«Что?» — Янь Шэньюй был ошеломлен. — «Когда это я говорил, что продам своего пони?»
Выражение лица Се Сияня смягчилось: «Тогда давайте воспитывать их вместе?»
Ян Шэньюй: «...»
«Нет, подождите», — наконец одумался Ян Шэньюй, — «Откуда вы знаете, что у них будут жеребята? Или они уже беременны?»
"То есть, если."
«Нет, моя маленькая белая лошадка только-только достигла совершеннолетия; она не выдержит такого удара!» — сказал Янь Шэньюй, обернувшись и побежав обратно. — «Мне нужно вернуться и сказать конюху, чтобы он перевел маленькую белую лошадку в другую конюшню!»
Однако он шел слишком быстро и не заметил неровности мощеной дорожки под ногами, и его тело споткнулось.
Янь Шэньюй обладает хорошими спортивными способностями и в последнее время много тренируется, поэтому он не должен был упасть на таком уровне. Однако Се Сиянь нервно подхватил его. В результате Янь Шэньюй потерял равновесие и упал в объятия Се Сияня.
В этот момент их груди соприкасались, и их дыхание наполнялось запахом друг друга.
Хотя Се Сиянь быстро отпустила её руку, Янь Шэньюй почувствовал необъяснимый дискомфорт.
Возможно, в последнее время у них стало слишком много физического контакта?
«Уже так поздно, я не советую тебе идти к конюху, чтобы переселить лошадь», — спокойно сказал Се Сиянь, сохраняя самообладание. — «К тому же, Сяобай привык к своей нынешней конюшне, она может к ней не привыкнуть, если ты её переселишь».
Янь Шэньюй несколько неловко кивнула, понимая, что её реакция была немного чересчур.
Главная причина заключалась в том, что Се Сиянь внезапно упомянул о своем желании разводить с ним пони, что застало его врасплох.
Вспомнив, как Сяобай полностью усмирила Хэйюнь, Янь Шэньюй вдруг почувствовала себя чрезмерно эмоциональной матерью, которая переживает, что ее дочь-подросток обманули.
Он не хотел быть тем человеком, которого не любят. Янь Шэньюй отвернулся и угрюмо сказал: «Знаю, тогда я не пойду».
«Ну, вообще-то, то, что я только что сказал, было всего лишь гипотезой», — раздался в ночи низкий голос Се Сияня с легкой улыбкой. — «Не волнуйтесь. Люди и лошади одинаковы. Объятия не приведут к беременности».
Ян Шэньюй: «...»
Этот человек намекает, что они слишком остро отреагировали, когда обнялись ранее?
Он слишком остро отреагировал? Очевидно, что Се Сиянь никогда не играет по правилам, всегда нападая на него, когда тот меньше всего этого ожидает!
Янь Шэньюй сердито посмотрела на него и яростно воскликнула: «Значит, это не ты беременна?»
Се Сиянь: ?
Осознав, что он сказал: ?
"Я..." Он открыл рот, чтобы объяснить, но, встретившись с насмешливым взглядом Се Сияня, не смог произнести ни слова. Наконец, он сердито посмотрел на Се Сияня и в ярости вернулся в банкетный зал.
Се Сиянь стоял там, вспоминая робость на лице Янь Шэньюя, и медленно изогнул уголки губ.
Если он не ошибается, Янь Шэньюй, кажется, покраснел?
Янь Шэньюй покраснел из-за него.
Се Сиянь вернулся в банкетный зал в приподнятом настроении, но, проходя через сад за пределами зала, его лицо внезапно помрачнело.
Несколько человек собрались за кустами и обсуждали Янь Шэньюя.
«С Янь Шэньюем очень сложно иметь дело. Я ходил к нему дважды, но так и не смог получить его контактные данные».
«Зачем ты притворяешься таким важным и высокомерным? Он всего лишь интернет-знаменитость. Я попросила у него контактные данные, а он наотрез отказался. Неужели он думает, что я не могу без него жить?»
«Она выглядит такой чистой и невинной, но кто знает, со сколькими мужчинами она переспала».
«Разве он не снимается в развлекательном шоу? Я слышал, что он сблизился со всеми инвесторами этого шоу. Может, он переспал с ними всеми, ха-ха-ха!»
