Tempering the soul - Chapter 240
Трупы и пятна крови перед ней, казалось, никак не влияли на Дунфан Нинсинь. После того, как она израсходовала все Иглы Дождя Грушевого Цветка, и после того, как кровавое подавление Игл Грушевого Цветка заставило так называемых экспертов города Дан не сметь двигаться, Дунфан Нинсинь ледяным голосом произнесла: «Подлец? Тогда я сейчас же убью тебя открыто… Цзысу, Уяй, твои противники, помните слова вице-президента Рена, никого не оставляйте в живых».
Преимущество численности над меньшинством заключается в том, что побеждает тот, у кого больше людей и выше моральный дух. Однако при высокомерном дожде из иголок грушевого цветка с Великого Востока, который устраивает Нин Синь, преимущество численности и морального духа практически ничтожно. Если вице-президента тоже убьют, эти так называемые эксперты превратятся в неорганизованный хаос.
Если бы жители Данчэна напали на них массово, это доставило бы им немало хлопот. Однако в данный момент они не в состоянии организовать групповое нападение. Будучи высокопоставленным Почтенным, молодой господин Су мог бы с лёгкостью уничтожить этих людей. Разница в один уровень подобна небу и земле.
Для Вуи эти так называемые эксперты с небольшим практическим боевым опытом не представляли никакой проблемы. Убийство, о котором говорил Дунфан Нинсинь, действительно было легким, потому что это была полностью односторонняя резня жителей города Дан. Более того, враги послушно собрали своих людей, чтобы убить их…
«Вице-президент Гильдии Алхимиков? Прощайте». В какой-то момент, пока Гунцзы Су и Уя пробирались сквозь толпу, Дунфан Нинсинь уже подошла к вице-президенту Рену. Лицо вице-президента Рена было совершенно бесцветным, потому что золотая игла Дунфан Нинсинь была направлена прямо ему в сердце. От легкого прикосновения его сердце мгновенно разорвалось бы.
«Не боитесь ли вы оскорбить всех алхимиков мира?» В этот момент вице-президент Рен даже затаил дыхание, опасаясь, что его сердце бьется слишком быстро и он может случайно коснуться золотой иглы.
Словно услышав шутку, Дунфан Нинсинь холодно рассмеялась: «Вице-президент Рен, вы действительно забавны. Разве вы не спрашивали мое имя? Я даже не боюсь Башни Игл, так почему я должна бояться Гильдии Алхимиков? Оскорбить одну Башню Игл — это одно, но какая разница, есть ли другая Гильдия Алхимиков? Кроме того, если я сегодня вас всех убью, кто-нибудь узнает об этом? Оставить вас в живых будет гораздо сложнее».
События сегодняшнего вечера в городе Дан, вероятно, были делом рук вице-президента Рена и трёх других семей. Если бы Гильдия Алхимиков знала об этом, она бы ни за что не позволила вице-президенту Рену действовать таким образом. Независимо от причины, Дунфан Нинсинь понимал, что сегодня никого из этих людей нельзя щадить… особенно вице-президента Рена; он явно злодей, и если его не убить, это только создаст ещё больше проблем. А устранение этих экспертов из главных семей города Дан затруднит им ответный удар…
«Ты не выживешь, даже если убьешь меня. Я уже нанял убийцу, Призрачную Тень, чтобы он тебя убил. Знаешь, с Ямой легко связываться, а с Призрачной Тенью — сложно? Как только он возьмется за дело, он будет неустанно преследовать тебя…» Вице-президент Рен знал, что сегодня ему суждено умереть, но даже в смерти он хотел заставить Дунфан Нинсинь страдать.
«Верховный убийца, Призрачная Тень? Вице-президент Рен действительно очень высокого мнения обо мне. Но вы знаете полное имя Призрачной Тени?» Дунфан Нинсинь медленно, шаг за шагом, вдавливала свои золотые иглы в сердце вице-президента Рена, пока длинные иглы не вошли полностью. Но это не означало, что вице-президент Рен умрет сейчас. Дунфан Нинсинь не позволит ему умереть так легко. Она хотела, чтобы вице-президент Рен умер, зная причину. Черт бы побрал Данчэна, как он смеет нанимать убийц, чтобы убить ее? Он устал жить.
