Во всем виноват он сам.
«Папа, ты не первый, кто отдалился от меня. Честно говоря, я все эти годы чувствовал себя очень одиноким».
Впервые Лу Минран увидел на лице Чжан Тяньши выражение отчаяния. Чжан Тяньши начал говорить без умолку, повторяя то, что давно хотел сказать отцу.
Он провел детство в детском доме, где был изгоем и подвергался издевательствам. Эти дни закончились только после того, как его усыновил хозяин.
Но этого было недостаточно, вернее, было уже слишком поздно; его сердце уже ожесточилось до такой степени, что пути назад уже не было.
Теперь Чжан Цзичэн упомянул Вэй Цзянъяня:
«Папа, я недавно узнал об очень интересном человеке».
Попрощавшись со своим учителем, Чжан Цзичэн приехал в этот город. В то время ему было семнадцать или восемнадцать лет, и он жил в доме, который снимал Вэй Цзянъянь.
Это были довольно одинокие, но в то же время простые и счастливые дни. Он оставался в доме один, изучая множество странных и необычных заклинаний, и поэтому оставил Вэй Цзянъяню немало вещей.
Узнав, что глава семьи в доме соседа не только изменил жене, но и выгнал из дома беременную, он сначала провел эксперимент на собственной стене. Затем, в качестве розыгрыша, он, под предлогом визита, поковырялся в стене в гостиной соседа.
Но люди в конце концов меняются, и к тому же он уже сбился с пути. Позже Чжан Цзичэн оставил дом и отправился на поиски своего места в жизни.
У домовладельца процветал бизнес; он только что съехал, как на следующий же день приехал новый арендатор. В тот день он вернулся за кое-какими вещами и случайно увидел, как молодой человек съезжает.
Чжан Цзичэн сразу понял, что Вэй Цзянъянь — не обычный человек, и остро почувствовал, что, если дать ему время, он непременно сможет его победить.
«Недавно я проводил небольшие тренировки, и Сяо Сяо сказала мне, что постоянно сталкивается с Вэй Цзянъянем во время своих выступлений».
«Я изменил расстановку, надеясь, что он меня обнаружит. На самом деле, я хочу проверить его и посмотреть, на что он способен сейчас. Папа, знаешь, этот человек очень похож на меня в прошлом».
В этот момент Чжан Цзичэн улыбнулся и сказал:
«Но он, похоже, не такой умный, как я думал. Даже сейчас он так и не понял, что скрывается за этими историями о привидениях. Он действительно глупый».
Хм... Лу Минран очень хотела сказать ему, что дело не в том, что Вэй Цзянъянь глупа, а в том, что она, его замечательная напарница по команде, насильно занизила его интеллект.
Чжан Цзичэн всё ещё разговаривал сам с собой: «На самом деле, я очень хочу с ним подружиться».
Но это невозможно.
Лу Минран слушала, что говорит Чжан Цзичэн, ее ручка оставалась неподвижной. Опасаясь, что отец уже ушел, Чжан Цзичэн поспешно спросил: «Папа, ты еще здесь?»
"да."
«Тогда вы придете ко мне еще раз в будущем?»
Услышав вопрос, Лу Минран немного подумал и обвел кружком «Нет».
Теперь Лу Минран понял одну вещь: Чжан Цзичэна невозможно переубедить. Мысль о том, что злодея можно склонить на свою сторону с помощью семейных уз и одного-единственного предложения, практически немыслима.
Поэтому, когда Чжан Цзичэн спросил его, переродится ли он, он ответил утвердительно.
Затем Лу Минрань записал на листке бумаги название детского дома, где находился Чжан Цзичэн — это была подготовка к тому, что произойдет послезавтра.
Как только Чжан Цзичэн увидел это имя, он сразу понял, о чём говорит его отец. Он был человеком, который всегда стремился к мести, и он не хотел расставаться с этим детским домом, когда вырос.
Наконец, Лу Минрань написал три слова и отложил ручку:
«Выбирайте правильный путь».
Он не был уверен, что его слова возымеют эффект. Более того, система внушала ему, что в мире существуют принципы, и даже если Цзян Янь, защитник, не тронет Чжан Цзичэна, тот всё равно получит по заслугам.
В данный момент Лу Минран действительно ведёт себя как отец.
Твой отец вот-вот начнет новую жизнь, и я надеюсь... я надеюсь, что и ты сможешь начать новую жизнь.
После всего этого Лу Минран встал и ушел, не оглядываясь.
————————————————
Возможно, из-за того, что Чжан Тяньши в последнее время был в хорошем настроении, его мощная аура немного ослабла, и несколько серых фигур толпились на лестничной клетке, явно блуждающие духи, пришедшие послушать шум.
Лу Минран думал, что вид этих бродячих духов так его напугает, что он бросится вниз, но обнаружил, что духи не восприняли его всерьез, и он был на удивление спокоен.
«Я больше не боюсь».
Ответ системы был многозначительным: «Потому что вы стали тем, чего боитесь».
Подобно Чжан Тяньши, он боялся тьмы, но позже сам стал тьмой.
Эх, даже выполнение задачи должно быть таким философским.
Лу Минран спустился вниз с кривой улыбкой. Он не был уверен, приснилось ли ему, но в дальнем конце первого этажа за ним с опаской наблюдала сгорбленная фигура.
Лу Минран смутно почувствовал, что собеседник улыбается и не проявляет враждебности. Но как только Лу Минран сделал несколько шагов, чтобы догнать его, фигура поспешно убежала.
"...Что случилось?" — спросила система.
Лу Минран остановился и встал перед темным коридором.
«Всё в порядке, может, я просто неправильно всё понял».
——————————————
На следующий день Вэй Цзянъянь весь день был занят на работе, и Лу Минран не находил его до вечера.
