Синь Гуанцзинь не сразу отреагировал на отставку Синь Ина с поста президента группы компаний «Хуаньнин», и рассмотрение вопроса было приостановлено. Синь Ин не спешил и остался в больнице вместе с Линь Ляо.
Неделю спустя Синь Ин и Линь Ляо были переведены обратно в больницу в городе S для продолжения лечения.
Новость об уходе Синь Ин из компании быстро распространилась среди семьи Синь. После возвращения в город S количество посетителей в больнице резко возросло, и многие советовали Синь Ин не увольняться.
В семье Синь нет никого, кто мог бы занять пост президента. Синь Болян много лет живет в Гонконге. Синь Синан в молодости преуспел в бизнесе и сейчас владеет собственной развлекательной компанией. Он не желает брать на себя семейные дела. Оставшийся шестой брат выбрал совершенно иной карьерный путь, отличный от семейного. Единственный представитель следующего поколения — Синь Вэньвэнь, который достиг совершеннолетия, но с его нынешними способностями он совершенно не способен занять пост президента группы компаний «Хуаньнин».
Все изложили Синь Ин все свои опасения, надеясь, что она пересмотрит свое решение об отставке. Однако Синь Ин была непреклонна и отказалась прислушиваться к чьим-либо советам.
Завершив работу в Гонконге, Синь Болян быстро вылетел обратно в город S, чтобы навестить Синь Ин.
Зная, что ему не удастся убедить Синь Инь, Синь Болян отправился к Линь Лэяо, надеясь, что она сможет поговорить с Синь Инь.
Услышав слова Синь Боляна, Линь Ляо улыбнулся и сказал: «Старший брат, что бы ни случилось, я всегда буду на стороне Синь Ин. Я поддержу её в любом решении, которое она примет, и буду поддерживать только её».
Услышав решительный ответ Линь Ляо, Синь Болян долго молчал, затем кивнул и больше ничего не сказал.
Синь Ин находилась в частной больнице в городе S. Здоровье Линь Ляо почти восстановилось, и после возвращения в город S ей больше не требовалась госпитализация. Поэтому в больнице оставалась только Синь Ин. Однако в течение многих дней, проведенных в городе S, Линь Ляо почти все время находилась в палате Синь Ин. Палата представляла собой люкс, и условия в ней были значительно улучшены по сравнению с предыдущей палатой. В ней также было гораздо комфортнее находиться. Иногда Синь Ин чувствовала себя скорее в отпуске, чем больной.
Проводив Синь Болана, Линь Ляо вернулась в палату и увидела Синь Ин, которая неспешно грелась на солнце на балконе. Она улыбнулась и сказала: «Ты выглядишь такой беззаботной. Все остальные ужасно волновались, когда ты уволилась».
Синь Ин скривила губы и сказала: «Что, мой старший брат попросил тебя шептать мне на ухо нежные слова?»
«Да, но я настолько честный человек, что меня совершенно не привлекает выгода, и я отказался от неё с праведным негодованием».
Синь Ин рассмеялся и сказал: «Тебя не трогает прибыль? Тогда скажи мне, какой прибылью соблазнил тебя мой брат?»
Линь Ляо выглядела очень серьезно: «Ничего страшного, просто ее сестре придется быть моей рабыней до конца жизни».
Синь Ин усмехнулась: «Эта „прибыль“ действительно немного заманчива, но я понимаю, почему ты не согласился».
Линь Ляо, которая размешивала медовую воду, на мгновение замерла и равнодушно спросила: «Зачем?»
Синь Ин посмотрел на неё и улыбнулся: «Я могу не только быть твоим рабом на всю жизнь, но и любить только тебя всю жизнь. Разве могут искушения, о которых говорил мой брат-старик, сравниться со мной?»
Линь Ляо думала, что Синь Ин собирается дать серьезный ответ, но вместо этого она продолжила свой бессвязный разговор, оставив Линь Ляо безмолвной от веселья.
Линь Ляо отнесла налитую в мед воду на балкон.
Линь Ляо поставила чашку на кофейный столик, обхватила лицо Синь Ин ладонями, поцеловала её в губы и сказала: «Никто не сравнится с тобой».
