Пэй Шаочэн наконец почувствовал себя немного лучше, морщинки между бровями постепенно разгладились, и он удовлетворенно вздохнул. Как раз в тот момент, когда Вэнь Юхань поглаживал его мочку уха, он внезапно схватил руку другого и поднес ее к губам, нежно поцеловав.
Поцелуй стал более глубоким, чем обычно, и в итоге Пэй Шаочэн перевернул Вэнь Юханя и прижал его к дивану.
За окном было ужасно холодно, а внутри стояла невыносимая жара. В ту ночь они обменивались не столько двусмысленными нежными словами, сколько молчаливым, но всепоглощающим чувством принятия и смирения.
Возможно, из-за того, что он был пьян, или, возможно, из-за того, что в последнее время он испытывал слишком сильное давление, Пэй Шаочэн, естественно, был более напористым, чем обычно. Вэнь Юхань кусала ее за руку, но Пэй Шаочэн вырвал ее изо рта и заменил своей сильной рукой.
Придя в себя, Пэй Шаочэн быстро наклонился, чтобы проверить, не причинил ли он вреда Вэнь Юханю.
«Прости, я…» — Пэй Шаочэн, охваченный раскаянием, с болью в сердце спросил: «Тебе больно, Сяохань?»
Вэнь Юхань прикрыла глаза рукой, ее дыхание все еще было довольно учащенным.
Он обнял Пэй Шаочэна за шею и послушно позволил другому отнести его в спальню.
Она слегка улыбнулась и тихо ответила: «Не больно».
В ту ночь, после того как Пэй Шаочэн уснул, Вэнь Юхань тихо встала, надела пальто и вышла на балкон, чтобы курить всю ночь.
С рассветом он, казалось, наконец принял решение. Он достал телефон, открыл окно отправки текстовых сообщений и напечатал предложение:
—Адвокат Сан, я снимаю свою кандидатуру с иска. Спасибо.
Затем нажмите «Отправить».
...
Глава 37
Пэй Шаочэн схватил Вэнь Юханя за запястье, его взгляд был темным и безжизненным, как неподвижная вода.
"Болит?" Пэй Шаочэн немного сильнее сжал спинку дивана, и Вэнь Юхань, испытывая дискомфорт, вцепился в спинку, непроизвольно наклонившись вперед всем телом, но так и не произнес ни звука.
Увидев, что губы Вэнь Юхань были прикусаны до крови, Пэй Шаочэн молча ослабил хватку. Вэнь Юхань издала тихий, прерывистый звук, покачиваясь, пыталась подняться на ноги.
В этот момент И Ли, ставший свидетелем всего произошедшего, испытывал смешанные чувства.
Ранее он тайно радовался неприязни Пэй Шаочэна к Вэнь Юханю, полагая, что им никогда не следует снова сходиться. Но когда он увидел, как Пэй Шаочэн, никогда не показывавший своих эмоций другим, не смог их подавить, столкнувшись с Вэнь Юханем, и поняв, что между ними все еще существует очень глубокая связь, связь, которую трудно разорвать и распутать, он осознал, что их связывает нечто глубокое и сложное.
И Ли опустил голову, вытер влажным полотенцем руки, испачканные соком личи, и тихо сказал: «У старшего Вэня и старшего брата, должно быть, очень близкие отношения».
Он не понимал, зачем задает такой вопрос, если уже знает ответ; возможно, он надеялся услышать нужный ему ответ от них двоих.
Пэй Шаочэн ничего не ответил, а лишь пристально смотрел на Вэнь Юханя, желая услышать, что тот скажет.
Вэнь Юхань всё ещё испытывала боль. Она повернулась спиной, взяла сигарету из пепельницы, закурила её и, прислонившись к стене, медленно выкурила её левой рукой.
Его окутал клубок белого дыма, взгляд был отрешенным, погруженным в размышления.
Как раз когда И Ли подумал, что, вероятно, не получит от них двоих никаких ответов, Вэнь Юхань вдруг улыбнулся и усмехнулся.
Его лицо снова приняло обычное безразличное выражение, и он лениво, растягивая последний слог, произнес: «Очень интимно…»
Он стряхнул пепел с сигареты, кивнул и сказал: «Ведь мы ведь спали вместе».
Зрачки Пэй Шаочэна слегка задрожали, и он почувствовал, как у него перехватило дыхание.
Опираясь на стену, Вэнь Юхань выпрямилась, вернулась к столу и села, снова взяв в руки ручку.
