Я никак не ожидал, что, войдя во внутреннюю секту, окажусь в одном районе с Чжан Цзыгу. Какой тесный мир!
«Старший брат Чжан, не вините меня за то, что я вам не напомнил, говорить об этом наедине можно, но никогда нельзя говорить об этом публично».
Чэнь Ху также был поражен слепой самоуверенностью Чжан Юня; в самом деле, новорожденный теленок не боится тигра.
Чтобы произвести сильное впечатление на Чжан Юня, Чэнь Ху продолжил объяснять: «Хотя старший брат Чжан Цзыгу с момента вступления в секту не стал учеником ни одного из мастеров высшего уровня или старейшин, его глубоко любят подавляющее большинство мастеров высшего уровня и старейшин».
«Как правило, куда бы ни захотел посетить старшие врата горы старший брат Чжан Цзыгу, он всегда оказывается почетным гостем, и даже мастера каждой вершины готовы лично его обучать».
«Можно сказать, что старший брат Чжан Цзыгу не принадлежит ни к какой секте, но он всё равно лучше того, кто её имеет».
«Ходят слухи, что его семья также была чрезвычайно влиятельной. Его дед был генералом, внесшим огромный вклад в империю Цинь, его отец занимал высокое положение при дворе, а его брат успешно прошел через Священные Врата и стал личным учеником одного из двенадцати мастеров залов Священных Врат. В то время он был невероятно популярен».
Слушая, как Чэнь Ху так подробно и непринужденно рассказывает эту историю, Чжан Юнь зевнул, возможно, потому что ему было не очень интересно или потому что он сегодня слишком устал. Он сказал: «Младший брат Чэнь, зачем ты мне все это рассказываешь? Какое мне дело до того, насколько могущественен Чжан Цзыгу?»
«Старший брат Чжан, вы… вздох…» — вежливо напомнил Чэнь Ху новоприбывшему Чжан Юню, но тот, похоже, не обратил на это внимания, отчего губы Чэнь Ху слегка дрогнули, и он замешкался с ответом.
Казалось, что опровергнуть слова Чжан Юня было совершенно нечему.
«Хм, похоже, здесь появились новые люди».
Как раз когда Чжан Юнь собирался прогнать болтливого Чэнь Ху, за дверью поднялась суматоха. Группа проходящих мимо учеников остановилась перед недавно перенесенным двором Чжан Юня, и Чжан Юнь слегка прищурился. Он примерно догадался, чьи это люди пришли.
«Приветствую тебя, старший брат Чжан!»
Чэнь Ху вздрогнул и выбежал за дверь, почтительно поклонившись человеку в начале толпы.
Группу возглавлял высокий, элегантный и необычный молодой человек в белом костюме.
Его глаза были подобны молнии, и казалось, одного взгляда было достаточно, чтобы по спине пробежали мурашки. От него постоянно исходила невидимая аура, словно он был прирожденным силачом.
В этот момент изящная и очаровательная молодая женщина нежно держала за запястье молодого человека в белом платье, ее глаза сияли от нежности к нему.
«Эй, новичок! Мне всё равно, насколько ты силён или каков твой авторитет, на территории моего молодого господина, даже если ты тигр, ты должен залечь на дно, и даже если ты дракон, ты должен свернуться клубком. Поторопись и выйди, чтобы отдать дань уважения молодому господину!»
Глубокий, суровый крик, словно приказ, раздался прямо в павильоне, где находился Чжан Юнь.
За молодым человеком в белом и миниатюрной девушкой стоял красивый молодой человек с необыкновенной аурой.
Однако он был готов стоять позади молодого человека в белом, что свидетельствует о статусе и влиянии этого молодого человека во внутренней части секты.
«Кто этот слепой дурак, который так шумит и нарушает мой покой и тишину?»
С чердака раздался недовольный голос, заставивший всех присутствующих замереть от удивления.
Давно я не встречал такого высокомерного и невежественного новичка...
"Чжан Юнь?" В глазах хрупкой юной девушки вспыхнул странный блеск, когда она увидела спокойную фигуру в белом, медленно выходящую из павильона, но она быстро все поняла.
Присутствие Чжан Юня, который формально так и не стал учеником, но уже был элитным студентом, не вызывает удивления.
«Ах, это же старшая сестра Юн? Я была невежлива».
Когда взгляд Чжан Юня упал на миниатюрную молодую женщину, он тут же улыбнулся и быстро шагнул вперед, чтобы поклониться, что вызвало недоуменные взгляды окружающих учеников.
Судя по всему, новоприбывший знаком с молодой госпожой?
Неудивительно, что он был таким высокомерным по прибытии; оказывается, его покровительницей является молодая любовница.
«Мэнди, ты его знаешь?» — равнодушно спросил юноша в белой одежде, его холодный взгляд скользнул по ней.
Если молодой человек перед нами действительно является родственником Юнь Мэнди, то мы можем не вспоминать о его прежней грубости.
«Это больше, чем просто знакомство друг с другом».
«Этот бесстыжий ублюдок, который в прошлый раз тайно подсыпал мне наркотики, это был он...»
Глаза Юнь Мэнди внезапно наполнились слезами, и ее заплаканный вид был поистине очаровательным.
«Это Чжан Юнь?»
Чжан Цзыгу перевел взгляд, его холодные, острые как бритва глаза внезапно остановились на Чжан Юне. В его темных глазах вспыхнула убийственная ярость, гнев вырвался наружу, словно вулкан, и выражения лиц его многочисленных последователей резко изменились.
Они давно не видели своего молодого господина таким разгневанным.
"Ах, малышка Гу Гу, ты должна заступиться за меня!" Подняв свои темные, прекрасные глаза, Юнь Мэнди указала на Чжан Юня, выглядя совершенно подавленной и трагически прекрасной.
------------
Глава 39. Убить тебя — это как убить собаку!
Увидев жалкого Юнь Мэнди с обиженным выражением лица, все присутствующие ученики пришли в ярость, и казалось, что в них вспыхнул гнев.
Даже взгляд Чэнь Ху, устремленный на Чжан Юня, постоянно менялся, и он быстро отошел подальше от него, словно никогда раньше его не встречал, не желая вмешиваться в борьбу между двумя сторонами.
В то же время он никак не ожидал, что Чжан Юнь окажется таким презренным человеком, настолько дерзким, что подсыпает снотворное женщине Чжан Цзыгу. Он действительно играл со смертью!
На этот раз я попал прямо под обстрел; я действительно обречен.
В глубине души Чэнь Ху уже молча оплакивал Чжан Юня.
«Чжан Юнь, ты презренный, бесстыдный и мерзкий негодяй! Как ты мог совершить такой гнусный поступок? Ты — раковая опухоль на теле секты!»
Один из лучших учеников сверкнул взглядом, его глаза буквально извергали огонь.
Он был по-настоящему взбешен и глубоко презирал Чжан Юня, этого презренного человека.
Даже он не мог смириться с презренным поведением Чжан Юня, не говоря уже о Чжан Цзыгу, человеке, причастном к этому делу.