Пусть весь мир перевернется.
Для активации этого механизма требуется, чтобы два человека одновременно держали рукоятки. Им необходимо взаимодействовать друг с другом, и величина прилагаемого давления и требуемый наклон должны быть скоординированы. В то же время, поскольку земля наклонена, оба оператора должны сохранять устойчивость.
Земля уже сильно затряслась, и крики Дэн Пуюэ не прекращались. Король нахмурился, услышав шум, а Шань Юй, опасаясь, что обстановка станет слишком напряженной, сказал ему: «Не волнуйся, бусина уже перешла на третий уровень, и мы скоро победим».
"..." Король удивленно посмотрел на него: "Ты пытаешься завоевать мое расположение?"
«Что?» — воскликнул Шань Юй с удивлением.
«Хотя все люди жадны и лицемерны, из этих троих ты самый лицемерный». Король без всякой вежливости насмехался над ним: «Разве это не ты намеренно активировал механизм еще до того, как они вошли?»
Шань Юй выглядел недовольным и уже несколько раз проклял короля в прямом эфире.
Он был слегка взволнован и на мгновение задумался, объясняя: «Я думал, что как только ключ будет вставлен, игра почти закончится. Я не ожидал, что это повлияет на события за пределами заведения».
«В конце концов, я не гейм-дизайнер и не являюсь штатным сотрудником. Пожалуйста, прекратите делать злонамеренные предположения обо мне, хорошо?»
Король не ответил, а продолжал сосредоточенно вращать рукоятку.
С грохотом мир наклонился на 45 градусов в другую сторону. Надвигался горный дождь, я поскользнулся и чуть не упал на другую сторону.
Выражение его лица было довольно неприятным: «Почему ты меня ненавидишь? Если я правильно помню, мы сегодня впервые встретились, верно?»
Король поднял голову и серьезно спросил: «Нужна ли мне причина, чтобы тебя не любить?»
***
-z大z大！ Вызов z大！
—Боже мой, почему Зи до сих пор не смотрит комментарии?! ? ?
Я умру, я хочу немедленно вознестись на небеса.
— Это был первый раз, когда я вёл две прямые трансляции одновременно, и меня забанили с другой стороны.
Фанаты Шань Юя сошли с ума? Они думают, что он какой-то бесценный товар, которого все любят? Даже если король его действительно ненавидит, он может просто разорвать с ним все связи. Зачем ему требовать объяснений и заставлять другую сторону встать на колени и признать свою ошибку?
Мне хочется плакать.
-z, твой король спорит в сети с Шань Ю! Тебя сейчас изобьют? Быстрее войди и спаси ребёнка!
-……
У Вэнь Чжэна не было времени включить онлайн-чат; он боролся с силой тяжести, пытаясь провести босса-зомби через дверь с внешней стороны коридора в форме буквы «口».
Оказавшись внутри комнаты, Вэнь Чжэн, по крайней мере, почувствовал опору в виде стены, которая не позволяла ему катиться, как мяч в чаше, что значительно успокоило его.
Босс-зомби был полон решимости отправиться на поиски красной ленты, но Вэнь Чжэн споткнул его, и тот застрял под столом.
Как только земля на мгновение выровнялась, Вэнь Чжэн, поднявшись на ноги, поднял с земли шариковую ручку. Это была точно такая же ручка, которую король получил ранее.
В голове Вэнь Чжэна на мгновение мелькнул образ Да Вана, захлопывающего колпачок ручки, но он необъяснимо отбросил этот образ и с силой воткнул ручку в висок зомби.
Смертельная рана подтвердилась, и босс с грохотом превратился в пыль. Вэнь Чжэн вздохнул с облегчением и, когда толчки прекратились, побрел к двери.
«О боже!» — голос Дэн Пуюэ дрогнул. — «Вы закончили?!»
В центральной комнате никто не ответил.
Вэнь Чжэн отряхнул одежду, вышел и поднял Дэн Пуюэ из угла, и вместе они вошли в центральную комнату.
«Что случилось?» — недоуменно спросил он. «Почему ты здесь стоишь?»
Король выглядел несчастным, это одно дело, но почему у него было такое холодное лицо, когда надвигалась буря? Он был озадачен и не хотел задавать слишком много вопросов, чтобы они не выглядели как спор между учениками начальной школы. Поэтому он мог только посмотреть в середину стола и спросить: «Вы достали железный ящик?»
Эта металлическая коробка очень похожа на ту, которую мы нашли в камине внизу.
Вэнь Чжэн мысленно вычислил пароль и открыл дневник. Почерк на бумаге был аккуратным и обладал определённым стилем, совсем не таким кривым и неряшливым, как в детстве.
