Пока существует царство демонов, император демонов будет жить вечно, подобно императору богов. В лучшем случае он столкнется лишь с пятью признаками упадка небес и людей, а затем императором станет кто-то другой.
Однако время пяти признаков упадка для небесных существ ещё не настало, а Демонический Император заметно слабеет.
Существует лишь одна возможность — царство демонов пало под натиском мира смертных и больше не способно служить одним из трёх столпов, поддерживающих все миры.
По сравнению с бессмертными и богами, сила всех демонов была бы ничтожна, как разница между солнцем и свечением светлячка.
Молодой лорд огляделся и обнаружил, что демоны, которые сначала неожиданно одержали верх, теперь с трудом справлялись с натиском. Источник силы демонической расы был полностью исчерпан, что значительно облегчило уничтожение демонов, создававших здесь проблемы.
Она тихо вздохнула, на её лице читалось полное понимание.
«Гу Чжун, Гу Чжун, ты просто невероятный. „Достать дрова из-под котла“ — блестящий ход, но бесполезный. Надеюсь, ты ещё успеешь вовремя».
Затем Шаоцзюнь перевел взгляд на Императора Демонов, в руке которого вращался золотой круглый шар.
«Император демонов, ваше царство демонов, должно быть, было изгнано в мир смертных. Я не могу смириться с вашим уходом, поэтому отправлю вас туда, чтобы вы составили мне компанию».
"Разнообразный--"
Золотые глаза Императора Демонов внезапно расширились. В глубине души он понимал, что это единственное объяснение, но не хотел в этом признаваться. После тысяч лет кропотливого планирования он всего лишь сшил свадебное платье для кого-то другого.
Но прежде чем он успел произнести хоть слово, его полностью уничтожил золотой свет молодого лорда, исполненного бесконечного сожаления и обиды.
Бог-Император смотрел на ребенка, которого он воспитал в страхе. Когда это она стала ему равной, а он об этом даже не подозревал?
Он вспомнил двусмысленные слова Императора Демонов, сказанные ранее, и в его голове сформировалась невозможная, безумная догадка, которая отказывалась уходить.
«Нянь Ге… ты…»
Бог-император попытался ласково позвать кого-то, сделал два шага вперед, но остановился на расстоянии трех чжан из-за необъяснимого страха и ужаса.
Даже посреди кровавой бойни и кровопролития вокруг, когда боги и демоны вели ожесточенную битву, сотрясавшую небеса и землю, женщина в своем элегантном одеянии оставалась такой же прямой и грациозной, как сосна или бамбук, и ни капли крови не запятнало ее тела.
Она посмотрела на Бога-Императора, но в ее глазах, некогда полных благоговения и привязанности, теперь читалось безразличие, словно она смотрела на насекомое — на насекомое, не заслуживающее ее внимания и заботы.
«Бог-Император, всё, что сегодня претерпело Царство Богов, — это возмездие, причина и следствие, и судьба».
Что вы говорите?
Зрачки Бога-Императора внезапно сузились, и его руки бесшумно двинулись за спину. Доброта и мягкость на его лице мгновенно стали фальшивыми, словно на него была наложена маска, скрывающая весь истинный смысл, который должен был быть передан.
«Не притворяйся, что не понимаешь. Ты и божественное царство столько лет цеплялись за жизнь, попирая мертвых существ бесчисленных миров. Пришло время тебе заплатить за это. Открой глаза и посмотри на божественное царство, посмотри на себя и увидь, как ты был уничтожен…»
Шаоцзюнь взглянула в сторону Небесных Врат, в ее тоне уже читалось немалое нетерпение. Она презирала дальнейшие конфликты с Божественным Императором, оставив после себя саркастическое замечание, после чего повернулась и исчезла, о ее местонахождении никто не знал.
——
Линъянь быстро передвигалась и через несколько мгновений прибыла в Тяньмэнь. Увиденное там потрясло её.
Это просто сущий ад!
Перед Небесными Вратами возвышался огромный черный вихрь, из которого непрерывно вырывалась черная демоническая энергия и демоны, сталкиваясь с облаченными в серебряные доспехи небесными воинами, отчаянно сражавшимися за его защиту.
Однако, хотя демонов и можно было остановить, демоническая энергия оказалась для них слишком мощной. Демоническая энергия, всё ещё обладающая собственным сознанием, ловко цеплялась за землю, погружаясь под белый небесный туман и клубясь повсюду.
При встрече с бессмертными или божествами это подобно внезапной атаке, свидетелем которой только что стала Линъянь, способной в одно мгновение нанести противнику серьёзный урон.
