Muñeca nocturna - Capítulo 9
Солдаты спецназа быстро убрали место происшествия и демонтировали палатку травянисто-зеленого цвета.
В этой безлюдной пустыне, лишенной законов и судей, мертвых хоронят на месте, без необходимости в обременительных административных процедурах, таких как расследование или вскрытие. Прохожие, ничуть не смущенные, просто уходят. Эта большая группа собирается и расходится ради богатства, ни о чем другом не заботясь.
Я снова перевел взгляд и спокойно посмотрел на Танино.
Он сухо усмехнулся: «Что? Нежеланный гость?»
Честно говоря, мне совсем не нравится коварный Гу Е. Он слишком хитер, и я боюсь, что я слишком наивна и легко могу им манипулировать.
«Конечно, добро пожаловать, господин Гу Е, пожалуйста, проходите!» — поприветствовал меня Сурен, выходя из шатра. Я лишь слегка повернулся в сторону и с некоторым трудом произнес: «Пожалуйста, проходите!»
Сурен сварила кофе во второй раз. Гу Е колебался, лишь сухо рассмеявшись, явно взвешивая, какие аргументы стоит привести, а какие оставить без внимания. Я пренебрежительно проглотила свой кофе, добавив всего полкубика сахара. На вкус он был слегка горьковатым, но помог мне не заснуть.
Гу Е наконец заговорил: «Тернер… постоянно кричал: „Великий Бог Ту Лихань, прости меня“, когда стрелял и убивал людей. Особенно в последний момент, перед тем как он проглотил пистолет, по меньшей мере дюжина человек у входа в палатку слышали, как он спокойно и благоговейно молился небу, произнося те же слова».
Я усмехнулся и ничего не сказал.
В палатке повисла неловкая тишина, в воздухе витал лишь аромат горячего кофе.
Гу Е залпом выпил несколько глотков кофе, затем внезапно поднял голову: «Разве вам двоим не интересно то, что я сказал?» Морщины на его лбу образовали более десятка горизонтальных линий, плотно расположенных, словно террасные поля, обрабатываемые горцами на протяжении поколений, что выглядело очень привлекательно.
Я ничего не сказала, просто потрясла бумажный стаканчик в руке.
Мы с Суреном сохраняли молчаливое взаимопонимание и хранили молчание. Лучший способ заставить такого старого лиса, как Гу Е, раскрыть свои истинные чувства — это молчать и держать его в неведении относительно наших намерений.
«Поскольку вам это неинтересно, я сразу пойду к мистеру Скальпелю. Он обязательно…»
Сурен вежливо прервал его: «Господин Гу Е, мой брат поручил все вопросы, связанные с раскопками пирамиды Тули-Кхана, господину Фэну. Он будет выслушивать только отчеты господина Фэна. Поэтому было бы лучше, если бы все воздержались от того, чтобы его беспокоить, не так ли?»
Удрученный, Гу Е смотрел на меня, как пойманный зверь, его дыхание становилось все громче и громче.
Я небрежно спросил: «Я знаю некоторые подробности о том, что там происходит, но хочу узнать всё, что случилось. Уверен, господин Танино с удовольствием удовлетворит моё любопытство?» Одной странной каменной таблички недостаточно, чтобы объяснить странность тюркской пирамиды; я надеюсь получить от Танино больше доказательств.
Том первый: Король расхитителей гробниц
Первая египетская гробница
— Глава 21 — Прибытие Гостьи на рассвете —
В палатке внезапно воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Гу Е. Этот опытный знаток мира расхитителей гробниц, много путешествовавший и переживший немало трудностей, теперь вёл себя как возбуждённый, наивный юноша.
«Ты правда хочешь знать? Ты правда хочешь знать?» — взволнованно спросил он, широко раскрыв глаза.
Я пожал плечами и нажал клавишу на клавиатуре ноутбука, выведя на экран упрощенную схему туннеля. Согласно размерам, внешняя оболочка тюркской пирамиды находилась еще в 170 метрах от памятника. Между тем, геологические данные указывали на то, что туннель расположен в обычном песке; существование таких больших валунов там было невозможно.
