Однако он выглядел совершенно безразличным, даже изобразив презрительную и холодную улыбку, поскольку считал, что Го И просто не в состоянии продолжить встречу и что в конечном итоге она вернется под его контроль.
Он уже несколько раз становился свидетелем подобной сцены. Го И пыталась сама председательствовать на собрании, но почти каждый раз в итоге решение приходилось принимать Линь Цифэну. Поэтому вполне естественно, что у Линь Цифэна возникла такая мысль.
Встреча шла полным ходом, но с течением времени Линь Цифэн становился все более беспокойным.
Он заметил, что Го И, несмотря на некоторую неопытность в председательствовании на совещании, справлялся со всем с удивительной ясностью. Более того, содержание совещания было полностью сосредоточено на нерешенных вопросах, которые он ранее выявил, включая многие, которые он сам еще не обнаружил.
Более того, методы и подходы Го И ни в коем случае не уступали его методам, а были даже более совершенными.
Эта перемена явно озадачила Линь Цифэна, а Го И, намеренно или нет, сознательно игнорировал его, относясь к этому обычно невероятно влиятельному вице-президенту не более чем как к украшению.
В отличие от Линь Цифэна, те руководители и директора, которые изначально относились к Го И свысока, испытывали чувство недоверия. По мере того как встреча продолжалась, их взгляды по отношению к Го И изменились, и они стали проявлять еще больше уважения.
Вернее, даже Ду Чэн был несколько удивлен.
Потому что он видел, что Го И быстро развивается, переходя от первоначальной неуклюжести к последующему профессионализму, и Го И начинал проявлять качества настоящего генерального директора крупной компании.
Конечно, Ду Чэн также видел, что, хотя Го И внешне казалась очень спокойной, внутри она была очень взволнована.
С его ракурса он мог видеть длинные, стройные ноги Го И, плотно прижатые друг к другу, пятки которой отрывались от земли почти на два сантиметра — создавалось впечатление, что она находится в тесном пространстве.
Ду Чэн не ошибся; Го И действительно был очень взволнован в тот момент.
Вчера вечером она тщательно подготовилась к этой встрече, а вернувшись в свою комнату, внимательно изучила сегодняшнее заседание, тщательно обдумав предложения Ду Чэна по решению каждого вопроса. Хотя объяснения Ду Чэна были очень простыми, благодаря его руководству Го И смогла быстро решить возникшие проблемы.
Можно с уверенностью сказать, что даже во сне прошлой ночью Го И думала о сегодняшней встрече.
Ее усердная работа и усилия в последние несколько дней не прошли даром, и встреча прошла очень успешно. Даже самый важный вопрос, касающийся рабочей нагрузки, на который указала Ду Чэн, был решен и урегулирован в ходе обсуждений с высшим руководством и директорами.
Линь Цифэн был несколько озадачен, увидев, как помощница Го И закрыла в руке большую стопку документов, связанных с совещанием.
Даже если бы он председательствовал на этом совещании, оно все равно не было бы намного лучше, чем у Го И, особенно в отношении проблемы с рабочей нагрузкой. Он уже заметил это и предложил решение, но обнаружил, что Го И не только решил проблему, но и провел мозговой штурм и нашел более совершенное решение.
Это удивило Линь Цифэна, поскольку означало, что Го И начал подрывать его авторитет. Как и на этой встрече, он, отставной император, стал совершенно чужаком.
Однако, как раз когда Линь Цифэн подумал, что совещание подходит к концу, Го И внезапно перевела на него взгляд и сказала: «Президент Линь, вы опоздали на сегодняшнее совещание на тринадцать минут. Надеюсь, вы сможете дать мне разумное объяснение».
В этот момент взгляд Го И внезапно стал жестким, и в его глазах появился властный оттенок.
"Я……"
Линь Цифэн хотел объяснить, но не смог.
Вопрос Го И прозвучал слишком неожиданно, не дав ему времени подготовиться. Он сам и представить не мог, что Го И в конце встречи устроит ему скандал.
В частности, серьезный взгляд Го И вызвал у него те же чувства, что и при встрече с Чэн Танье.
Внизу почти все высокопоставленные руководители и начальники отделов не сводили глаз с лица Линь Цифэна, ожидая его ответа.
Увидев это, в глазах Ду Чэна мелькнуло восхищение.
Го И очень быстро усвоил урок; он лишь вскользь упомянул об этом вчера вечером, но она так быстро всё поняла.
Если бы Го И задала Линь Цифэну подобные вопросы в самом начале, это не только не возымело бы никакого эффекта, но и, вероятно, подорвало бы её собственный авторитет.
Но сейчас ситуация иная.
Благодаря этой встрече Го И, несомненно, укрепила свой авторитет и имидж в глазах высокопоставленных руководителей и начальников отделов. Хотя он и не был очень сильным, по крайней мере, никто не осмеливался недооценивать её.
Поэтому, если она начнет атаку в это время, это, естественно, принесет наилучший результат.
