Tempering the soul - Chapter 583
Помимо талантов в музыке, шахматах, каллиграфии и живописи, она также неплохо владеет рукоделием и кулинарией, но ей никогда не доводилось демонстрировать свои навыки. Сегодня она наконец-то сможет испачкать руки и приготовить ужин для Сюэ Тяньао.
Долина находилась далеко от города; до ближайшей небольшой горной деревни обычному человеку потребовался бы день и ночь, чтобы добраться. Дунфан Нинсинь собрался с духом и сумел вернуться в течение часа.
В маленькой деревне они использовали все, что у них было, чтобы обменять на посуду и еду. Дунфан Нинсинь считала, что чем больше еды им удастся раздобыть, тем дольше они смогут там остаться и тем дальше будут от хаоса.
Вернувшись в хижину с простой посудой, Дунфан Нинсинь обнаружила перед Сюэ Тяньао уже зажжённый большой костёр. Глядя на единственный костёр в лесу, Дунфан Нинсинь внезапно почувствовала: это мой дом, здесь меня ждут люди.
Это чувство было непривычным; его не было ни в богато украшенном особняке принца Сюэ, ни в особняке Дунфан в городе Сифан. Неосознанно Дунфан Нинсинь отбросила свою истинную энергию и шаг за шагом, легкой походкой обычной женщины, направилась к небольшому деревянному домику.
«Сюэ Тяньао, я вернулась». Дунфан Нинсинь быстро поставила то, что держала в руках, и обернулась, увидев, как Сюэ Тяньао наливает ей воды.
Немного растерянный и неуклюжий, Сюэ Тяньао разлил воду по всему столу и перелил ее через край чашек, прежде чем наконец остановился.
Дунфан Нинсинь протянули стакан с водой. Никаких слов беспокойства не прозвучало, лишь самое простое выражение заботы: «Наверное, вы хотите пить после такого долгого пути».
Дунфан Нинсинь опустила голову, не набирая воду, а выпивая прямо из руки Сюэ Тяньао. Этот мужчина впервые кипятил воду, впервые наливал ее, его движения были неуклюжими, но в глазах Дунфан Нинсинь Сюэ Тяньао в этот момент был красив, как бог.
После короткого отдыха Дунфан Нинсинь приготовила ужин, используя простые кастрюли и сковородки.
В маленькой горной деревушке не было никаких деликатесов, только немного зелени и редиса, а также единственный в деревне кусок вяленого мяса. Несмотря на скудный ужин, Дунфан Нинсинь и Сюэ Тяньао ели с удовольствием, доедая все до последней крошки.
В ту ночь я тихо сидел под ночным небом со своей любимой, отложив в сторону все заботы и споры, и любовался звездным небом до поздней ночи.
С наступлением ночи, лежа на гладкой, безупречной деревянной кровати, Дунфан Нинсинь крепко обнимала Сюэ Тяньао. Этот человек, чьими руками управляли тысячи солдат, построил ей обычный, но уютный дом.
На деревянной кровати они крепко обнялись, их любовь была сильна. Лунная Дева застенчиво исчезла, оставив мир, принадлежавший лишь идеальной паре.
День за днем Сюэ Тяньао и Дунфан Нинсинь своими руками создавали в этой долине сказочную страну.
Они работали на рассвете и отдыхали на закате, исследуя тайны долины, словно дети днем. Ночью они обнимались и ласкались, наслаждаясь жизнью, какой и должна быть у обычной супружеской пары.
Как говорится, человеческое сердце никогда не насытится, и мирные дни пролетают незаметно. Когда пришло время покинуть маленький деревянный домик, Дунфан Нинсинь и Сюэ Тяньао очень не хотели расставаться.
Эти короткие двадцать дней спокойствия поначалу были для них роскошью и иллюзией, но они выдержали внешнее давление и проигнорировали хаос за пределами своего владения, отложив в сторону мирские распри на Центральных равнинах в начале своего правления.
Прошло двадцать дней, но этого им двоим явно недостаточно. В глубине души они жаждут не несметных богатств и славы, а мирного и спокойного мира, подобного тому, в котором они живут сейчас.
Спустившись с гор в город, они предстали в поношенной, но не новой одежде, что нисколько не умаляло их очарования. Многие люди по пути смотрели на них, но Дунфан Нинсинь и Сюэ Тяньао шли своим неспешным шагом.
Три дня спустя они прибыли в бывший город Императорского Звездного Павильона, переименованный в Павильон Нинсу. Глядя на могущественный символ «Нинсу», в темных глазах Сюэ Тяньао, которые оставались спокойными двадцать дней, мелькнул холодный блеск.
Дунфан Нинсинь легонько потянула Сюэ Тяньао за рукав и покачала головой. Она поняла, что Цзысу не имел в виду ничего другого; он просто говорил ей, что, как бы то ни было, титул самого важного человека в Чжунчжоу принадлежит герцогскому двору, а также Дунфан Нинсинь.
Более того, название уже было опубликовано, и изменить его было невозможно; это нанесло бы ущерб престижу герцогской резиденции. Сюэ Тяньао на мгновение подумал, что ему и Дунфан Нинсинь рано или поздно придется покинуть Чжунчжоу, поэтому он мог бы оставить памятный подарок для Гунцзы Су.
Подавив отвращение к имени «Нин Су», Сюэ Тяньао и Дунчжу Нин Синь вошли в павильон Нин Су, принадлежавший молодому господину Су. Как только они вошли, стражники тут же опустились на колени.
«Приветствую вас, Ваше Превосходительство Тяньао; приветствую вас, госпожа Нинсинь».