Увидев во время еды Лу Минрань, держащую в руках забитый ею в тот день гвоздь, Вэй Цзянъянь чуть не подавилась: «Положи его обратно прямо сейчас, не боишься, что тебя снова овладеет демон?»
«Всё в порядке, я сожгу немного бумажных денег, чтобы проводить этого старика в последний путь».
Сказав это, Лу Минран, притворяясь любопытным, спросил:
"Удивительно! Кто был вашим последним арендатором?"
Вы имеете в виду его?
Вэй Цзянъянь рассмеялся: «Я тоже видел записки, которые он оставил. Он был таким же человеком, как и я».
Одинаково одинокие, одинаково опустошенные.
Неудивительно, что Вэй Цзянъянь, живя здесь, в романе проникся симпатией к этому дому. Оказывается, он испытывал чувства не к дому, а к... Чжан Цзичэну?
«Иногда мне очень хочется его увидеть».
Когда она это сказала, на лице Вэй Цзянъянь читалась тоска.
Возможно, он уже тогда считал Чжан Цзичэна родственной душой.
Ей не суждено было стать его доверенной лицом.
Позже Вэй Цзянъянь затронул множество тем, включая вопрос о надписи на стене в гостиной. После того, как он закончил говорить, Лу Минрань сделал вид, что ему все равно, и ловко перевел разговор в другое русло:
«Похоже, вас всех очень интересуют истории о привидениях».
«Кстати, Цзян Янь, послезавтра я собираюсь поработать волонтером в детском доме, но мне немного страшно. Можешь пойти со мной?»
Глава 29 Хотите узнать о построении? Ни в коем случае! (Конец)
Вэй Цзянъянь с удивлением посмотрела на Лу Минграна.
Это всего лишь детский дом, что в нём такого страшного?
Пока Лу Минран не раскрыл название детского дома:
«Детский дом Фурукава».
——————————————
В последние годы вокруг детского дома Фурукава ходили различные странные истории, например, о куклах в игровой комнате, танцующих сами по себе по ночам и отбрасывающих мрачную тень на территорию детского дома.
Так совпало, что это была суббота, и Лу Минран и Вэй Цзянъянь долго ехали, прежде чем добраться сюда.
Издалека небольшие здания приюта Фурукава в западном стиле выглядят довольно внушительно, но, возможно, из-за историй о привидениях, здания, стоящие под серым небом, кажутся несколько жуткими и пугающими.
Их подобрал сотрудник детского дома. Они последовали за ним и увидели лишь нескольких детей, бегающих и играющих во дворе.
«Раньше здесь было довольно оживленно», — вздохнул сотрудник. «Как вы, наверное, слышали, после тех странных событий многие жители района стали против того, чтобы отправлять сюда своих детей».
Лу Минран невольно усмехнулся про себя. Как будто у вас какое-то чудесное место. Когда здесь был Чжан Цзичэн, вы просто стояли и смотрели, как над ним и над более слабыми детьми издеваются.
Несмотря на эти мысли в глубине души, Лу Минрань всё же ярко улыбнулся. Затем он отпустил персонал и вместе с Вэй Цзянъянем, неся картонные коробки, отправился в комнату для занятий.
Выражение лица Вэй Цзянъянь было недобрым с того момента, как она переступила порог. Лу Минран, распаковывая свои вещи, небрежно спросил: «Что случилось? Ты здесь не привыкла?»
«Нет, это просто немного… знакомо».
В своих записях Чжан Цзичэн много раз упоминал о своем пребывании в детском доме. Он не указывал конкретное место, всегда называя его именно этим. И сегодня, после того как Вэй Цзянъянь посетила детский дом, все здесь идеально совпало с тем, что было написано в записях.
Например, вот эта игровая комната. Вэй Цзянъянь подошла к западному складскому помещению, присела на корточки в дальнем правом углу и, конечно же, увидела нарисованную цветными карандашами маленькую собачку, оставленную в углу.
"Эй, Цзян Янь, что ты там делаешь?"
Вэй Цзянъянь внезапно встал:
«Я помню это место».
В этот момент Вэй Цзянъянь перестал следовать за Лу Минраном и выбежал в коридор, словно что-то ища. Там он столкнулся с сотрудником.
Сотрудники были благодарны за пожертвованные игрушки и закуски, но это, конечно, не было оправданием для того, чтобы они разбредались. Поэтому мужчина остановил его и вежливо сказал:
«Сэр, впереди находится зона размещения детей; вы не можете туда пройти».
«Цзян Янь». Лу Мингрань тоже вышел.
Вэй Цзянъянь был очень настойчив. Он жестом назвал имя:
"Чжан Цзи". Так звали Чжан Тяньши, когда он ещё учился в детском доме.
Вэй Цзянъянь с некоторой тревогой сказал: «Я не хочу бродить по округе, я хочу найти место, где жил этот ребенок».
Услышав это имя, улыбка сотрудника застыла.
Лу Минран понимал, что это страх и чувство вины. Имя Чжан Цзи долгое время было здесь табу.
«Простите, господин, у нас здесь нет ребёнка по имени Чжан Цзи».
«Также, часы работы закончились, пожалуйста, уходите».
Видя, что Вэй Цзянъянь и она вот-вот будут изгнаны, Лу Минрань решила ему помочь. С помощью системы она умоляла Вэй Цзянъянь и ребенка признать их родственниками, и наконец получила разрешение.
————————————
Как и говорили сотрудники, детей здесь действительно становится все меньше, и многие комнаты в жилом блоке пустуют. Интересно, что запертой была только комната, где жила Чжан Цзи, потому что во многих историях о привидениях в детских домах это самое страшное место ночью.
"Вы... уверены, что хотите войти?"