Синь Ин воспользовалась случаем и обняла Линь Ляо. Линь Ляо села на неповрежденную ногу Синь Ин, и они тихонько прижались друг к другу, любуясь пейзажем за балконом.
Подул легкий ветерок, от которого стало немного прохладно, и их разум и тело были необычайно спокойны.
Они болтали, наслаждаясь пейзажем. Синь Ин спросила: «Дорогая, что я буду делать, если перестану зарабатывать деньги после увольнения с работы?»
Линь Ляо прислонилась к груди Синь Ина, прислонив глаза к его полузакрытым плечам. Услышав слова Синь Ина, она медленно произнесла: «Я позабочусь о тебе».
Голос Синь Ин внезапно дрогнул, она всхлипнула, закрыла лицо руками и притворилась, что плачет: «Жена, ты так добр ко мне, как я могу отплатить тебе?»
Линь Ляо не смогла сдержать смех, услышав, как Синь Ин притворно плачет: «Что же нам тогда делать? Йойо родит через несколько дней, почему бы тебе не пойти и не позаботиться о ней в послеродовой период?»
Синь Ин продолжала закрывать лицо руками: «Если я смогу отплатить тебе, я готова позаботиться о какашках и моче Йойо».
Линь Ляо приоткрыла губы, но прежде чем она успела что-либо сказать, Синь Ин сменила тему: «А может, я сейчас отплачу тебе? Йойо здесь нет, поэтому я сначала тебя обслужу».
Сказав это, Синь Ин крепко обняла Линь Ляо.
Линь Ляо почувствовала руку Синь Ина на своей талии и шлёпнула его по проблемной руке.
Получив отказ, Синь Ин обняла Линь Ляо и, рыдая, воскликнула: «Я даже собственной жене прикасаться не могу? Неужели в этом мире нет справедливости?!»
Получив отказ от Линь Ляо, Синь Ин не предприняла никаких дальнейших действий, просто обняла Линь Ляо и кокетливо себя вела.
Линь Ляо была на руках у Синь Ин, на ее губах всегда играла легкая улыбка.
Сейчас Синь Ин гораздо живее и ласковее, чем когда они впервые встретились, словно маленький комочек радости. Иногда, когда Линь Ляо видит спящую рядом с собой Синь Ин, ей трудно поверить своим глазам; она никогда не представляла, что они будут так счастливы после стольких трудностей.
Синь Ин больше не занимается делами компании, а Линь Ляо пока не заняла никаких новых должностей. Они проводят все свое время вместе и в этот период у них обоих очень много свободного времени.
В это время Линь Ляо спала в другой комнате в номере, чтобы не давить на рану Синь Ин во время сна.
Раньше Синь Ин тайком пробиралась в комнату Линь Ляо по ночам, чтобы поспать с ней. Несколько раз Линь Ляо пугалась, просыпаясь посреди ночи и обнаруживая Синь Ин спящей рядом. Каждый раз, когда Синь Ин пробиралась в комнату ночью, Линь Ляо прогоняла её. После нескольких таких случаев Синь Ин наконец отказалась от идеи тайком пробираться в комнату Линь Ляо, чтобы поспать.
После потери работы они оба перешли на очень здоровый образ жизни, ложась спать рано и просыпаясь рано каждое утро.
В 10 часов вечера Линь Ляо пожелала Синь Ин спокойной ночи и вернулась в свою комнату. Синь Ин тоже отложила телефон, закрыла глаза и приготовилась ко сну.
Хотя Синь Ин не хотела отходить от Линь Ляо ни на секунду, она понимала, что сейчас для неё самое важное — это здоровье. Чтобы не волновать Линь Ляо, она серьёзно отдыхала, чтобы обеспечить быстрое восстановление организма.
Была поздняя ночь, и в палате было тихо. Внезапно из комнаты Линь Ляо послышался шорох.
Линь Ляо босиком в темноте на цыпочках подошла к двери на холодном полу. Она осторожно открыла дверь и направилась в комнату Синь Ин, дверь которой тоже была плотно закрыта.
Дверь внезапно распахнулась, и Синь Ин, находившаяся внутри комнаты, была застигнута врасплох, прежде чем успела спрятаться.
