Tempering the soul

Chapter 595

Они знали, как быстро может летать дракон; маленький дракон уже преодолел по меньшей мере десять тысяч миль в воздухе. И всё же они не вылетели из открытого пространства. Сидя на спине дракона, они видели лишь бескрайние просторы, простирающиеся на тысячи миль.

«Пойдемте вниз. Мы не можем уйти, не убрав эти лианы», — сказала Дунфан Нинсинь низким голосом.

"Что?" — недоуменно спросил Чи Ян, продолжая бороться с этой неуязвимой штукой.

«Мы не сможем выбраться из сна Императора Снов, не уничтожив эти лианы».

Откуда вы это узнали?

«Потому что солнце и облака здесь неподвижны», — сказала Дунфан Нинсинь, указывая на небо над ними.

Они только что выбрались из зарослей лиан, но теперь им предстояло спуститься вниз и снова столкнуться с ними лицом к лицу.

Глава 605: Наконец-то вы здесь! Против безответственных родителей

Маленький дракон снова приземлился на ровную землю, и прежде чем он успел превратиться в человека, пустое пространство под его ногами мгновенно покрылось лианами. Скорость их роста была не меньше скорости продвижения Сюэ Тяньао по службе.

Золотистые иголки Дунфан Нинсинь, возможно, и были эффективны против свирепого зверя, но против этих растений они были подобны ударам ватой, не вызывая никакой реакции.

«Сюэ Тяньао, запечатай их всех, ты сможешь это сделать?» Долгая битва немного утомила Дунфан Нинсинь, и ее голос немного дрожал, но она не придала этому значения, думая, что это всего лишь постлечебный эффект от применения техники «Игла, идущая от сердца».

Является ли это возможным?

Если бы этот вопрос задал кто-то другой, Сюэ Тяньао застыл бы в шоке и заподозрил бы неладное.

Но когда Дунфан Нинсинь задала вопрос, Сюэ Тяньао ничего не ответил. Он лишь кивнул, пробормотал «Мм» и начал собирать свою истинную энергию.

«Земля промерзла насквозь на протяжении тысяч километров».

В одно мгновение они оказались в мире айсбергов, где весь мир был покрыт лианами, вмерзшими во льду.

Однако идея Дунфан Нинсинь была несколько наивной. Эти лианы были заморожены во льду, но не перестали расти. Они продолжали распространяться во льду. Со временем они должны были вырваться изо льда Сюэ Тяньао.

«Я не смогу долго это контролировать». Наблюдая, как лианы медленно прорастают изо льда, Сюэ Тяньао откровенно сказал: эти лианы действительно обладали невероятной жизненной силой.

Огонь гасит его, лед сохраняет его.

«Довольно». Дунфан Нинсинь была спокойна и невозмутима. Она села, скрестив ноги, достала из-за спины цитру «Феникс» и, нежно перебирая струны, медленно заиграла.

Затем прозвучала песня под названием «Феникс ищет свою пару».

Гуй Цанву и Сюэ Тяньао уже видели, как Дунфан Нинсинь выглядит, когда сосредоточенно играет на цитре, поэтому, увидев её снова, они были лишь поражены. Однако Чи Янь видел её впервые. Глядя на Дунфан Нинсинь, спокойно и безмятежно сидящую и излучающую неземную ауру, он был совершенно ошеломлён. После ошеломлённого молчания он почувствовал сожаление.

Если бы у него не было той страстной встречи с Сюэ Лань, имел бы он тогда еще право на это?

Но теперь он не осмеливался, опасаясь, что если он слишком сблизится с Дунфан Нинсинь, она узнает о случившемся.

Он надеялся, что в глазах Дунфан Нинсинь молодой господин Багрового клана, Чи Янь, был чрезвычайно горд и высокомерен и не стал бы вступать в сексуальные отношения с другими женщинами ради так называемого совершенствования истинной ци.

За исключением Дунфан Нинсинь и маленького дракона, все были полностью поглощены музыкой. Даже разрастающиеся лианы, словно втянутые в мелодию «Феникс в поисках своей пары», мягко покачивались в такт цитре, не выдавая никаких признаков того, что они только что вырвались изо льда.

Когда музыка достигла кульминации, Дунфан Нинсинь открыла глаза. Ее ясный взгляд говорил всем, что она проснулась и не поддалась нежной любви, выраженной в музыке.

«Феникс, феникс, вернись на родину, борозди четыре моря в поисках своей второй половинки».