«Вице-президент Рен, чтобы вы умерли, зная правду, я открою вам секрет о Призрачной Тени. Настоящее имя Призрачной Тени: Призрачная Тень Без Конца, и этого человека зовут Уяй…» — Дунфан Нинсинь указал на Уяя, который после убийства стал холодным, как машина, и сказал это вице-президенту Рену. Но прежде чем вице-президент Рен успел задать ещё один вопрос, Дунфан Нинсинь вытащил золотую иглу из сердца вице-президента Рена и повернулся, чтобы уйти…
Как только Дунфан Нинсинь ушла, она увидела, что сердце вице-президента хлестало кровью, словно фонтан, и он рухнул на землю с широко раскрытыми от отчаяния глазами...
Призрачные тени бесконечны, призрачные тени бесконечны… Он хотел рассказать эту тайну, но больше не мог говорить. Он мог лишь навсегда закрыть глаза, неся в себе это и это нежелание.
Смерть вице-президента Рена повергла и без того дезорганизованную группу людей в чёрном в ещё больший хаос. Дунфан Нинсинь, не желая больше медлить, активировала свой Демонический Глаз, и в её глазах вспыхнул фиолетовый свет…
«Оставайся рядом со мной, и я смогу использовать свои Демонические Глаза, чтобы стать невосприимчивым к настоящим энергетическим атакам».
Врагов было больше, и даже если Гунцзы Су и Уя были невероятно сильны, их истинная энергия в конечном итоге была ограничена. Вспышка демонических глаз Дунфан Нинсинь заставила всю их истинную энергию исчезнуть прямо у неё на глазах. Хотя Гунцзы Су не знал о демонических глазах Дунфан Нинсинь, он полностью поверил её словам. Уя же, напротив, всегда знал о силе демонических глаз…
Все трое стояли плечом к плечу, победа была предрешена; им оставалось лишь добиться её в кратчайшие сроки...
"Ведьма..." Его истинная энергетическая атака исчезла бесследно, словно грязевой бык, утонувший в море. Одетые в черное мужчины, давно прожившие в уединенном городе Дан, понятия не имели, на что смотрит Дунфан Нинсинь. Они лишь в ужасе закричали: "Ведьма!"
Страх заразителен, особенно перед лицом смерти. Человек в чёрном был практически бессилен противостоять атакам Гунцзы Су и Уяя...
Всего за пятнадцать минут Дунфан Нинсинь, Гунцзы Су и Уяй завершили битву за пределами города. Никто в городе Дан не выжил, и все трое остались совершенно невредимы...
«Пошли». Увидев трупы на земле, никто не оглянулся, а просто молча ушёл. Человеческая жизнь порой стоит очень дорого.
Все трое собрались с силами и, паря в лунном свете, направились к аукционному дому черного рынка неподалеку от города Дан. На развилке они выбрали левую дорогу. Как только они свернули на левую, карета, освещенная сияющими жемчужинами, помчалась по правой дороге к городу Дан…
Дунфан Нинсинь не заметила, как мимо прошла Оуян Илин, спешившая из Города Лекарств. Оуян Илин также не подозревал, что из-за этой одной секунды, прошедшей слишком поздно, они больше никогда не увидятся. Оуян Илин отчаянно пытался добраться до Города Лекарств до рассвета, надеясь еще раз увидеть женщину по имени Дунфан Нинсинь…
«Молодой господин, здесь повсюду трупы. Должно быть, только что произошла ожесточенная битва». Когда они приблизились к воротам города Дан, кучер остановился и шепотом рассказал Оуян Илин о ситуации в карете.
Даже если кучер ничего не говорил, Оуян Илин чувствовал сильный запах крови, но какое ему до этого дело? «Ладно, поехали в город».
Холодность — это человеческая природа, и чем выше положение человека, тем холоднее он становится; это распространённый человеческий недостаток. Услышав слова Оуян Илин, кучер тут же снова щёлкнул кнутом и вошёл в город. Обычно чужакам не разрешают въезжать в город Дан, тем более ночью. Однако есть один тип людей, которых город Дан приветствует независимо от времени года: Сюнь.
«Медицинский город, особняк Оуян».
Всего пятью словами и одним знаком Оуян Илин беспрепятственно вошла в город. Она с нетерпением поспешила в особняк Ванъюнь, чтобы увидеть лицо, которого так долго ждала...
Оуян Илин в большой спешке бросилась к дому семьи Юнь, не обращая внимания на то, что была полночь и все уже спали, и невежливо постучала в дверь.
К счастью, все в семье Юнь знали, что Дунфан Нинсинь и её группа ушли той ночью, и следили за новостями из Данчэна. За исключением Юнь Цинли, которая ничего не знала о ситуации, все остальные члены семьи Юнь находились в главном зале, обеспокоенные судьбой Дунфан Нинсинь и её группы. Услышав стук в дверь, они подумали, что это новости из-за пределов города, но, открыв дверь, увидели незнакомого молодого дворянина.
