«Просто принесите это сюда».
Крепкий мужчина взглянул на лежащего на кровати Кинга и кивнул: «Да».
С наступлением ночи ночное небо над городом пылает звездами.
Чжан Кай последовал за проводником во двор. Два свирепых волкодава вызывающе залаяли. Чжан Кай взглянул на волков и увидел, как они поджали хвосты и отступили обратно в свою нору, после чего снова перевел взгляд.
Это правда... яблоко от яблони недалеко падает.
Чжан Кай опустил глаза и слегка сжал правый кулак.
Войдя в спальню, Чжан Кай посмотрел на Кинга, развалившегося на кровати, и поджал губы. Хотя ему очень хотелось бросить вызов этому человеку, было ясно, что сейчас неподходящее время.
"Король..."
...
У меня болит голова, болит и тело… такое ощущение, будто меня ударили. Меня подстерегли? Нет… она уже много лет отвернулась от мира…
Шули сонно открыла глаза. Вокруг была кромешная тьма, и она не могла понять, где находится. Ее держали на руках, и тепло их тел не давало ей почувствовать холода. На ее открытой коже ощущался дождь.
Ах... кажется, я вспомнила... Это была Вэй Шуан, а потом она выпала из машины...
Итак... что насчет Мин Яна...?
О, она еще жива... тогда с Мин Яном все будет в порядке...
«…Мин Ян…» У нее горело горло, так пересохло, что казалось, оно вот-вот загорится. Шу Ли изо всех сил пыталась говорить, но ее голос был слабым, как жужжание комара.
Человек, державший её, оставался неподвижным. Если бы она не чувствовала его довольно высокую температуру тела и лёгкое подъём-опускание грудной клетки, она бы усомнилась, жив ли он ещё...
Шули изо всех сил пыталась широко открыть глаза, но видела только темноту. Она тяжело сглотнула. Всё в порядке, ничего не случится. Сейчас ночь и идёт дождь, так что полная темнота — это совершенно нормально.
Она с трудом вырвалась из объятий Мин Яна, но прежде чем она успела что-либо сообразить, руки, обнимавшие ее за талию, еще крепче сжали ее.
«Мин Ян…» — голос Шу Ли был очень хриплым, когда она протянула руку, чтобы прикоснуться к человеку, который её держал.
Мин Ян пошевелил рукой, словно чувствуя, как человек в его объятиях зовет его.
Шули изо всех сил пыталась раздвинуть руки Миньянга и встать, но неожиданно совсем не чувствовала правой ноги.
Нет…не может быть… Шу Ли прислонилась к грубому, влажному стволу дерева, чтобы встать, опираясь всем весом на левую ногу. Она потянулась к правой ноге; она действительно ее не чувствовала…
Будет ли все так же, как в ее реальной жизни...? Она очнулась от комы и обнаружила, что все совершенно изменилось. Ее центральная нервная система нижних конечностей была повреждена, она получила удар по голове, а слезные протоки некротизировались...
Нет, она не хочет снова через это проходить...
Нет...нет...
Шули ударила себя по правой ноге и опустила голову.
Так что... это действительно то, за что нужно отплатить...
"Шуан... Шуан-ге?" Ощущение пустоты в его объятиях встревожило Мин Яна. Хотя тело ослабело от боли, он все же изо всех сил пытался подняться.
В поле его зрения находился Шуан Гэ, прислонившийся к дереву, опустив голову и положив одну руку на правую ногу. Мин Ян с трудом поднялся и подошел к Шу Ли.
«Брат Шуан, что случилось?»
Хотя она ничего не видела, Шу Ли поняла, что Мин Ян изо всех сил пытается вырваться. Она моргнула и посмотрела в сторону источника звука.
Хм... оно всё ещё совершенно чёрное.
«Мин Ян, что случилось с твоей правой ногой?»
Было слишком темно, и ночь была дождливой, поэтому Мин Ян не мог разглядеть выражение лица Шу Ли. Услышав её вопрос, он ответил: «А, похоже, у неё перелом».