Сурен сохранил спокойствие, взял чайник и наполнил бумажные стаканчики кофе, равнодушно сказав: «Если господин Гу Е хочет сохранить свои секреты в тайне, то забудьте об этом. У нас есть руки и ноги, и мы спустимся в туннель, чтобы осмотреться. Это лучше, чем если бы другие суетились и полагались на слухи».
Тано внезапно встал, случайно опрокинув бумажный стаканчик. Коричневый кофе разлился по столу и стекал по краю стола на пол.
Вместо того чтобы извиниться за свою вспышку гнева, он вскочил и выдал злобное замечание: «В туннеле чудовище, теперь вы довольны?» Затем он вышел из палатки.
Я заметил, что когда Гу Е проходил мимо Су Луня, тот небрежно щелкнул ногтем, и из-под воротника у него спрятался предмет размером с фасоль.
В палатке наконец-то воцарилась тишина. Сурен достал салфетку, чтобы вытереть стол, а я тем временем просматривал документы на ноутбуке, надеясь найти в обширных геологических данных информацию о происхождении каменной таблички.
Пустынные ночи долгие, и этой маленькой кровати с одним спальным мешком явно недостаточно для нас двоих. Судя по поведению Гу Е, у него нет особого желания, чтобы Су Лун осталась на ночь, и, конечно же, он не предоставит вторую палатку.
«На самом деле, я сегодня совсем не хочу спать. Можешь воспользоваться моим спальным мешком…» Сурен немного устала, и я заметила, как она украдкой прикрыла рот рукой и зевнула.
Она улыбнулась, приподняв уголки губ: «Ну... тогда извините...» Затем она быстро сняла сапоги и забралась в спальный мешок.
Я продолжал искать информацию, но мой взгляд был прикован к спине Сурен, лежащей на боку. В такой ситуации меня никак не могли интересовать романтические отношения между мужчиной и женщиной; я обращал внимание на то, как она тихо вставляла в ухо невидимую берушу.
Как я и ожидал, то, чем она только что щёлкнула в сторону Гу Е, оказалось миниатюрным подслушивающим устройством, а её притворный сон был нужен, чтобы сосредоточиться на подслушивании.
С северо-востока от лагеря доносился гул лопастей вертолета. Я посмотрел на часы; было уже три часа ночи. Кто же мог прийти посреди ночи?
Спина Сурен оставалась неподвижной, дыхание было необычайно ровным.
Я не мог разоблачить её напрямую, поскольку у каждого была своя позиция в этой тайной борьбе, и, скорее всего, это было поверхностное сотрудничество.
Внутри лагеря воздух наполняли звуки быстро бегущих бойцов спецназа в боевых ботинках, лучи мощных фонарей освещали окрестности, но никаких громких звуков или необычной активности не было. Так это были гости Гу Е? Или же это были помощники, которых он пригласил?
Я встал, несколько раз походил взад-вперед, а затем просто поднял занавеску и вышел на улицу, остановившись в темном углу.
После приземления вертолета уровень шума снизился.
Танино стоял у двери хижины, почтительно склонив голову, сохраняя легкую позу японца. Первыми из хижины выскочили двое полностью вооруженных охранников в черной одежде, настороженно направив свои темные автоматы в сторону лагеря; они также были одеты как египетские солдаты.
Позади них медленно вышел слегка полноватый мужчина лет сорока с лишним, одетый в аккуратный темно-синий костюм и с тщательно причесанными волосами. Он почтительно взглянул на стоявшего Гу Е, затем высокомерно присел и что-то сказал.
Они находились слишком далеко, чтобы расслышать их разговор, но, судя по внешности, толстяк определенно был японцем, высокопоставленным политическим деятелем с раздутым и напыщенным видом.
Позади полного мужчины ловко выскочила девушка в обтягивающем белом спортивном костюме и белой бейсболке. Ее хвост свисал до пояса, и она выглядела молодой, красивой и полной энергии.
Не сумев установить происхождение группы, я решил отправиться в темноту, пробираясь между еще освещенными палатками. Честно говоря, я все еще совершенно не представлял, что происходит внутри туннеля. Однако, поскольку Тернер был мертв, я хотя бы мог найти кого-то еще: вождя лагеря, Йелана.
