Хотя в центре внимания находятся богатые люди, они понимают, что, несмотря на то, что такие семьи, как Вэй и Ли, намного менее состоятельны, чем они, их богатство может исчезнуть в одно мгновение от одного их действия. Они также понимают принцип: чиновники и бизнесмены взаимозависимы. Чиновники не могут обойтись без бизнесменов, а бизнесмены не могут обойтись без чиновников, но чиновники важнее бизнесменов. Иными словами, бизнесмены полностью зависят от чиновников, в то время как чиновники, хотя и зависят от бизнесменов, не полностью. В конечном итоге, бизнесмены — всего лишь разменная монета для чиновников в достижении политических целей. У каждого императора свой набор чиновников, и у каждого бывают взлеты и падения.
Родители Чжоу Сюаня были обычными людьми, поэтому их реакция была далеко не такой сенсационной, как у семьи Фу. Когда семью Фу узнали, весь зал погрузился в хаос, словно кипящий котел.
Том 1, Глава 435: Вы готовы?
Глава 435. Вы готовы?
Хуан Цзе на мгновение опешился, но тут же понял, что он всё ещё ведущий свадебной церемонии, поэтому быстро взглянул на бумагу и прочитал вслух: «Далее позвольте представить родственников и гостей жениха и невесты. Родственники жениха со стороны жены, господин Ли Лэй и господин Ли Юаньху, крёстный отец невесты, господин Вэй Хайхэ, и господин Вэй Санхуай, господин Вэй Хайфэн и господин Вэй Хайхун. Давайте поприветствуем их бурными аплодисментами».
Хуан Цзе обильно потел, читая имена вслух. К счастью, он не вел себя высокомерно и не выставлял себя напоказ, как важная персона. Уже от одного упоминания имен пришедших людей его охватывал страх, не говоря уже о том, чтобы думать о них в подробностях.
У Хуан Цзе могут быть некоторые сомнения относительно личности Фу Тяньлая, но он хорошо знаком с именами семей Вэй и Ли. Будучи журналистом, он долгое время имел дело с отечественными и зарубежными знаменитостями, а семьи Вэй и Ли — это фигуры, находящиеся на вершине власти. Он знаком с их именами и внешностью. Хотя он видел их нечасто, он их знает.
А посмотрите на людей, стоящих сейчас в первом ряду, это точно они.
Неудивительно, что у Чжоу Сюаня была такая внушительная свита; оказывается, за ним стояли эти люди. Если бы мероприятие было масштабнее, это не было бы удивительно.
Как только Хуан Цзе закончил читать, в зале снова раздались восторженные аплодисменты. Многие из гостей были поражены. Легендарные личности, такие как старик и старик Ли, были редкостью даже в новостях. Куда бы они ни пошли, казалось, будто их предки возжигали благовония на своих родовых могилах. Из этого можно было представить, насколько безупречным было лицо Чжоу Сюаня на его свадьбе.
Эти двое пожилых людей – фигуры, которых даже богатые и влиятельные люди, возможно, не смогли бы пригласить. А секретарь Вэй Хайхэ, генерал Вэй Хайфэн и генерал Ли Лэй – высокопоставленные военные деятели, плюс секретарь Пекинского городского комитета партии. Трудно представить себе подобную картину, когда все эти люди собираются вместе.
Обычно на свадьбах или банкетах присутствие высокопоставленного чиновника, занимающего высокое положение в ведомстве или министерстве, создает впечатление, будто это самые могущественные люди в мире. Но сегодня чиновники такого уровня не смели произнести ни слова. Помимо аплодисментов и улыбок, у них не было возможности высказаться или даже что-либо сказать.
Больше всего выделялся Фу Юаньшань. Логично предположить, что на должности заместителя директора он был здесь никому не известен. Однако он был представителем Чжоу Сюаня и заместителем командующего свадебной процессией. Его партнерство с Ли Лэем заставило многих взглянуть на него по-новому и подумать, что в будущем им стоит попытаться наладить отношения с Фу Юаньшанем.
Если вы хотите наладить отношения с кем-то на более высокой должности, вам нужно начать с контактов с людьми на более низких или средних уровнях. Если вы попытаетесь поговорить с кем-то на более высокой должности напрямую, вас даже не послушают, и вы только выставите себя на посмешище.
После того, как аплодисменты стихли, Хуан Цзе стал гораздо более уважительным и полностью отбросил свою надменность. Он больше не осмеливался делать необдуманные предположения о Чжоу Сюане. Казалось, Чжоу Сюань оказался не таким, каким он его себе представлял, не просто чистым нуворишем. Его происхождение было весьма впечатляющим. Если бы он был всего лишь нуворишем, как могли семьи Вэй и Ли так хорошо и ответственно относиться к такой семье?
