Он самый искусный молодой человек здесь. А вы что думаете?»
Я кивнул и прямо сказал: «Очень хорошо».
«Действительно, неплохо». Восьмой Мастер вдруг вздохнул. Он дотронулся рукой до носа, у которой осталось всего три пальца, и посетовал: «Жаль, что наше поколение стареет. Слишком мало молодых людей, готовых терпеть трудности. Я видел много молодых людей, которые считают себя очень умелыми, но большинство из них — всего лишь показуха, без содержания. Настоящие навыки развиваются упорным трудом и практикой. Как же молодые люди в наше время могут быть готовы терпеть трудности!» Он указал на молодого человека, тренирующегося с мешком с песком: «Он неплох, увы… но по сравнению с теми стариками из нашего поколения, ему еще чего-то не хватает…»
Я ничего не сказал.
Поскольку я был здесь новеньким и не был знаком с Восьмым Мастером, я не чувствовал себя комфортно, отвечая на его слова опрометчиво. Я просто стоял там, неловко слушая его.
Восьмой Мастер закрыл глаза и на мгновение задумался, затем открыл их и медленно посмотрел на меня, сказав: «Чэнь Ян, я понимаю, что ты только что сказал. Но попасть в эту сферу деятельности нельзя просто так, приняв решение! В этой индустрии нельзя зарабатывать на жизнь без навыков! Хотя тебя и представил Толстяк, мне, по крайней мере, нужно знать, какими навыками ты обладаешь. Если у тебя нет навыков, ты можешь заниматься только мелким бизнесом на улице. Услуги — это одно, но я не буду нарушать правила из-за услуг! Ты понимаешь?»
«Понимаю». Я кивнул. «Это справедливо... Мне нравится справедливость».
«Хорошо, тогда я больше ничего не буду объяснять». Восьмой Мастер оглядел меня с ног до головы. «Седьмой Брат только что сказал, что ты довольно искусен, и ты также сказал, что раньше у себя дома убивал десяток человек ножом». На его губах появилась легкая улыбка, но в ней читалась насмешка. «Я ничего этого не видел своими глазами, поэтому не могу сказать, верите вы мне или нет. Я видел, как люди убивали десяток человек, но это было много лет назад. Большинство молодых людей сейчас только говорят, но ничего не делают. Кроме того… это не Китай. Контроль над оружием в Северной Америке очень слабый; это совершенно другой мир по сравнению с Китаем! Даже если бы ты действительно мог убить десяток человек, у тебя здесь не было бы ни единого шанса. Если у кого-то есть АК-47, даже если бы ты был Брюсом Ли, это не имело бы значения».
«Я не умею обращаться с оружием, у меня никогда не было опыта работы с ним в Китае», — небрежно заметил я. «Но я довольно хорошо владею боевыми искусствами, тренируюсь уже десять лет».
«Все здесь тренировались», — спокойно сказал Восьмой Мастер. Он вдруг улыбнулся и указал на молодого человека, державшего мешок с песком: «Как вы думаете, как его навыки соотносятся с вашими?»
Я на мгновение заколебался.
Проблема остаётся той же: я здесь новичок, и мне нельзя быть слишком высокомерным. Немного подумав, я медленно произнёс: «Я… я тренируюсь иначе, чем он».
Восьмой Мастер улыбнулся. В его улыбке был более глубокий смысл. Однако я понял, что улыбка не означала обвинение в мой адрес; наоборот, она казалась довольной.
Затем он внезапно поднял руки и трижды хлопнул в ладоши.
Люди вокруг тут же прекратили свои дела и быстро собрались вокруг нас.
С этой точки зрения, я ценю это место ещё больше! По крайней мере, с тех пор, как мы с Восьмым Мастером сюда пришли, мы здесь уже довольно давно, и все были сосредоточены на тренировках, ни один человек на нас не взглянул. Только сейчас, по приказу Восьмого Мастера, все собрались.
По крайней мере, это создает впечатление, что они дисциплинированы, а не какая-то толпа.