Условия в пустыне суровы, и такой человек, как Елан, не стал бы работать там год за годом, если бы не щедрая оплата труда. Исходя из этого, я уверен, что смогу получить от Елана необходимую информацию.
Палатка Елана была немного больше обычных рабочих помещений, так как она также служила лагерным офисом и архивом. Внутри палатки светил тусклый свет, и сквозь щель в занавеске двое людей стояли на коленях друг напротив друга, склонив головы и сложив руки, по-видимому, совершая какой-то религиозный обряд.
Я на мгновение замер, и когда они оба закончили молиться и одновременно встали, я быстро поднял занавес и вошел внутрь.
Елан не удивился, увидев меня. Он одарил меня пустой, горькой улыбкой, взглянул на меня, а затем посмотрел на человека напротив. На нем была грязная рабочая одежда, седые волосы, спутанные в неопрятные локоны, и он был ужасно грязный с головы до ног.
«Дракон, как мне избежать этой беды? Пожалуйста, Ваше Величество, направьте и просветите меня…»
Человек по имени «Дракон» нахмурился, его глаза сузились в щели, и он бормотал какое-то заклинание. Спустя полминуты он вдруг хлопнул в ладоши: «Великий истинный Бог дал ясное указание: покинь пустыню и никогда не возвращайся. То, что ты собираешься сделать, может в любой момент разрушить мир и спокойствие пустыни. Истинный Бог учит нас не причинять вреда другим, не завидовать чужим сокровищам. Если ты не сможешь этого сделать, в конечном итоге заплатишь жизнью — проснись…» Дракон медленно выпрямил руки и прижал их к голове Йерана, нежно поглаживая и рисуя круги.
На ковре под моими ногами стояла темная деревянная чаша, наполненная землей, в которую были воткнуты три одинаковые черные благовонные палочки, из которых поднимались клубы дыма.
«Забудьте об этих ужасных вещах. Бог вездесущ, и Бог защитит Своих детей». Голос дракона был хриплым и сиплым, его английское произношение было крайне невнятным, с явными нотками какого-то регионального диалекта. На его руках было всего шесть пальцев, а большой и указательный пальцы каждой руки были отрублены у основания.
Дракон не смотрел на меня. Сказав это, он наклонился, поднял с земли деревянную чашу и благоговейно трижды обошел Йерама. Затем он поднял ее высоко над головой и вышел из шатра.
Елан тяжело вздохнул, устало опустился на край односпальной кровати и жестом указал на стул перед своим столом: «Пожалуйста, садитесь». Его лицо было странного, пепельно-белого цвета, словно застывший труп в больничном морге. На самом деле, мое первое впечатление о нем было таким: типичный пустынник — открытый, спокойный, осторожный и рассудительный, человек, которого никогда не испугает до смерти пустяк.
«Я знаю, о чём ты хочешь спросить, но я поклялся перед истинным Богом, что никогда тебе ничего не скажу». Он перешёл сразу к делу, преградив мне путь, прежде чем я успел что-либо произнести.
Том первый: Король расхитителей гробниц
Первая египетская гробница
— Глава 22 — Чудовище в колодце —
Египтяне верили в самых разных богов, некоторые из которых были довольно странными и необычными. Более того, те, кто верил в того или иного бога, были преданы ему с предельной искренностью и готовы были рассказать богам любые тайны своих сердец, чтобы обрести освобождение.
Я постарался сделать свою улыбку естественной: «Мистер Йелан, я просто подумал, что вам может понадобиться помощь, поэтому и пришел к вам. Вам следует знать, что этим проектом изначально руководил мистер Скальпель, и хотя он перешел к другому владельцу в процессе работы, вы все еще должны мистеру Скальпелю какое-то объяснение, верно?»
Брови Елана резко дёрнулись, а губы непрестанно дрожали, словно он стиснул зубы, чтобы вытерпеть боль. Внутри палатки повсюду были свалены чертежи, защитное снаряжение и другие необходимые для бурения принадлежности. На стене напротив висело воображаемое поперечное сечение тюркской пирамиды. На рисунке множество крошечных технических символов были наспех отмечены красным и синим карандашом, плотно наложенные, почти покрывая обе стороны успешно выкопанной вертикальной шахты.
