Сюй Лимин сказал: «Если мужчины не издеваются над женщинами, как они могут выполнить великую миссию человеческого воспроизводства? Кроме того, откуда вы знаете, что именно Чжао издевался над вашей дочерью? Не думаете ли вы, что это могла быть ваша дочь, которая издевалась над Чжао?»
Сунь Цзюньмэй отругала мужа: «Вы все такие хитрые!»
В этот момент из спальни дочери внезапно раздался нежный крик: «О, боже!»
Сунь Цзюньмэй ужасно нервничала, и Сюй Лимин пришлось выбежать босиком, чтобы оттащить её. «Немедленно возвращайся в свою спальню! Разве ты не слышала, как они нежно обнимались? Как ты, их мать, можешь быть такой бесчувственной?»
Сунь Цзюньмэй сжала кулаки: «Я разве к этому не привыкла? Интересно, сможет ли Чжао позаботиться о леди?»
В этот момент из комнаты донесся тихий смешок Сюй Сяоя: «Ты, тупица, ничего не можешь сделать! Ложись и дай мне подняться наверх. Ты такой глупый. Если сейчас что-то пойдет не так, ты меня до смерти напугаешь. Верхний и нижний этажи — разные места. Ты не можешь делать все, что захочешь».
Чжао Цян сказал: «Командир отряда, пожалуйста, будьте ко мне снисходительны, боюсь, я этого не выдержу!»
Сюй Сяоя рассмеялась еще громче: «Не волнуйся, я знаю, как тебя любить, милая, вот они двое для тебя».
Наконец Сунь Цзюньмэй почувствовала облегчение. Она прикрыла рот рукой и потащила мужа обратно в спальню, и ночь прошла спокойно.
Дзинь! Сунь Цзюньмэй проснулась от звука, доносившегося из кухни. Она посмотрела на часы и увидела, что уже утро. Встала с постели, чтобы проверить, и застала дочь, занятую приготовлением завтрака. Однако ее кулинарные способности были действительно никудышными. Глядя на полусырые яйца, которые она пожарила, с одной стороны подгоревшей дочерна, Сунь Цзюньмэй не знала, смеяться ей или плакать.
«Эй, так рано, а ты уже на кухне готовишь завтрак? Солнце уже взошло на западе?» — поддразнила дочь Сунь Цзюньмэй. Увидев счастливое лицо дочери и то, что та, похоже, не плохо себя чувствует, она почувствовала огромное облегчение.
Сюй Сяоя бросила лопатку, которую держала в руке, беспомощно вздохнула, глядя на жареные яйца, и сказала: «Мама, я совсем не умею это готовить. Давай больше не будем жарить, пойдем поедим».
Сунь Цзюньмэй взяла лопатку и сказала: «Дай мне это сделать. Почему ты не спишь? Что-то происходит в компании так рано?»
Сюй Сяоя сказала: «Он не вмешивается в дела компании; он не беспокоит сотрудников, когда что-то случается. Сегодня он помогает другу ремонтировать компьютерную вышивальную машину в столице провинции. Мы спешим, поэтому есть не будем. По дороге купим жареные палочки и соевое молоко».
Сунь Цзюньмэй сказала: «Хорошо, тогда возвращайся домой сегодня вечером. Как бы плохо ни готовила мама, это все равно гигиеничнее, чем то, что подают в ресторанах».
Сюй Сяоя усмехнулась и спросила: «Мама, папа что-нибудь говорил вчера вечером?» Сюй Сяоя имела в виду тот факт, что Чжао Цян остался в комнате на ночь. Если бы это было основано на прежнем поведении Сюй Лимина, он, вероятно, просто взял бы кухонный нож и пошёл бы расчленить Чжао Цяна.