После того как шум и аплодисменты толпы полностью стихли, женщина из Тайчуна встала со своего места и спросила: «Хочу спросить, является ли невеста, госпожа Фу, родственницей господина Фу Тяньлая, того самого господина Фу Тяньлая из нью-йоркской семьи Фу, который также является самым богатым китайцем в стране?»
Сказав это, женщина добавила: «Здравствуйте, я репортер из газеты «Пекин Дейли»».
Это вопрос, который интересует большинство людей, но я не ожидал, что его задаст журналист.
Фу Тяньлай встал и улыбнулся: «Да, я Фу Тяньлай из семьи Фу в Нью-Йорке. Сегодня знаменательный день свадьбы моей внучки Фу Ин и Чжоу Сюаня. Я также хотел бы воспользоваться этой возможностью, чтобы объявить отечественной прессе, что на самом деле я уже объявлял об этом в прошлом году на банкете по случаю помолвки моей внучки Инъин с Чжоу Сюанем. Я объявил, что 70% акций семьи Фу были переведены на имя Чжоу Сюаня. Однако тогда существовало ограничение: хотя эти акции были переведены на имя Чжоу Сюаня, Чжоу Сюань сможет участвовать в управлении только после женитьбы на Инъин. Сегодня я объявляю, что с сегодняшнего дня Чжоу Сюань является владельцем 70% акций семьи Фу».
"Вжик..."
"ой……"
Раздался возглас изумления. Семьдесят процентов состояния семьи Фу, богатой китайской семьи, — это была ошеломляющая сумма, о которой даже трудно было подумать. И все же Фу Тяньлай раскрыл, что владельцем всех семидесяти процентов активов является не кто иной, как Чжоу Сюань, муж его внучки.
Хотя Фу Ин — единственная внучка семьи Фу и фактическая наследница имущества, Фу Тяньлай всё ещё жив и руководит компанией. Между тем, отец Фу Ин, сын Фу Тяньлая, Фу Цзюэ, всё ещё находится в расцвете сил. Действительно странно, что Фу Тяньлай перевёл почти всё своё имущество на имя Чжоу Сюаня.
Даже если бы передача права собственности состоялась, она должна была бы перейти к Фу Ину, но она была переоформлена на имя Чжоу Сюаня, что вызывает недоумение у посторонних. Однако, поскольку члены семьи Фу не возражают, посторонние, естественно, не знают подробностей дела; они могут лишь испытывать зависть.
Удача Чжоу Сюаня, женившегося на такой прекрасной невесте, уже сама по себе вызывала зависть, но никто не ожидал, что вместе с красотой невесты он получит и огромное состояние.
Хуан Цзе был по-настоящему ошеломлен. Он всегда думал, что Фу Ин — всего лишь девушка из бедной семьи, или, может быть, из обычной, вышедшая замуж за Чжоу Сюаня только из-за богатства и положения его семьи. Он никогда не предполагал, что богатство Фу Ин намного превосходит богатство Чжоу Сюаня. Похоже, он действительно не задумывался, не понимал и не предвидел этого.
В глазах Хуан Цзе и большинства людей того времени Чжоу Сюань был загадкой, таинственной фигурой. С одной стороны, он имел тесные связи с влиятельными семьями, такими как семьи Вэй и Ли, а с другой стороны, его невеста была настолько богата, что принадлежала к самой богатой семье в мире, намного превосходящей средний уровень благосостояния большинства семей.
Семья Фу по-прежнему владеет 30% акций. Фу Тяньлай оставил 10% своей второй дочери, Фу Чжэн, которая также является матерью Ли Цзюньцзе. Старшая дочь Фу Тяньлая также оставила 10%, но Фу Тяньлай отменил свое решение и временно контролирует 10% акций. Оставшиеся 10% находятся в руках отца Фу Ина, Фу Цзюэ. Фактически, в итоге еще 20% акций перейдут в руки Фу Ина. Не имеет значения, перейдут ли акции Фу Ина в руки Чжоу Сюаня или нет.
В этот момент репортер снова спросил: «Я хотел бы спросить господина Фу, поскольку вы передали 70% акций семьи Фу господину Чжоу Сюаню, подумали ли вы о том, как господин Чжоу будет распоряжаться ими и использовать их в будущем?»
Фу Тяньлай улыбнулся и сказал: «Я старею. Отныне ответственность за семью Фу ляжет на мою внучку и зятя. Как поступит с Чжоу Сюанем — это его дело. Надеюсь, он сможет взять на себя эту ответственность как можно скорее. Чем скорее я смогу насладиться пенсией, тем лучше. Когда я состарюсь, я просто хочу спокойно сидеть дома и отдыхать, а внучке помогать с детьми, хе-хе».