В темноте свет от ноутбука мягко освещал лицо Синь Ин.
Синь Ин была застигнута врасплох внезапным появлением Линь Ляо, которая уже успела увидеть содержимое экрана своего компьютера.
///
Линь Ляо игнорировал Синь Ин несколько дней подряд, из-за чего Синь Ин чувствовала себя очень подавленной.
Она знала, что Линь Ляо злится из-за того, что поздно легла спать, но у неё были свои причины.
Линь Ляо поставила медовую воду на шкафчик рядом с больничной койкой и, подняв глаза, увидела в них обиженный взгляд Синь Ин.
Она знала, что Синь Ин чувствовала себя обиженной из-за того, что она её игнорировала, но Синь Ин всё ещё находилась на стадии выздоровления и должна была принимать лекарства и получать инъекции каждый день. Не было никакой возможности, чтобы её состояние не ухудшилось. В таких обстоятельствах как могла Линь Ляо не рассердиться на Синь Ин за то, что она тайком не спала всю ночь, никому ничего не сказав?
Главная проблема заключалась в том, что она понятия не имела, сколько раз Синь Ин не спал всю ночь. Линь Ляо злилась на Синь Ин, но она также злилась на себя.
Синь Ин заметила, что Линь Ляо смотрит на неё, и тут же схватила Линь Ляо за руку, чтобы не дать ей уйти.
Линь Ляо так разозлилась, что попыталась вырваться, но Синь Ин крепко держала её. После первой попытки вырваться Линь Ляо больше не стала пытаться.
Синь Ин поцеловала руку Линь Ляо и кокетливо сказала: «Больше не сердись, хорошо? Обещаю, больше не буду засиживаться допоздна».
Я в это не верю.
Услышав слова Линь Ляо, Синь Ин тут же занервничала и попыталась встать с кровати, но Линь Ляо быстро уложила её обратно на кровать.
Синь Ин с тревогой сказала: «Как вы можете мне не верить! Что мне делать, если вы мне не верите?»
Линь Ляо не ожидала, что Синь Ин будет так взволнована, поэтому она быстро поцеловала её в щёку, чтобы успокоить, и сказала: «Я тебе не верю. В любом случае, ты больше не можешь засиживаться допоздна, хорошо?»
Синь Ин тут же успокоилась, послушно кивнула и сказала: «Понимаю».
Линь Ляо посмотрела на Синь Ин, которая выглядела как озорная ученица начальной школы, которую ругает учительница, и при этом опустила брови. Линь Ляо не смогла сдержать смех.
Никто и не подозревал, что Синь Ин отправил сообщение Сюй Хуну, пока Линь Ляо не обращал внимания: «Слёзы и сцена сработали отлично, я уже уговорил жену».
Сюй Хун: «Похоже, у вашей жены мягкий характер; она не заставляла вас трижды вести себя так, будто вы вот-вот повеситесь».
Синь Ин отправила улыбающийся смайлик: «Ничего не могу поделать, моя жена меня слишком сильно любит».
Сюй Хун: "Отступление! Отступление! Отступление!"
Увидев, что Линь Ляо улыбается и не выглядит сердитым, Синь Ин тоже улыбнулась, подумав, что вопрос о бессоннице решен.
Однако несколько дней спустя в палату пришли семьи Синь и Цзи и провели коллективное собрание, на котором подвергли критике Синь Ина.
Обе пары дедушек критиковали Синь Ина за то, что он поздно ложится спать.
Синь Болян и Синь Синань подошли, посмотрели на свою младшую сестру, которую старик уже отругал, и вздохнули, сказав, что ей уже за тридцать, а она всё ещё ничего не понимает.
В последнее время Синь Ин тайно готовилась к свадьбе, засиживаясь допоздна. Несколько месяцев назад она сказала старшим, что возьмет на себя все свадебные приготовления, но никак не ожидала, что получит травму и попадет в больницу.
До запланированной свадьбы оставалось всего два месяца, и многое оставалось неподготовленным. Хотя Синь Ин внешне этого не показывала, на самом деле втайне она очень волновалась, поэтому по ночам тайком занималась приготовлениями.
На самом деле, когда Линь Ляо увидела вечером на экране компьютера предложение о планировании свадьбы, она была одновременно удивлена и обрадована.
