Super Ghost Detector - Chapter 18
А Хао опустила взгляд на землю, но нахмурилась, слушая. Чжэн Гуань еще больше разволновался, протянул руку и схватил А Хао за руку, сказав: «Я могу не только подождать тебя, но и помочь тебе позаботиться о…»
Не успел он договорить, как его протянутую руку резко схватили. А Хао почувствовал внезапное приближение какой-то фигуры, поднял голову и был ошеломлен.
Глава 17. Сожаление
Чжэн Гуань был не сильнее этого человека и не смог вырваться из его хватки. Он повернулся, чтобы посмотреть на мужчину, но не узнал его. Однако он почувствовал, что тот был внушительным и благородным, обладал необычайной аурой и был одет в роскошную одежду, в отличие от обычных людей. Сун Шухао служила вдовствующей императрице и имела много связей с влиятельными людьми, поэтому неудивительно, что она знала молодого дворянина.
Чжэн Гуань, не теряя рассудка, пожалел Ахао. Она была всего лишь низкопоставленной чиновницей без всякого происхождения. Даже если бы ей удалось выйти замуж за богатого человека, она имела бы право быть лишь наложницей. А если бы вышла за него замуж, то хотя бы стала бы его законной женой!
Если она выйдет замуж за члена семьи Чжэн, то даже если жизнь будет немного трудной, с ней никогда не будут плохо обращаться. Неужели А Хао действительно не понимает такой простой истины? Или она понимает только деньги и знает только, как подняться по социальной лестнице?
Когда Чжэн Гуань встретился взглядом с человеком перед собой, в его голове возникли какие-то мысли, но глубокий, холодный и неприступный взгляд другого человека, словно черный нефрит, заставил его потерять самообладание. В одно мгновение Чжэн Гуань отвел взгляд, чувствуя себя несколько униженным, и его лицо покраснело от негодования.
А Хао очнулась от шока, и хотя она сделала реверанс и поприветствовала его словами «Ваше Высочество», тон ее был спокойным, но удивление в ее глазах не исчезло.
А Хао не видела, откуда пришел прокурор Чжао. Она не могла найти ни малейшей причины, по которой прокурор Чжао оказался в резиденции Сун. Ее удивление и недоверие были совершенно нормальными реакциями.
Личность принца заставила Чжэн Гуаня задохнуться от слов, он втайне подумал, что его кузина нашла такого влиятельного покровителя. Чжао Цзянь и А Хао слегка кивнули, давая ей знак встать, их выражения лиц были гораздо спокойнее, чем когда они смотрели на Чжэн Гуаня. Однако, когда они снова посмотрели на Чжэн Гуаня, вспомнив его слова, холод в глазах Чжао Цзяня усилился.
«Мужчины и женщины разные. Даже если ты её двоюродный брат, ты не имеешь права поднимать на неё руку. Раз ты выглядишь респектабельно, прояви уважение. Она уже отвергла тебя, ты разве не понимаешь?»
Когда Чжао Цзянь заступился за Ахао, Чжэн Гуань не осмелился ему возразить. Его покорное поведение в этот момент резко контрастировало с его напористым отношением к Ахао всего мгновение назад.
Слова Чжэн Гуана не понравились А Хао, но она ничего не ожидала взамен. Она могла сама с ним поговорить. В отличие от него, Чжао Цзянь казался ей чужим человеком, незнакомым. Чжао Цзянь помог ей смягчить неловкость, и А Хао была благодарна. Однако ей не совсем нравился способ, которым он это сделал.
Судя по поведению Чжао Цзяня, Ахао решила, что другая сторона, вероятно, не станет создавать ей проблем, поэтому она взяла инициативу в свои руки, чтобы помочь Чжэн Гуаню выбраться из затруднительного положения, сказав: «Кузина, спасибо, что пришла навестить мою маму. Уже поздно, кузина, тебе следует сначала вернуться».
Чжэн Гуань подумал, что раз Ахао уже расположила к себе наследного принца, то заступиться за него не составит труда, поэтому он с готовностью согласился и поспешно ушел. Чжао Цзянь действительно ничего не сказал.
Отпустив Чжэн Гуаня, Сун Шухао осталась наедине с Чжао Цзянем. Заподозрив неладное, она наконец прямо спросила его: «Почему Его Высочество здесь?» Кроме того, у нее были подозрения и по другому поводу: она попросила принца Нина присмотреть за резиденцией Сун, но никаких известий не получила.
Чжао Цзянь встретил ясный взгляд Ахао, сжал кулак, спрятанный в рукаве, и, стараясь выглядеть расслабленным, сказал: «Я пришел, чтобы кое-что уточнить».