Сунь Цзюньмэй немного смутилась вопросом дочери. Прошлой ночью она подслушала в гостиной много того, чего не следовало слышать. «Что еще я могу сказать? Он невероятно счастлив. Но да, вам двоим пока не стоит беременеть, понимаешь? Я делаю это ради твоего же блага. Вообще-то, я бы предпочла племянника, но в стране это пока не разрешено».
Сюй Сяоя обняла мать и поцеловала её в щёку. «Знаю, мама. Не волнуйся, я приняла лекарство. Чжао Цян очень бережно ко мне относится. Это я его задираю, а он меня не задирает».
Сунь Цзюньмэй похлопала дочь по лбу и сказала: «Тогда тебе следует идти. Не задерживай наши дела».
Сюй Сяоя вернулась в свою комнату за сумкой и вывела встревоженного Чжао Цяна. Увидев тещу в гостиной, Чжао Цян не знал, как ей смотреть в глаза. В конце концов, он только что вышел из спальни ее дочери! Прошлой ночью он изменял ей с ее дочерью, что было вопиющим пренебрежением к родительскому авторитету.
Сунь Цзюньмэй мысленно усмехнулась. Молодой человек перед ней был не в её вкусе. По её мнению, мужчина должен быть напористым; иначе как он сможет зарабатывать деньги, чтобы содержать семью и жену? Но Сунь Цзюньмэй хорошо знала происхождение семьи Чжао Цяна. По словам её дочери, миллиард или больше легко были бы в их руках. Учитывая это, почему она ожидала от своего зятя такой мужественности? Разве это не принесёт дочери несчастье? Лучше бы он был честным и невозмутимым, потому что тогда дочь могла бы запугивать его, а он не мог бы запугивать её.
«Чжао, раз у тебя дела в компании, иди займись этим. Приходи домой на ужин сегодня вечером». Нежные слова Сунь Цзюньмэй разрядили неловкость для зятя и дали понять, что он может продолжать приходить сюда, чтобы наслаждаться комфортом компании, и что его приняли.
Чжао Цян быстро поклонился в знак благодарности: «Хорошо, тётя. Мы сейчас пойдём».
Сюй Лимин наблюдал из окна, как его дочь и Чжао Цян, взявшись за руки, вышли из здания, болтая и смеясь. Затем дочь увезла Чжао Цяна. Он вздохнул с облегчением, довольный. Теперь он держал этого парня под контролем. Это было как страховка. В будущем ему будет трудно не получить повышение. Но какой смысл в повышении? Придётся начинать всё сначала в незнакомом месте. Быть своим собственным местным тираном в открытом районе было не так уж плохо.
Когда Чжао Цян вернулся в автомастерскую, он увидел «Мерседес» Лю Ии, припаркованный у входа. Она, похоже, приехала довольно рано. Чжао Цян вышел из машины и постучал в окно. Лю Ии открыла дверь; она задремала за рулем. Встав так рано и имея столько дел каждый день, Лю Ии выглядела гораздо более изможденной.
«Вы пришли так рано. Извините за опоздание», — сказал Чжао Цян.
Когда Лю Ии увидела Сюй Сяою за рулём, она немного заинтриговалась, вероятно, задаваясь вопросом, где они провели ночь, раз так рано утром пришли. Однако выражение лица Лю Ии быстро вернулось к нормальному. «Ничего страшного, я просто пришла рано. Ты ещё не поела?»
Сюй Сяоя достала из машины большой пакет жареных пончиков и несколько стаканов соевого молока и спросила: «Сестра Ии, ты уже поела?»
Лю Ии сказала: «Мы уже поели. Ха-ха, столько жареных палочек из теста, что даже десяток человек не смогли бы всё съесть».
Сюй Сяоя передала Чжао Цяну жареные палочки из теста и соевое молоко и сказала Лю Ии: «У него большой аппетит, я ничего не могу поделать. Чжао Цян, ты можешь поесть сам в машине. Не затягивай. Закончи все как можно скорее и вернись пораньше. В сумке с компьютером есть шоколад и сигареты. Не устраивай беспорядков, когда доберешься до провинциальной столицы. Это не город Дунхай».
