Убийство любви - Глава 3
«Нет, не волнуйтесь. Я найду вам несложное задание!»
«А как насчет вашего мужа? Ему удастся получить одобрение?»
Гун Цуйцуй усмехнулся: «Он никто!»
«Сестра, ты такая добрая!» — Пан Шанлань крепко обняла Гун Цуйцуй. — «Я так рада, что встретила тебя, иначе я бы, наверное, дошла до крайности. Когда-то я думала, что если не выиграю дело, то просто забью этого У Далана молотком до смерти, но было бы жаль этого ребенка».
«Нет, пожалуйста, не надо!» — Гун Цуйцуй в тревоге схватила Пан Шанлань за руку и сказала: «Сестра, расскажи мне, что случилось, пожалуйста, не делай глупостей! Позволь мне сказать тебе: у меня есть несколько хороших сестер, которые всегда заботятся друг о друге. Я познакомлю тебя с ними, когда у меня будет время, и мы все поможем тебе. Нам нужно попытаться решить все вне рамок закона, и даже если это связано с законом, мы должны стараться минимизировать свои ошибки. Понимаешь? Что бы ни случилось, защита себя — это самое важное, иначе какой смысл спорить? Разве нет?! Если ты готова рисковать жизнью, какой смысл спорить с ним? Разве нет?!»
Пан Шанлань немного подумала и кивнула: «Сестра, ты права. Но, потеряв всякую надежду, я не хочу позволить ему сойти с рук».
«Это же глупо!» — Гун Цуйцуй похлопал Пан Шанлань по плечу. — «Когда у меня будет время, я тебя с ними познакомлю. С таким количеством людей, которые тебе помогают, никаких проблем не возникнет! Ну, сегодня среда. Дай мне свой номер телефона. Если я все уладлю, я тебе перезвоню. Можешь сразу идти на работу».
Пан Шанлань была чрезвычайно благодарна и быстро дала ей свой номер телефона, неоднократно выражая признательность.
десять,
Благодаря поддержке Гун Цуйцуй, Пан Шанлань больше не спешила разводиться, а У Цянчжуан был равнодушен к вопросу развода, поэтому они мирно сосуществовали.
В понедельник Гун Цуйцуй позвонила Пан Шанлань и сказала, что все улажено, и велела ей приехать прямо в ее компанию. Пан Шанлань быстро привела себя в порядок и отправилась по указанному Гун Цуйцуй адресу. Гун Цуйцуй договорилась с ней о работе секретарем, что больше походило на должность заместителя руководителя отдела по связям с общественностью. Однако, учитывая ее ограниченные возможности, должность заместителя руководителя была скорее формальностью, но ежемесячная зарплата в 3000 юаней была совсем не формальной.
Это сильно удивило У Цяна, который затем настоял на том, что Пань Шанлань вернулась к своей прежней профессии проститутки.
«Ты можешь быть заместителем управляющего? Скорее сутенёром!» Он посмотрел на неё с презрением.
Пан Шанлань хранила молчание.
«Ты стал заместителем управляющего? Как ты получил эту работу? Ты спал с управляющим? Но это еще мягко сказано. С твоими навыками в постели ты — заместитель управляющего? Да ну!»
Пан Шанлань закатила глаза, но по-прежнему ничего не сказала.
«Твоя работа — просто спать с другими людьми, верно? Я не могу придумать ничего другого, чем ты мог бы заниматься. Может, научишь их стонать в постели? Ха-ха, ты действительно стал талантом!»
«У Цянчжуан, послушай меня, я тебе покажу, что помимо интимных отношений с мужчинами, я умею и другое, и делаю это намного лучше, чем ты!» — сказала Пань Шанлань, чётко произнося каждое слово.
"Хахахаха..."
У Цян громко рассмеялся, чуть не подавившись. Затем он сильно закашлялся, лицо покраснело, шея распухла, по щекам текли слезы. Он долго не мог перестать кашлять, поэтому бросился к столу, схватил чашку чая и выпил холодной воды, что постепенно прекратило кашель. Ему потребовалось много времени, чтобы успокоиться.
«Кроме того, что ты лучше меня занимаешься проституцией, я действительно не могу придумать ничего, что ты умеешь лучше меня!» Он вернулся к Пань Шанлань, схватив её за волосы. «Если у тебя хватит смелости, покажи мне. Я действительно хочу знать, на что ты способна помимо проституции. Если у тебя действительно получается лучше меня, я, У Цянчжуан, буду обращаться с тобой как с королевской особой!»