Сомнение в глазах Ахао усилилось. Чжао Цзянь подавил желание подойти к ней ближе, посмотрел на Ахао и продолжил объяснять: «Девять лет назад меня спасли. С тех пор я искал этого благодетеля, но так и не смог его найти. И вот, спустя столько лет, я наконец узнал, что мой спаситель был прямо передо мной».
«Я не понимаю, о чём говорит этот молодой господин…» — А Хао покачала головой, всё ещё выглядя совершенно озадаченной. Казалось, он говорил, что она спасла его девять лет назад, но ей тогда было всего девять лет, как она могла это сделать?
«Девять лет назад в монастыре Цзинъюнь маленькая девочка, которой было всего девять лет, не могла уснуть по ночам и тайком убегала во двор, чтобы посмотреть на луну. Так получилось, что я как раз бежала в монастырь Цзинъюнь и, получив ранение, встретила эту девочку. Она помогла мне скрыться от преследователей и перевязала мои раны».
Хотя так называемая перевязка заключалась всего лишь в том, что девушка отрезала ножницами полоски ткани от его нижнего белья и кое-как перевязала рану, она сделала это, а затем проигнорировала вопрос его жизни и смерти, лишь настоятельно попросив его поскорее уйти, что было совершенно бессердечно.
Чжао Цзянь вспомнил ту необычную ночь. Он не смог четко разглядеть лицо девочки и не знал ее имени. В то время она простудилась, и ее голос был немного хриплым, поэтому он не мог полностью разобрать его.
Но он испытывал глубокое сожаление, сожаление о том, что не узнал раньше, что эта девушка — Сун Шухао. Если бы он узнал раньше, разве многое не сложилось бы иначе?
Увидев, что Чжао Цзянь погружен в свои мысли, слегка опустив веки, чтобы скрыть свои чувства, Ахао улыбнулся и сказал: «Ваше Высочество, должно быть, ошибается. Я не помню, чтобы такое когда-либо случалось. Я был слишком молод, чтобы всё это понять».
Непреклонное отрицание Сун Шухао почти не изменило выражения лица Чжао Цзяня, но его сложный взгляд оставил Ахао в недоумении.
Чжао Цзяньдань посмотрел на Ахао и сказал: «Всё в порядке». Его слова были двусмысленны, словно он хотел сказать, что неважно, солгал ли Ахао или нет, или неважно, правильно всё или нет.
Казалось, А Хао поняла, но не стала вдаваться в подробности. Ее улыбка осталась неизменной, когда она сказала Чжао Цзяню: «Ваше Высочество девять лет не переставало стремиться найти эту девушку. Эта преданность поистине трогательна. Я не могу предложить никакой помощи, но желаю, чтобы Ваше Высочество вскоре нашло своего спасителя».
Выслушав слова А-Хао, прокурор Чжао мягко сказал ей: «Спасибо».
·
В преддверии зимней охоты принцесса Чжан Синь очень хотела отправиться в путь, но её старший брат, император, неохотно соглашался. Она умоляла и просила много дней, но Чжан Юй не проявлял никаких признаков уступчивости, и за два дня до отъезда она становилась всё более беспокойной.
Ей обещали двухдневную поездку за пределы дворца, но это обещание было нарушено. На этот раз ей по-прежнему отказались, сославшись на ее брачный возраст. Чжан Синь была еще больше недовольна. Понимая, что просить других бесполезно, а ее попытки убедить Чжан Юя не увенчались успехом, Чжан Синь ничего не оставалось, как обратиться за помощью к вдовствующей императрице Фэн.
В день возвращения А-Хао домой Чжан Синь случайно прибыла как раз в тот момент, когда Чжан Юй отправился в Чаннинский дворец, чтобы выразить почтение императрице-вдове Фэн. Обменявшись приветствиями с императрицей-вдовой Фэн и Чжан Юем, она сразу перешла к делу, не желая задерживаться, опасаясь, что Чжан Юй вскоре займется другими делами.
«Мама, скажи мне, раньше мой старший брат всегда водил меня на прогулку, а в этом году он отказывается. В чем причина? Я что, выгляжу непослушной?»
«Я полностью согласна со словами Вашего Величества. Вам уже шестнадцать. Если вы не выйдете замуж в этом году, то всё равно выйдете замуж в следующем. Лучше ведите себя хорошо. Не будьте похожи на свою старшую сестру, которая так меня беспокоит». Императрица-вдова Фэн не собиралась отдавать должное Чжан Синю и вместо этого встала на сторону Чжан Юя.