Когда Чжао Цян сел в машину Лю Ии, он сказал: «Понимаю. Если ты собираешься куда-нибудь выйти, пусть Ван Мэн тебя сопроводит. Ло Вэй не выходит без необходимости. Лучше избегать её в ближайшие несколько дней. Если у Ло Ваньцзян возникнут какие-либо проблемы, позвони мне».
«Мерседес» Лю Ии выехал на шоссе, и она спросила Чжао Цяна: «Разве нам не нужно взять с собой ремонтные инструменты?»
Поедая жареные палочки из теста и запивая их соевым молоком без всяких приличий, Чжао Цян сказал: «Не нужно, я сам ремонтный инструмент, не волнуйтесь, я гарантирую, что сделаю это немедленно».
Лю Ии больше не задавала вопросов. Она очень доверяла Чжао Цяну. Хотя она не знала, ремонтировал ли Чжао Цян когда-нибудь компьютерную вышивальную машину, люди, способные возвращаться с того света, должны обладать какими-то особыми навыками, и Чжао Цян, несомненно, был одним из них.
На самом деле, столица провинции находится не так уж далеко. Лю Ии едет быстро и на большой высоте, поэтому, по ее оценкам, они прибудут около 9:30 утра, и вся поездка займет около двух с половиной часов.
Чжао Цян пил соевое молоко, разговаривая по телефону с Су Су. Прошлой ночью в доме Сюй Сяоя ему приходилось воздерживаться от звонков, опасаясь, что его подслушают. Теперь же таких опасений не было. К тому же, Су Су сейчас не на занятиях, иначе её телефон был бы в беззвучном режиме.
«Эй, ты, большой злодей, так рано встал? У Су Су всё ещё такой чистый и сладкий голос, жаль, что она не поёт».
Чжао Цян хотел сразу же отругать её, но, услышав голос Су Су, смягчился. Увы, мужчинам не удаётся устоять перед очарованием красивой женщины. Чжао Цян мог лишь смягчить тон и спросить: «Как вы поживаете в последнее время?»
Су Су игриво спросила: «Как думаешь? Разве я не отчитываюсь перед тобой два-три раза почти каждую неделю?»
«Нужны деньги?» — Чжао Цян постепенно перевел разговор на главную тему.
Су Су усмехнулась: «С таким замечательным начальником, как вы, последнее, чего мне сейчас не хватает, это денег».
Чжао Цян тут же парировал: «Тогда почему ты до сих пор выступаешь на улице?»
«Разоблачение?» Эти два слова явно удивили Су Су. «Почему ты так говоришь?»
Чжао Цян сказал: «Я видел это в интернете». Говоря это, он достал свой ноутбук, чтобы поискать, но так и не нашел ни одного результата. Вэй оставил ему сообщение на экране, самодовольно написав: «Брат, я все это время следил за этим. Я удалил все видео с участием Су. Не волнуйся, у нее нет спонсоров или организаций; она не станет знаменитой».
Су Су, стоявшая напротив, вздохнула с облегчением. «Брат Цян, я не брала никаких денег. Я просто выступала в благотворительных целях. Это также способ укрепить мою душевную устойчивость, потому что мой учитель сказал, что я всегда слишком боюсь сцены, и посоветовал мне больше практиковаться на публике. Поэтому я придумала идею петь для людей на улице, и это действительно сработало! Мой учитель в последнее время меня не критикует».
Чжао Цян вздохнул с облегчением: «Так вот как обстоят дела. Но нужно быть осторожным. В общественных местах полно всяких людей. Не стоит больше одеваться так невинно, чтобы не привлекать внимание неблагонадежных людей. И не стоит петь одному. Лучше взять с собой несколько друзей. Если что-то случится, у тебя будет кто-то, кто поможет. Если же ты не справишься сам, позвони мне, и я сразу найду друга, который поможет тебе решить проблему».
