Tempering the soul

Chapter 320

«Спасибо». Перед благородным и неземным Императором Снов Дунфан Нинсинь оставалась спокойной и собранной, без тени робости, что свидетельствовало о её зрелости, приобретённой с опытом.

Император Снов удовлетворенно кивнул, указал на недоступный город позади Дунфан Нинсинь и произнес с безграничной печалью.

«Дунфан Нинсинь, ты не можешь сейчас туда войти, не уходи…»

«Это что, клан Снов?» — осторожно спросила Дунфан Нинсинь, следуя указанию Императора Снов, пока они вместе смотрели на запечатанный город. Мэн Фан, казалось, доставлял Императору Снов немало хлопот.

Император Снов кивнул: «Да, это Клан Снов, но в прошлом это был и Клан Снов».

Клан Снов был уничтожен...

Дунфан Нинсинь молчала, в сердце у неё сжималась лёгкая боль. Впервые она почувствовала связь с Кланом Снов. Она слышала затихающий смех членов Клана Снов, эхом отдававшийся в её ушах, и гордые, непоколебимые фигуры членов Клана Снов вновь представали перед её глазами. Члены Клана Снов были её народом...

«Дунфан Нинсинь, уходи отсюда. Сейчас ты не можешь войти, тебя ждут более важные места…» Голос Императора Снов был полон пустоты, словно эти слова были произнесены с целью выманить у Императора Снов сокровища.

«Императорша снов?» — Дунфан Нинсинь с недоумением посмотрела на Императрица снов. Она проделала такой долгий путь, так почему же не может войти?

«Рано или поздно ты попадешь сюда, но не сейчас. Тебя ждет тот, кто тебя найдет». Император Снов указал пальцем, и Дунфан Нинсинь внезапно оказалась в совершенно другой обстановке. Теперь она была в заснеженном, ледяном пейзаже. И это место было:

"кладбище?"

Дунфан Нинсинь посмотрела на ряды надгробий, на которых были выгравированы либо имена предков Снежного клана, либо имена предков Снежного клана.

Что имела в виду Мэн Хуан, приведя её на кладбище клана Снежного? Неужели Сюэ Тяньао здесь? Невозможно, она явно чувствовала, что Сюэ Тяньао жив.

Подавив свой страх и тревогу, Дунфан Нинсинь ждала ответа на свои вопросы от Императора Снов.

Мэн Хуан не хотел встревожить Дунфан Нинсинь и быстро объяснил: «Это горный хребет Снежной Души, место, где клан Снежный похоронил своего вождя и старейшин».

Подобно Горам Безмолвного Вымирания, которые первоначально обозначали лишь самый высокий горный хребет к северу от Клана Снов, само слово «Безмолвие» означает смерть. Горы Безмолвного Вымирания были местом последнего упокоения Клана Снов, но позже весь Клан Снов был погребен, поэтому весь горный хребет, включая Клан Снов, стал называться Горами Безмолвного Вымирания.

Император Снов говорил спокойно, словно пересказывая события тысячелетней давности. Если бы не след боли в его пустых глазах, Дунфан Нинсинь даже усомнился бы в том, что Император Снов нисколько не опечален уничтожением клана Снов.

Однако сейчас не время размышлять об этом. Она считает, что цель, с которой Император Снов привёл её сюда, заключается не только в объяснении существования Снежной Души и Безмолвных Гор.

И действительно, после объяснения происхождения названий двух горных хребтов, Император Снов грациозно шагнул вперед, провожая Дунфан Нинсинь к открытой гробнице и в гробничную камеру.

Хотя Дунфан Нинсинь не знала, зачем Император Снов это делает, она послушно выполнила его указания. Как только она вошла в гробницу, то увидела старика с седыми волосами и в серебряной одежде, что-то возившегося с ним. За стариком стоял гроб, а внутри гроба…

Возможно, по воле судьбы, а может, по невысказанному пониманию, прежде чем Император Снов успел заговорить, Дунфан Нинсинь шагнул вперед, посмотрел на фигуру в гробу и с удивлением воскликнул: «Сюэ Тяньао…»

Глаза Дунфан Нинсинь расширились от недоверия, голос её дрожал. Как это могло произойти? Она ясно чувствовала, что Сюэ Тяньао не умер; она ясно чувствовала, как Сюэ Тяньао говорил ей не волноваться.

Почему я снова его увидел, но он лежал в гробу?

Слезы Дунфан Нинсинь потекли ручьем, но, к сожалению, в этот момент они не дошли до Сюэ Тяньао.

