Учёный снова усмехнулся: «Мне нужен самый искусный мастер, а не ты!»
В голову молодого Юэ-мэня захлестнула волна ярости. Под вздох девушки он бросился на учёного, схватив его за длинную мантию. Учёный остался неподвижен, его холодный взгляд даже не взглянул на молодого Юэ-мэня. Молодой Юэ-мэнь сделал несколько быстрых вдохов и пробормотал слово в слово: «Я…не…отпущу…тебя!» Он с силой разорвал мантию учёного, повернулся и убежал. Оставшиеся Юэ-мэни обменялись взглядами и разбежались по лесу.
Ученый прикрыл свою длинную мантию, но в тот же миг Ли Цзюнь заметил нечто странное: на груди ученого слева был даосский символ тайцзицюань, а справа — буддийская свастика. Это открытие сильно удивило Ли Цзюня.
После короткого разговора с возницей учёный и девушка Юэ сели в двухконную повозку. Когда они вошли, его ледяной взгляд скользнул по Ли Цзюню, который почувствовал себя так, словно его бросили в ледяную пещеру.
Девушка из семьи Юэ сидела одна в углу, а учёный полностью игнорировал её. Ли Цзюнь заметил, что её дыхание учащается, и, наконец, не выдержал, закрыл лицо руками и горько заплакал.
※ ※ ※ ※ ※
Примечание 1: Народ Юэ: Имея рост всего около трех пятых от среднего человека, они изначально жили в холмистых районах. Во время войны «Миллиона ушей» они расселились по различным частям мира. Говорят, что они распространены на континентах, отличных от Чжунпин-Шэньчжоу, но их называют «карликами». Они чрезвычайно уверены в себе и гордятся своим ростом, веря, что богиня Нюйцзин сначала тщательно создала низкорослых людей Юэ, когда создавала людей. Позже богиня устала от них и бездумно переделала другие человеческие расы. Поэтому они обладают талантом к созиданию и ремеслам, которого нет ни у одной другой расы. Однако народ Юэ разделился на две группы. Одна группа живет в пещерах, принадлежит к элементу металла (атака и защита на основе металла увеличиваются на 50-100%) и является превосходным мастером литья. Другая группа живет в древесных гнездах, принадлежит к элементу дерева (атака и защита на основе дерева увеличиваются на 50-100%) и является превосходным конструктором механизмов. Хотя две группы народа Юэ относятся друг к другу с презрением и недоверием, они поддерживают видимость уважения и терпимости. Помимо религиозных верований, они также поклоняются легендарному богу ремесленников, Гуншу Паню.
Примечание 2: Во всех трёх религиях есть признаки, указывающие на квалификацию их последователей. Конфуцианцы носят синие или бирюзовые одежды и называются конфуцианскими учёными. После строгой подготовки и сдачи экзаменов в различных странах к их одежде может быть добавлена белая кайма, и они становятся известны как опытные конфуцианские учёные. Дальнейшие испытания позволяют им добавить жёлтую кайма, что делает их мудрецами. Хотя мудрецов много, мудрецы встречаются крайне редко. По мере повышения ранга конфуцианского учёного улучшаются и его способности. Поскольку последователи конфуцианства являются основным источником чиновников на Божественном континенте, хотя их число огромно, большинство из них одержимы должностными обязанностями, немногие посвящают себя строгой подготовке, и ещё меньше владеют истинными конфуцианскими искусствами, не говоря уже о достижении уровня мудреца.
Раздел 2
Город Хайпин, столица королевства Хун и его крупнейший порт, несмотря на годы постоянных войн, значительно превзошел по процветанию небольшой горный городок Линьчжоу. На востоке находится море, обеспечивающее доступ к Восточно-Китайскому и Южно-Китайскому морям, через которые постоянно проходят торговые суда из разных регионов. На юге расположена обширная аллювиальная равнина, где могучая река Хун щедро орошает сельское хозяйство на обоих берегах. Благодаря благоприятному климату, основные урожаи можно собирать дважды в год, за что это место получило прозвище «житница». На севере и западе находятся леса и горы, известные как горы Ваньюнь, изобилующие бесчисленными редкими сокровищами и экзотическими существами. Единственным недостатком является отсутствие месторождений золота и серебра. Благодаря своим обильным ресурсам королевство Хун стало объектом алчности со стороны окружающих стран. Тысячелетия внутренних и внешних войн превратили леса в выжженные пустоши, реки — в кроваво-красные пятна, а равнины — в бесплодные пустыни. Несмотря на это, благодаря божественным условиям, дарованным ему небесами, Хайпин, столица королевства Хун, остается одним из крупнейших городов Божественного континента.