Ян Шици и Ху Цянь оба родом из Пекина, поэтому Чжао Цян осмелился сказать такое. Учитывая, сколько лет они прожили в Пекине, позвонить и попросить о помощи для них не должно было быть проблемой.
Су Су сказала: «Хорошо, я понимаю, брат Цян. В последнее время мы очень заняты учёбой. Я давно не могла выйти попеть. А ещё я учусь танцевать; покажу тебе позже, хорошо?»
Чжао Цян усмехнулся: «Хорошо, просто скажи мне, если тебе понадобятся деньги, не стесняйся».
Су Су ласково сказала по телефону: «Я совсем не стесняюсь! Я хочу, чтобы ты поддерживал меня всю оставшуюся жизнь, брат Цян!»
Чжао Цян положил трубку, испытывая приятное чувство в сердце. Внезапно Лю Ии, которая все это время молчала, спросила: «Вы с Сяоей встречаетесь?»
Чжао Цян, естественно, подтвердил: «Да».
Лю Ии указала тонким пальцем на телефон в руке Чжао Цяна: «А что насчет той девушки, с которой мы общались раньше?» Она была бы глупой, если бы не смогла отличить ее от остальных; кокетливый голос Су Су мог очаровать множество мужчин.
Ответ Чжао Цяна был довольно сложным: "Хороший друг".
Том 2 [248] Отчаянная ситуация
И И больше не задавала вопросов. Ей вообще не стоило спрашивать об этом, но Ши Цин было любопытно. Ей действительно было любопытно узнать о Чжао Цяне. Последние полгода он был настолько любопытен, что она не могла ни есть, ни спать. Но Чжао Цян исчез и никогда не связывался с ней. Как женщина, она, естественно, не могла проявить инициативу и пойти к Чжао Цяну домой. Поэтому она просто тянула время, пока не встретила Чжао Цяна на банкете по случаю дня рождения дедушки Ло прошлой ночью. Только тогда у Лю И И внезапно возникла идея, и она пригласила Чжао Цяна помочь ей починить вышивальную машинку. На самом деле, она не была на 100% уверена в Чжао Цяне. Она просто пыталась попытать счастья.
Чжао Цян снова начал есть жареные палочки из теста. Хотя все говорят, что жареные палочки содержат канцерогены, Чжао Цян игнорировал это. Откуда ему взять энергию, если он не будет есть? К тому же, он ел их только в качестве замены, когда не готовил завтрак. Если он никуда не спешил, Ло Вэй обычно готовил кашу и несколько блюд. Он жил очень комфортной жизнью и не нуждался в еде вне дома.
Дорога была пройдена в тишине. Когда они уже собирались спускаться с горы, кто-то помахал машине Лю Ии у пункта оплаты проезда. Лю Ии увидела его, остановилась на обочине после выезда из пункта оплаты и, улыбнувшись, опустила окно.
«Чжимэн, ты так долго ждала?» — тон Лю Ии отличался от того, каким он звучал при встрече с обычными друзьями. Этому мужчине было всего чуть больше двадцати. Неужели он её парень? Судя по её счастливой улыбке, это точно он. Для женщины такого возраста было бы очень необычно не состоять в отношениях.
«Нет, я здесь совсем недавно. Я попрошу водителя отвезти мою машину обратно. Я подвезу вас и буду вашим гидом». Мужчина был элегантно одет и определенно не был похож на Чжао Цяна, ведущего нерегулярный образ жизни. Должно быть, он успешный человек, представитель элиты.
Лю Ии не стала возражать: «Хорошо, садись в машину».
Чжао Цян сидел на пассажирском сиденье. Он привык к этому; обычно он ездил либо в машине Ху Цяня, либо в машине Ло Вэя. Поскольку Сюй Сяоя вернулась, он, естественно, поехал в ее машине, так как спереди было удобнее разговаривать и наблюдать. Сев в машину, он снова сел на пассажирское сиденье. Мужчина наклонился, взглянул на Чжао Цяна, а затем с улыбкой спросил Лю Ии: «А это?»
