Цинь Муге протянул руку, чтобы погладить её чёрные волосы. Чаоге спала довольно беспокойно, особенно когда находилась на руках у Цинь Муге. Она невольно ворочалась, а её нахмуренные брови напоминали сложенный пучок.
Чаоге почувствовала, что если она пролежат еще немного, то захочет спать до рассвета следующего дня. Поэтому ей пришлось сесть, чтобы проснуться. Но из-за того, что она двигалась слишком быстро, ее волосы словно застряли во что-то. Она потянулась и потрогала волосы, почувствовав, что если потянет сильнее, то вырвет несколько прядей.
?Запутались?. Голос Цинь Муге был полон смеха, когда он протянул руку и оторвал прядь волос, к счастью, всего несколько прядей.
Чаоге наклонила голову и уставилась на ее бесстрастное лицо. Увидев ее растерянный вид, Цинь Муге протянула руку и ущипнула ее за мягкую щеку. В ее глазах все еще сияла та же улыбка, и она была так ленива, что даже не хотела говорить ни слова. Поэтому она с беспокойством в глазах спросила, что случилось.
Неожиданно Чаоге протянула руку и прикрыла свои прекрасные глаза. Любой, кто увидел бы эти красные глаза, был бы очарован, и Чаоге не была исключением, но в тот момент она просто не хотела видеть её улыбку.
Остальные черты ее лица, даже при скрытых глазах, оставались такими же изысканными, как и прежде. Линии ее профиля были прекрасны, как картина. Чаоге наклонилась ближе к ее нежному лицу, слегка повернула голову и нежно коснулась ее влажных губ. Она лишь слегка потерла губы о ее губы, не позволяя ей увидеть свое выражение лица, слегка нахмуренные брови и неописуемую печаль в ее глазах.
Чаоге чувствовала, что понимает Цинь Муге все меньше и меньше, и это было не просто ее воображение. Она не знала, что произошло во время ее попыток догнать ее, но не могла придумать, как ее утешить, поэтому это было все, что она могла сделать.
Глаза Цинь Муге сияли, как персиковые лепестки, настолько прекрасны, что казалось, будто они лгут, и по какой-то причине Чаоге боялся встретиться с ними взглядом.
Цинь Муге был тронут. Его пальцы, лежавшие на кровати, дернулись, словно он хотел отдернуть руку Чаоге, но сдержался.
Редкую инициативу Чаоге нельзя было прерывать, как бы сильно ей ни хотелось что-то сказать. В глазах Цинь Муге мелькнула самоирония, но никто этого не заметил.
Высокомерная генеральша Цинь, обладавшая абсолютной властью в Бескристаллической Империи и галактике Красного Облака, отчаянно подавляла растущее в своем сердце сожаление. Она лично расставила огромную сеть, рассчитывая каждого, но забывая о собственных чувствах.
Впервые в жизни она даже почувствовала страх, страх, что пожалеет об этом.
С тех пор как они сошлись, поцелуй, переплетенный с самыми сложными эмоциями, длился нежно и тихо несколько минут.
Опустив руку, Чаоге снова расслабилась. Она повернулась и села на край кровати, чтобы надеть туфли. Наклонившись, чтобы завязать шнурки, она сказала: ?Я хочу попробовать твою стряпню!?
Цинь Муге тоже встала, ее тонкие, красивые пальцы поправили длинные волосы. Она надела свои безупречно белые военные сапоги, которые облегали ее стройные икры, делая ее длинные ноги настолько идеально пропорциональными, что отвести взгляд было невозможно. К счастью, с первого взгляда Чаоге поняла, что имеет дело с божественной фигурой, и мысль о том, что такая прекрасная женщина принадлежит ей, наполняла ее огромным удовлетворением.
Поскольку домашнее задание было выполнено, и к тому же были выходные, Чаоге спокойно приготовилась пойти и понаблюдать за тем, как она будет заниматься официальными делами во дворце.
Цинь Муге очаровательно улыбнулся и взял её за руку. ?Разве тебе не было любопытно, как я выглядела??
Как раз когда Чаоге подумала, что вот-вот скажет ей ответ, Цинь Муге моргнула правым глазом и медленно продолжила под ожидающим взглядом Чаоге: ?Я тебе не скажу?.
Изменения: ...
#Хотя я уже не в первый раз знаю, какая она ужасная, почему я всё ещё упорно надеюсь на неё?#
↑Короче говоря, это серия "Я такой глупый".
Выходя из общежития, Чаоге все еще размышляла, как объяснить внезапное появление этого парня в студенческом общежитии Военной академии Юаньду, учитывая его стандартную форму имперского генерала.
