Super Ghost Detector - Chapter 51
Прежде чем Чжан Юй успел обернуться, Шэнь Ваньру окликнула его. Слова «Ваше Величество» заставили Чжан Юя взглянуть на императрицу Шэнь, которая лежала на кровати, слегка откинувшись назад. Она несколько раз кашлянула, прикрыв рот рукой, чтобы успокоить дыхание, а затем сказала: «Боюсь, я не скоро поправлюсь…», — со слезами на глазах в голосе.
Как раз когда Чжан Юй собирался утешить Шэнь Ваньру, он услышал её мольбу: «Ваше Величество, пожалуйста, подарите мне ребёнка. Даже если я действительно покину этот мир, я хотя бы оставлю след, что лучше, чем ничего не иметь и не прожить жизнь напрасно…»
Слова императрицы Шэнь заставили Чжан Юя посерьезнеть. Он молча посмотрел на Шэнь Ваньру, а затем сказал: «Твое тело уже в таком состоянии, почему ты все еще думаешь об этом? Разве не важнее всего заботиться о себе и жить хорошей жизнью?»
Искренним ли был совет Чжан Юя или нет, Шэнь Ваньру восприняла его лишь как вежливый предлог для отказа. С трудом выговорив что-либо, она получила в ответ лишь несколько слов, после чего снова легла на кровать.
Она крепко зажмурила глаза, отвернула лицо, словно обиженно, в сторону Чжан Юя, а затем повернулась лицом к кровати. Она больше не смотрела на Чжан Юя и не произнесла ни слова.
На мгновение Чжан Юй подавил улыбку, его мысли были нечитаемы, но он молчал. Подождав некоторое время и не получив от Шэнь Ваньру никакого ответа, он вышел из комнаты, не попрощавшись.
Лишь спустя долгое время после ухода Чжан Юй Шэнь Ваньру обернулась, ее бледное лицо было покрыто слезами, словно она оплакивала свои внутренние обиды и негодование.
...
Затем он покинул дворец Фэнъян в императорской карете. Приподняв край занавески, он тут же почувствовал, как в комнату хлынул холодный ветер, отчего разум Чжан Юя прояснился.
Из-за проблем со здоровьем в прошлой жизни, а также из-за желания обеспечить Сяо Ши беспрепятственное занятие его должности после того, как его собственное здоровье ослабнет, и во избежание ненужных проблем, он никогда не рассматривал вопрос о рождении потомства.
Эта жизнь другая, но многое еще предстоит решить, и пока у него нет идей. И простые люди, и высокопоставленные чиновники всегда верили, что много детей приносит много благ, но его это мало волнует. Принадлежность к королевской семье и наличие множества детей сопряжены со своими проблемами, подобными тем, с которыми он столкнулся.
Даже не принимая во внимание этот аспект, даже в ситуации, подобной той, что сложилась у императрицы, он никак не мог поступить так, лишь бы угодить ей. Чжан Юй понимал, что не зацикливается на словах Шэнь Ваньру, но его это необъяснимо тревожило, и он не мог понять причину.
Изначально он хотел посетить Сун Шухао, но теперь ему не хотелось. Дворец Фэнъян и зал Сюаньчжи находились недалеко друг от друга, и к тому времени, как Чжан Юй пришёл в себя, императорская карета уже остановилась у зала Сюаньчжи. Он подумывал отказаться от этой идеи и поехать к Сун Шухао в другой день, но не смог подавить в себе желание.
Он провел полчаса в зале, едва сосредотачиваясь на работе. Он не мог сконцентрироваться, и как только он остановился, его волнение только усилилось. Еще через пятнадцать минут Чжан Юй не выдержал, встал и вышел из зала.
·
Вернувшись из дворца Чаннин, Сун Шухао осталась в своей комнате и никуда не выходила. Комната была наполнена запахом целебных трав, которые она зажгла перед отъездом, и, несмотря на холодную погоду, ей пришлось открыть окна для проветривания. Она слышала шум, когда Сюэ Лянъюэ проводили обратно во дворец Чаннин, не выходя из комнаты, но не хотела комментировать это или как-либо реагировать.
Теперь, когда события зашли так далеко, ей, по сути, больше ничего не нужно делать; остальное вне её контроля. Оглядываясь назад, она понимает, что мало что сделала; её главная роль, вероятно, заключалась в том, чтобы быть приманкой. Кроме того, возможно, из-за того, что она несколько раз обращалась к Лин Сяо, Сюэ Лянъюэ всё больше убеждалась в ложности этих заявлений.