Лю Ии быстро представила его этим двоим: «Это ремонтник, которого я пригласил из города Дунхай. Его зовут Чжао Цян. Он очень опытный; от него зависит, смогут ли отремонтировать оборудование на филиале завода».
Мужчина подошел к Чжао Цяну со стороны дверцы машины и поприветствовал его через стекло: «Здравствуйте, меня зовут Сюй Чжимэн, административный помощник группы компаний «Тяньи». Господин Чжао, приятно познакомиться».
"
Даже будучи невежливым, Чжао Цян не мог больше оставаться в машине. Он быстро вышел, взял за руку Сюй Чжименга, пожал её и сказал: «Приятно познакомиться. Помощник Сюй молод и перспективен, я ему очень завидую». Чжао Цян уже слышал о группе компаний Dayi. Это была первоклассная компания в столице провинции, основная сфера деятельности которой включала электронику, продукты питания, напитки и услуги.
Сюй Чжимэн усмехнулся и подошёл ближе к Чжао Цяну. Он понизил голос и сказал: «Учитель Чжао, мне нужно кое-что спросить. Может, я сяду на пассажирское сиденье?»
Чжао Цян, конечно же, не смог устоять перед искушением. Он повернулся, достал с пассажирского сиденья большой пакет жареных пончиков и две оставшиеся чашки соевого молока. Он открыл заднюю дверь и сел в машину. Сюй Чжимэн, естественно, забрался за руль, чтобы лучше рассмотреть Лю Ии. Лю Ии была женщиной, которую он очень хорошо знал, и Чжао Цян уже немного соблазнился ею. Насколько же больше соблазнился Сюй Чжимэн, который был таким же зрелым, как она? Вероятно, дело было не просто в искушении; иначе он бы не проглотил свою гордость и не умолял Чжао Цяна поменяться местами.
Остаток пути для Чжао Цяна оказался невыносимым. Сюй Чжимэн и Лю Ии болтали и смеялись, оставив Чжао Цяна сидеть в стороне. Беспомощный, он мог лишь продолжать расхваливать жареные палочки из теста. Наконец, он съел все почти двадцать фунтов жареных палочек, что шокировало Сюй Чжимэна, который увидел это в зеркале заднего вида. Он обернулся и спросил: «Мастер Чжао, вы голодны? Мы скоро будем на месте. Давайте сначала поедим».
Честно говоря, в этот момент Сюй Чжимэн не испытывал к Чжао Цяну никаких добрых чувств. Вместо приятного аромата и красоты машина теперь была наполнена запахом жареных пончиков, настолько сильным, что Сюй Чжимэн даже не почувствовал приятного запаха тела Лю Ии. Запах жареных пончиков всё ещё оставался на руках Сюй Чжимэна после рукопожатия с Чжао Цяном. Как мог чистоплотный Сюй Чжимэн не испытывать обиды? Однако его хорошие манеры не позволяли ему её показать.
Чжао Цян допивал остатки соевого молока, но оно было немного кисловатым на вкус. Он не знал, то ли из-за того, что оно долго стояло, то ли из-за его настроения. Он сказал: «Я почти наелся. Пойду. Не могу есть, когда меня что-то беспокоит».
Сюй Чжимэн усмехнулся. «Ты называешь это неспособностью есть? Если бы ты мог есть, разве ты не смог бы съесть пятьдесят фунтов?» С этими словами Сюй Чжимэн назвал Чжао Цяна обжорой. Иначе и быть не могло; выступление Чжао Цяна действительно было слишком разочаровывающим. Если бы Лю Ии не знала некоторых его секретов заранее, она, вероятно, дала бы ему такую же оценку.