Сделав шаг, она оказалась в причудливом и фантастическом мире, словно попала в разрыв во времени и пространстве. Ей казалось, что если бы Цинь Муге не поддерживал её, она бы заблудилась в этом мире, полном разноцветных блоков вокруг.
"Что происходит..." Чаоге моргнула. В такие моменты ей казалось, что зрение — это наименее важная вещь, потому что она совершенно не могла определить направление и даже не знала, куда сделает следующий шаг.
Цинь Муге повернулся, чтобы посмотреть на неё. Для Чаоге в этот момент Цинь Муге был единственным настоящим человеком в мире. Его красные глаза отражали разные цвета, заставляя их сиять ещё ярче. Улыбка осталась неизменной, и он продолжил: ?Закрой глаза и пойди со мной?.
Дверь в нескольких комнатах от комнаты Чаоге бесшумно открылась. Сиконг Юфу, прислонившись к дверному косяку, скрестила руки и смотрела в сторону комнаты Чаоге, словно решив остаться в этом положении навсегда.
☆ Глава 44: Сорок четвертая оценка генерала Циня
Чаоге никогда не знал, что сеть ИИ может использоваться для пространственного позиционирования и телепортации. Ощущение возможности свободно перемещаться по миру было поистине... ужасающим.
Хотя Цинь Муге не видел выражения её лица, он уже предвидел её реакцию и, не поворачивая головы, сказал: ?Не стоит слишком много об этом думать. Не у всех есть такая власть?.
Это правда, но есть еще и вопрос разрешений.
Раз уж зашла речь о правах доступа, Чаоге вспомнила об этом. В прошлый раз Красная Шапочка вдруг сказала ей, что её нынешние права доступа находятся на том же уровне, что и у Цинь Муге, а это значит, что при желании ей будут доступны все записываемые данные Бескристаллической Империи.
История Янь Чен была в точности такой же, как и то, что ей рассказала Красная Шапочка. Однако, судя по интуиции Чао Гэ, если дело действительно было сложнее, чем она видела, то по-настоящему неизвестная часть должна была остаться в секрете.
Взаимодействие с генералом Цинем ничем не отличалось от обычного, пока во второй половине дня не произошло нечто неожиданное — планета вокруг Императорской звезды потеряла связь с главной звездой и была полностью уничтожена.
Флот, казалось, появился из ниоткуда позади звезды Тяньцзы. Никто не знал, как ему удалось обойти все разведывательные группы Красного Облака и бесшумно атаковать внешнюю зону обороны звезды Тяньцзы. Звезда Тяньцзы была окружена семью планетами, каждая из которых обеспечивала главную звезду энергией или продовольствием. На этих семи планетах также было размещено значительное количество военных объектов, используемых в качестве оборонительного периметра.
Даже в разгар войны в галактике Красное Облако никто не мог прорваться через эту неприступную стену. Теперь же обитатели туманности P4 не только обошли её с тыла, но и оккупировали планету!
Военные Звездной системы Красного Облака полностью заблокировали эту новость, и Цинь Муге узнал об этом раньше всех. Чаоге навсегда запомнит тот день, когда ее разбудили после дневного сна. Цинь Муге положил руки ей на плечи, его красные глаза приоткрылись от смеха, словно ничего серьезного не произошло. ?Дорогая, тебе следует вернуться в школу?.
Однако фоновым шумом для них двоих был звук тревоги первого уровня, который никогда прежде не звучал во дворце, а встречался лишь в учебниках.
Чаоге не помнила, как одевалась и надевала обувь, и как Цинь Муге отправил её в этот канал передачи информации. Инстинктивно она повернулась, чтобы потянуться к её руке, но лишь коснулась чёрной перчатки, промахнувшись мимо неё.
Она увидела, как Цинь Муге без колебаний повернулся и вышел на улицу; его высокая, стройная фигура в белой военной форме стала последним образом, который она увидела в тот месяц.
Даже выйдя из коридора и коснувшись пола общежития ботинками, она сохранила бесстрастное выражение лица. В следующую секунду раздался стук в дверь. Она очнулась от оцепенения, пошла открыть и увидела снаружи Сиконг Юфу. Замерев, увидев её повседневную одежду, она улыбнулась и сказала: ?Разве ты не видела объявление? Поторопись переоденься, в школе групповое собрание?.
[Военная академия Юаньду только что разослала уведомление на все терминалы студентов, требуя, чтобы они переоделись в военную форму и собрались в актовом зале через двадцать минут.] На самом деле, Красная Шапочка уже рассказала об этом Чаоге в коридоре, но Чаоге, казалось, была полностью погружена в свои мысли, поэтому Красной Шапочке пришлось напомнить ей еще раз.