«Что в нём такого особенного? Он просто симпатичный».
"Эй, дело не только в его внешности. Он сегодня днем был довольно энергичен, когда ехал верхом, не так ли?"
Затем последовало несколько многозначительных насмешек, а эти высокомерные и развратные богатые мальчишки рассмеялись: «Интересно, ему так же хорошо, когда он сидит верхом на мужчине... Аххх…»
Не успел мужчина договорить, как его лицо внезапно пронзила резкая боль, за которой последовал крик, и его отбросило в сторону.
Остальные в панике подняли головы и встретились взглядом с разъяренным лицом Се Сияня.
В тот миг эти избалованные богатые дети почувствовали себя так, словно оказались в африканской саванне, где прямо перед ними вот-вот начнется охота на льва.
Помня искренние предостережения своих отцов, они знали, что никогда не следует провоцировать семью Се, особенно Се Сияня. Находясь в этом кругу много лет, они точно знали, кого следует запугивать, а кого избегать.
Се Сиянь — один из тех людей, которых абсолютно невозможно тронуть.
Поняв это, остальные богатые дети не осмелились ничего больше сказать и в панике быстро разошлись.
Однако мужчина, получивший удар, не смог подавить свой гнев.
Он наконец поднялся с земли, но обнаружил, что его брат, который отпускал в его адрес грубые шутки, уже убежал, потеряв всякое желание продолжать, оставив после себя лишь боль на лице, напоминающую о только что пережитом унижении.
От избиения у него так сильно закружилась голова, что он даже не видел, кто стоит перед ним. Он взмахнул кулаком и бросился на Се Сияня.
"Ты смеешь меня трогать? Ты, блядь, напрашиваешься на смерть..."
Не успев даже коснуться кого-либо, Се Сиянь снова пнул его, сбив с ног.
«Ты смеешь клеветать на Янь Шэньюя, — кожаный ботинок тяжело ударил мужчину по груди, его темные глаза были лишены всяких эмоций, — это ты напрашиваешься на смерть».
Глава 43. У него также есть мягкая сторона.
«Черт возьми, перестань есть!» — тут же подбежал Сюй И, как только Янь Шэньюй сел. — «Кажется, Се Сиянь с кем-то ссорится!»
«Они начали драться? А когда только что вернулись, с ними все было в порядке». Янь Шэньюй поставила тарелку и встала. «К тому же, как Се Сиянь мог с кем-то драться?»
«Меня злит даже мысль об этом», — холодно сказал Сюй И, скрестив руки. «Только что несколько богатых детей, которые пытались тебя соблазнить, но потерпели неудачу, собрались в саду и начали оскорблять тебя грязными ругательствами. Се Сиянь подслушал их и не смог удержаться, чтобы не преподать им урок».
Ян Шэньюй последовал за ними. В саду уже собралась толпа, все с любопытством желали посмотреть, что происходит.
Се Сиянь прекратил сражаться. Он холодно стоял в ночи, его черный костюм делал его похожим на демона.
«Извинитесь». Он холодно посмотрел на мужчину, стоявшего на коленях.
«Мне очень жаль!» — мужчина опустился на колени к ногам Си Яня, хлопая себя по щекам, плача и извиняясь. — «Я не должен был говорить о нем такие вещи, я не должен был клеветать на него, это все моя вина! Я был грязным, я сквернословил, мне очень жаль!»
Разговор выглядел таким жалким, но выражение лица Се Сияня ничуть не смягчилось, и он холодно сказал: «Это направлено не против меня, а против того, кого ты оскорбил».
Затем мужчина, с лицом, покрытым синяками и опухшими опухшими глазами, поднял на колени и, присев на колени, начал многократно бить себя по лицу.
Его безрассудное поведение ошеломило публику, и некоторые начали перешептываться между собой:
«Что происходит? Почему поднялся такой шум?»
"Вас сбили? Может, вызовем полицию?"
«Нет, пожалуйста, не вызывайте полицию!» — мужчина внезапно поднял голову и стал умолять: «Я сам виноват. Се Сиянь не поднимал на меня руку. Это моя вина, что я так грубо себя вел, что был бесчеловечен, что оклеветал Янь Шэньюя. Это все моя вина».