Это открытие вызвало улыбку на лице Ду Чэна, потому что он понял, что если Го И повзрослеет, она, вероятно, будет не менее способна, чем Гу Цзяи и остальные. В тот момент он мог с уверенностью доверить Го И управление компанией Taiyuan Kaijing Energy.
На самом деле Линь Цифэн действительно был запуган Го И.
После нескольких слов Линь Цифэн долгое время не мог придумать убедительного оправдания.
В других местах ему бы легко сошло с рук простое заявление о том, что у него есть клиент, с которым нужно обсудить дела. Однако в компании Taiyuan Kaijing Energy обсуждать дела было нечего, поскольку деятельность компании временно была сосредоточена на обслуживании только трех объектов, и это была единственная область, не находящаяся под его управлением.
Увидев Линь Цифэна в таком состоянии, Го И почувствовала огромное облегчение. В конце концов, она много страдала от рук Линь Цифэна за эти годы. Однако всему есть предел, и Го И не стала слишком давить. Вместо этого она сказала: «Уважаемый председатель Линь, я не хочу, чтобы кто-либо опоздал на следующее заседание хотя бы на полминуты. Хорошо, заседание закрыто».
Хотя эта встреча и прошла успешно, в конце концов, это была всего лишь одна встреча. Она еще не успела закрепить свой авторитет в сознании руководителей высшего звена и глав отделов. В таких обстоятельствах чрезмерное давление на нее, очевидно, не пошло бы на пользу, поскольку это легко могло бы создать впечатление мелочной личности, добившейся успеха.
Закончив говорить, она встала и вышла на улицу.
Ду Чэн не стал задерживаться и последовал за Го И из конференц-зала.
Вернувшись в свой кабинет, Го И выпила несколько чашек чая. Она была так взволнована и нервничала во время совещания, что забыла дотронуться до своей чашки. Теперь, когда она перестала пить, ей, естественно, очень хотелось пить.
Она выпила эти чашки чая и почувствовала огромное облегчение. Она провела здесь так много времени, и сегодняшний день был для неё самым приятным.
Увидев действия Го И, улыбка Ду Чэна стала шире.
«Ду Чэн, спасибо».
Успокоившись, Го Ипин поблагодарил Ду Чэна, который уже сидел на диване.
Ду Чэн слегка улыбнулся и сказал: «Это результат твоей собственной работы, так что тебе не нужно меня благодарить. Кроме того, ты мне помогаешь, и моя обязанность — совершенствовать твои навыки».
Услышав слова Ду Чэна, Го И твердо заявил: «Не волнуйтесь, я, Го И, никогда не нарушу своего обещания. Я обязательно сделаю все возможное».
Том 3, Империя в моем сердце, Глава 834: Оружие убийства
В тот же день после окончания первого заседания Го И созвал еще одно совещание.
В отличие от утреннего совещания, дневное совещание было в основном посвящено кадровым изменениям. Ду Чэн, используя свои наблюдения за каждым из руководителей высшего звена во время утреннего совещания, побудил Го И внести небольшие изменения в управление компанией.
Можно сказать, что Ду Чэн проводил с Го И почти всё своё время, с утра до вечера.
Всякий раз, когда у Го И появлялось свободное время, она начинала учиться, и Ду Чэн усердно ей помогал.
Весь процесс обучения продолжался до полуночи и позже. Даже Ду Чэн был несколько удивлен неутомимым стремлением Го Ины к знаниям.
Помимо знаний в различных областях, таких как управление бизнесом, Ду Чэну также нужно было научить Го И одной вещи: как готовить лапшу.
"Сначала взбейте яйцо до полной готовности, затем перемешайте вот так..."
На кухне Ду Чэн учил Го И жарить яйца и лично демонстрировал ей этот процесс.
«Эм.»
Го И ответила тихо, очень внимательно наблюдая со стороны.
Взбив яйца, Ду Чэн отставил миску и палочки для еды в сторону, затем вылил несколько бутылок растительного масла, говоря при этом: «После взбивания яиц можно сначала налить масло в сковороду. Запомните, лучше всего вытереть сковороду насухо перед тем, как наливать масло. Если внутри есть влага или пятна от воды, масло будет разбрызгиваться после закипания. В качестве альтернативы, добавление соли также может предотвратить разбрызгивание масла…»
Ду Чэн не просто преподал простой урок; он также поделился некоторыми элементарными соображениями здравого смысла, поскольку ожоги от жареной пищи могут быть довольно болезненными.
"ой."
Го И снова ответил; в этом отношении ему оставалось лишь наблюдать.
"Сначала выньте яйца, добавьте немного воды, а затем..."
Затем Ду Чэн продемонстрировал Го И каждый шаг. К тому времени, как он закончил обучение, дымящаяся миска лапши была готова.
Отложив лапшу в сторону, Ду Чэн сказал Го И: «Ты всё вспомнил? Если да, то приготовь её сам, следуя шагам, которым я тебя научил».