Чаоге кивнула, давая понять, что поняла, закрыла дверь и вернулась в свою комнату в общежитии. Взяв школьную форму, она небрежно спросила Красную Шапочку: ?Как долго я там шла??
?Когда информационный канал нестабилен, время может отличаться от реальности. Вы шли пятнадцать минут, а здесь прошло уже два часа?, — методично ответила Красная Шапочка, её тон был несколько серьёзным.
Другими словами, за эти два часа все высшие эшелоны военной власти звезды Тяньцзы получили известие, и приказы были переданы на всех уровнях. Чаоге, всё ещё застёгивая свою военную форму, снова спросил Красную Шапочку: ?Правда ли, что одна из второстепенных планет звезды Тяньцзы оккупирована??
Даже зная, что Красная Шапочка воспользовалась своими привилегиями, чтобы соединить все сети на Тяньцзисине, Чаоге всё равно провела последнюю проверку.
Красная Шапочка очень хотела закатить глаза, слишком рассерженная, чтобы разговаривать с Чаоге. Чаоге кивнула про себя, показывая, что она все прекрасно понимает. Оставшись только с запонками, она взмахнула запястьем и за секунду одной рукой застегнула одну из них.
Следуя за Сиконгом Юфу до места проведения встречи, Чаоге поняла, что она сильно отличается от того, что она себе представляла, особенно по количеству участников. В Военной академии Юаньду не могло быть так много студентов; она огляделась и обнаружила, что все присутствующие — потомки видных военных семей.
Это, конечно же, включает в себя Янь Цзию и Янь Си.
Хотя места в огромном конференц-зале выбирали сами участники, казалось, что все проявляли самодисциплину и автоматически садились, начиная с самых дальних мест и заканчивая ближними, в соответствии с неким определенным порядком.
Янь Си и Янь Цзыюй сидели ближе всего к директору и трём главным семьям. После прибытия Сиконг Юфу и Чаоге они не проявили интереса к тому, чтобы пройти вперёд, и сели на самый край. В результате, те, кто вошёл позже, увидели места Янь Си и Янь Чаоге и начали тайно планировать свои дальнейшие действия.
Когда директор объявил новость, встревожившую Тяньцзисина, некоторые отреагировали удивлением, но подавляющее большинство отреагировало так, будто уже всё знало, и лишь ждало объяснений, зачем он на этот раз к ним обратился.
Семья занимает высокие должности в армии, поэтому такие ученики, естественно, выделяются в Юаньду. Здесь есть старосты классов и руководители малых групп, и дети, имеющие тесные связи с тремя основными военными семьями, естественно, получают определенные преференции, особенно учитывая их усердную учебу.
Причина, по которой директору пришлось лично вмешаться, заключалась в том, что вся армия и командующий подчиненной планеты были уничтожены, а союзные силы и армия туманности P4 на передовой уже столкнулись. Всего за час десятая часть войск погрузилась в хаос из-за паралича командования.
【Красная Шапочка.】 Странным тоном Чаоге обратился к одному искусственному интеллекту, который, казалось, притворялся мертвым.
Когда Красная Шапочка поняла, что попытки скрыть своё присутствие не работают, она смогла лишь возразить: ?Я… я… я лишь упомянула Тяньцзисину о сетевом соединении. Легион Альянса находится слишком далеко; это нормально, что я не могу подключиться к этому сообщению?.
?Значит, сообщения Легиона Альянса обошли обширную сеть Бескристаллической Империи и напрямую связались с мозговыми волнами генерала Циня?? — мысленно усмехнулся Чаоге и спросил.
Красная Шапочка: 【…Ты издеваешься надо мной.】
Да, есть возражения?
[Ты издеваешься надо мной! Как ты смеешь издеваться надо мной! Ты думаешь, я сейчас разобьюсь?] Красная Шапочка достала свой козырь.
Чаоге: ...Наличие такого упрямого сорванца, как Чжинао, очень выматывает.
Враг прервал связь армии с внешним миром, и её границы подверглись нападению. Некогда непобедимая империя Уцзин в этот момент превратилась в посмешище. Однако самое нелепое было не в этом.
Директор предложил, чтобы некоторые выпускники старших курсов могли сразу после окончания учебы поступить в армию, и все присутствующие согласились. Однако Янь Цзыюй и несколько директоров, принадлежащих к трем крупным семьям, предложили кандидатуры нескольких студентов, но никого из них в зале заседаний не было.
Они от всего сердца верили в непобедимость Бескристаллической Империи. Даже столкнувшись с крупнейшим поражением в истории, они всё ещё считали, что, отправив на смерть нескольких человек, командование в тылу непременно сможет стабилизировать ситуацию.