"Партнерша по постели? Или партнерша для случайных сексуальных связей... что ты думаешь, Пэй Шаочэн?"
Последний проблеск света в глазах Пэй Шаочэна бесследно исчез, как только заговорил Вэнь Юхань. Этот человек действительно его не разочаровал.
Он рассмеялся, запрокинул голову, допил бокал красного вина, откупорил его и наполнил бокал снова. Затем, ослабив галстук, холодно произнес: «Разве это не самая приятная работа?»
«Вы были точнее».
Пэй Шаочэн глубоко вздохнул и медленно представился И Ли: «Ваш старший, Вэнь, ещё в колледже очень охотно посвящал себя искусству. В поисках вдохновения он не раз оказывался в мужских постелях. Он признанный гений…»
В этот момент его глаза потемнели, и он, слово в слово, произнес: «Она еще и публичная проститутка».
"Хахаха……"
Вэнь Юхань внезапно разразился смехом, его плечи закивали в такт музыке, словно он услышал невероятно смешную шутку.
Казалось, он неосознанно сжал рубашку на груди, пепел от сигареты упал на ковер, и он задрожал.
Брови Пэй Шаочэна нахмурились еще сильнее, когда Вэнь Юхань рассмеялся, и его сердце тупо сжалось от боли.
Вэнь Юхань вытерла наворачивающиеся на глаза слезы, потушила сигарету в пепельнице и, вздохнув, покачала головой: «Я впервые слышу от тебя такое… Довольно необычная идея».
Он изогнул губы в улыбке, словно что-то вспомнив, и перевел взгляд на И Ли, вспоминая: «Помню, тогда все утверждали, что спали со мной, а твой старший брат Пэй прибегал с красным лицом и избивал их почти до смерти… Так что, Пэй Шаочэн, тебе давно уже рассказали, какой я человек, почему ты готов поверить в это только сейчас?»
Дыхание Пэй Шаочэна участилось, а Вэнь Юхань продолжала смеяться про себя.
Чернила снова размазали чернила по бумаге, но ему было все равно, он скомкал страницу с текстом и бросил ее в угол.
«Хм… признанный гений… публичная шлюха…» — со смехом произнес Вэнь Юхань, кусая кончик пера. — «Откуда у тебя взялось такое интересное и остроумное слово? Я его забрал».
«Перестань смеяться», — мрачно прервал его Пэй Шаочэн, от которого исходила зловещая аура.
И Ли невольно отшатнулся, в его глазах читался страх.
Однако Вэнь Юхань, казалось, совершенно ничего не замечал и продолжал безудержно смеяться.
Его правая рука вцепилась в край стола, и каждый вдох причинял ему еще более сильную боль, чем прежде. И все же, как ни странно, он чувствовал себя намного лучше.
Это поистине безнадежно.
Пэй Шаочэн внезапно встал, быстро подошел к Вэнь Юханю, схватил его за шею и поднял.
«Я же говорил тебе перестать смеяться». Угроза вырвалась наружу сквозь зубы Пэй Шаочэна, но Вэнь Юхань рассмеялся еще громче, поскольку кислорода становилось все меньше.
Возможно, ему действительно не стоило возвращаться. Он постоянно обманывал себя, говоря, что не может расстаться со своим любимым театром и кино и что не желает жить посредственной жизнью. Но в конечном итоге, он просто хотел снова увидеть человека перед собой.
Каждый должен заплатить за свои ошибки; всё это было просто саморазрушительным, мелодраматическим фарсом.
Об этом не стоит писать, не стоит сочувствовать.
Увидев, что Пэй Шаочэн настроен серьезно, И Ли испугался, что с ним что-то может случиться, поэтому он быстро шагнул вперед, отдернул руку Пэй Шаочэна и с тревогой воскликнул: «Старший брат Пэй, отпусти! Кто-нибудь умрет!»
Его голос был неразборчив для Пэй Шаочэна, то близко, то далеко. Пэй Шаочэн уставился на Вэнь Юханя покрасневшими глазами, его рассудок постепенно исчезал вместе со смехом собеседника.
Вэнь Юхань, ты действительно так сильно ко мне презираешь?
Он, очевидно, лучший лжец в мире, и всё же он даже не осмелился бы солгать мне хоть раз.
«Пэй Шаочэн…» Смех Вэнь Юханя резко оборвался. Он с жалостью посмотрел на Пэй Шаочэна, на его губах появилась насмешливая улыбка, и он тихо произнес: «Ты это заслужил».
Мы все этого заслуживаем.
...
