Он бесчисленное количество раз представлял себе сцену интимной близости Сон Лана с девушкой и думал, что морально к этому подготовился. Но когда он увидел этот момент своими глазами, его охватили непреодолимая горечь, зависть и гнев.
Ему хотелось броситься к ней, оттолкнуть девушку, которая воровала тепло губ и языка Сун Лана, обнять его, прижать к себе, страстно поцеловать эти губы и никогда больше никому не позволять к себе прикасаться!
Но он не смог.
Ее ноги словно застыли на месте, костяшки пальцев побелели, когда она сжимала дверную ручку, а Шэнь Чжифэй чуть не прикусила губу до крови.
Девушки в коридоре продолжали смотреть на него. Заметив его странное выражение лица, Хао Вэй, который подошел к нему ранее, крикнул: «Эй, что ты здесь делаешь? Ты его не нашел? Он сидит в последнем ряду класса».
Шэнь Чжифэй очнулся от оцепенения, сдержался и снова закрыл дверь. Он достал из сумки подарочную коробку и сказал Хао Вэю: «Пожалуйста, передай это ему от меня, спасибо».
Хао Вэй взял это и спросил: «Почему ты просто не отдал это ему?»
«У меня есть дела, поэтому я пойду». Шэнь Чжифэй ещё раз поблагодарил её, повернулся и быстро исчез из поля зрения девушки.
«Как странно, оно убежало, как только добралось до двери», — сказала Хао Вэй, потрясая в руке красиво упакованную подарочную коробку. «Что это?»
Все его друзья собрались вокруг и сказали: «Какой красавчик! Уверена, он не из нашей школы, иначе такого красавчика уже давно бы опознали».
«Хе-хе, я только что тайком сфотографировал. Позже выложу фото на форум и спрошу, узнает ли кто-нибудь его».
"О боже, пришлите мне это поскорее!"
«Хорошим нужно делиться, так что присылайте их и мне».
...
Пока они восторженно обсуждали увиденное и обменивались откровенными фотографиями, в класс вошла Хао Вэй и, увидев происходящее в заднем ряду, примерно поняла, почему Шэнь Чжифэй не входит.
Она передала подарочную коробку, и звук её удара о стол был довольно громким. Сун Лан поднял глаза и увидел её, и рассмеялся: «Всё ещё не признаёшься, что я тебе нравлюсь? Даришь мне подарок перед Ань Ру?»
Анру, сидевший рядом, застенчиво толкнул его в руку, давая понять, чтобы он перестал шутить.
Хао Вэй усмехнулся: «Не льсти себе. Я всего лишь курьер. Тебе это доставил симпатичный парень».
Затем Сун Лан перевел взгляд на подарочную коробку. «Кто это? Что это?»
«Не знаю», — сказал Хао Вэй. «Он высокий, со светлой кожей, большими двойными веками, длинными ресницами, но у него мало мимики. Он — холодный, но привлекательный парень».
Уже по её описанию Сун Лан знала ответ.
Он быстро распаковал коробку, и Анру с Хаовэй подошли посмотреть. Внутри оказались черные металлические накладные наушники, именно та модель, которую больше всего хотел Сун Лан, и которая стоила почти пять тысяч юаней. Он умолял Шэнь Линъюй больше полумесяца, но его бессердечная мать отказывалась покупать их ему.
«Где он?» Сун Лан схватил наушники и вскочил, с громким стуком опрокинув стул.
Хао Вэй не понял, почему он так бурно реагирует, и указал в окно: «Они только что ушли».
Сун Лан обернулся, открыл заднюю дверь и помчался за ним, словно ветер.
Он бежал изо всех сил, но не смог догнать Шэнь Чжифэя. Он развернулся и пошёл в велопарковку за своим велосипедом. Он побежал в Пятую среднюю школу, чтобы узнать, что случилось, и узнал, что Шэнь Чжифэй взял отпуск. Затем он как можно быстрее поехал домой на велосипеде.
В прихожей лежали белые кроссовки; он был дома.
Сун Лан вздохнул с облегчением. Переобуваясь, он заглянул в гостиную, но Шэнь Чжифэя там не увидел.
"Фэйфэй?" Он толкнул дверь кабинета и заглянул внутрь. Никого не было. Он повернулся и вошел. Он подошел к двери комнаты Шэнь Чжифэя и оставил ее слегка приоткрытой. Он снова позвал "Фэйфэй", затем толкнул дверь и встретился взглядом с человеком на кровати в растрепанной одежде и с покрасневшим лицом.
Он инстинктивно затаил дыхание, сердце колотилось как барабан.
Шэнь Чжифэй, которого я всегда помнил как честного и добродетельного человека, на самом деле мастурбировал.
Глава 019
Сун Лан застрял в дверях, не в силах ни войти, ни выйти; казалось, мир замер.
Шэнь Чжифэй смотрел на него налитыми кровью глазами, в его взгляде скрывалась резкая безжалостность. Он обхватил рукой пульсирующую боль в нижней части тела, не показывая никакого намерения надевать нижнее белье.
«Э-э…» Взгляд Сун Лана опустился вниз, и он неосознанно сглотнул. Чтобы разрядить неловкую обстановку, он напряг мозги и наконец сформулировал вопрос: «Довольно большой, да?»
Как только он это сказал, атмосфера стала неловкой и немного зловещей. Сун Лан мысленно проклял себя за то, что был идиотом.
«Почему бы тебе сначала не закончить мастурбацию, а потом я войду?» — спросил Сун Лан, но его ноги не сдвинулись с места. Он чувствовал, будто взгляд Шэнь Чжифэя пригвоздил его к месту, его тело вышло из-под контроля.