Смысл слов Фу Тяньлая был ясен: активы семьи Фу были переданы Чжоу Сюаню, и то, как он ими распорядится — продаст ли он их или раздаст — было исключительно его делом. Фу Тяньлай никогда не стал бы вмешиваться. Это означало, что он полностью доверяет судьбу семьи Фу Чжоу Сюаню. Он никогда бы этого не сделал, если бы не испытывал к нему абсолютного доверия.
Присутствующие в зале были еще больше поражены. Как говорится, лицо человека можно узнать, но не его сердце. В богатых семьях контроль над активами является первостепенной задачей и важнейшим делом. Если все члены семьи не умерли, зачем им переводить активы посторонним? Даже если бы они это сделали, разве все они не должны быть оформлены на имя Фу Ина?
Конечно, посторонние не поняли бы мыслей Фу Тяньлая и семьи Фу. Только члены их собственной семьи знали, насколько важен для них Чжоу Сюань. Более того, и Фу Тяньлай, и его сын понимали, что Чжоу Сюань никогда не станет желать наследства семьи Фу. Даже если бы акции семьи Фу были переведены на имя Чжоу Сюаня, тот не прикоснулся бы ни к одной копейке. Они очень хорошо знали характер Чжоу Сюаня. Он был крайне равнодушен к деньгам и больше всего ценил свои отношения с Инъин. Если говорить о деньгах, то Чжоу Сюань в какой-то момент обязательно превзойдёт богатство семьи Фу.
Семья Фу понимает этот принцип. Их цель — связать Чжоу Сюаня со своими интересами. Если семья Фу окажется в беде, как Чжоу Сюань сможет оставаться безучастным?
Учитывая способности Чжоу Сюаня и его нынешнее положение, он сам является своей собственностью, которую никогда не сможет исчерпать при жизни. Так зачем ему тогда использовать имущество семьи Фу Ина?
Как и большинство людей, Хуан Цзе не понимал причин этого. Он испытывал лишь огромную зависть к Чжоу Сюаню. Достичь чего-то подобного в жизни — это же мечта, ставшая явью, не так ли?
Увидев, как Чжоу Сюань медленно ведет Фу Ина к сцене, Хуан Цзе быстро взял себя в руки, слегка кашлянул, чтобы прочистить горло, и затем низким голосом произнес: «Сегодня, в этот знаменательный день, в присутствии семьи, друзей, коллег, руководителей и многочисленных гостей этой молодоженов, я хотел бы от имени пары тепло поприветствовать их и выразить им свою сердечную благодарность».
«Официально свадебная церемония начинается», — объявил Хуан Цзе под торжественный свадебный марш. «Прежде всего, у меня к молодоженам серьезный и торжественный вопрос. Пожалуйста, ответьте на него. Жених, пожалуйста, подойдите и положите правую руку на грудь. Пожалуйста, внимательно выслушайте мой вопрос».
Хуан Цзе наблюдал, как Чжоу Сюань шагнул вперед, его лицо выражало волнение. Он положил правую руку на левую грудь и пристально смотрел на него.
Хуан Цзе кивнул и сказал: «Господин Чжоу Сюань, вы готовы жениться на госпоже Фу Ин, всегда уважать, любить и защищать её, состариться вместе с ней и провести с ней всю жизнь?»
Чжоу Сюань глубоко вздохнул и ответил, слово за словом, с убеждением: «Я готов».
Любой мог заметить искренность и подлинность Чжоу Сюаня.
Хуан Цзе кивнул, затем перевел взгляд на Фу Ин, прекрасную, словно фея, и спросил: «Госпожа Фу Ин, не могли бы вы тоже подойти?»
Лицо Фу Ин побледнело, но она все же сделала небольшой шаг и подошла, чтобы встать рядом с Чжоу Сюанем.
«Пожалуйста, выслушайте и мой вопрос, госпожа Фу Ин. Готовы ли вы выйти замуж за господина Чжоу Сюаня, любить и уважать его вечно, в болезни и здравии, в бедности и богатстве, остаться вместе до конца и провести с ним всю свою жизнь?»
...
Время словно остановилось.
В этот момент Фу Ин внезапно замерла, и все, кто находился под сценой, включая семью Фу Ин, забеспокоились, гадая, почему она остановилась именно сейчас. Может, она слишком взволнована?
Возможно, это так, потому что раньше я мечтала об этом дне, но теперь, когда он настал, я, возможно, к нему еще не привыкла.
Чжоу Сюань повернул голову и посмотрел на лицо Фу Ин, которое было настолько бледным, что почти прозрачным, а брови слегка дрожали. Конечно, всё тело Фу Ин дрожало.