Когда Ли Цзюнь прибыл в Хайпин, он, увидев, что ещё рано, решил собрать информацию. К своему удивлению, все на улице толпились в одном месте. Он спросил у торговца и узнал, что сегодня будут объявлены результаты ежемесячных игр Хайпина.
«Хайпинские спортивные соревнования?» — удивленно спросил Ли Цзюнь, следуя за толпой к рыночной площади. Площадь, способная вместить десятки тысяч человек, уже была заполнена людьми. Среди шума Ли Цзюнь мог видеть лишь высокую платформу в центре площади, где несколько человек что-то делали.
Спустя мгновение толпа погрузилась в хаос. Ли Цзюнь услышал громкий смех, безудержный плач и шепот между людьми. Казалось, что эти более десяти тысяч человек сошли с ума, и Ли Цзюнь не смог сдержать своего изумления.
Когда он, пытаясь протиснуться в середину площади, еще до того, как понял, что происходит, его схватила чья-то рука.
Ли Цзюнь посмотрел на мужчину и понял, что это тот самый учёный, который пришёл с ним. Прежде чем Ли Цзюнь успел что-либо сказать, учёный спокойно произнес: «Вы наёмник, не так ли? Я вас найму».
Его тон был спокойным, но Ли Цзюнь почувствовал в его голосе непоколебимую решимость. В Ли Цзюне начала пробуждаться юношеская бунтарская натура; он пытался вырвать руку из хватки ученого, но иссохшие кончики пальцев ученого оказывали мощное давление, не позволяя ему освободиться.
«Я могу дать вам то, что вам наиболее полезно», — сказал учёный, его глаза сияли непоколебимой решимостью. «Например, я могу удвоить ваши способности!»
Ли Цзюнь внезапно осознал, что, несмотря на окружающий шум, учёный не прилагал особых усилий, но его голос всё равно доносился до его ушей очень отчётливо. Странное предложение цены также было непреодолимым. Хотя Ли Цзюнь не знал, как учёный смог удвоить его способности, он доверял этому незнакомому человеку. Поэтому Ли Цзюнь перестал сопротивляться и, ведомый учёным, протиснулся сквозь толпу на сцену.
«Все наши люди здесь», — сказал учёный мужчине, похожему на клерка, сидевшему на платформе. «Когда начнётся соревнование?»
Ли Цзюнь кивнул девушке Юэ, уже стоявшей на сцене, и заметил улыбающегося юношу рядом с ней. Прежде чем он успел поздороваться с ним, клерк спросил: «Имя, раса, место происхождения, особые навыки».
«Лэй Хун, обычный человек из царства Су, маг». Учёный ответил на вопрос, почти не произнося ни слова. Затем девушка из царства Юэ ответила: «Меня зовут Мо Жун, я из Дунъюэ, мой дом находится на хребте Юэ Жэнь в царстве Хун, и моё особое мастерство… Я будущий мастер номер один на Божественном континенте».
Услышав почти хвастливый ответ девушки Юэ, советник не смог сдержать смеха, смягчил голос и сказал: «Вы действительно собираетесь участвовать в этом соревновании? Вы не похожи на человека, способного выдержать такие трудности».
Мо Жун твердо кивнул: «Без проблем. Мой отец говорил мне, что для того, чтобы стать величайшим мастером, нужно обладать величайшей смелостью. Великий мастер Гуншу Пан будет со мной!»
Советник покачал головой, несколько раздраженный собственным вмешательством. Он перевел взгляд на Ли Цзюня. Ли Цзюнь не придал этому особого значения, когда Ли Цзюнь не смотрел ему в глаза, но когда их взгляды встретились, он почувствовал мощное давление, исходящее из глаз советника, делающее ложь невозможной. Очевидно, этот советник был мастером ментальной магии. Ли Цзюнь инстинктивно насторожился: «Что?»
Клерк почувствовал психологическое сопротивление Ли Цзюня, слегка улыбнулся, и огромное напряжение тут же исчезло. Он спросил: «Мне нужно зарегистрировать ваше имя, расу, место происхождения и особые навыки».
Обменявшись взглядом с учёным Лэй Хуном, Ли Цзюнь ответил: «Ли Цзюнь, простой человек, из государства Су, убийца».
Клерк быстро делал записи, повторяя слова Ли Цзюня и делая паузу на последнем слове: «Какие у вас особые навыки?»
«Убивать людей», — сказал Ли Цзюнь учёному Лэй Хуну с явно угрожающим тоном, чувствуя себя обманутым. «Я наёмник, и моя специализация — убийство людей».