Перед Небесными Вратами демоническая энергия перестала быть такой скрытной. Она вырвалась из чёрной дыры, наслаиваясь слой за слоем, поглощая пространство по пояс и превращая свет в чистую чёрность.
Из телепортационного устройства медленно вышли несколько генералов-демонов, их тела были объяты багровым пламенем. Они небрежно взмахнули своими длинными булавами, проделав кровавые дыры в серебряно-бронированных солдатах.
Небесные воины, измученные битвой с демонами, были уже покрыты ранами. Демоническая энергия, словно увидев аппетитное пиршество, при запахе крови хлынула в их раны.
Однако, в отличие от обычного, эти небесные воины, одержимые демонической энергией, не погибли мгновенно; вместо этого они сохранили способность свободно передвигаться.
Разница в том, что они, похоже, превратились в бездушных марионеток, обративших свои мечи и клинки против своих бывших товарищей.
Боевые крики, стоны агонии и лязг оружия создали картину жестокой и бесчеловечной бойни.
Даже в Бездне Богов и Демонов Линъянь никогда не видела столь жестокой битвы, потому что эту территорию охранял Гу Чжун.
Ее лицо было мертвенно-бледным, и она сделала небольшой шаг назад, но была вынуждена остановиться.
Она безучастно смотрела на поле боя, но так и не смогла найти искомого человека. Паника смешивалась с разочарованием, и она казалась немного беспомощной.
"Убей меня."
Небесный воин, только что убивший своего товарища мечом, внезапно, казалось, пришёл в себя.
Он надавил правой рукой на левую, но все равно не смог остановить длинный меч, летящий в сторону Линъяня.
После того как Линъянь увернулась от атаки, которая была полна недостатков, он посмотрел на нее глазами, полными отчаяния и мольбы, умоляя ее.
Руки Линъянь слегка дрожали. Она никогда не убивала членов своего клана и не могла заставить себя сделать это. Однако она не знала, как положить конец беспомощным страданиям человека перед ней.
Она застыла на месте, пока меч снова не упал перед ней, после чего остановилась.
Перед ней между головой и шеей появилась полоска крови, выражающая отчаяние, которая медленно спускалась вниз.
«Если Ваше Превосходительство плохо себя чувствует, пожалуйста, отойдите в сторону».
Человек, безжалостно убивший небесного воина, явился перед ней и холодно заговорил.
Линъянь смутно помнила его; он, по-видимому, был генерал-лейтенантом в армии Чжэньюань, вероятно, назначенным охранять Тяньмэнь после расформирования армии.
У него, похоже, не было времени догнать Линъянь, прежде чем он повернулся и принялся истреблять демонов и других своих подчинённых товарищей.
Линъянь закрыла глаза, изо всех сил пытаясь выбросить из головы кровавую сцену, но безуспешно.
Это поле битвы, где пощада недопустима.
Линъянь медленно поднялась и парила в воздухе. Все бессмертные, боги и демоны могли видеть её и тоже заметили это странное явление.
Генерал-демон на мгновение уставился на нее, затем внезапно покинул передовую линию поля боя и, не боясь смерти, попытался пересечь Небесные Врата, направляясь прямо к ней с четкой целью.
Солдаты внизу почувствовали, что необычные действия генерала-демона могут переломить ход битвы.
Они один за другим бросились вперед, рискуя жизнями, чтобы своими телами остановить божественную полководку и выиграть ей время.
После мгновения молчания из груди женщины, парящей в воздухе, медленно скатилась бусинка.
Затем оно внезапно излучало ослепительный и яркий свет — чистый белый свет, достаточный, чтобы рассеять всю тьму.
В царстве богов божественная жемчужина защищает царство, обладая гораздо большей силой, чем они себе представляли.
Этот чистый и нетронутый свет с молниеносной скоростью рассеял всю тьму перед Небесными Вратами.
Демоническая энергия, бесчинствовавшая в царстве богов, не успела рассеяться и полностью исчезла. Демоны, перешедшие через Небесные Врата, мгновенно вырвались из своих тел белым светом и слились с ним.
Солдаты, одержимые демонической энергией, падали на землю один за другим. К счастью, чтобы контролировать их тела, демоническая энергия не развратила их божественные ядра, и верные солдаты избежали участи быть уничтоженными душами и телами.
Демонический полководец, бросившийся к Линъяню, изо всех сил пытался остановить очищение, но не смог этого сделать и рассеялся вместе с собой.