Ещё один бонус к урону? Отлично. Шу Ли вздохнула с облегчением и примерно определила местоположение Мин Яна. В дождь нелегко определить местоположение по звуку. Шу Ли осторожно протянула руку, но коснулась участка обжигающе горячей кожи.
«У него температура?»
Мин Ян схватил протянутую Шу Ли руку и покачал головой: «Я не уверен».
«Мы всё ещё в лесу?» — спросила Шули, чувствуя, как ветки тянут её за ноги.
Услышав этот вопрос от Шу Ли, Мин Ян устремил взгляд в глаза Шу Ли: «Брат Шуан... твои глаза...»
«Ах…» — Шули махнула рукой, — «Я еще полусонная».
Мин Ян нахмурился и махнул рукой перед глазами Шу Ли.
Шу Ли почувствовала это и протянула руку, чтобы схватить Мин Яна за руку: «Что ты делаешь? Ищешь место, где можно укрыться от дождя. Я подала сигнал, чуть позже…»
Говоря это, Шу Ли потянулась к миниатюрному передатчику на поясе, ее лицо напряглось. Черт... похоже, он поврежден...
Мин Ян проследил за движениями Шу Ли и увидел, что тот остановился. Он примерно догадался, что произошло. Хотя ему все еще было больно, он улыбнулся и сказал: «Брат Шуан, как тебе твоя первая поездка за рулем?»
Шу Ли: == Черт, этот ребенок такой злой! Он явно понимает ситуацию и все равно задает этот вопрос...
"...Это я никогда не забуду..."
...
«Я отказываюсь!» — Кинг, прислонившись к изголовью кровати, махнул рукой с сигаретой в руке, прервав Чжан Кая.
«…» Чжан Кай закрыл глаза и глубоко вздохнул. «Так что же нужно сделать, чтобы король согласился?»
«Согласен пойти спасать моего противника?» — Король преувеличенно поднял бровь, его сапфирово-голубые глаза были полны насмешки. «Чжан Кай, откуда у тебя такая уверенность, что я вернусь и спасу Вэй Шуан?»
«Разве браслета на запястье Шуан Гэ, раз вы развиваетесь в соседнем городе, раз используете пристань «Общества Чёрного Ястреба» на Западной улице… этого недостаточно?» Чжан Кай пожал плечами, наблюдая, как Кинг встаёт с кровати.
«Я позволю тебе спасти Вэй Шуан», — сказал Кинг, обходя Чжан Кая и вставая справа от него, осматривая его руку. «Я так много слышал о репутации Чжан Кая как меткого стрелка. Дай мне самому убедиться, как тебе это?»
Услышав это, пальцы правой руки Чжан Кая слегка задрожали, и он повернулся к Кингу: «Это правда?»
Король улыбнулся и кивнул: «Конечно, это правда, я, король, всегда держу своё слово».
«…» Чжан Кай сжал правый кулак. «Хорошо тогда…»
...
Подпольный черный рынок.
Медуза соблазнительно сидела в кожаном кресле, наблюдая за схваткой двух бойцов на ринге, ее кнут слегка подергивался.
«Что ж, наши цели совпадают: прорваться через границы Европы и расшириться в Азию. Наша задача также ясна: уничтожить организацию «Чёрный ястреб». Что вы скажете?»
...
"Как... не очень хорошо..." Тонкая сигарета, которую она держала между пальцами в левой руке, догорела, и мужчина рядом с ней тут же заменил её новой.
«Мне не нравятся курящие женщины, потуши сигарету!» — наверное, так бы сказал Вэй Шуан… В некоторых отношениях он очень упрямый человек. А в других — довольно консервативный…
"Ли Чжэн! Ли Чжэн! Ли Чжэн..." Толпа скандировала одно и то же имя, их энтузиазм чуть не подорвал сцену на ногах.
Медуза подняла глаза и посмотрела на мужчину, только что вышедшего на арену, от которого исходила мрачная аура, и на ее губах появилась легкая улыбка.
«Кто он?» — спросила Медуза, словно про себя, поднимая подбородок.
«Ли Чжэн, известный в стране чемпион по подпольному боксу, не полагается ни на какую силу», — прошептал ей на ухо мужчина рядом с Медузой.