«Странные вещи случаются каждый год, но сегодня их, кажется, больше, чем обычно». Советник снова покачал головой и записал «особый навык» Ли Цзюня.
Улыбающийся юноша понял, что настала его очередь, и сказал: «Ту Лун Цзыюнь, простолюдин из королевства Лань, специализируется на убийстве драконов».
Его голос, резко контрастировавший с безразличной улыбкой на лице, был быстрым и чистым. Услышав его талант, публика сначала была поражена, а затем разразилась смехом.
Советник в третий раз покачал головой, на его лице появилась улыбка: «Значит, у клана истребителей драконов королевства Лан еще остались потомки... Сколько драконов ты убил?»
Покраснев от сарказма в тоне советника, Ту Лунцзы пробормотал: "...Нет...я не нашел дракона..."
Советник, казалось, хотел еще немного подразнить его: «Драконы исчезли тысячи лет назад, поэтому, конечно, ты не сможешь найти ни одного. Ты никогда не сможешь использовать свой особый навык в этой жизни».
С холодным фырканьем Лэй Хун прервал насмешки клерка: «Довольно, формальности завершены?»
Советник взглянул на небо и сказал: «Хорошо, вам нужно всего лишь поставить отпечатки пальцев на своих именах».
Когда настала очередь Ли Цзюня поставить отпечаток пальца на документе, он понял, что клерк начал заполнять «заявление об отказе от права на жизнь или смерть».
Увидев колебание Ли Цзюня, Лэй Хун спросил: «Ты боишься смерти?»
Ли Цзюнь быстро надавил пальцем и с гордостью произнес: «Как может наемник в смутные времена бояться смерти?»
На лице Лэй Хуна мелькнула улыбка; Ли Цзюнь впервые увидел улыбку этого странного учёного. У него было столько вопросов, которые он хотел задать Лэй Хуну, но прежде чем он успел это сделать, советник жестом пригласил кого-то неподалеку спустить их четверых с платформы.
Когда он пробирался сквозь толпу, люди по обе стороны автоматически расступались перед ним. Он не успел далеко отойти, как снова услышал оглушительный рев толпы. Он обернулся и увидел, что клерк встал и громко говорил со сцены.
«…В этом соревновании участвуют двенадцать групп по сорок восемь человек. Информация о них будет опубликована завтра, приглашаем всех желающих…» Ли Цзюнь смутно услышал эту обрывочную фразу и вдруг понял, что участвовал в знаменитом азартном турнире «Отчаянные игроки» в городе Хун Гохай Пин.
Турнир «Отчаянные игроки» проводится уже несколько лет; это официальное мероприятие, организованное городом Хайпин. Участников случайным образом высылают на опасный остров, откуда их забирает корабль через месяц. Каждому участнику разрешается запастись провизией всего на три дня; чтобы выжить, они должны воровать еду у других. В условиях крайнего голода происходит каннибализм, и обычно остается лишь очень небольшое количество выживших. Из-за кровопролития, жестокости и непредсказуемого азарта турнира бесчисленное количество жителей города Хайпин делают ставки, и даже игроки приезжают из далеких стран, чтобы принять участие. Одна треть от общего выигрыша достается последним выжившим, а остальная часть — организаторам. Поскольку призовой фонд чрезвычайно велик, часто достигая сотен тысяч золотых монет, люди всегда рискуют жизнью, чтобы зарегистрироваться на каждый турнир. Ли Цзюнь слышал об этом от наемников, но только сейчас вспомнил.
Четверо были доставлены в гостиницу под названием «Разбойники». После того, как для них забронировали номера, человек ушел. Лэй Хун исчез бесследно, и только во время ужина, когда он вернулся и позвал всех в свою комнату, Ли Цзюнь смог задать ему вопрос: «Зачем ты обманом заставил меня участвовать в этом соревновании?»
«Неважно, если я вам солгу», — тон Лэй Хуна оставался бесстрастным. «Поскольку это групповое соревнование, нам не хватает одного человека, и мы случайно увидели вас и узнали, что вы наёмник».
— Просто совпадение? — Ли Цзюнь горько усмехнулся. — Из-за вашего совпадения нас могут съесть!
"Не будет!"
«Конечно!» — не обращая внимания на изумленный взгляд Мо Жун, Ли Цзюнь воскликнул: «Я вышел и проверил информацию об участниках. Шансы нашей группы — один к трем тысячам… самые низкие среди двенадцати групп!»
Ту Лунцзыюнь на мгновение опешился, а затем рассмеялся: «Тогда мне следует сделать ставку на победу нашей команды, чтобы немного разбогатеть».