Янь Шэньюй молча смотрел на Се Сияня, не говоря ни слова.
Се Сиянь: «И те немногие, кто сбежал раньше».
Услышав это, мужчины, которые ранее убежали, вышли из толпы, выглядя растрепанными. Они выстроились в ряд на коленях перед Янь Шэньюем, повторяя действия предыдущего человека.
Только тогда люди поняли, что произошло.
«Как ужасно! Если бы я только знала, что это произойдет, я бы этого не сделала».
«Эти люди заслужили это; это были богатые расточители второго поколения, которые заводили мимолетные романы и обманывали чувства девушек».
«Обычно их никто не наказывает, но теперь они столкнулись с семьей Се».
«Вздох, детей нужно правильно воспитывать, иначе они закончат вот так».
...
Раздавались возгласы, то поднимавшиеся, то стихавшие, но Янь Шэньюй даже не взглянул на этих людей. Он подошёл к Се Сияню и понизил голос: «Что случилось?»
«Ничего особенного», — Се Сиянь опустил глаза, выражение его лица постепенно смягчилось, но голос оставался холодным и строгим. — «Я преподал урок нескольким сквернословам».
Ты в порядке?
«Я знаю, что делаю, и не причиню им вреда».
— Я спрашиваю тебя, — Янь Шэньюй поднял на него взгляд, — твоя рука выглядит так, будто кровоточит, дай-ка посмотрю, болит?
Се Сиянь опустил глаза и встретился взглядом с ясными глазами Янь Шэньюя, в которых мелькал слабый звездный свет и отражалась нескрываемая тревога.
Се Сиянь на мгновение опешился, и его сердце заколотилось.
Он не знал, сколько времени прошло, прежде чем он услышал свой собственный низкий, хриплый голос.
— Ничего страшного, — сказала Се Сиянь, спрятав руку за спину и отвернув лицо от него. — Это всего лишь царапина…
Но Янь Шэньюй резко потянула его руку и взяла её в свою. В тот момент, когда их кожа соприкоснулась, тело Се Сияня на мгновение напряглось, и он рефлекторно попытался вырваться.
— Не двигайся, — пригрозил ему Ян Шэньюй. — Ты ведь не хочешь, чтобы все знали, что ты ребенок, который боится, когда ему осматривают раны, верно?
Я не боюсь осмотра раны, я боюсь...
Се Сиянь открыл рот, но, встретившись взглядом с серьезным взглядом молодого человека, невольно смягчился. Его сердце наполнилось теплом, словно его окунули в горячую воду.
Да, Янь Шэньюй беспокоится о нём.
Эта мысль необъяснимо порадовала его. Он перестал сопротивляться, и его холодное и жёсткое поведение постепенно смягчилось, словно дикого зверя, которому погладили шерсть, что позволило Янь Шэньюйю осмотреть его раны.
Из-за авторитета Се Сияня наблюдатели хотели посмотреть, но не решались, поэтому могли лишь прятаться за различными препятствиями и время от времени украдкой поглядывать.
Ух ты, Се Сиянь, похоже, боится микробов? Почему он так легко позволяет ей прикасаться к себе?
Ух ты, Се Сиянь действительно улыбнулся? Он действительно улыбнулся?
Ух ты, неужели Се Сиянь действительно был утащен Янь Шэньюем?
Все наблюдали за этим зрелищем, погруженные в свои мысли, и никто не заметил Фу Шуюй, прячущегося за колонной.
Светловолосый голубоглазый мальчик пристально смотрел на происходящее, его тонкие, бледные руки крепко сжимали колонну, вены на тыльной стороне ладоней были почти видны.
Внезапно он уловил знакомый запах сандалового дерева.
Тело Фу Шуюйя мгновенно напряглось. Его движения не изменились, но нервы мгновенно сжались.
Без сомнения, Фу Да стоял рядом с ним.
Одной мысли об этом было достаточно, чтобы его затошнило.
Далее Фу Да наверняка будет насмехаться над ним, издеваться над ним и даже угрожать ему интимной связью с Се Сиянем и Янь Шэньюем, чтобы заставить его согласиться, верно?
Фу Шуюй холодно подумала.