В этот момент комнату Сяо Яна тоже наполнил запах дыма. Он никогда раньше не курил.
Пепельница была покрыта толстым слоем пепла, а на неё были небрежно нанизаны окурки.
Сяо Ян продолжал кашлять, но не мог удержаться и достал из оставленной Вэнь Юханем пачки сигарет новые, прикурил их и, подражая ему, выдохнул дым.
Лежащий рядом телефон внезапно загорелся. Сяо Ян подумал, что это Вэнь Юхань, и быстро схватил телефон. Увидев определитель номера, он немного растерялся, но все же нажал кнопку ответа.
«Президент Лу». Сяо Ян, говоря это, сжал горло и снова закашлялся.
Лу Яньхэн, помолчав на другом конце провода, спросил: «У вас простуда?»
«Нет, господин Лу, пожалуйста, говорите».
Лу Яньхэн согласно кивнул и медленно произнес: «Я не могу связаться с Сяоханем, и меня это немного беспокоит. Вы двое вместе? С ним все в порядке?»
"Э-э..." — Сяо Ян долго молчал.
Лу Яньхэн нахмурился, его тон стал более серьезным: "Что случилось?"
«Кхм…» — наконец хриплым голосом произнес Сяо Ян, — «О, учитель Вэнь… редактирует сценарий, он, наверное, не заметил свой телефон».
«Понятно». Услышав это, Лу Яньхэн слегка вздохнул с облегчением и мягко велел: «Тогда я пока не буду его беспокоить. На юге сыро и холодно, и, похоже, снова идет снег. Я беспокоюсь, что у Сяоханя может заболеть живот, поэтому, пожалуйста, позаботьтесь о нем».
"Хм..." Глаза Сяо Яна покраснели, и он крепко прижал кулак к подбородку.
«На этом пока всё, я кладу трубку». Лу Яньхэн уже собирался повесить трубку, когда Сяо Ян поспешно крикнул: «Господин Лу!»
"Как дела?"
В глазах Сяо Яна читалось явное унижение. Будучи мужчиной, он был вынужден просить помощи у учителя Вэня, что было крайне позорно.
Однако он также понимал, что в данный момент только Лу Яньхэн мог сдерживать Пэй Шаочэна.
Какая разница, если мы жертвуем своим достоинством ради того, чтобы быть учителями?
Сяо Ян глубоко вздохнул и хриплым голосом произнес: «Я хотел бы попросить вас о помощи по одному вопросу, касающемуся учителя Вэня…»
...
Примечание от автора:
Большое спасибо за вашу поддержку! Я буду и дальше усердно работать!
Глава 38
Среди ночи И Ли заснул на диване. Пэй Шаочэн разбудил его и велел вернуться в свою комнату спать, но И Ли настоял на том, чтобы дождаться, пока Вэнь Юхань закончит редактировать сценарий и прочтет его, прежде чем он сможет отдохнуть.
Увидев, как он запрокинул голову назад, явно сонный, но все еще пытающийся выглядеть бодрствующим, Пэй Шаочэн на мгновение задумался и в конце концов решил не заставлять его.
Он принес одеяло и укрыл им И Ли. И Ли послушно поблагодарил Пэй Шаочэна, потер сонные глаза и снова закрыл их.
Пэй Шаочэн сел на диван рядом с ним. В тусклом свете его темные глаза все это время были прикованы к тонкой спине Вэнь Юханя.
Встав, чтобы налить еще вина, И Ли тихо открыл глаза, вся сонливость прошла. Он спокойно и отчетливо разглядел человека, пишущего за столом, который, казалось, был погружен в свои мысли.
Прочитав очередную страницу, Вэнь Юхань с раздражением сорвала пластырь с запястья.
Его запястье приобрело неестественно красный цвет и сильно распухло. Вэнь Юхань попытался пошевелить им и почувствовал жжение, исходящее из промежутков между костями.
Он безучастно смотрел на дрожащие руки, сжимая и разжимая их, после чего тихо вздохнул.
Он подумал про себя: «Неужели всё будет испорчено?»
Тщательно отредактировав фрагмент диалога, Вэнь Юхань добавил чернила в свою перьевую ручку. Его взгляд скользнул вниз, и он нечаянно увидел выгравированные золотыми буквами слова «Ты — весь мой мир» на ручке. Его глаза замерли, и капля чернил упала на стол, чуть не испачкав бумагу, которую он только что заполнил.
В результате зачастую именно такие воспоминания с наибольшей вероятностью приводят к негативным последствиям.