«Ты не боишься, что тебе изменят?» — спросила Пан Шанлань с легкой улыбкой.
«Со временем привыкнешь. Если у тебя будут деньги, я просто разрешу тебе снова его надеть! Я богат, у меня полно женщин!»
"Нет денег, и всё?!"
"Бесстыжая женщина, тебя волнуют только деньги, мерзавка!"
«Узнаёте людей?» — Пан Шанлань долго рассматривала У Цяна, затем покачала головой и сказала: «Все эти женщины слепы. Им нужен не хороший мужчина, а деньги. Они действительно презренны! А ты, ты не лелеешь женщину, которая хочет тебя, а не деньги, а наблюдаешь, как женщина, которая хочет денег, а не тебя, злится и волнуется. Ты ещё более презрен! Нет, ты практически родился в семье презренных людей!»
"Ты, мерзкая сука, как ты смеешь меня проклинать!"
После слов У Цяна последовал удар кулаком. Пан Шанлань не успела увернуться и получила сильный удар по голове, чуть не упав на землю. Затем он ударил её кулаком в лицо.
"Помощь!"
Пан Шанлань преувеличенно закричала, затем выбежала наружу, схватившись за голову. По дороге она ударила себя по носу, и хлынула кровь. Соседи, наслаждавшиеся прохладным воздухом на улице, испугались и быстро собрались вокруг.
Лицо Пань Шанлань было залито кровью, она спряталась в толпе, а затем разрыдалась.
Все это были уловки, которым ее научил Гун Цуйцуй, призванные время от времени провоцировать У Цянчжуана и заставить его пару раз ударить ее, тем самым пополнив его криминальный послужной список. Вскоре кто-то набрал 110 и 120. Цель Пан Шанлань была легко достигнута.
Гун Цуйцуй свернула на этот перекресток. Было уже около полуночи, и вся улица была тиха, слышался лишь тихий шорох ее собственных шагов.
«Надеюсь, она не будет проявлять нетерпение», — подумала Гун Цуйцуй. Эта прекрасная и отстраненная глава секты Бессердечных, принцесса Кровавого Поцелуя, всегда отличалась непредсказуемыми идеями. Секта Бессердечных «Убийство, основанное на любви» — только она могла придумать что-то подобное. Впервые Гун Цуйцуй почувствовала страх перед принцессой Кровавого Поцелуя.
Она знала каждого из них, но они ничего не знали о ней.
одиннадцать,
Гун Цуйцуй свернул на этот перекресток.
Было почти полночь, и на улице было тихо, нарушалось лишь тихое шелестение ее собственных шагов.
Надеюсь, она не будет проявлять нетерпение. Эта прекрасная и отстраненная глава секты Бессердечных, принцесса Кровавого Целования, всегда выдвигает неожиданные идеи. Только она могла придумать секту Бессердечных «Любовь-Убийство». — подумала про себя Гун Цуйцуй, и впервые она почувствовала страх перед принцессой Кровавого Целования.
Она знала каждого из них, но они ничего не знали о ней.
Должно быть, у неё есть какой-то невыразимый секрет, или, может быть, она знаменитость? Гун Цуйцуй взглянула на плакат на витрине магазина, нашла свою мысль смешной и проскользнула внутрь здания. Они все уже должны быть здесь, верно? Сегодня её задержали; она задавалась вопросом, хватит ли у них терпения её ждать. На самом деле, они ждали её. Дверь открылась прежде, чем она успела отдернуть руку от дверного звонка, словно чья-то рука ждала, когда она позвонит.
«Прошу прощения за опоздание. Надеюсь, я заставил вас всех ждать!»
«К счастью, сегодня все приехали довольно поздно. К тому же, Мяо Яюнь отсутствует», — произнес тихий голос.
Принцесса, целующая кровь.
Она знала, что это не её настоящий голос, потому что её лицо всегда было холодным и бесстрастным. Она слышала об очень реалистичной маске из романов о боевых искусствах. Позже Принцесса, Целующая Кровь, призналась, что носила маску, но никаких объяснений не дала.
«Не знаю, какой сегодня хороший день, все очень заняты», — сказала Шусинь с улыбкой. Эта женщина, сильно пострадавшая от домашнего насилия, сегодня была на удивление в хорошем настроении.
«Сегодня благоприятный день!» — с улыбкой сказала Хуан Цянь. Она, обычно замкнутая, сегодня выглядела очень счастливой.
«Не знаю, благословение это или проклятие», — сказала Принцесса Кисс, окинув их по очереди взглядом. — «Сегодня хорошее настроение Мэйи снова испортил ее бывший муж».