«Ло, подойди сюда на секунду», — сказал Восьмой Мастер молодому человеку, который ранее бил по мешку с песком.
Этот парень выглядит очень высоким, вероятно, немного старше меня, но ненамного. Он довольно симпатичный, со светлой кожей, но при этом у него очень хорошо развита мускулатура.
Он стоял прямо перед этими людьми, его взгляд был холодным и безразличным, и лишь при взгляде на Восьмого Мастера выражение его лица становилось мягче.
«Пусть он воспользуется твоими боксёрскими перчатками», — сказал Восьмой Мастер, указывая на меня.
Молодой человек взглянул на меня, ничего не сказал и молча снял боксерские перчатки. Восьмой Мастер взял их и протянул мне, на его губах играла улыбка: «Хорошо, ты сказал, что твоя тренировка отличается от их. Давай посмотрим, как ты тренируешься».
Мне было немного неловко от того, что на меня так много людей смотрело, но я быстро взял боксерские перчатки, поставил сумку и снял пальто.
Я медленно подошёл к мешку с песком, и люди по обе стороны от меня тут же и осознанно расступились.
Я чувствовала, как парни позади меня смотрят на меня. Их взгляды были отнюдь не дружелюбными; напротив, в них чувствовалась враждебность.
Слова Восьмого Мастера, сказанные им только что, намеренно поставили меня в неловкое положение.
Я мгновенно принял решение.
Это не Китай; здесь сила говорит сама за себя! Сейчас не время для смирения... К тому же, я только что приехал, и если я сейчас не проявлю силу, меня, вероятно, будут презирать в будущем!
Я на мгновение задумался, и по какой-то причине повернулся, улыбнулся Мастеру Ба, а затем отбросил это в сторону, не надев боксерские перчатки.
Когда мой учитель обучал меня боевым искусствам, он долго колебался, прежде чем передать мне приём, называемый «Тяжёлый удар». Так называемый «Тяжёлый удар» — это смертельный приём! Он обладает огромной разрушительной силой, но, естественно, и сам удар очень тяжёлый.
Я никогда не знал, насколько хорошо освоил кунг-фу своего учителя, но знаю, что мне еще далеко до его совершенства. Помню, как он говорил, что, считая меня слишком импульсивным и нетерпеливым, он не планирует передавать мне многие из своих смертоносных техник. Он боялся, что если я их выучу, то могу потерять контроль и применить чрезмерную силу в драке, что приведет к неприятностям! Эти смертоносные техники, если их применить, могут убить или серьезно ранить человека!
В итоге мой учитель научил меня только одному мощному приёму. Он научил меня только этому приёму, потому что ценил мои годы упорного труда. Он также считал, что как самому молодому ученику было бы несправедливо не научить меня ни одному секретному приёму.
На самом деле, я знаю, что приём, которому меня научил мой учитель, относительно "мягкий". Мои старшие братья, напротив, освоили несколько действительно мощных приёмов, способных привести к смерти.
Под пристальным взглядом всех присутствующих я подошел к мешку с песком, осторожно обнял раскачивающийся мешок и закрепил его на месте, чтобы он больше не двигался.
Затем я сделала шаг назад, слегка раздвинула ноги, опустила талию, слегка пошевелила бедрами и громко выдохнула!
напиток!!
С криком я резко повернул корпус и нанес удар. Когда боксерские навыки оттачиваются до высокого уровня, удар на самом деле состоит не из силы рук, а из силы корпуса и ног, и сила всего тела используется для его нанесения!
Это смертоносный приём из боксёрского стиля, которому меня научил мой учитель! И тут я услышал хлопок!
С глухим стуком и тихими вздохами толпы мешок с песком резко дернулся от удара!
Мой удар был невероятно сильным, но мешок с песком почти не сдвинулся с места! Он даже не отклонился на треть от того положения, в котором его нанес тот молодой человек. Но как только я нанес удар, я тут же отступил назад, медленно сделав шаг назад…
На глазах у всех очевидцев мой кулак разорвал толстую кожаную оболочку мешка с песком! Образовалась большая рана, и песок с шумом высыпался наружу, засыпав землю в считанные мгновения!