—[После того, как фотография была напечатана, я понял, что она по-прежнему так же прекрасна, как и всегда.]
Примечание автора: Все отлично ответили на вчерашние вопросы и ответы! Чтобы вам было легче запомнить, я напишу "Бэй Синин" ещё несколько раз! (сжимает кулак)
Раздел комментариев полон высказываний зрителей: «Сегодняшние комментарии тоже очень корректны».
(Похоже, сегодня вечером у нас 1500 комментариев, так что завтра добавлю ещё одну главу! Первая глава выйдет сегодня днём, а вторая — около полуночи. *целую*)
Глава 31
[После того, как фотография была напечатана, я понял, что она по-прежнему прекрасна.]
Это утверждение вызывает странное, зловещее ощущение, словно оно на что-то намекает, и от него мурашки бегут по коже.
Вэнь Чжэн передал записку Дэн Пуюэ, дав понять, что каждый должен проверить её по очереди, а затем подал знак всем начать движение.
Это комната главной героини. Обстановка очень простая. Помимо бежевого цвета в общем стиле и кружевных занавесок, здесь нет никаких других сложных украшений.
Из-за сильного землетрясения на землю упало множество мелких предметов. К сожалению, они оказались малополезными.
У него нет никаких вещей, связанных с его работой или хобби.
Вэнь Чжэн отдернул занавески, и перед ним открылось море цветущих жакаранд, добавившее комнате романтики.
«Я всё обыскал, но ничего не нашёл», — воскликнул Дэн Пуюэ с удивлением. — «Что же нам делать?»
Услышав спор, но не ответив, он принес с улицы два стола, сдвинул их вместе и поставил в центре комнаты.
Дэн Пуюэ всё поняла, бросила листы дневника на стол, затем отодвинула ещё два стула и поставила их по всем четырём сторонам комнаты, рядом с уже стоящими.
«Давайте проведём встречу», — сказал он.
Четверо мужчин, по одному с каждой стороны, сели. Слева от короля сидел Вэнь Чжэн, справа — Дэн Пуюэ, а лицом к лицу с ним — Шань Ююлай. Их взгляды встретились, и король фыркнул.
Вэнь Чжэн мягко похлопал его по плечу и сказал: «Давайте разберемся с имеющейся у нас информацией».
«Во-первых, — сказал он, разворачивая тетрадь, которой прикрывался от обломков, и указывая ручкой на пустой титульный лист, — главный сюжет в том, что главная героиня хочет восстановить свои утраченные воспоминания. Она утверждает, что эта вилла — её дом, и что там живёт человек, которого она когда-то любила. Этот человек — главный герой».
Убедившись, что никто не возражает, Вэнь Чжэн записал на бумаге несколько ключевых слов и продолжил: «Хотя за пределами виллы повествование ведётся от лица главной героини, внутри она полностью переходит во владение главного героя. Дневник содержит его воспоминания, второй этаж — его комната, и только здесь мы получаем небольшую подсказку о главной героине».
Дэн Пуюэ сказал: «Несколько коробок для шитья…» Говоря это, он высыпал на стол все найденные ранее коробки. Затем Шань Юй Юй Лай поставил на стол еще две, а Да Ван — еще три, в итоге получилось девять коробок, каждая разного цвета.
Затем он положил посередине красную ленту: «А это я получил в этой комнате, и после того, как я это получил, босс погнался за мной».
«В чём смысл всего этого?» — спросил Дэн Пуюэ Шанью.
Поскольку Шань Юй был словно энциклопедия, объясняющая всевозможные аллюзии каждому, он по привычке задавал Шань Юю вопросы. Как только он задавал вопрос, он немного жалел об этом, проклиная себя за то, что не всё обдумал. Неужели король рассердится...?
Но король этого не сделал, холодно подняв последний клочок бумаги.
«Я тоже не совсем уверена», — сказала Шань Ю. «Хотя красные ленты имеют множество символических значений, та, что у вас, сделана из плотной ткани и украшена золотой нитью, так что это явно украшение. Я не могу быть уверена, это повязка на голову или аксессуар, завязанный где-то ещё… Думаю, это подарок от главного героя главной героине, потому что он очень важен, и главная героиня, босс, добивается её расположения».
«Тогда возникает ещё одна проблема, — внезапно сказал Вэнь Чжэн, — почему начальница — главная героиня?»
На мгновение все замолчали.
Боссом по умолчанию в подземелье для выживания в космосе является существо, похожее на зомби, а его профессия и сущность определяются его одеждой.