На самом деле, отношения Лю Ии и Сюй Чжимэна никак не связаны с Чжао Цяном. Но у мужчин часто бывает такое мышление: они не хотят видеть хороших девушек в чужих объятиях, а если и видят, то неизбежно проклинают, будто хорошую капусту съели свиньи. Кроме того, у Лю Ии и Чжао Цяна была физическая близость. В отеле Holiday Inn, чтобы одежда не расплавилась и не обожгла кожу, Лю Ии разделась и позволила Чжао Цяну обнять себя, хотя на ней были только бюстгальтер и трусики. Но какая разница между этим и полной наготой? При таких отношениях Чжао...
Ему не хотелось видеть, как она и Сюй Чжимин проявляют друг к другу столько нежности. Но что он мог сделать? Он не мог заставить их встречаться; он не был Нефритовым Императором.
Они въезжали в центральную часть города. Провинциальная столица действительно бурлила жизнью, ослепляя глаза Чжао Цяна. На обочине дороги часто появлялись красивые женщины, их соблазнительные наряды и пышная грудь блестели на солнце. Конечно, было неизвестно, настоящие ли у них груди, накладные или накачанные. Чжао Цян слишком стеснялся использовать свои рентгеновские очки, чтобы рассмотреть их; это было бы слишком вульгарно. Одного лишь вида было достаточно, чтобы разжечь в нем похоть. Наблюдая за проходящими мимо красивыми женщинами, Чжао Цян мысленно вздохнул. Большие города такие открытые; он больше не мог сидеть взаперти в городе Дунхай. Даже если это было просто для того, чтобы увидеть красивых женщин, он должен был выйти. Может быть, в Америке красивые женщины ходят голыми.
Филиал фабрики Лю Ии находился за пределами центра города. Однако путь к нему был пролегал через него. К счастью, не было часа пик, поэтому до филиала компании Yiyi Fashion Company в столице провинции можно было добраться за полчаса. Это была небольшая фабрика с восемью цехами и небольшим офисным зданием. Руководила бизнесом женщина лет сорока по имени Ли Ланьсян, которую Лю Ии называла сестрой Ли.
«Генеральный директор Лю» Ли Ланьсян получила предварительный звонок и уже ждала у ворот завода. Более десятка сотрудников выстроились в очередь, чтобы поприветствовать и поаплодировать ей. Картина была весьма впечатляющей. Было бы еще лучше, если бы они держали в руках два красных цветка.
Однако Лю Ии не была национальным лидером, и она несколько недовольно махнула рукой, сказав: «Все, расходитесь. Идите и занимайтесь своими делами».
Ли Ланьсян поняла, что Лю Ии такой подход не нравится, поэтому тут же уволила сотрудников. Лю Ии сказала: «Пошли, пойдем в мастерскую».
Ли Ланьсян не посмел медлить и сразу же пошёл вперёд, а Чжао Цян и Сюй Чжимэн следовали за ним по пятам. В мастерской было тихо, гораздо тише, чем у входа: лишь двое или трое рабочих тихо переговаривались, а несколько покрытых смазкой ремонтников охраняли груду деталей, по-видимому, что-то обсуждая.
«Ты его открыла?» — спросила Лю Ии.
Ли Ланьсян сказала: «Да, вроде бы всё в порядке, но при сборке всё ещё есть некоторые несоответствия. Десятки кусков ткани уже испорчены. Вышивка вначале была стабильной, но в процессе работы всё испортилось».
Лю Ии сказал Чжао Цяну: «Я пришлю ремонтника, и он объяснит тебе ситуацию».
Чжао Цян сказал: «Не спешите. У вас есть инструкция? Дайте мне экземпляр. Я пока не понимаю, как этим пользоваться; мне нужно сначала научиться им управлять».
Лю Ии была несколько ошеломлена, а Ли Ланьсян застыл с открытым ртом. Неужели это тот самый эксперт, которого босс нанял так далеко? Он даже сказал, что ничего не знает об оборудовании, нуждающемся в ремонте. Разве не странно, если он сможет его починить?
