Tempering the soul

Chapter 681

Дунфан Нинсинь видела упоминания о пилюлях души только в книгах. В книге, которую нашла для неё распутная глава гильдии, об этом было лишь одно предложение, но там говорилось, что пилюли души создаются с помощью жизни алхимика, а у неё такой книги не было, не так ли?

«Могу с уверенностью сказать», — с предельной серьезностью произнес Янь Лан. Он не стал бы лгать о подобном, да и необходимости в этом не было. Если бы он и солгал, то сказал бы, что это не пилюля души, а бесполезная, и попросил бы Мо Яня отдать её ему. Ценность пилюли души Юлань была невообразимой…

«Разве пилюля души не должна быть изготовлена с использованием жизни алхимика?» Именно этого Дунфан Нинсинь не понимала; она не жертвовала своей жизнью.

Огненный Волк покачал головой и сказал:

«Если быть точным, для приготовления Пилюли Души требуется сущность алхимика, и помещение всего тела в Центральную Пилюльную Печь — лучший способ сконцентрировать эту сущность. Если сущность алхимика достаточно сильна, что же невозможно без жизни?»

Самая отличительная черта Пилюли Души заключается не в том, что она очищена жизненной силой, а в том, что сама пилюля обладает аурой жизни. Кровавый запах и красные полосы, растекающиеся по пилюле, являются достаточным доказательством этого. Это не бесполезная пилюля, и определить её качество невозможно; единственное, что можно сказать наверняка, это то, что это Пилюля Души.

Как объяснил Янь Лан, он вернул пилюлю души орхидеи Дунфан Нинсинь, дав понять, что ей следует убрать её. Эта пилюля души была ценным предметом, о котором нельзя было рассказывать. Если бы кто-нибудь узнал об этом, жизни Тянь Ао и Мо Яня оказались бы в опасности.

Дунфан Нинсинь отложила пилюлю и серьезно сказала: «Глава дворца Янь, прошу прощения, я не позволила людям из Башни Пилюль проверить эту пилюлю, иначе дворец Яньлань определенно одержал бы победу».

Любой эликсир совершенно ничтожен по сравнению с Пилюлей Души...

«Ты был прав, не показывая это всем. Как только кто-нибудь узнает, что ты создал Пилюлю Души, тебе будет опасно».

Яньлан торжественно предупредил, что алхимия — одна из самых престижных профессий в мире, но и одна из самых опасных. Многие силы не пожалеют средств, чтобы иметь в своих рядах высокопоставленного алхимика, а алхимик, способный изготавливать пилюли души, не рискуя жизнью, несомненно, пользуется еще большим спросом...

Услышав слова Янь Лана, Сюэ Тяньао шагнул вперед и крепко сжал руку Дунфан Нинсинь, в его глазах читались облегчение и затаенный страх…

К счастью, Дунфан Нинсинь не раскрыла секрет Пилюли Души всем, иначе у них были бы проблемы.

В Чжунчжоу много экспертов. Если бы его окружили и атаковали, он бы точно не чувствовал себя уверенно.

Дунфан Нинсинь в ответ пожал руку Сюэ Тяньао, давая понять, что ему не о чем беспокоиться.

Дунфан Нин знал, что Сюэ Тяньао смотрел сегодняшние два матча, затаив дыхание.

Сюэ Тяньао равнодушно кивнул, взглянул на Дунфан Нинсинь, на лбу и в глазах которого читалась легкая усталость, и холодно окинул взглядом толпу, грубо отмахнувшись от них: «Завтра решающий раунд, давайте отдохнем. Этот Лес Сто Трав, похоже, не просто какое-то место…»

Хорошо?

Почему оно вдруг так быстро закрутилось?

Все понимали, что Сюэ Тяньао говорил это лишь для того, чтобы они ушли и не мешали паре проводить время вместе, но никто не осмеливался высказать возражения.

Хотя распутный глава гильдии и Уя все еще хотели спросить Дунфан Нинсинь, как ей удалось спастись, когда ее окутало пламя Небесного Огня, увидев убийственный взгляд Сюэ Тяньао, им ничего не оставалось, как послушно уйти и спросить ее в другой раз.

На следующий день, после того как Дунфан Нинсинь, Сюэ Тяньао и Уя вошли в Лес Сто Трав, они обнаружили, что непреднамеренное замечание Сюэ Тяньао действительно сбылось.

В ярости Уя предложила Сюэ Тяньао открыть ларек и повесить вывеску с надписью «Несокрушимая гадалка»...

Глава 661: Ты меня ждешь?!

Лес Сто Трав — это своего рода козырь для Башни Пилюль. Способность Башни Пилюль изготавливать так много пилюль каждый год во многом обязана Лесу Сто Трав. Без Леса Сто Трав, поставляющего лекарственные материалы, алхимики Башни Пилюль просто не смогли бы полностью посвятить себя исследованию и совершенствованию лечебных пилюль.

Жители Данты, вероятно, даже не знают, где находится лес Байцао. Им никогда не приходилось беспокоиться о целебных травах в лесу Байцао. Лес Байцао — это настоящая сокровищница, где, кажется, целебные травы неисчерпаемы.