«Я их все запомнил».
Го И слегка кивнула. У нее была превосходная память, поэтому она так быстро училась. Даже статью объемом в три тысячи слов нужно было прочитать всего несколько раз, чтобы запомнить. Поэтому ей было совершенно естественно не вспомнить такие простые шаги.
«Начнём». Ду Чэн почти ничего не сказал, просто отошёл в сторону, уступив место Го И, а сам стоял в стороне, наблюдая за началом выступления Го И.
Сначала Го И вымыла кастрюлю, затем вытерла ее насухо чистой тряпкой. После этого, следуя указаниям Ду Чэна, она помешивала яйца и налила масло в кастрюлю.
Она учится довольно быстро, и, по крайней мере, у неё это неплохо получается.
Когда масло нагрелось, Го И вылила яйца из миски на сковороду. Взбитые яйца быстро приняли нужную форму. Го И мысленно отсчитала время. Она вспомнила, что Ду Чэн перевернул яйцо, когда дошло до шести. Поэтому, мысленно досчитав до шести, она взяла лопатку сбоку и приготовилась перевернуть яйцо.
"и т. д."
Видя, как быстро учится Го И, Ду Чэн немного расслабился. Однако, как только Го И положил лопатку на сковороду, чтобы перевернуть омлет, Ду Чэн прищурился, внезапно протянул руку и схватил Го И за руку, сказав: «На лопатке вода; масло разбрызгается».
Услышав слова Ду Чэна, Го И кое-что понял и сказал: «Ах, я забыл помыть лопатку».
Однако, как только она закончила говорить, красивое лицо Го И слегка покраснело.
Поскольку в тот момент Ду Чэн держал её маленькую ручку, тёплое чувство заставило сердце Го И затрепетать, как у стада оленей, и её сердцебиение участилось.
Особенно между ладонями Ду Чэна. Словно между ними пробежал невидимый электрический ток, и покалывание быстро распространилось по всему ее телу.
Сначала Ду Чэн был озадачен, но потом понял, что происходит.
Кожа мягкая и гладкая на ощупь. Маленькие ручки Го И очень красивые, белые, как нефрит, и невероятно мягкие. Особенно, когда держишь их в руке, эта мягкость заставляет хотеть держать их долгое время.
Хотя это и доставляло удовольствие, Ду Чэн тут же отпустил его. Он хотел лишь остановить Го И и особо об этом не задумывался.
Увидев, как Ду Чэн отпустил её руку, Го И почему-то почувствовала лёгкое чувство утраты. Однако это чувство было настолько едва уловимым, что сама Го И даже не осознала его.
«Яйца сгорят».
В тот самый момент, когда Го И погрузился в свои мысли, снова раздался голос Ду Чэна.
"ах."
Услышав слова Ду Чэна, Го И внезапно пришла в себя и подсознательно потянулась лопаткой к кастрюле. Однако она остановилась на полпути, потому что пятна от воды на лопатке не были вытерты.
Ду Чэн был готов; когда Го И отдернула руку, он протянул ей полотенце, которое взял в руки.
Однако к тому времени, как Го И вытер пятна от воды, яйца на сковороде уже начали подгорать.
Следующие шаги не требовали особого внимания. Через несколько минут первая порция лапши Го И была готова. Однако по цвету, аромату и вкусу она значительно отличалась от лапши Ду Чэна.
Однако для Го И, который готовил лапшу впервые, это было довольно вкусно; по крайней мере, в тот момент Го И был очень взволнован.
В этот момент Ду Чэн также исполнил свой мужской долг. Он протянул Го И свою миску с лапшой и сказал: «Го И, я дам тебе эту миску».
Сначала Го И хотела отказаться, зная, что Ду Чэн желает ей добра, но она впервые готовила что-то подобное. Конечно, ей хотелось попробовать плоды своего труда.
Однако, несмотря на первоначальное желание отказаться, в конце концов она приняла предложение Ду Чэна и, взяв у него миску с лапшой, сказала: «Спасибо».
Ду Чэн ничего не сказал. Взяв миску лапши Го И, он направился прямо к обеденному столу.
Наблюдая за тем, как Ду Чэн ест лапшу, прекрасные глаза Го И слегка растерялись, а затем ее милое лицо внезапно слегка покраснело.
«Он был первым мужчиной, который попробовал приготовленную мной лапшу...»
Ночной клуб «Хао Чэн», очень известный в Шэньчжэне, провинция Гуандун, работал дольше часа ночи. Когда поток посетителей немного снизился, из клуба вышла группа примерно из десяти человек.
Впереди шел слегка полноватый мужчина средних лет в элегантном костюме. Он казался весьма приветливым, болтал и смеялся, держа на руках привлекательную женщину. Однако многие в криминальном мире знали, что этот мужчина средних лет — Ли Дунсян, главарь банды Сяндун, известный своей безжалостностью.