Чаоге внезапно почувствовала укол печали за Цинь Муге. Непобедимая легенда, которую она создала, человек, которого она так старательно защищала, — вот к чему это привело. Все эти диванные стратеги были невероятно компетентны, но они даже не смогли предвидеть величайший кризис в истории империи Уцзин.
Самое ужасное в войне — это то, что ты не знаешь, когда она начнётся. Ты мог планировать свою поездку ещё вчера вечером перед сном, а на следующий день тебя может разбудить пушечный выстрел, который перенесёт тебя из рая в ад.
Войны будущего, развязанные с использованием высоких технологий, будут еще более ужасающими, они будут происходить прямо в наших снах, бесшумно исчезая вместе со всей планетой в бескрайней Вселенной.
Чаоге наблюдала за ними, словно за живой, абсурдной драмой, но задавалась вопросом, не стала ли она сама посмешищем в глазах других людей. Подобно той древней истории, был человек, который каждый день смотрел на небо, гадая, не рухнет ли оно; последующие поколения назвали эту историю ?Человек Ци, который беспокоился о падении неба?.
Чаоге небрежно повернула голову и увидела, что лицо Сиконг Юфу было спокойным. Это спокойствие, казалось, выражало безразличие к ее делам, что делало ее еще более похожей на постороннюю особу, чем она была на самом деле.
Заметив её взгляд, Сиконг Юфу перевела глаза, слегка улыбнулась и ободряюще улыбнулась ей, словно разгадав её опасения.
Затем Чаоге посмотрел на директора и группу руководителей. В обсуждении также приняли участие Янь Си и Янь Цзыюй. Трудно было представить, что ученики школы могут участвовать в процессе планирования школьной жизни. Однако люди, участвовавшие в обсуждении, фактически определили судьбу другой группы людей.
Взгляд Янь Си внезапно переместился на Чаоге, в ее глазах появилась нотка самодовольства. Она заговорила: ?Чтобы доказать, насколько семья Янь ценит этот опыт, я предлагаю выбрать нашу Янь Чаоге. Я слышала, что она демонстрирует выдающиеся результаты в своей области. Как ее старшая сестра, я считаю, что эта возможность практической подготовки будет для нее очень полезна. Это также может в некоторой степени восполнить нехватку талантов на передовой империи. Чаоге, ты уверена в этом??
Взгляд Сиконг Юфу слегка мелькнул в сторону Янь Си, затем она равнодушно взглянула на Янь Цзыюй, сидевшую рядом, после чего спокойно отвела взгляд и сосредоточилась на спинке стула перед собой, словно только что проверила, кто выступает в роли представителя.
Янь Цзыюй внезапно почувствовала холодок и тут же посмотрела на Сиконг Юфу, подумав, что она не обидела старшую дочь семьи Си, так почему же ее взгляд был таким тревожным?
?Поверишь ли ты мне, если я скажу, что уверена, что смогу тебя здесь одолеть?? Взгляд Чаоге бесцельно блуждал, словно она совсем не расслышала её слов.
Янь Си сделал вид, что не видит её реакции, и уже собирался принять решение за неё, но как только она открыла рот, Чао Гэ внезапно сменила тему: ?У меня нет с этим проблем. Поскольку директор и руководство военной академии согласны с тем, что самое крупное поражение генерала Циня с момента его вступления в должность не является большой проблемой, я не против отправиться на передовую, чтобы увидеть мир в соответствии с мнением каждого?.
Эти слова были отнюдь не вежливы, а для некоторых даже содержали завуалированное оскорбление. Холодное отношение в семье Янь не научило её сдержанности, а, наоборот, сделало ещё более высокомерной, чем прежде.
?Вы хотите сказать, что, обладая знаниями первокурсника, вы хотите проанализировать текущую ситуацию на Тяньцзисине для преподавателей и студентов?? — крайне невежливо ответила Янь Си. Янь Цзыюй, сидевшая рядом с ней, выразила на лице то же самое. Они сидели так близко, что выглядели почти одинаково.
Чаоге, с другой стороны, занял позицию ?я здесь, чтобы преподать вам урок?, встал, заложив руки за спину, и серьезно изложил свою точку зрения. Проведя так много времени с Цинь Муге, он научился лишь притворству: ?С тех пор как система искусственного интеллекта Тяньцзисина стала все более совершенной, а собственная сила генерала Циня привела к тому, что жители Тяньцзисина развили слепую зависимость от системы и руководства страны, до такой степени, что даже когда другие нападают на их порог, они все еще погружены в мечту о том, чтобы империя была самой сильной. Самая большая проблема в том, что система управления так быстро парализовалась?.