Чистый голос Дунфан Нинсинь вернул Сюэ Тяньао и остальных к реальности. Открыв глаза, они увидели перед Дунфан Нинсинь две лианы, растущие из земли, одна зелёная, а другая огненно-красная, послушно стоящие перед ней.

«Что это?» — Чи Янь посмотрела на лиану, отдаленно напоминающую человеческую фигуру, и с удивлением обнаружила, что они нашли ее истинную форму.

Сюэ Тяняо спокойно кивнул, подтверждая правильность предположения Чи Яня.

Откуда она это знала?

Чи Янь указал на Дунфан Нинсинь и сказал: «Что здесь происходит? Почему существует такая большая разница между людьми, которые похожи друг на друга?»

Он ничего здесь не видел, но Дунфан Нинсинь, казалось, знал об этом месте всё. Неужели он, молодой господин Багрового клана, действительно так плох?

В этот момент Сюэ Тяньао покачал головой, показывая, что он тоже озадачен, и посмотрел на Дунфан Нинсинь, чтобы увидеть, как она поступит в этой ситуации.

«Вы живете только в чужих мечтах; отпустите нас и отпустите себя тоже». Ее пальцы двигались быстро, и после «Феникс ищет свою пару» она сыграла «Гармоничную мелодию циня и се». Глубокие эмоции переполняли Дунфан Нинсинь, заставляя тосковать по жизни, наполненной гармоничной музыкой с любимым человеком.

Две лианы тихонько завывали не потому, что не хотели вырваться наружу, а потому, что не могли; кто-то запер их здесь.

«Можете рассказать мне об этом?» Музыка сменилась, на этот раз зазвучала «Мелодия Цинпин» Пиндиншэня, и Дунфан Нинсинь ясно почувствовала волнение, охватившее двух лиан перед ней.

Под влиянием музыки две лианы значительно успокоились и начали тихо разговаривать.

Оказалось, что это были вовсе не лианы; это были древние мифические существа, Лазурный Феникс и Огненный Феникс, божественная пара, символизирующая любовь. Они могли петь самые прекрасные песни о любви, но Лазурный Феникс пел только для Огненного Феникса. Лазурный Феникс и Огненный Феникс жили долго и счастливо на вершине Северного моря, их мир состоял только из них самих.

Однажды, однако, Лазурный Феникс встретил другого Лазурного Феникса. Лазурный Феникс спел песню, предназначенную только для Огненного Феникса. Огненный Феникс пришел в ярость и пожелал уничтожить всё на свете. Лазурному Фениксу тоже надоели неразумные и капризные Огненные Фениксы.

Лазурный Феникс подумал, что встретил другого Лазурного Феникса, похожего на него самого, и то волнение, которое он испытывал, было любовью. Он был готов бросить иррационального Огненного Феникса и улететь с другим Лазурным Фениксом.

В этот момент появился ещё один враг Лазурного Феникса. Это был очень могущественный бог. Чтобы спастись, Лазурный Феникс оттолкнул другого Лазурного Феникса под меч бога и воспользовался случаем, чтобы сбежать.

Лазурный Феникс покинул Огненного Феникса, но Огненный Феникс не мог смириться с расставанием с Лазурным Фениксом. Он тайно следовал за Лазурным Фениксом, переживая душевную боль, наблюдая, как другой Лазурный Феникс занимает его место, думая, что однажды он уйдёт, когда его сердце умрёт.

Неожиданно, прежде чем они успели уйти, они столкнулись с Цинлуань, оказавшейся в опасности. Когда Цинлуань была на грани смерти от божественного меча, Хуофэн пожертвовал всем своим совершенствованием, чтобы спасти её.

Лазурный Феникс и Огненный Феникс не умерли, но были на грани смерти. В наказание боги заточили их здесь, так что теперь они могли существовать только в виде пары лиан, которые будут пытаться опутать любое живое существо, которое встретят, пока не задушатся насмерть.

Запутывание — это инстинкт; они не могут его контролировать.

«Чем я могу вам помочь?» Выражение лица Дунфан Нинсинь оставалось спокойным, казалось, его не затронула история Цинлуань и Хуофэна, и он, по-видимому, не понимал, почему жертва Цинлуань, принесенная Хуофэном, была достойна его внимания.

«Заключи с нами договор». Огненно-красные лозы нежно обвились вокруг икр Дунфан Нинсинь, медленно поднимаясь к ее животу, а затем останавливаясь.