"Ага?"
"настоящий?"
В адрес Мэй-и немедленно поступили обеспокоенные вопросы.
Глаза Мэйи все еще были опухшими. Она кивнула и сказала: «Да. Кто-то познакомил меня с новым другом, и он каким-то образом узнал об этом. Он даже пришел ко мне домой и устроил скандал. Что мне делать? Я же не могу просто так уехать из этого города, правда? Это нереально!»
"Грубиян!"
«Это возмутительно!»
Комната наполнилась гневными голосами.
«Все, успокойтесь!»
Тихий голос может обладать очень сильной силой; в комнате мгновенно воцарилась такая тишина, что слышалось только дыхание.
«Сейчас нам нужно не наказывать его, а именно наказать! Все, придумайте какие-нибудь хорошие идеи, как наказать этого парня. Если сегодня ничего не придумаете, ничего страшного, не торопитесь. Кроме того, он испортил Мэйи все хорошее настроение, поэтому все должны постараться присматривать за ней и познакомить ее с подходящими людьми, если увидите таковых». Принцесса Целующей Крови закончила говорить и посмотрела на них.
«Согласен», — одновременно произнесли несколько голосов.
«Это должны были быть плохие новости, но теперь есть хорошие новости», — принцесса Кровавый Целовательница, казалось, слегка улыбнулась под своим напряженным выражением лица. «Сегодня Шусинь снова избила своего мужа. Шусинь, расскажи всем об этом!» Говоря это, она перевела взгляд на Шусинь.
Шусинь с улыбкой встала, откашлялась и сказала:
«Прежде всего, спасибо всем за ваши советы. Шусинь медленно взрослеет. Инцидент начался из-за лапши. Он не любит лапшу, поэтому я приготовила лапшу из соевой пасты. Как вы можете себе представить, он жаловался. Тогда я привязала его к кровати и иголкой нарисовала на его теле линии, которые должны были быть линиями крови, но они получились очень поверхностными. Я заткнула ему рот, чтобы он не мог кричать и не плакал от боли. После того, как я закончила, я любезно продезинфицировала рану солью».
Раздался взрыв смеха, и Шусинь рассмеялся вместе с ним.
«Ты просто невероятная! Редко встретишь такого доброго человека». Цзяоянь одобрительно кивнула.
«Да, это хорошо. Он только на ранней стадии зависимости, и, возможно, он не сможет выдержать слишком сильную боль. Нам нужно действовать постепенно. Шусинь, расскажи всем подробности. Можешь приукрасить, если хочешь», — сказала Принцесса Целующей Крови.
двенадцать,
«Отлично!» — взволнованно воскликнул Шусинь. «Сначала я добавил снотворное в вино, которое он собирался выпить, а после того, как он уснул, я сразу же привязал его к кровати, потом разбудил и заткнул ему рот своими трусами, хе-хе. Я выбрал иглу 5-го размера, не самую маленькую, но близкую к ней. Я обнаружил, что чем меньше игла, тем лучше эффект!»
«Конечно, чем тоньше игла, тем меньше боли вы почувствуете, но покалывание и зуд будут гораздо сильнее. Боль терпима, но покалывание и зуд невыносимы. Продолжайте», — сказала Принцесса Целующая Кровь.
«Я догадался, поэтому выбрал самую маленькую иглу, какую только смог найти. Сначала я нарисовал иглой крестик у него на груди, а потом начал рисовать вдоль рук и бедер. Когда я дошел до подмышки, ему было так больно, ха-ха-ха!»
Несколько человек присоединились к нему в безудержном смехе.
«Во время гребли я постоянно спрашивал его, хорошо ли ему, доставляет ли он удовольствие. Ха-ха. Когда я закончил, я увидел, что он, кажется, вздохнул с облегчением, поэтому я сказал ему: «Не радуйся пока, игра только начинается!» Затем я взял из кухни небольшой пакетик соли, и его глаза тут же расширились, ха-ха…»
«Сколько соли вы использовали?» — с улыбкой спросил Хуан Цянь.
«Не очень много. Раньше я использовала меньше, но на этот раз много, и процесс был очень медленным, потому что в тот день у меня было такое хорошее настроение, ха-ха. Я не хотела тратить соль, как раньше, поэтому я зажала её между двумя пальцами и понемногу посыпала вдоль нарисованных линий. Это сработало очень хорошо. Я боялась, что соль не растворится достаточно быстро, поэтому я даже втирала её вдоль линий, слегка растирая. Боже мой, я наконец-то почувствовала, каково это — умирать!»