На самом деле, из-за неожиданных событий, произошедших в этот период, она забыла о свадьбе, но не ожидала, что Синь Ин будет помнить её так хорошо.
Синь Ин всегда думала о свадьбе. Поскольку их брак был заключен по договоренности, они сразу же зарегистрировали его. Линь Ляо никогда раньше не сталкивалась с процессом знакомства, предложения руки и сердца, помолвки и свадьбы.
Изначально Синь Ин планировала делать предложения руки и сердца Линь Ляо по одному, но она не ожидала, что это столкнется со многими трудностями.
Теперь, когда они собираются пожениться, Синь Ин хочет подарить Линь Ляо всё самое лучшее.
Однако для Линь Ляо здоровье Синь Ин было гораздо важнее свадьбы.
В итоге, организацией свадьбы занялся дедушка Синь, что удовлетворило желание Синь Ин провести свадьбу вовремя, а также позволило Линь Ляо и другим членам семьи дать Синь Ин отдохнуть и восстановиться — беспроигрышная ситуация!
Конечно, самостоятельная организация свадебного торжества имеет разные значения, в отличие от поручения это семье, но, услышав решение дедушки Синя, Синь Ин немедленно и послушно согласилась. Она не могла позволить себе снова расстроить Линь Ляо; ее жену было действительно трудно угодить.
После того, как все организационные вопросы, связанные со свадьбой, были полностью переданы Синь Гуанцзиню, у Синь Ин наконец-то появилось свободное время.
Несколько дней спустя Синь Юань, которая училась в другой провинции, наконец, приехала в больницу вместе со своим отцом, Синь Ином, своим шестым братом.
Приезд Синь Юаня мгновенно оживил палату, поскольку по телевизору в палате показывали сериал про идолов, который Синь Юань смотрел круглосуточно.
Синь Юань, сидя рядом с Синь Ин, колола грецкие орехи и смотрела телевизор, и сказала: «Эта сценаристка что, девушка мечты? Как она могла так написать главного героя? Как высокомерный генеральный директор может так скромно разговаривать со своей девушкой? Он должен уговаривать её, даже если она не ест, притворяться, что плачет, и вести себя мило. Образ этого главного героя полностью испорчен!»
Сидящая рядом с ним Синь Ин ела грецкие орехи, не говоря ни слова.
Синь Юань продолжила: «Что? Главная героиня говорит: „Я вам не верю“, а главный герой объявляет голодовку, потому что он так расстроен? Неужели этот сценарист думает, что зрители глупы?! Тётя, вы думаете, что этот главный герой болен?!»
Синь Ин молча наблюдала за генеральным директором по телевизору, каждое движение которого казалось ей таким знакомым, не произнося ни слова.
Стоявший неподалеку Синь Юань в гневе разбил грецкий орех, воскликнув: «Я так зол! Неужели жена так важна? Я умру, если не буду встречаться с женщинами?!»
Синь Ин разжевала пару ядер грецкого ореха и подумала про себя: «Ты ничего не знаешь».
--------------------
Примечание автора:
Спасибо всем маленьким ангелочкам, которые голосовали за меня или поливали мои растения питательным раствором в период с 19:22:48 6 июня 2022 года по 15:26:42 9 июня 2022 года!
Спасибо маленькому ангелочку, бросившему мину: 55157345 (1 мина);
Спасибо маленькому ангелочку, который полил питательным раствором: Анжируосу, 1 бутылка;
Большое спасибо за вашу поддержку! Я буду и дальше усердно работать!
Глава 120
Линь Ляо однажды видела Линь Чжипэй, когда та ещё находилась в больнице провинции Юньнань. После того, как её перевели обратно в больницу в городе S, Линь Чжипэй снова пришла её навестить. После этого Линь Чжипэй больше никогда не появлялась в больнице.
После возвращения из-за границы Линь Чжипэй больше не выезжала за рубеж. В последнее время она ежедневно навещает свою биологическую мать в доме престарелых.
Шизофрения Цинь Сучжэнь в последнее время почти не обострялась, и она проводит дни в санатории, ведя тихую и комфортную жизнь, рано ложась спать и рано вставая.