Запах в комнате почти полностью рассеялся, и не было необходимости идти прислуживать императрице-вдове Фэн. А Хао закрыла окно и откинулась на небольшой диванчик, чтобы почитать. Не успела она оглянуться, как уже стемнело. Перекусив, она вяло откинулась на диванчик и неожиданно заснула на нем.
Находясь в полубессознательном состоянии, она почувствовала легкость под собой, когда пара сильных рук подняла ее. Сознание прояснилось перед телом, и, почувствовав, что что-то не так, А Хао попыталась первой открыть глаза, хотя позже она оказала сопротивление.
В тот момент, когда ее взгляд встретился со взглядом Чжан Юя, Сун Шухао не почувствовала ни радости от заботы, ни ужаса. Она не закричала, но без преувеличения можно сказать, что она выпрыгнула из объятий Чжан Юя и упала на землю.
Из-за поспешного движения она чуть не подвернула лодыжку, но, к счастью, Чжан Юй вовремя подхватил её. Чудом она не получила травм. Сун Шухао было всё равно; в тот момент она хотела лишь одного — как можно дальше отдалиться от Чжан Юя, желательно, чтобы он никогда больше не смог её коснуться!
Чжан Юй не ожидал, что Сун Шухао проснётся. Он вспомнил случай, когда она заснула, стоя в зале Сюаньчжи, и он отнёс её в постель отдохнуть. Она совершенно ничего не заметила и крепко спала. Поэтому, когда Сун Шухао выпрыгнула из его объятий, он успел лишь поймать её, к счастью, не повредив ей лодыжку.
Наблюдая, как она в мгновение ока убежала, словно зайчик, намеренно держась от него на расстоянии и совершенно не заботясь о том, как сильно он ей помог в тот день, Чжан Юй понял, что она все еще затаила обиду за тот день.
Поэтому, даже если ему это казалось забавным, он должен был притвориться несчастным. Чжан Юй заложил руки за спину, посмотрел на Сун Шухао, который находился примерно в полутора-двух метрах от него, слегка приподнял подбородок и тихо сказал: «Иди сюда».
Глава 54. Соблазнение
Человек, который наконец-то стал послушным и подошел к Чжан Ю, чтобы тот погладил ее по голове, теперь стоял вдали, молча и неподвижно. Чжан Ю чувствовала, что Сун Шу похожа на маленькое животное, ожидающее ласки и поглаживания, одновременно милое и интересное.
Раздражение, которое он испытывал до прихода, полностью исчезло при виде Сун Шухао, и его настроение значительно улучшилось. Терпение Чжан Юя тоже вернулось. После недолгого взгляда друг на друга Чжан Юй наконец уступил своему принципу «если ты не пойдешь, я пойду к тебе» и приготовился подойти к Сун Шухао.
Как бы растерянна и сбита с толку она ни была до этого, после того, что Сун Шухао посчитала крайне ужасающим моментом, ее разум прояснился. Увидеть нечто подобное — появление императора в ее комнате посреди ночи — было поистине невыносимо страшно.
Спорить с императором было по-детски и неблагодарно. Понимая, что она слишком остро отреагировала, Сун Шухао колебалась, размышляя, не стоит ли ей смягчить свою позицию, но тут она заметила Чжан Юя, идущего к ней. В ее памяти промелькнула сцена, которую она не хотела вспоминать, и она невольно воскликнула: «Ваше Величество!»
Чжан Юй действительно остановился, не смея идти дальше. Он поднял бровь, прислушиваясь к тому, что она хотела сказать. Сун Шухао тяжело сглотнула и с трудом произнесла: «Уже так поздно, Ваше Величество, есть что сказать?» Она не смела смотреть на него.
По крайней мере, ему удалось заговорить. Видя, что она выглядит испуганной, и не желая ее пугать, Чжан Юй не стал настаивать. Он поговорил с Сун Шухао на небольшом расстоянии.
«Ничего особенного, просто пришел повидаться», — лаконично объяснил Чжан Юй цель своего визита.
Сун Шухао: "..." Лучше не спрашивать. Глядя на Чжан Юйчжи, она почувствовала, что мозг работает не так хорошо, как раньше, и не могла сразу ответить. После короткого молчания она ответила: "Ваше Величество только что пришла в себя; вам следует отдохнуть пораньше".
