Tempering the soul

Chapter 430

Если бы Дунфан Нинсинь сказала ему это, Уя был уверен, что его травмы были бы гораздо серьезнее, чем у Ли Мобея, и он, возможно, действительно взял бы дело в свои руки.

«Мо Янь, ты собираешься так со мной обращаться? Ты мне совсем не доверяешь?» У Я был прав. В этот момент Ли Мо Бэй действительно задумал покончить с собой.

Ли Мобэй посмотрел на Дунфан Нинсинь, и его покрасневшие глаза молча дали ей понять, что ее слова причинили ему боль.

Мо Янь, неужели я настолько ненадежен? Ты собираешься заставить меня умереть ради дракона?

«Что делает тебя достойным моего доверия?» — спросила Дунфан Нинсинь вместо ответа.

«Оказалось, это того не стоило. Оказалось, я никогда не был достоин твоего доверия. Неудивительно, что ты предпочёл инсценировать свою смерть, чем жениться на мне. Оказалось, ты никогда мне не верил, никогда не верил, что я женился на тебе, потому что действительно любил тебя, любил тебя без всякой причины».

Ли Мобэй пробормотал себе под нос: «Мо Янь даже не знает, что её отец был причастен к смерти её отца, Мо Цзияня. Если бы она знала, разве их отношения не стали бы ещё хуже?»

Маленький дракончик, лениво лежавший на Дунфан Нинсинь, медленно повернул голову, чтобы посмотреть на Ли Мобэя, а затем на Дунфан Нинсинь.

Маленький Дракон мысленно вздохнул. Ли Мобэй — такой идиот. Если бы Дунфан Нинсинь и Сюэ Тяньао действительно хотели его убить, они бы уже давно это сделали. Не стали бы они тут болтать.

Ради безопасности маленького дракона и всех остальных, Дунфан Нинсинь была готова убить Ли Мобея. Однако она вспомнила, что Ли Мобей однажды спас семью Мо и защитил их. Дунфан Нинсинь хотела отплатить Ли Мобею за его доброту, поэтому сказала, что сделает это сама, просто чтобы проверить его.

Бросив взгляд на Ли Мобея, который выглядел убитым горем, маленький дракон понял, что этот человек не расскажет всего, что видел сегодня, поэтому он велел Дунфан Нинсинь плыть по течению.

«Глупая женщина, пошли, я ненавижу это место».

Дунфан Нинсинь взглянула на маленького дракончика у себя на руках. Этот ребёнок был таким умным, что это раздражало. Она тихо вздохнула и повернулась, чтобы уйти, не глядя на Ли Мобэя, всё ещё держащего маленького дракончика.

Сюэ Тяньао и Уя были такими же; они ни разу не взглянули на Ли Мобея с самого начала и до конца. Эти двое мужчин полностью игнорировали Ли Мобея.

«Мо Янь», — Ли Мобэй наблюдал, как четверо повернулись и ушли. Только тогда он понял, что Дунфан Нинсинь не собирался его убивать, а лишь хотел предупредить и проверить. Его глаза загорелись, и раны на теле, казалось, стали болеть меньше.

Услышав зов Ли Мобея, Дунфан Нин на мгновение задумался, а затем остановился. Лучше было кое-что обсудить заранее.

Дунфан Нинсинь, держа на руках маленького дракончика, повернулась к Ли Мобею, чьи глаза вновь засияли, и спокойно заговорила.

«Ли Мобэй, спасибо тебе за то, что спас мне жизнь в каюте тогда. А ещё спасибо за то, что обращался со мной как со скотом, запер в клетке и повесил на Жёлтой реке. Иначе я бы не был там, где я сейчас».

Дунфан Нинсинь никогда не отличалась добрым сердцем. Например, в этот момент она с оттенком сарказма рассказала Ли Мобею о своей личности. Она полагала, что Ли Мобэй смутно догадался, но не был уверен.

«Ты — это она, ты действительно она, Мо Янь?» Ли Мобэй задрожал, потерял равновесие и опустился на колени перед телом Хуа Ю. Маленький огонек надежды, только что зажженный, погас окончательно.

Значит, Мо Янь действительно такой; действия Сюэ Тяньао наконец-то обретают смысл.

Как и предполагал Дунфан Нинсинь, Ли Мобэй смутно что-то почувствовал, но не был уверен. В конце концов, идея воскрешения посредством одержимости казалась слишком уж надуманной.

«Ли Мобэй, ты правильно догадался, меня зовут Дунфан Нинсинь». Дунфан Нинсинь не обернулась, но, повернувшись к Ли Мобэю спиной, великодушно назвала себя.

Как будто волнения было недостаточно, в тот момент, когда Ли Мобэй был настолько потрясен выступлением Дунфан Нинсинь, что не мог пошевелиться, голос Дунфан Нинсинь раздался снова.

«Кстати, Ли Мобэй, я тебе еще не говорил, что император Тяньли умер, и фамилия нынешнего императора Тяньли — Мо».

Тук.

Что-то попало в кровь.

Добравшись до края Кровавого моря, Вуя оглянулся на опустошенное Кровавое море и покачал головой.