Образцы материалов прибыли быстро. Все эти вышивальные машины были плосковышивальными машинами одной модели, подходящими для кожи, сумок, обуви, шляп и крупномасштабной обработки одежды. На самом деле, технология отечественной продукции была довольно хорошей, но Лю Ии, женщина, стремящаяся к изысканности, все же доверяла европейской и американской продукции. Когда их только приобрели, качество готовых изделий действительно оказалось выше, чем у отечественных аналогов, что вызвало всеобщее одобрение вкуса Лю Ии. Однако вскоре машины начали ломаться. Сначала ремонтники еще могли их починить, но проблемы становились все более многочисленными и сложными, и ремонтники фабрики совершенно растерялись.
Чжао Цян сидел на корточках за станком с документом в руке, выглядя так, будто собирается в туалет. Ли Ланьсян не выдержала и проигнорировала его. Сюй Чжимэну это показалось забавным, но он ничего не сказал в присутствии Лю Ии. Лю Ии была занята расспросами о последних событиях на филиале, поэтому никто не обратил внимания на Чжао Цяна.
«Президент Лю, компания Haicheng Foreign Trade оказывает на нас очень сильное давление. Они сказали, что подадут на нас в суд за нарушение контракта, если мы не выполним поставку сегодня. Контракт стоит более миллиона. Если мы нарушим контракт, нам придется выплатить компенсацию в три раза больше. Что, по-вашему, нам следует делать? Даже если мы отремонтируем его сегодня, мы все равно не сможем завершить проект. Изначально он был запланирован на полмесяца», — с тревогой сказала Ли Ланьсян.
Лю Ии тоже нахмурилась. Компания Haicheng Foreign Trade всегда была партнером Yiyi Fashion. Особенно после открытия филиала в столице провинции, Haicheng Trade ежемесячно обрабатывает большое количество экспортных заказов, что также является основным источником дохода для филиала.
Если это не известный бренд, объемы продаж готовой одежды будут невелики. Основная цель создания филиала — переработка поставляемых материалов или пошив одежды для крупных брендов.
Сюй Чжимэн сказал: «Почему Чжу Хайчэн так настойчив? Я позвоню и спрошу его». Сюй Чжимэн и Чжу Хайчэн, владелец компании «Хайчэн Трейдинг», были знакомы, так как жили в одном городе. Можно сказать, что эта сделка состоялась только благодаря его связям.
Лю Ии кивнула. «Чжимэн, если это возможно, мы можем компенсировать компании Haicheng Trading часть убытков, но если мы потребуем тройную компенсацию, то обанкротимся. У Yiyi Fashion есть определенная репутация в городе Дунхай, но ее прибыльность намного уступает компаниям Чжао Цяна. Даже в лучший год она может заработать не более трех миллионов, а по оценкам, ей повезло, если она зарабатывает миллион в год. Ежедневный доход Чжао Цяна в сотни или даже тысячи раз больше. На самом деле, сколько компаний во всей стране могут зарабатывать столько же, сколько Чжао Цян?»
Том 2 [249] Смешанные товары
Чжимин позвал Чжу Хайчэна сбоку. Ли Сян продолжал кричать на Лю Ии: «Три заказа были отменены другой стороной. Они не могли ждать и не хотели, чтобы мы им компенсировали. Однако на этот раз мы потеряли репутацию. Боюсь, в будущем они больше не захотят с нами сотрудничать».
Лю Ии сказала: «Сейчас об этом можно не беспокоиться. Давайте сначала разберемся с этим крупным заказом от компании Haicheng Trading. Не могли бы вы помочь мне связаться с нашими коллегами в столице провинции и узнать, можем ли мы одолжить у них оборудование? Я готова заплатить двойную плату за обработку заказа».
Ли Ланьсян сказал: «Президент Лю, я опробовал ваш метод позавчера».