Шэнь Чжифэй уставился на него таким взглядом и начал мастурбировать, даже не пытаясь скрыть тяжелое дыхание.
Ревность и зависть свели его с ума. Теперь одна мысль о том, как Сон Лан целует ту девушку, вызывает у него эрекцию и боль, а в груди становится еще сильнее.
У него была лишь одна мысль: завладеть всем вниманием Сун Лана и заставить его думать только о себе. Даже если это означало использование столь радикального и бесстыдного метода, это не имело значения. К черту разум и стыд; это только причинило бы ему боль и оттолкнуло бы Сун Лана еще дальше от него. Это чувство было слишком невыносимым.
Чем больше Шэнь Чжифэй думала об этом, тем грустнее ей становилось, и ее покрасневшие глаза даже наполнились слезами.
Сегодня Сон Лану открылись глаза: он впервые увидел, как кто-то плачет от мастурбации.
Он закрыл дверь, запер её и медленно подошёл к кровати. Он взял со стола салфетку, наклонился, чтобы вытереть слёзы Шэнь Чжифэя, и мягко успокаивал его: «Эй, почему ты плачешь? Ты уже взрослый мужчина, это нормально, не стыдись, в этом нет ничего постыдного».
Шэнь Чжифэй внезапно протянул руку и с огромной силой схватил его за запястье, отчего Сун Лан нахмурился.
"Нет-нет?"
Не успели они договорить, как Сун Лана в головокружительном движении потянули и бросили на кровать. Шэнь Чжифэй тут же оказался сверху, их тела были так близко, что их дыхание смешивалось.
Сун Лан попытался оттолкнуть его, но Шэнь Чжифэй прижал его руку своим бедром, и он не смог вырваться. «Фэйфэй, перестань дурачиться и отпусти».
Шэнь Чжифэй оставался неподвижным, его взгляд был острым и свирепым, совсем не похожим на его обычный холодный и безразличный взгляд, и от него исходило сильное чувство страха. Почувствовав сопротивление Сун Лана, он прижал его еще сильнее.
Сун Лан недовольно нахмурился. «Ой, ты делаешь мне больно. Обещаю, я никому не расскажу о том, что только что произошло, хорошо? Отпусти меня сейчас же».
Шэнь Чжифэй просто прижала к нему свою обнаженную нижнюю часть тела и хриплым голосом сказала: «Я это видела».
"Что?" Сун Лан был сбит с толку, но, почувствовав, как брат прижимается к его внутренней стороне бедра, он нервно пробормотал: "Что... что ты видишь?"
«Вы двое зашли слишком далеко?» Шэнь Чжифэй стиснул зубы, напрягши челюсть. Он безумно ревновал и изо всех сил старался удержаться от чего-либо более возмутительного. Но он уже переборщил.
Сон Лан внезапно осознал ситуацию, и на его лице мелькнуло смущение: «Ты видела, как я целовался с Ан Ру?»
Шэнь Чжифэй снова резко выдвинул свой пенис вперед, нежная, чувствительная кожа царапала грубую ткань брюк, ощущение было одновременно приятным и болезненным. Вены на лбу и шее вздулись, и он снова спросил низким голосом: «Ты это делал?»
Сун Лан покачал головой: «Нет, Фэйфэй, о чём ты думаешь?» Он помолчал, а затем улыбнулся: «Почему ты так разозлилась, увидев, как мы целуемся? Тебе нравится Анру? Подожди, ни одному из вас не следовало с ней встречаться».
Неужели Шэнь Чжифэй — человек, одержимый своим братом, и не выносит, когда другие девушки отнимают у него брата?
Хотя Сун Лан считал такую возможность крайне маловероятной, он всё же с пониманием сжал руку Шэнь Чжифэя и утешил его: «Не волнуйся, ты думаешь, я из тех, кто ценит женщин больше, чем друзей? Есть поговорка: „Женщины — как одежда, братья — как конечности“. По сравнению с моим братом, что такое девушка? Все они должны отойти в сторону».
Шэнь Чжифэй несколько секунд смотрела на него, а затем внезапно уткнулась головой в шею Сун Лана, полностью потеряв силы.
Он безвольно прислонился к уху Сон Лана и прошептал: «Прости, брат, я правда очень сожалею».
Сун Лан не понимал, почему тот вдруг извинился перед ним. Он пошевелил онемевшими запястьями, затем обнял Шэнь Чжифэя и нежно похлопал его по спине, словно уговаривая ребенка: «Ничего страшного, все кончено, давай больше не будем об этом говорить».
Чем мягче он себя вел, тем сильнее Шэнь Чжифэй не мог отпустить ситуацию.
Только что по дороге домой он чуть не попал под машину. Мысль о том, что Сун Лан женится на какой-то женщине и у них будут дети, что они будут целоваться и прикасаться друг к другу, что они будут заниматься сексом, разрывала ему сердце. Он и раньше испытывал сердечную боль, но на этот раз все было иначе. То, что он увидел сегодня, напомнило Шэнь Чжифэю: все, что ты себе представлял, медленно сбывается, и ты теряешь его понемногу.
Шэнь Чжифэй был гораздо менее беззаботным, чем думал.
Он так сильно хотел заполучить Сон Лана, что был одержим им.
Шэнь Чжифэй обнял Сун Лана за шею и крепче сжал её. Сколько бы Сун Лан ни пытался оттолкнуть его или уговорить, он отказывался отпустить.