Дунфан Нинсинь и Сюэ Тяньао уже были печально известными разрушителями, а с добавлением маленького божественного дракона они не оставили ни одного места нетронутым. Под объединенной атакой этих троих Кровавое море, вероятно, было уничтожено, не осталось даже яиц морских чудовищ, и Кровавое море стало историей.

Целью их прихода к Кровавому Морю было получение Драконьих Сухожилий. Получив их, все четверо больше не задерживались. В Кровавом Море не было ничего, что их интересовало; напротив, Кровавое Море всем им не нравилось.

Глава 483: Правда всегда искажается таким образом!

Хотя Сюэ Тяньао не одобрял попытку маленького дракончика завоевать расположение Дунфан Нинсинь, притворяясь слабым, он должен был признать, что бессилен противостоять такой коварной атаке. Видя, как Дунфан Нинсинь изо всех сил пытается удержать маленького дракончика, Сюэ Тяньао, восстановив половину своей истинной энергии, без колебаний забрал дракончика у неё.

Маленький дракон тихонько промычал в знак протеста, а когда протесты оказались безрезультатными, послушно лёг на тело Сюэ Тяньао и закрыл глаза, чтобы отдохнуть. Теперь он привыкал к ауре Сюэ Тяньао.

Вуя сказал, что не видел поведения этой «семьи из трёх человек», но смутно размышлял о том, почему Дунфан Нинсинь и Сюэ Тяньао так холодно предупредили Ли Мобея не раскрывать личность маленького дракона, но при этом вообще ничего ему об этом не сказали.

Однако Уя не стал бы выставлять себя дураком, задавая вопросы Дунфан Нинсинь, хотя ему очень хотелось узнать больше о Сяолуне.

Слои гигантских скал, окружавшие Кровавое море, давно уже были разрушены взрывами, и путешествие группы по Кровавому морю прошло гладко. Прибыв на внешний край Кровавого моря, Дунфан Нинсинь и Сюэ Тяньао вспомнили о добросердечном и странном дяде Лю Юньлуне, который сказал, что будет ждать их месяц на краю Кровавого моря.

Они вышли на поверхность через три дня, но, обойдя край кровавого моря, не нашли ни его, ни его тела.

«Этот дядя, похоже, умный человек. Ему следовало уйти раньше, когда он увидел, что Кровавому морю угрожает опасность. Послушай, почти все на окраине Кровавого моря мертвы. Тот факт, что его тела там нет, означает, что он в безопасности. К тому же, он Император. Ему не так-то просто умереть».

Заметив, что Дунфан Нинсинь выглядит несколько виноватой, Уя быстро предложила ей слова утешения.

Да, на окраине Кровавого моря несправедливо погибло много невинных людей. Возможно, нельзя сказать, что они были невиновны, ведь приближение к Кровавому морю – это игра с жизнью, и смерть была неизбежна.

Дунфан Нинсинь кивнула в знак согласия с объяснением Уйи. Она не видела тела Лю Юньлуна, и, учитывая его высокий уровень совершенствования, была уверена, что с ним все будет в порядке.

И вот, Дунфан Нинсинь, Сюэ Тяньао и Уя, неся маленького дракона, приготовились вернуться в Тяньли. Они отсутствовали в Тяньли почти месяц и гадали, какова там сейчас ситуация.

Дунфан Нинсинь и остальные трое с помпой покинули кровавое море, в то время как Ли Мобэй, только что выползший из-под лужи, шатаясь, шаг за шагом выбирался наружу. Каждый шаг давался Ли Мобэю с трудом не только из-за физических ран, но и из-за двух последних слов, которые ему оставила Дунфан Нинсинь.

Оказывается, Мо Янь и Дунфан Нинсинь — один и тот же человек; неудивительно, что это такое совпадение. Мо Янь пробудился сразу после смерти Дунфан Нинсинь, и новопробудившийся Мо Янь невероятно талантлив.

Все они верили, что Мо Янь — дочь Мо Цзыяня и, должно быть, гений; все они были обмануты ореолом гения.

Неудивительно, что Сюэ Тяньао проделал тысячи километров до Мо Яня, настаивая на том, чтобы тот отправился к Тянь Яо, даже ценой войны. Оказывается, Сюэ Тяньао всё это время знал.

Неудивительно, что Мо Янь поначалу так сильно её недолюбливал и оставался к ней равнодушным от начала до конца. Неудивительно, что у Мо Яня не было никакой симпатии к Ли Минъянь; оказывается, Мо Янь на самом деле был Дунфан Нинсинь.

Это была принцесса-консорт Дунфан Нинсинь, которую он лично заключил в тюрьму, повесил под Желтой рекой и убил по его вине.

Дунфан Нинсинь, Дунфан Нинсинь, почему ты сказала мне об этом только сейчас?

Ли Мобэй наступил на камень и снова упал в кровавую воду. Через некоторое время он поднялся, всё его тело было покрыто кроваво-красной жидкостью. Глаза у него были налиты кровью, и он выглядел как безумный убийца. Его взгляд постепенно расфокусировался.