«А кто этот молодой господин?» — вежливо спросил старый управляющий из семьи Юнь, в его поведении не было ни смирения, ни высокомерия.
«Оуян Илин из Города Медицины просит о встрече с главой семьи Юнь». Оуян Илин снова достал жетон семьи Оуян из Города Медицины, чтобы подтвердить свою личность.
Оуян Илин, всегда неторопливый в своих действиях, вошел в резиденцию Юнь, не дожидаясь приглашения старого управляющего. Глядя на ярко освещенную резиденцию Юнь, Оуян Илин почувствовал тревогу. Войдя в зал и увидев там всю семью Юнь, но не лицо своей мечты, он понял…
«Она уже ушла?» — грубо спросила Оуян Илин, как только вошла. Члены семьи Юнь были озадачены этим вопросом, но не раздражены.
Семья Оуян из Яочэна занимает чрезвычайно высокое положение в Данчэне.
«О ком говорит молодой господин Оуян?» Юнь Цинъи знал Оуяна Илина, поэтому, когда тот появился в семье Юнь в несколько неопрятном виде, Юнь Цинъи не стал никого выгонять.
Оуян Илин, будучи благородным молодым господином, тут же взял себя в руки, услышав слова Юнь Цинъи, и вновь обрел вежливость. Сначала он поклонился членам семьи Юнь, признавая свою грубость, а затем сказал:
«Прошу прощения за свою грубость, всем. Я всего лишь очень хочу увидеть госпожу Нинсинь. Могу я спросить, где госпожа Нинсинь?» Доброжелательное отношение Оуян Илина порадовало всех в семье Юнь, но его вопрос…
Глядя на полное надежды лицо Оуян Илин, старик из семьи Юнь не знал, как сказать ему, что Дунфан Нинсинь только что уехала и что они ждут здесь новостей о ее безопасности.
Тихо вздохнув, Юнь Цинъи шагнула вперед и сказала Оуян Илин: «Госпожа Оуян, госпожа Нинсинь только что уехала, и мы ждем от нее вестей. Логично предположить, что она и ее спутники сейчас должны быть за городом. Разве вы не встречали их?»
Прошло всего полчаса с тех пор, как Дунфан Нинсинь покинул Юньфу. Неужели Дунфан Нинсинь прорвалась сквозь засаду за городом всего за полчаса?
«За городом? Вы сказали, что госпожа Нинсинь уже уехала, но я не встретила их, когда въезжала в город?» Мы их пропустили? Мы их пропустили за такое короткое время? — недоверчиво спросила Оуян Илин.
Юнь Цинъи кивнула и продолжила: «Сегодня ночью Гильдия Алхимиков, семьи Фэн, Юнь и Янь объединили силы, намереваясь навредить госпоже Нинсинь. Госпожа Нинсинь силой вырвалась из города; логично было бы ей не сбежать так быстро…»
Юнь Цинъи была одновременно озадачена и рассказывала Оуян Илин о текущей ситуации в Данчэне.
Юнь Цинъи знала о военной обороне различных семей в Данчэне. Причина, по которой Дунфан Нинсинь и её группа так быстро продвигались в Данчэне, заключалась в том, что она использовала столь кровавые и неразумные методы для их подавления.
Но за пределами города все иначе. Какими бы кровавыми ни были репрессии Дунфан Нинсинь, эти люди не отпустят ее и ее группу без боя.
Лицо Оуян Илин тут же побледнело. Засада… Гора трупов, которую он увидел, войдя в город, должно быть, была устроена другими семьями из города Дан, но как могла их засада быть такой неуклюжей, длившейся всего полчаса…
Сильный запах крови, должно быть, означает, что людей очень много. Почему же столько людей не смогли продержаться и получаса? Как эти люди в Дэн-Сити могли быть такими бесполезными?
Оуян Илин с негодованием думал, его сердце наполняли страх и ненависть к Гильдии Алхимиков Данчэна. От полных надежды до полного разочарования – как Оуян Илин мог смириться с этим? Бог знает, как тяжело ему было даже увидеть Дунфан Нинсинь.
С момента их последней встречи в Городе Медицины практически не осталось шансов на то, что он и Дунфан Нинсинь когда-либо снова увидятся. Дунфан Нинсинь не поедет в Город Медицины, чтобы снова увидеться с ним, и у него нет причин покидать Город Медицины, чтобы найти её.