Никто не знает, как давно существует Лес Сто Трав. Он существовал ещё тогда, когда существовала Башня Пилюль, и Лес Сто Трав бесплатно снабжал алхимиков Башни Пилюль целебными травами. Именно это сделало Башню Пилюль уникальным местом в доисторическом мире и обеспечило ей её удивительное богатство.

Многие обитатели Башни Пилюль хотят понять, что же представляет собой Лес Сто Трав, но они пытаются это сделать уже тысячи лет безрезультатно. Единственное, что известно обитателям Башни Пилюль, это то, что вход в Лес Сто Трав находится на самом верхнем этаже Башни, на вершине, инкрустированной светящимися жемчужинами.

Только один человек в Башне Пилюль знает, как открыть вход в Лес Сотни Трав, и этот человек — Великий Старейшина Башни Пилюль.

Перед смертью каждый Великий Старейшина передаёт следующему Великому Старейшине способ открытия Леса Сто Трав. Этот способ передачи Леса Сто Трав осуществляется посредством запечатления души. Он гарантирует, что посторонние не смогут проникнуть в Лес Сто Трав…

В обычных условиях никому не разрешается подниматься на вершину башни Дан. Вершина башни Дан открывается для посещения только раз в год, на третий день третьего месяца, в день сбора трав.

Сегодня вход в травяной лес Тяньци имеет особое значение.

Когда Дунфан Нинсинь, Уя и Сюэ Тяньао прибыли на вершину башни, там уже находились представители трёх дворцов дворца Ляньхуо. После вчерашних событий сотрудничество между этими тремя дворцами стало ещё теснее.

На пустой вершине башни стояли двенадцать человек, ожидая, когда обитатели Башни Пилюль отведут их в Лес Сто Трав.

Вскоре прибыли Дан Юаньжун и старейшины башни Дан.

Сегодня Чжи Су и несколько свидетелей из Башни Иглы отсутствовали. В конце концов, это было важное место в Башне Пилюль, и Чжи Су и остальным было неуместно туда входить.

В день сбора урожая травы несколько свидетелей придут, чтобы засвидетельствовать победу.

«Через полчаса вы войдете в Лес Сто Трав. Хотя Лес Сто Трав принадлежит нашей Башне Пилюль, внутри него есть много мест, куда никто из членов нашей Башни Пилюль никогда не забирался глубоко».

Лес Сто Трав полон опасностей. Пожалуйста, будьте осторожны, войдя внутрь. Здесь двенадцать пилюль, по одной для каждого из вас. Если вы столкнетесь с опасностью или захотите отступить, бросьте пилюлю в воздух. Сборщики трав из Башни Пилюль найдут вас как можно скорее и выведут…»

Пока Великий Старейшина Башни Пилюль говорил, он жестом приказал членам Башни раздать всем имеющиеся у них пилюли. После раздачи пилюль Великий Старейшина повторил: «Помимо вас двенадцати, вас в Лес Сотни Трав сопроводят двенадцать травников, а также Мастер Башни. Надеюсь, вы не будете заходить слишком глубоко в Лес Сотни Трав. Если вы обнаружите какую-либо опасность, немедленно отступите, иначе даже травники могут не спасти вас».

Тон старейшины был очень серьёзным, но не угрожающим. Как только он закончил говорить, вошли двенадцать высоких, невозмутимых мужчин с тусклыми глазами.

По щелчку пальцев старейшина отправил двенадцать сборщиков трав поклониться Дан Юаньжуну, словно марионеткам, после чего они замерли на месте.

Дунфан Нинсинь и Сюэ Тяньао с удивлением посмотрели на двенадцать травников. Эти травники из Башни Пилюль казались роботами, обученными быть лишенными собственного «я». Дань Юаньжун тоже выглядел особенно нервным. Что происходит?

Неужели в Лесу Сто Трав действительно что-то есть?

Они молча спросили, но прежде чем они успели что-либо обдумать, старейшины Башни Пилюль шагнули вперед, достали коробочку с двадцатью пятью пилюлями размером с большой палец, и Великий Старейшина по очереди прижал пилюли к черной точке на стене.

Опустив в миску двадцать пять таблеток, старейшина Данта быстро оставил отпечаток ладони на стене.

Скорость движений рук была настолько высока, что большинство людей даже не могли этого заметить. Если бы у Дунфан Нинсинь не было фотографической памяти, она бы не поняла, что печать старейшины Башни Пилюль — это буддийская мудра. Дунфан Нинсинь не знала её конкретного назначения; раньше она видела её только в книге — это была очень сложная мудра.

Обернувшись, она обнаружила, что рядом с ней Дан Юаньжун тоже пристально смотрит на старейшину Данту. Дан Юаньжун намеренно спрятался, но Дунфан Нинсинь поняла, что его очень заинтересовала ручная печать старейшины Данты.

Как странно, как мог Мастер Башни Пилюль не знать ручных печатей, необходимых для открытия Леса Сотни Трав?

Вопреки мнению Дунфан Нинсинь, после того как старейшина Данта закончил свои ручные печати, они смутно почувствовали поток звуковых волн перед собой, и эти расплывчатые звуковые волны, казалось, принадлежали другому миру.