«Похоже, ты обо мне заботишься?» — усмехнулся Чжан Юй. Сун Шухао молчал, но затем сам сказал: «В тот день я действительно был слишком импульсивен. Приношу свои извинения».
Поклон головы Чжан Юя был еще более неожиданным, чем его предыдущие действия. Он сказал что-то подобное, не произнеся больше ни слова, словно ждал ответа Сун Шухао, примет она его или нет.
После первоначального шока нахлынула новая волна ужаса. А Хао украдкой взглянула на Чжан Юя, мысленно вздохнув, что противостоять ему невозможно, особенно сейчас, когда все дошло до этого. Она опустила глаза, смягчила голос и сказала: «Ваше Величество, в этом нет необходимости…»
Несмотря на недостаток уверенности, А Хао все же добавила: «Я не смею просить Ваше Величество извиниться, но я также надеюсь, что Ваше Величество воздержится от импульсивных поступков». Ее слова, хоть и немногочисленные, становились все тише и тише по мере того, как она говорила, не зная, не рассердит ли она его — даже если это означало бы его расстроить, у нее не было другого выбора, кроме как сказать это.
"хороший."
Тон Чжан Юя стал спокойным, суровое выражение лица исчезло, и он, одним решительным словом, с готовностью согласился на просьбу Сун Шухао. Его прямолинейность, казалось, была безмолвным посланием Шухао: «Делайте то, что делает вас счастливым».
Не было ни спора, ни жаркой перепалки, ни резких слов. Сун Шухао почти убедилась, что все это время она вела себя неразумно, и что ее забота казалась все более притворной. Честно говоря… она не знала, что сказать. Ахао была расстроена. Даже если ей пообещали, ну и что? Словам этого человека больше нельзя было доверять.
Заметив изменение в выражении лица А Хао, Чжан Юй снова подошел к ней и, идя, сказал: «Это моя вина, что я нарушил обещание. Понятно, что ты мне не веришь, поэтому я думал, как загладить свою вину…»
В его голосе звучала умоляющая интонация, словно он намеренно показывал пачку солодовых конфет ребенку, обожающему сладости. Увидев это, Сун Шу внимательно посмотрел на него и продолжил: «Ты давно не покидал дворец, чтобы навестить свою мать. Может, я устрою тебе отпуск, чтобы ты мог вернуться в резиденцию Сун?»
В последнее время произошло так много всего, и для Сун Шухао, которая ужасно скучает по матери, это обещание, несомненно, невероятно заманчиво. Шухао безучастно смотрит на Чжан Юя, не поддаваясь желанию убежать, когда он приближается. Ей предлагают сладкую конфету; принять её или нет — это решение требует тщательного обдумывания.
Она понимала принципы умеренности и сдержанности; сказав это, как она могла позволить ей испытывать судьбу дальше? Это была сладость, но и ловушка; сегодня она могла использовать это, чтобы успокоить ее, а завтра — еще более безжалостные методы, чтобы заставить ее подчиниться. А Хао опоздала на мгновение, чтобы уловить скрытое предупреждение, за кажущимися лестными словами.
В ней зашевелилось волнение, и даже когда Чжан Юй стоял перед ней, Сун Шухао не двинулась с места. Чжан Юй воспринял это как знак того, что Сун Шухао приняла его, и поэтому, без всяких импульсов, обнял её.
Не имея другого выбора, кроме как пойти на компромисс, Ахао не стала сопротивляться, и Чжан Юй, полагая, что она тоже довольна, почувствовал себя удовлетворенным. Он обнял Ахао, слегка склонил голову и тихо прошептал ей на ухо: «Будь хорошей, и я дам тебе то, что ты хочешь. Не предавай меня, поняла?»
Сначала Сун Шухао слегка кивнула, затем тяжело закивала, но у нее перехватило дыхание, и она не могла говорить. Тем не менее, Чжан Юй уже был доволен. Он протянул руку и коснулся щеки Ахао, и все его тело излучало радость.
·
Обещание Чжан Юя было выполнено на следующий день. Получив информацию накануне вечером, Ахао не упустила эту редкую возможность и подготовилась к этому еще накануне. После хорошего ночного сна, на рассвете, Ахао успешно покинула дворцовые ворота, где ее ждала карета семьи Сун.
Проходя по улице Судзаку, А Хао ненадолго задержалась, намереваясь купить кое-что для своего дома. Купив все необходимое, А Хао вышла из магазина, но прежде чем она успела подойти к своей карете, на углу улицы внезапно началась суматоха.