"...Один удар...один удар разбил мешок с песком!"
Кто-то позади меня удивленно ахнул. Я обернулся и увидел на лицах тех же людей удивление, чего и ожидал. Мое выражение лица оставалось спокойным, когда я наклонился, поднял с земли боксерские перчатки и медленно подошел, чтобы вернуть их молодому человеку.
Он уставился прямо на меня, а затем внезапно выпалил фразу.
«Вы можете нанести такой сильный удар, не размявшись?»
Его слова тут же напомнили остальным, что усилило удивление на их лицах.
Любой, кто занимался боксом, знает, что для нанесения мощного удара требуется мастерство. Подробный статистический анализ показывает, что во всех профессиональных боксерских поединках боксеры редко нокаутируют своих противников мощным ударом в первом раунде.
Почему? Потому что в первом раунде боксеры проверяют друг друга на прочность, и, что более важно, разогревают свои тела и адаптируются к оптимальной форме, включая силу и скорость.
Перед тем как нанести самый мощный удар в наилучшей форме, необходимо разогреть тело!
Эта аналогия похожа на то, как в профессиональном баскетболе игрокам обычно приходится подождать несколько бросков, прежде чем они найдут свою лучшую технику.
Я использовал принципы китайских боевых искусств, мобилизуя силу всего тела при ударе. Моя талия и ноги одновременно прилагали усилие. Казалось, что я разнес боксерскую грушу вдребезги, но на самом деле это была сила всего моего тела.
Молодой человек уставился на меня, его взгляд уже не был холодным, а был полон страсти! Он медленно взял боксерские перчатки. Бросив на них взгляд, в его глазах внезапно мелькнуло странное выражение. Он небрежно бросил их на землю, стиснув зубы: «Я больше не буду их носить».
"Ха-ха-ха..." Восьмой Мастер, стоявший позади Наньчана, вдруг громко рассмеялся, подошел и нежно похлопал меня по плечу, улыбаясь и мягко говоря: "Маленький У. Твой бокс неплох, у тебя есть кое-какие навыки! Хм... Теперь я понимаю, почему Толстяк привел тебя сюда. Твой бокс очень хорош, я найду кого-нибудь, кто научит тебя обращаться с огнестрельным оружием, и в будущем ты станешь хорошим конем!"
Честно говоря, меня охватило чувство недоумения. Более того, в голове промелькнул намёк на...
Хм, нотка недовольства.
Прекрасная лошадь?
Я понимаю, это, вероятно, означает, что я буду очень хорошим исполнителем или очень хорошим лидером.
Но значит ли это, что я должен полагаться на кунг-фу, сражаться и бороться, и зарабатывать этим на жизнь?
В стране ситуация аналогичная, и за рубежом она по-прежнему такая же?
Я не показывал этого на лице. В конце концов, я был здесь новеньким и никого не знал, поэтому не мог ничего требовать. По крайней мере, сейчас это место предоставило мне жилье... а это было мне сейчас больше всего нужно.
Давайте сначала сосредоточимся на непосредственной ситуации.
Затем Восьмой Мастер нашел среди группы мужчину средних лет, который выглядел очень спокойным: «Найдите ему комнату». Потом он посмотрел на меня: «Маленький Пятый, пока оставайся здесь со мной».
Он не сказал, что произойдет в будущем. Я тоже не спросила, просто кивнула.
Меланхоличный мужчина средних лет с ангельским жестом руки, казалось, был лидером этой группы. Он был крупным, внушительным мужчиной, и его походка говорила о том, что он служил в армии. Он посмотрел на меня с оттенком восхищения и с улыбкой сказал: «Молодой человек, пойдемте со мной. Я найду вам место для ночлега… Силуо, он останется с вами».
Когда он крикнул, я услышал слегка удивленный голос: "Хм? Хорошо!"