Я ознакомился с информацией о Йелане: он окончил факультет бурения Национального университета Египта, имеет степень магистра по геологии пустынь, полученную самостоятельно, и более пятнадцати лет практического опыта бурения в пустыне. Ранее он успешно обнаружил более сорока нефтяных и водяных скважин в египетской пустыне для американской компании.
Без сомнения, он был первоклассным специалистом по работе в пустыне, обладая непоколебимой выносливостью египетского верблюда. Такого человека нелегко было бы испугать чем-то необычным; что же, черт возьми, происходит сегодня?
«Я знаю… мистер Скальпель — важная персона, и он дал мне кучу денег… но я поклялся перед истинным Богом…» Отчаяние блестело в его темных глазах, когда он крепко сжал колени обеими руками, непрестанно извиваясь и вертясь.
«Вера необходима каждому, вы правы, но если в шахте случилось что-то настолько ужасное, погибло сорок один человек — если вы действительно праведны, вы должны сказать правду и спасти попавших в беду рабочих, верно?»
Я осторожно перевела разговор на тему пропавших рабочих, но Елан внезапно закричала: «Спасение? Как мы можем их спасти? Они... их уже проглотил монстр. Наверное, они уже расплавились и сгнили. Как мы можем их спасти?»
Он резко вскочил, протянул руку, схватил с стены рядом со столом двуствольное ружье, с привычной легкостью отвел затвор со щелчком, крепко сжал рукоятку и направил его на вход в палатку.
Я замерла, потому что Гу Е тоже упомянул слово «монстр». Неужели под землей действительно что-то есть? — Я вдруг рассмеялась. Это научный мир XXI века, а не эпоха древних и абсурдных мифических существ. Среди почти 100 000 видов животных, известных ученым, нет такого понятия, как «монстр».
«Успокойся, друг. Думаю, ты просто слишком сильно нервничаешь и у тебя галлюцинации. Успокойся!»
На столе стояла открытая бутылка египетского ликера, рядом с которой — полупустая миска. Я наполнил миску и передал ее Йерану. Он стиснул зубы, взял миску и залпом сделал несколько глотков, его лицо раскраснелось от алкоголя.
Я выхватил у него из рук ружье и тихо разрядил патроны. Это немецкое охотничье ружье имело большую дальность стрельбы и мощный выстрел, способный легко убить взрослого верблюда. В руках безумца это определенно было неприятное зрелище.
«Расскажите мне об этом чудовище, мистер Йелан. Если ваша информация окажется полезной, я могу заплатить вам пятьсот долларов». Я сделал вид, что мне все равно, все еще не веря разговорам о «чудовище».
Палатка мгновенно наполнилась резким запахом алкоголя, от которого у Елана покраснели глаза: «Чудовище проглотило рабочих. Мы беспомощно наблюдали, как его язык, ярко-красный, как красная ковровая дорожка, которую президент расстелил перед Конгрессом в День независимости, свернулся, и рабочие исчезли…»
Елан что-то пробормотал себе под нос, быстро выпивая всю чашу вина залпом.
Я беспомощно вздохнул. В таком состоянии Елан был не в состоянии сказать ничего нового. Он продолжал настаивать на том, что под землей скрывается какое-то невыразимое чудовище, которое поглотило сорок одного рабочего.
Послышались торопливые шаги, и кто-то снаружи палатки спросил: «Господин Йелан, доктор Танино просит вас явиться».
Пьяный Елан спросил: «Что случилось? Чего он хочет?»
Из-под занавески выглянул мужчина; это был солдат спецназа с винтовкой на груди. Он взглянул на меня и продолжил: «Прибыл очень важный человек из Японии. Он очень заинтересован в вас, сэр. Пожалуйста, подойдите для беседы».
Я вспомнил толстого мужчину, вышедшего из вертолета, и ту чистую и жизнерадостную девушку в белом. Кем бы они могли быть? Кроме того, какое важное дело могло быть у высокопоставленного чиновника из материковой Японии в этой отдаленной и нищей пустыне? Как мы все знаем, японцы известны своим принципом «ничего не делать без причины»; они не будут заниматься ничем, что не приносит им пользы.