«Мы могли себе это представить», — сказала принцесса Кровавый Целователь с улыбкой. Улыбка была относительной по отношению к её голосу; выражение её лица было отнюдь не лестным — натянутая, неискренняя улыбка.
«Когда у тебя дома закончится соль, ты будешь использовать воду с чили?» — поддразнил Гун Цуйцуй.
«Конечно!» — серьёзно сказал Шусинь. — «Я всё продумал: вода с чили, молотый перец и алкоголь — ничего не должно отсутствовать!»
На этот раз даже Принцесса Поцелуй Крови громко рассмеялась.
«Если у тебя не хватит, мы тебя спонсируем», — Мэйи похлопала Шусиня по плечу, и все снова рассмеялись.
«Ваши проблемы относительно легко решить, а как же я?» — с обеспокоенным выражением лица спросил Гун Цуйцуй.
Все взгляды тут же обратились к ней. Да, она не хотела развода, но и решить проблемы мужа она тоже не могла; он был упрям, и никто не мог его этому научить.
«Этот парень ужасно упрям и не слушает доводов разума!» — возмущенно воскликнул Шусинь.
«Если вы спросите меня, нам просто нужно найти кого-нибудь, кто его убьет!» — сказала Мэй-и.
«Убить его было бы приятно, но мы бы также совершили убийство, которое может караться смертной казнью. Это противоречило бы нашим принципам», — сказала Принцесса Целующая Кровь.
Атмосфера снова стала мрачной.
Гун Цуйцуй улыбнулся и сказал: «О, я просто вскользь упомянул об этом. Посмотрите на вас, всё в порядке. К тому же, хорошие идеи не появляются за одну ночь. У меня есть ещё кое-что, что я хочу обсудить со всеми. Я познакомился с новой девушкой по имени Пан Шанлань, и по совпадению, фамилия её мужа — У…»
Не успела она договорить, как в комнате раздался взрыв смеха.
"Хе-хе, какое совпадение!" Гун Цуйцуй усмехнулся и продолжил: «Ее мужа зовут У Цянчжуан, что означает «сильный», но на самом деле он всего лишь обычный, настоящий «У Далан» (уничижительное название для невысокого, слабого мужчины). Поскольку Ланьлань раньше работала хостессой в ночном клубе, она не может смотреть на У Далана свысока. Когда У Далан ухаживал за ней, он тоже не смотрел на нее свысока, но теперь они начали это делать. Ланьлань говорит, что настаивает на разводе и хочет ребенка, и У Далан тоже хочет ребенка. Но этот ребенок не является биологическим ребенком У Далана. У Далан бесплоден, а Ланьлань прошла процедуру ЭКО. Поэтому проблема очень сложная. Поскольку у Ланьлань нет работы и дохода, суд предвзят по отношению к У Далану. Я уже договорился о том, чтобы Ланьлань устроилась на работу в мою компанию с ежемесячной зарплатой в три тысячи, надеясь, что это ей поможет».
«Вы отлично справились!»
Когда лидер культа начал говорить, в зале раздались аплодисменты.
Гун Цуйцуй покраснела и опустила голову, сказав: «Это совершенно правильно. Мы должны помогать друг другу. К тому же, Ланьлань действительно жалкая. Я как раз думала обсудить со всеми вопрос о том, чтобы познакомить вас с ней. Интересно, что думает об этом глава».
Тринадцать,
Принцесса Целующая Кровь на мгновение задумалась и сказала: «Вам следует знать наши правила. Мы, как правило, принимаем только тех сестер, у которых более сложные или проблемные дела».
Гун Цуйцуй кивнул: «Я знаю, учитель. Я действительно считаю, что её положение довольно тяжёлое. Когда я впервые встретил её, она лежала в больнице после того, как её муж сломал ей руку, поэтому мне было её особенно жаль. Затем, когда я недавно снова её увидел, она сказала, что дела у неё идут очень плохо, и она даже подумывала о том, чтобы погубить своего мужа. Вот почему я… я думаю, ей действительно нужна наша помощь. Я не думаю, что смогу помочь ей идеально самостоятельно».
Все замолчали.
Гун Цуйцуй немного подумал, а затем сказал: «Ничего страшного, если все не согласны».
«Нет, я думаю, ей действительно нужна наша помощь, но мы не можем просто так принять её. Как насчёт этого, Мастер?» — Хуан Цянь повернулся к Принцессе Крови Целующей, — «найдите возможность для нескольких из нас сначала навестить её и узнать о её ситуации. Если всё будет в порядке, тогда мы доложим Мастеру, и он примет решение».