В эпизоде «Спасение Сьюзен» дантист является начальником, потому что главный герой боится дантистов. В эпизоде «Замок Свободы» главный герой, молодой король, часто посещает врача, поэтому начальник тоже носит белый халат.
Но почему эта начальница — «мать» главного героя?
Вэнь Чжэн: "Чего он боится?"
Дэн Пуюэ пробормотала себе под нос, сложив руки: «Боюсь, конечно, боюсь! Человек мертв! Разве мертвые не страшные? Не забывай, посмотри на эту картинку, главная героиня погибла в автокатастрофе!»
Он с грохотом бросил лист бумаги на стол, но тут король внезапно сказал: «Это неправильно».
Король наконец заговорил, и все трое обратили на него свои взгляды.
Он спокойно сказал: «Возможно, он боится трупа незнакомца на улице. Но этот человек ему нравится».
«Тебе нравится?» — глаза Дэн Пуюэ расширились.
«Глядя на портрет покойной, он сказал, что женщина была прекрасна. В своем дневнике он постоянно повторял: „Она улыбалась“, „Она улыбалась сладко“, и часто упоминал такие слова, как „целование“ и „связь“. Как это могло быть проявлением привязанности к матери?»
Вэнь Чжэн и Дэн Пуюэ: «…………»
Внезапно я почувствовал, что это подземелье стало необычайно сложным.
Надвигалась буря, и он странно посмотрел на меня: «По-твоему, нам не стоит ещё больше бояться главной героини?»
«Ты что, идиот?» — нетерпеливо спросил король, нажимая на шариковую ручку. «Разве не нормально испугаться, узнав, что тебе нравится приемная мать?»
Это вполне логично.
Даже когда извращенец осознает, что он извращенец, его совесть все равно будет терзаться, верно?
Кроме того, моя приемная мать погибла в автомобильной аварии!
«У меня такое чувство, что всё не так просто…» Дэн Пуюэ встала, желая что-то ещё разглядеть в этом совершенно открытом помещении: «Вилла выглядит так, будто у неё всего два этажа снаружи, значит, это и есть ядро? Но здесь, похоже, нет никаких механизмов, и мы ещё не использовали ни один из этих реквизитов. Мы даже не знаем, что это за красная лента… Боже мой».
Под столом находился лабиринт из шариков размером с настольную столешницу. Дэн Пуюэ споткнулась о него, поднимаясь, и ударилась ногой. Затем комната снова затряслась, и в углу потолка появилась дыра. Деревянная лестница поднялась и со щелчком закрылась.
Каждый: "…………"
«Ах!» — радостно воскликнула Дэн Пуюэ. — «Видите? Я же говорила, что это не так просто! Теперь всё в порядке!»
Вэнь Чжэн, привыкший к этому, спокойно сел и продолжил: «Давайте подведем итоги».
«Жил-был маленький мальчик, которого усыновила главная героиня в неизвестном возрасте. Главная героиня кормила и поила его, играла с ним. Повзрослев, мальчик понял, что влюбился в свою приемную мать, но однажды его приемная мать погибла в автомобильной аварии».
«Сколько ему тогда было лет?» — спросил Шань Юй.
«Я склонен думать, что ему шестнадцать или больше», — сказал Вэнь Чжэн. «Эти сложные книги на улице, почерк в его дневнике и даже пробуждение самосознания — все это он определенно не осознавал в юности».
Дэн Пуюэ больше не могла ждать. Она достала сумку и сложила в нее все швейные наборы. Все четверо поднялись наверх.
Небольшой чердак был тускло освещен.
Дэн Пуюэ только выглянула, как вдруг закричала: «О боже!»
Вэнь Чжэн подтолкнул его, и, когда тот остановился, увидел жертвенный стол с воткнутыми в него зажженными благовонными палочками, а поднимающийся дым клубился по комнате.
На полу было разбросано несколько подушек, а на столе стоял портрет покойного. Как и описывалось в дневнике, он был очень красив.
И оно так же прекрасно, как и казалось им снаружи.
Дэн Пуюэ задрожала: "Сколько... сколько ей лет?"
Это хороший вопрос.
Поскольку женщина снаружи — вымышленное существо, её приблизительный возраст не может служить доказательством. Более того, поскольку она уже мертва, вполне возможно, что она предстаёт перед ними в более молодом обличье.
Однако похоронный портрет обычно не является фотографией, сделанной слишком давно, а это значит, что на момент автомобильной аварии приемная мать, главная героиня, выглядела еще молодой и свежей, и на первый взгляд ей было меньше двадцати лет.