На мгновение в моем сознании словно всплыли какие-то подсказки, но они были расплывчатыми и не позволяли связать их воедино.
Елан встала, покачиваясь и глупо ухмыляясь, и медленно последовала за солдатом спецназа в сторону огромной роскошной палатки в долине.
Я вышел из палатки и хлопнул себя по лбу: «Что же нам делать? Появилось чудовище, и раскопки тюркской пирамиды приостановлены. Вздох, чем дольше мы будем медлить, тем больше всё может пойти не так! Кто знает, что ещё может случиться, если мы будем медлить ещё дольше!»
Согласно первоначальному плану раскопок скальпеля, всё проводилось под особым контролем египетского правительства, под предлогом бурения нефтяной скважины, чтобы тайно проникнуть в башню. Сумма взяток, которые он дал президентскому дворцу Египта за этот план, достигла поразительно астрономической цифры. Однако раскопки команды Танино с самого начала пошли не по плану, и открытое приглашение высокопоставленных японских чиновников на место было далеко от первоначального секретного плана раскопок скальпеля.
«Щелчок», — кто-то в темноте щелкнул зажигалкой, чтобы прикурить сигарету.
Я повернул голову и за полсекунды узнал морщинистое лицо «Дракона». Он сидел на корточках в тени сбоку от палатки, жадно куря, словно суслик, выходящий ночью.
Внезапно меня осенила мысль: «Учитывая то, что только что произошло, дракон, должно быть, является медиумом истинного Бога этой религии. Вот почему Йеран так искренне молился ему. Значит ли это, что Йеран рассказал ему все тайны своего сердца?» Вот это здорово, я могу выведать все секреты Йерана у дракона.
Я пошарил в кармане, достал стодолларовую купюру и подержал её в руке. Медленно подошёл к дракону и тихонько кашлянул.
Лонг поднял на меня взгляд, а затем продолжил курить.
«Друг, у меня в руке стодолларовая купюра. Хочешь?» Я сжал кулак, и новенькая купюра потрескалась.
Деньги — лучшая приманка, и все на неё откликнутся. Лонг не был исключением: «Да, да, конечно, я хочу их. Что вам нужно, сэр?» Он отложил сигарету, поспешно застегнул пуговицы на рабочей одежде, а затем выпрямил грудь, чтобы выглядеть более презентабельно.
Том первый: Король расхитителей гробниц
Первая египетская гробница
— Глава 23 — Молитва Иерама —
«Теперь тебе нужно лишь сказать мне то, что только что сказал тебе Елан, и эта банкнота твоя». Я медленно развернул банкноту. Сто долларов — достаточно, чтобы бедные рабочие, подобные им, неделю сходили с ума в каирском квартале красных фонарей.
Дракон быстро моргал своими мутными глазами, жадно разглядывая деньги. Его морда была темной и грубой, с чертами, явно демонстрирующими особенности египтянина.
«Хорошо, сначала дай мне денег, а потом я поговорю!» Он жадно сглотнул, издав булькающий звук. Вокруг царила тишина; казалось, все часовые собрались вокруг палатки Гу Е, вероятно, чтобы усилить охрану важной фигуры.
Я дернул Лонга за рукав, давая ему знак присесть и полностью спрятаться в тени, и передал ему деньги.
Лонг снова тяжело сглотнул: «Елан сказал, что в подземном туннеле обитает чудовище. Рабочие продвигались вперед, когда внезапно грязь и песок перед ними сами собой обрушились, открыв еще один вход. Вход был покрыт кроваво-красным ковром. Рабочие очень заинтересовались, и некоторые подумали, что откопали сокровища египетского царя. Они возбужденно закричали и побежали вперед, все вошли в пещеру, а затем…»
В мифах и легендах, передаваемых из поколения в поколение в пустыне, почти каждая история связана с сюжетом о «сокровищах пустыни». Сокровища, разграбленные древнеегипетскими царями, были погребены под желтым песком пустыни без каких-либо видимых отметок. Следовательно, то, что кажется обычной пустыней, должно содержать тысячи и тысячи золотых и серебряных сокровищ.
Короче говоря, у бедных во всем мире одинаковый менталитет: все они хотят получить что-то даром и быть пораженными щедрым золотом, падающим с неба.