Я мельком взглянул и, по какому совпадению, увидел этого совсем молодого человека. Он все еще безучастно смотрел на мешок с песком, который я разбил.
Мужчина средних лет немного подумал, затем усмехнулся и сказал: «Кстати, у вас есть какие-нибудь вопросы?»
Я почесал затылок и криво усмехнулся: «Ну... есть... когда же мы будем есть? Я умираю от голода. Честно говоря, я только что спрыгнул с корабля. Я добрался до берега всего два часа назад. Я дрейфовал в море больше полумесяца, а ноги у меня до сих пор слабые!»
Мои слова всех рассмешили.
Здесь царила приятная атмосфера; все эти мужчины были грубоватыми и шумными. После непродолжительной беседы и смеха они подошли поздороваться и пригласить меня присоединиться к ним. Восьмой Мастер, однако, уже ушел.
Я поздоровался с более чем дюжиной человек, но не мог вспомнить ни одного имени. Я помнил только имя молодого человека, который должен был жить со мной. Его звали Силуо, очень странное имя.
Наконец-то я смог поесть.
Большая миска риса, сверху два больших куска очень жирной тушеной свиной грудинки, в основном из жира и очень маслянистой. Один укус — и рот наполняется маслом, а зубы — ароматом мяса! Также есть несколько кусочков обжаренных зеленых овощей.
Рис был немного жестковат, а блюда — слегка пресноваты, но я ел их с большим удовольствием.
Я небрежно сел на пол рядом со спортзалом, держа в руках миску и палочки для еды, и принялся с аппетитом есть.
Во время еды у меня на глазах навернулись слезы.
Боже милостивый!
Я, Чэнь Ян, пил дождевую воду и наслаждался морским бризом в море, и бесчисленное количество раз думал, что умру. Теперь же я могу спокойно есть свой любимый белый рис и тушеную свинину...
Я не потратила ни единого зернышка риса в тарелке. После еды мне даже захотелось вылизать тарелку дочиста. Тарелка была безупречно чистой, ни единого зернышка риса не осталось.
Мужчина средних лет посмотрел на меня и невольно вздохнул: «Черт, вы выглядите довольно хрупкой, но едите как тигрица».
Я криво усмехнулся: «Я голодаю уже несколько дней, у меня совсем закончилась еда…» Затем, смущенный, я спросил: «Есть что-нибудь еще?»
«Вот и всё», — извиняющимся тоном сказал мужчина средних лет. — «На кухне ничего не осталось, и посуда ещё не приготовлена. Это то, что осталось от обеда. Возьмите это, чтобы утолить голод, а вечером я позабочусь о том, чтобы у вас был нормальный ужин!»
Я встала со смехом, вернула ему миску, похлопала себя по животу и вздохнула: «Ох, живот, никто из нас и представить себе не мог, что нам снова придётся есть рис!»
Мужчина средних лет выглядел озадаченным. Видя, что мое выражение эмоций не было притворным, он невольно нахмурился: «Неужели так сложно сбежать с корабля? На борту нечего есть?»
Я покачал головой: «Не знаю. Просто по пути я столкнулся с пиратами, потом сел в спасательную шлюпку и дрейфовал два или три дня, ничего не съев».
Раз уж зашла речь об этом, я подумал о Сяо Фэне... и, вспоминая эту странную женщину, невольно почувствовал укол грусти в сердце, и на мгновение мое лицо помрачнело.
Мужчина средних лет хотел задать еще вопросы. Приехал Сироини, уже собрав вещи. На нем был пиджак и брюки, а также униформа механика, но она была очень чистой: «Пойдем. Я отведу тебя в твою квартиру».
Я последовал за Силуо. Пройдя мимо гаража и выйдя на улицу, я понял, что эта автомастерская на самом деле принадлежит мастеру Ба.
Говорят, это крупнейшая в Ванкувере автомастерская, принадлежащая китайцам, и здесь каждый... «один из нас»!