Даже мощная телепортационная система, соединяющая царства богов и демонов, была насильно отключена, полностью перекрыв демонам доступ к подкреплению.
Сила этого очищения была настолько велика, что стало очевидно: оно не может длиться слишком долго.
На лбу Линъянь выступили тонкие капельки пота, и ее и без того бледное лицо стало еще более пепельным, словно все ее жизненные силы вот-вот иссякнут.
Белые бусины постепенно покрылись слоем туманной дымки, внутри которой свободно текли несколько черных линий, словно настоящие.
После завершения очищения боевой дух божественных воинов взлетел до небес, и они предприняли контратаку против оставшихся демонов, находившихся перед Небесными Вратами.
В этот момент со стороны дворцового комплекса вспыхнул яркий красный свет, окутав сине-белое небо туманной красной дымкой и добавив нотку зловещей атмосферы.
Глава 159 Верховный Бог и Бог войны (19)
============================
В сердце Линъяня возникло предчувствие беды.
Битва при Тяньмэне временно утихла. Бессмертные воины шаг за шагом оттесняют демонов, и те уничтожаются один за другим. Ей больше нет смысла оставаться здесь.
Поэтому, как только она приземлилась, Линъянь заставила себя удержать равновесие и, спотыкаясь, пошла в том направлении.
Линъянь двигалась гораздо медленнее, чем прежде, и получила более ясное представление о бедствии, которое эта катастрофа принесла в божественный мир.
После того как демоническая энергия отступила, земля была усеяна обломками, и повсюду валялись трупы бессмертных и богов. У некоторых были широко открытые, испуганные глаза, они умирали с широко открытыми глазами; у других были отрублены головы, лица искажены от боли; третьи сражались до смерти, их тела были покрыты кровью.
У нее во рту и носу было ощущение, будто их затянуло плотной тканью, и она могла лишь тяжело дышать, чтобы усвоить питательные вещества, необходимые для бодрствования. В желудке поднялась тошнота. Линъянь надавила на поясницу, изо всех сил подавляя дискомфорт в сердце, и продолжила двигаться вперед.
Проходя мимо знакомого пруда с лотосами, она взглянула на него и обнаружила, что все некогда яркие лотосы завяли, а кристально чистая вода потемнела, словно вся жизнь была отнята.
Как раз когда она погрузилась в свои мысли, сзади раздался низкий, хриплый рев.
Лин Янь испугалась и быстро увернулась, но острый кусок доспехов все же порезал ей шею.
Нападавший, появившийся перед ней, явно был демоническим бессмертным владыкой. Он склонил голову и пристально разглядывал её, в его глазах не было ни капли духа, только кровожадная злоба — спасти его было невозможно.
Линъянь сжала кулак, позволяя боли направлять ее разум и преодолевать нежелание терпеть. Она подняла ладонь и, словно танцуя, повела ленту вперед, мягко пуская ее по течению.
Белая ткань выглядела такой лёгкой и бессильной, но она плавно отрубила голову демоническому бессмертному, словно совершая ритуал сострадания.
Она продолжала идти к центру красного света, встречая все больше и больше одержимых демонами богов. Возможно, однажды или даже дважды ее сердце смягчилось, но после трех или четырех раз, наконец, она полностью онемела.
Эти руки были запятнаны кровью многих ей подобных; кровь проникла в ее глаза, окрасив их в чёрный цвет.
Чем чаще она шла по этой дороге, тем лучше она ей знакома; она проходила по ней бесчисленное количество раз за последние две тысячи лет — это было направление, ведущее к Дворцу Хаоса.
Сердце бешено колотилось, оглушительно отдаваясь в груди и призывая ее ускорить шаг.
Ее неуверенные шаги сменились бегом, и она нетерпеливо бросилась в коридор.
«Сестра Сюаньху!»
Она громко закричала.
Воцарилась мертвая тишина; ответа не последовало.
Линъянь снова и снова звала, но никто так и не ответил.
Никто не вышел поприветствовать её с улыбкой, как это всегда бывало.
Какое-то невидимое предчувствие направило ее шаги к тому внутреннему святилищу, где она никогда прежде не бывала.
Подняв мутные занавески, она увидела перед собой просторный внутренний зал и… лужу багровой жидкости со слабым рыбным запахом.
На платформе из белого нефрита лежал человек. Знакомая белоснежная мантия лишь усиливала панику в сердце Лин Яня.
Она подбежала и опустилась на колени перед женщиной, которая, очевидно, была безжизненна.
«Сестра Шаоцзюнь…»
Она наклонилась и тихо позвала, словно боясь разбудить крепко спящего человека.