«Мужчины с Востока… Мне нравятся его мускулы». Линии мышц источали дикую силу, четко очерченные, но не преувеличенные. Медуза слегка затянулась сигаретой, наблюдая, как мужчина на сцене одним движением побеждает своего противника, и протянула руку, чтобы откинуть прядь огненно-рыжих волос. «Таких мужчин легче всего пробудить в человеке желание покорить».
Прижав коленом горло противника, Ли Чжэн опустился на колени, следуя за нескрываемым, пылающим взглядом.
Эта женщина...
Глава 41. Что значит осмелиться коснуться даже собственного народа?
"Хлопнуть!"
Чжан Кай посмотрел на пулевое отверстие, промахнувшееся мимо цели, поджал губы и продолжил стрелять.
Король стоял в стороне, наблюдая, как Чжан Кай несколько раз подряд промахивается мимо мишени, и презрительно скривил губы.
Что ж, Вэй Шуан, твои люди ничем особенным не примечательны.
Отдача от выстрела почти онемела ему в правой руке. Чжан Кай отвёл руку назад и осторожно надавил на неё.
«Чжан Кай, я привёл тебя сюда не для того, чтобы ты тренировался в стрельбе. Вот в чём дело: если ты попадёшь в яблочко следующим выстрелом, я скажу тебе точное место. Если промахнёшься, я приведу своих людей». Кинг скрестил руки и широко улыбнулся. «Кстати, ты должен знать, какие будут последствия, если я приду лично».
Чжан Кай, опустив голову и в наушниках, казалось, не слышал слов Кинга. Он продолжал заряжать патроны, затем поднял руку, держа её на уровне…
Нет… что-то не так. Чжан Кай на мгновение заколебался, затем изменил угол, его левая рука слегка дрожала. Он рисковал жизнью Шуан Гэ…
"Хлопнуть!"
...
Грозы обычно кратковременны. Когда дождь стих, Шу Ли и Минь Ян молча сидели под деревом.
Вокруг была кромешная тьма; она была уверена, что ударилась головой… Шу Ли с болью потерла лицо. Черт возьми, водить машину – такая ненадежная вещь!
Невозможно было не заметить, что Шуан Гэ ведёт себя странно. Мин Ян повернул голову, чтобы посмотреть на Шуан Гэ, который закрывал лицо (с его ракурса), и почувствовал, что Шуан Гэ стал каким-то невротиком с тех пор, как проснулся.
В этот момент подул порыв ветра, и Мин Ян повернулся в сторону, медленно помахав рукой перед глазами Шу Ли.
Шули не моргнула, продолжая закрывать лицо руками.
Мин Ян медленно отдернул руку и закрыл глаза.
Не может быть... это, должно быть, ему просто показалось...
"Брат Шуан..."
"Эм?"
"……извини."
Черт возьми... Этот парень, должно быть, сошел с ума... Шу Ли моргнула и повернула голову, чтобы "посмотреть" на Мин Яна.
«Что? Ты вдруг извиняешься? Ты что, чем-то меня оскорбил, пока я был без сознания — например, нарисовал мне на лице черепаху или что-то в этом роде...?»
Мин Ян несколько раз беспомощно усмехнулся: «Брат Шуан, ты прекрасно знаешь, о чём я говорю…»
Шу Ли поджала губы: «В этот раз это была моя вина, ведь за рулём была я».
Мин Ян беспомощно улыбнулся, глядя в «яркие и пронзительные» глаза Сян Шули, и нежно погладил её по щеке. Если бы брови Шуан-ге были чуть более приподняты, когда он улыбался…
«Брат Шуан, ты теперь больше похож на женщину».
Услышав это, Шу Ли рассмеялась и отругала: «Ты, мелкий негодяй, ты что, опять говоришь, что я как женщина!»
Однако Мин Ян не заметил угрызений совести Шу Лисяо и подумал про себя: «Если бы Шуан-гэ была женщиной, я бы непременно неотступно цеплялся за неё».
"Ха-ха..." Шу Ли воспринял это как шутку, поднял бровь, сделал похотливое дядя лицо и сказал: "Неважно, парень это или нет! Молодой человек, хочешь стать геем?"