Если ИИ на звезде Тяньцзы действительно всемогущ, как описано в книгах, то его терминал должен быть невосприимчив ко всем ядам. Нынешний паралич системы управления убедительно свидетельствует о новом типе вируса, способного угрожать ИИ. Я не понимаю, почему все так слепо ему доверяют. На мой взгляд, если Империя не сможет ответить на провокацию туманности P4 у своих границ, уничтожение всей системы Красного Облака — лишь вопрос времени.
Одной лишь мысли возникли вопросы о выживании галактики. Если бы Чаоге могла резюмировать свою тему списком табуированных слов, её слова сегодня были бы полностью подвергнуты цензуре. Она не только подвергла сомнению искусственный интеллект и систему власти, но и в некоторой степени выступила против государства и общества; её следует арестовать и использовать в качестве негативного примера.
Однако ни на одном из смарт-терминалов, включая всю систему видеонаблюдения конференц-зала Юаньду, не сработала сигнализация. Все остальные были ошеломлены ее дерзкими и необдуманными замечаниями, кроме Сиконг Юфу, которая подняла на нее взгляд, подперев подбородок рукой, прикоснувшись указательным пальцем к уголку глаза, и на ее губах появилась легкая улыбка.
Если бы здесь сидел более проницательный человек, он бы наверняка понял, что подразумевают слова Чаоге. Однако все эти коварные личности собрались на военном совещании, не забывая использовать любую возможность, чтобы нанести удар по своим противникам.
На губах Сиконг Юфу мелькнула легкая улыбка, смесь удивления и понимания. ?Дорогая Чаоге, она действительно доверила тебе высшую власть над всей звездой Тяньцзы. Такой щедрый дар, попавший мне в руки, как я мог отказаться??
☆ Глава 45: Сорок пятая оценка генерала Циня
Пока все еще пребывали в оцепенении, Сиконг Юфу спокойно встала, положив одну руку на подлокотник кресла. Она потянула Чаоге за рукав и вдруг, казалось, что-то вспомнила: ?Ах, извините, учителя и ученики. Из-за срочности собрания ее высокая температура, возможно, повлияла на работу мозга. Я отведу ее на обследование?.
Когда Чаоге повернула голову, на ее нежном лице отразилось: ?Что ты делаешь, принижаешь меня??, ее оттащила невероятная сила. Эта странная сила создавала впечатление, будто Чаоге последовала за ней, но только она знала, что ее силой принуждали.
Выйдя из конференц-зала, где даже воздух казался тошнотворным, Чаоге взмахнула руками и небрежно пожаловалась: ?Вы действительно сильные... Но вы так рано вышли? Вам нужно что-то сделать??
Сиконг Юфу, идущая впереди, внезапно прищурилась, остановилась, обернулась и посмотрела на нее с таким выражением лица, которое Чаоге не могла понять, и предложила: ?Пойдем в столовую пообедать?.
а?
Чаоге растерянно посмотрела на небо, затем окинула Сиконг Юфу взглядом с ног до головы. Спустя долгое время ей удалось выдавить из себя слова: "...На самом деле, это у тебя была температура, верно? Помню, ты не очень любил ходить в столовую".
Иногда Сиконг Юфу очень хотелось вскрыть свой мозг, чтобы посмотреть, что внутри — мозговое вещество или каша.
Она обнаружила всё, что нужно было обнаружить, но, похоже, упустила что-то, что должна была понять. Притворялась она или действительно была в замешательстве? Сиконг Юфу немного сомневался.
Она без колебаний встретила вопросительный взгляд Чаоге, а затем внезапно на её лице появилась та же самая, как всегда, улыбка. Её яркие глаза и белоснежные зубы особенно тепло сияли на солнце, а в них мелькнула лёгкая ирония: ?Как такое может быть? Я просто слишком ленива, чтобы идти в столовую Юаньду, ты же знаешь?.
Речь идёт об очаровательном щенке в её комнате в общежитии.
Чаоге внезапно осознала, что её память настолько ухудшилась, что даже такое милое создание не могло это скрыть. Немного смущённая, она подняла руку и откинула назад свои длинные, кудрявые волосы. Она моргнула, пытаясь выглядеть мило. В конце концов, было бы довольно бессердечно забыть о друзьях после того, как они провели вместе последние несколько дней.
Что ж, похоже, она действительно не притворялась; она была искренне наивна. Сиконг Юфу долго смотрел на её выражение лица, впервые почувствовав беспомощность. Однако… её возвращение было неизбежным, и время истекало.