Чжан Синь тут же расстроилась. «Мама знает, что я выйду замуж меньше чем через два года. Сколько еще таких возможностей у меня будет в будущем? Не считай ли ты это моим последним шансом?»
«В прошлые годы, куда бы ты ни приезжал, ты всегда устраивал неприятности. Мне просто надоело твоё присутствие. Тебе лучше спокойно оставаться во дворце. Ты сможешь проводить больше времени с матерью и проявлять больше сыновней почтительности». Чжан Юй редко говорил больше нескольких слов, стремясь развеять мысли Чжан Синя.
«Какие неприятности я причинила?!» — Чжан Синь была в ужасе от слов Чжан Юя и сердито ответила. Но, встретившись взглядом с Чжан Юем, она не смелла сказать ни слова и послушно замолчала.
Она изо всех сил пыталась вспомнить, что сказал Лю Юань, когда она попросила у него совета. Она не понимала, почему его метод должен сработать, и предположила, что он шутит, поэтому отложила это в сторону. Но теперь, когда у нее не было других вариантов, Чжан Синь подумала об этом, но все еще не могла понять. Однако это не остановило ее от попытки.
«Вообще-то, я подумала, что мама тоже могла бы пойти с нами, правда? Приведи тетю Сюэ и тетю Сун, и мы все вместе пойдем на прогулку. Во дворце так скучно! Даже если мы просто полюбуемся пейзажем, будет очень приятно! Разве та очень опытная врач не говорила, что маме не следует постоянно сидеть взаперти в своей комнате? Какая прекрасная возможность!»
После этих слов Чжан Синь еще раз перечитала ее, обдумывая три ключевых момента, упомянутых Лу Юанем: вдовствующую императрицу, тетю Сун и женщину-врача, которая недавно измерила пульс вдовствующей императрицы. По крайней мере, все они уже были использованы, так что проблем быть не должно, верно? Чжан Синь не была до конца уверена.
«Я уже старая женщина, как я могу вынести еще какие-либо трудности? Но вы мне напомнили», — сказала вдовствующая императрица Фэн, затем повернулась к Чжан Юю. — «Вам нужна служанка. Я никому другому не доверяю и боюсь, что вы к ним не привыкнете. А Хао — аккуратная и умная, она должна вам подойти. Пусть она пойдет с вами, тогда мне не придется беспокоиться о том, что слуги плохо о вас позаботятся».
Хотя наложниц, сопровождавших императора, было немного, их всё же было немало. Предложение вдовствующей императрицы Фэн взять с собой Чжан Юя и Сун Шухао было всего лишь предлогом для её служения. Чжан Синь была совершенно озадачена; это она хотела поехать, так почему же её старший брат взял с собой Ахао?
«Раз уж Ваше Величество так говорит, у меня нет с этим проблем, но боюсь, Ваше Величество к этому не привыкло». На этот раз намёк императрицы-вдовы Фэн был совершенно очевиден, но Чжан Юй остался непреклонен. Однако слова Чжан Синя напомнили ему кое-что ещё.
Сун Шухао проводит большую часть времени во дворце, и даже когда она уезжает, то в основном навещает свою мать. У нее редко бывает возможность по-настоящему расслабиться и повеселиться. Зимняя охота, подобная этой, стала бы для нее прекрасной возможностью отдохнуть и расслабиться.
Слова Чжан Юя заставили императрицу-вдову Фэн махнуть рукой и рассмеяться: «Мне нечего делать, и у меня еще есть бабушка Фэн и остальные, которые мне прислуживают. Раз Его Величество не возражает, значит, все решено».
Увидев, что они без труда решили, что Ахао может выйти из дворца поиграть, Чжан Синь, немного растерянная, тут же пришла в себя, перестала беспокоиться об этом и поспешно спросила: «А как же я?»
Чжан Юй равнодушно взглянул на неё и холодно произнёс три слова: «Дворец Юнлэ».
В конце концов, она услышала лишь название дворца, в котором жила, и лицо Чжан Синь застыло от гнева.
Избежав истерик и вспышек гнева Чжан Синя, Чжан Юй вернулся в зал Сюаньчжи, но по дороге получил известие. Услышав о том, что произошло в резиденции Сун, Чжан Юй заинтриговался: неужели Сун Шухао действительно спас жизнь Чжао Цзяню?
Вспомнив, как Чжао Цзянь изо всех сил старался угодить Сун Шухао, игнорируя его статус, Чжан Юй снова улыбнулся. Чжао Цзянь лично передал ему такую огромную слабость, поэтому он не мог винить его за невежливость.