Когда охранники и сопровождающие начали отдавать дань уважения, все, кто шел по городу, независимо от пола, возраста или социального статуса, повернулись и опустились на колени, хором выкрикивая слова.
«Приветствую вас, Ваше Превосходительство Тяньао; приветствую вас, госпожа Нинсинь».
Слаженность и дисциплина звучания были несравнимы даже для хорошо обученной армии. Дунфан Нинсинь и Сюэ Тяньао стояли у входа в павильон Нинсу, и всё, что они видели, — это люди, склоняющиеся и становящиеся на колени в знак поклонения.
В этот момент в павильон Нинсу вошли не Сюэ Тяньао и Дунфан Нинсинь, а монарх, совершавший инспекционную поездку, и повсюду встречавший его почтением.
В Чжунчжоу люди редко преклоняют колени во время богослужения, что мгновенно вызвало у Сюэ Тяньао и Дунфан Нинсинь ощущение возвращения в эпоху Тяньяо и Тяньмо.
Один из них был принц Сюэ, обладавший огромной властью над миром, а другая — наследная принцесса, контролировавшая всё королевство; оба обладали непревзойденным дворянским происхождением.
Но они понимали, что в этот момент их статус был ещё более благородным, потому что они были королями Чжунчжоу. Гунцзы Су своими действиями дал понять миру, что королями Чжунчжоу были не Бинхань и не герцогская резиденция, а Сюэ Тяньао и Дунфан Нинсинь.
Оба не выказали удивления, увидев происходящее, и восприняли ситуацию спокойно и невозмутимо.
Когда толпа опустилась на колени и проводила их, Сюэ Тяньао и Дунфан Нинсинь продолжили путь к главному залу павильона Нинсу. Куда бы они ни шли, люди, стоявшие рядом с ними на коленях, опускали головы еще ниже. Только после того, как Дунфан Нинсинь и Сюэ Тяньао ушли, они осмелились посмотреть им вслед.
Не успев пройти и ста метров, молодой господин Су поспешил к ним.
Действительно, при таком грандиозном представлении было бы ложью утверждать, что молодой господин Су ничего не знал.
Прежде чем Сюэ Тяньао и Дунфан Нинсинь успели что-либо сказать, Гунцзы Су первым поклонился и произнес: «Господин Тяньао, госпожа Нинсинь».
Вне зависимости от их искренности, по крайней мере внешне, эту формальность необходимо соблюдать. В противном случае, если жители Чжунчжоу знали, что даже молодой господин павильона Нинсу, первый человек в Чжунчжоу, не кланялся Сюэ Тяньао и Дунфан Нинсинь, почему они должны ожидать, что другие будут кланяться им?
Сюэ Тяньао и Дунфан Нинсинь не испытывали ни неприязни, ни симпатии к действиям Гунцзы Су. Их больше беспокоило беспокойство в глазах Гунцзы Су. Сюэ Тяньао заговорил только тогда, когда Гунцзы Су вошёл.
Что случилось?
Услышав равнодушный вопрос Сюэ Тяньао, Гунцзы Су пришёл в ярость и недоброжелательно сказал: «У тебя ещё хватает наглости спрашивать? Вы двое пропали на десять дней или на полмесяца. Ты знаешь, что происходило в течение этого почти месяца?»
После завершения рейтинговых соревнований в Чжунчжоу семьи Ю и Ни поначалу послушно управляли городом. Однако по неизвестной причине пять дней назад они внезапно объединили силы в восстании. Вы все знаете силу этих двух семей; Хаоюй, Усе и я были практически не в состоянии их контролировать. Более того, Маленький Божественный Дракон и Уяй привели человека по имени Лю Юньлун, заявив, что у них есть к вам срочные дела.
«Пойдемте посмотрим». Дунфан Нинсинь и Сюэ Тяньао, не задерживаясь ни на минуту, направились к павильону Нинсу.
Нефритовый особняк и особняк Ни взбунтовались! Какая наглость! Что касается неотложного дела, о котором упомянул Лю Юньлун, давайте сначала посмотрим, что произойдет.
Глава 598: Восстание Нефритового дворца и монастыря!
Прибыв в павильон Нинсу и выслушав подробное объяснение молодого господина Су, Дунфан Нинсинь и Сюэ Тяньао поняли, что дело гораздо серьезнее, чем описал молодой господин Су, и что двадцати дней более чем достаточно, чтобы сделать многое.
Нин Су Гэ, Сян Чэн, Цзюнь Чэн и Сюэ Фу получили повреждения различной степени тяжести. Даже Яо Чэн и Дан Чэн подверглись нападению Юй Фу и Ни Фу, и Яо Чэн и Дан Чэн снова оборвали связь с внешним миром.
Семьи Ю и Ни прекрасно знают местность Чжунчжоу. Нынешний павильон Нинсу — это бывший павильон Дисин. Семья Ни обосновалась здесь на протяжении сотен лет. Они знают каждую дорогу и каждый переулок как свои пять пальцев.
Что касается Цзюньчэна, то клан Призраков вложил в его развитие огромные усилия. Как они могли добровольно передать его кому-то другому, особенно учитывая, что патриарх семьи Ю и молодой господин едва держатся на плаву? Ничего страшного, клан Призраков возьмет все на себя у семьи Ю и вылечит патриарха семьи Ю.
На войне хуже всего, когда у противника есть законные основания для войны, а также большие денежные и продовольственные резервы. К сожалению, у семей Ю и Ни есть не только все три составляющие, но и большое количество рядовых солдат, которых нет у Нин Су Гэ, Цзюнь Чэна и Сян Чэна.