Но как только эта единственная слеза скатилась по щеке, лежащий в гробу Сюэ Тяньао слегка пошевелился, еще сильнее нахмурив брови. Он почувствовал, что Дунфан Нинсинь плачет, проливает слезы по нему…

Он изо всех сил пытался убедить Дунфан Нинсинь, что не умрет, но его четыре ноги казались тяжелыми, как тысяча фунтов, и он совсем не мог ими пошевелить.

Улыбка сквозь слезы — это была Дунфан Нинсинь. Увидев, как Сюэ Тяньао слегка пошевелился, Дунфан Нинсинь почувствовала, как с ее сердца свалился огромный груз, и удушающее чувство, которое она только что испытала, исчезло.

Она протянула руку… понимая, что не может коснуться Сюэ Тяньао, но всё же протянула её и нежно погладила по лицу Сюэ Тяньао. Глядя на его красивое и выразительное лицо, Дунфан Нинсинь улыбнулась.

Только тогда она поняла, насколько красив Сюэ Тяньао. Это была не утонченная красота, а красота, внушающая чувство величия и уверенности. Глядя на Сюэ Тяньао, она испытывала полное доверие.

Этот мужчина безжалостен и бессердечен, но он испытывает к ней только чувства, и этого ему достаточно.

Возможно, почувствовав настроение Дунфан Нинсинь, Сюэ Тяньао наконец расслабил свои нахмуренные брови и спокойно лёг. С закрытыми глазами он казался менее резким и более доступным, чем обычно.

Император Снов стоял там, наблюдая за этой сценой нежными глазами.

Когда-то был мужчина, который давал ей всё, но тогда она была слишком горда и упустила свой шанс…

Дунфан Нинсинь, ты всегда была умным ребенком, и я верю, что ты сама обретешь счастье.

Да благословит тебя Бог, дитя мое...

Хотя Мэн Хуан и стал вести себя сдержанно, Дунфан Нинсинь всё ещё чувствовала его взгляд. Собравшись с духом и подавив своё нежелание, Дунфан Нинсинь отвернула лицо от Сюэ Тяньао и посмотрела на Мэн Хуана.

"он……"

Прежде чем Дунфан Нинсинь успела задать вопрос, Император Снов рассказал ей то, что она хотела узнать:

«Не волнуйтесь, он ещё жив, но сильно ранен. Его тело изувечено и изувечено. Если бы не драконья кровь, защищающая его, он, вероятно, не выжил бы».

Конечно, был ещё и замечательный дедушка по материнской линии; если бы он не приехал вовремя, он, вероятно, не выжил бы. Однако Дунфан Нинсинь не нужно знать об этом; знание лишь усилило бы её чувство вины.

«Как я могу его спасти?» — Дунфан Нинсинь посмотрела на Мэн Хуана. Тот факт, что Мэн Хуан привёл её сюда, означал, что Мэн Хуан должен знать способ.

Она была готова на всё, чтобы спасти его, даже если это означало бы попасть в рай или ад.

«Приведите этого маленького дракончика в Снежный клан. Его кровь намного сильнее, чем у короля Цилиня. С этим стариком рядом Сюэ Тяньао пока не умрет», — мягко указал Мэн Хуан на старика Сюэ, который постоянно был занят заботой о Сюэ Тяньао.

Как только Мэн Хуан указал на Сюэ Лао, тот, по-видимому, почувствовал их присутствие, взглянул в сторону, где находились Мэн Хуан и Дунфан Нинсинь, но, замешкавшись, лишь отвел взгляд.

«Как и следовало ожидать от человека, которому предстоит войти в царство богов, его проницательность весьма сильна», — спокойно заметил Мэн Хуан, добавив при этом, что Яо Лао — не обычный человек.

Дунфан Нинсинь просто кивнул. Седовласый старик в серебряной мантии не хотел причинить вреда Сюэ Тяньао, поэтому, даже если он был силен, не стоило слишком беспокоиться. Однако Дунфан Нинсинь быстро поблагодарил Мэн Хуана за совет.

«Спасибо, Император Снов».

Мэн Хуан Ваньэр улыбнулась, не показывая зубов, ее манеры излучали благородство и неземную красоту. Она мягко махнула рукой, давая понять, что нет необходимости проявлять вежливость.

«Хорошо, Дунфан Нинсинь, возвращайся. Нельзя позволять своему сознанию покидать тело слишком долго. Если останешься дольше, тебе будет трудно вернуться».

Взмахнув рукой, Дунфан Нинсинь невольно отступила назад. Всё потемнело, и, открыв глаза, она увидела перед собой увеличенное изображение милого лица маленького мальчика. Испугавшись, Дунфан Нинсинь отступила на шаг назад.