В Цзянху есть Сяо Чань

Глава 38

Ни один из двух находившихся внутри не обратил внимания на незваного гостя. Юнь Чань заставила себя успокоиться и посмотрела на Цин Ци: «Отведи меня в секту Южного моря».

Цинци улыбнулась и сказала: «Хорошо».

Цзинь Цзя в шоке воскликнул: «Брат Цинци, ты что, с ума сошел? Глава секты приказал нам защищать госпожу Юнь! Мы ни в коем случае не можем отвести ее в секту Южного моря! Подожди, не ходи! Брат Цинци, не будь импульсивным…»

Звук затих у него в горле, и человек в золотых доспехах успел сделать лишь полшага, прежде чем Цинци, как и охранники у двери, сбил его с ног.

Перед тем как упасть на землю, Цзинь Цзя с горечью подумал: «Брат Цин Ци, вместо того чтобы оставить меня в живых и ждать наказания, лучше уж убить меня одним ударом прямо сейчас».

Маленькая цикада, не плачь.

В первый день седьмого лунного месяца, в еще цветущее лето, легкий ветерок согревал воздух. Все основные секты боевых искусств собрались в секте Южного моря, заполнив каждый уголок относительно небольшой секты людьми. Все были начеку, поддерживая строгую охрану как внутри, так и снаружи.

Здесь настолько хорошо проветривается, что внутрь не может проникнуть даже муха.

С восходом солнца молодой ученик из Зала Цинъюнь, охранявший главные ворота, нервно спросил: «Старший брат, как вы думаете, действительно ли придет Демоническая Секта?»

Старший брат, которого допрашивали, не воспринял это всерьез и усмехнулся: «Чего вы боитесь! На этот раз здесь собралось так много мастеров боевых искусств. Если люди из Демонической Секты осмелятся прийти, мы позаботимся о том, чтобы они не вернулись».

Старший ученик секты Цзяолун, стоявший в стороне, усмехнулся: «Заявление Демонической секты о том, что они по очереди уничтожат все крупные секты, если те не передадут Безграничную Технику, слишком самонадеянно».

Кто-то ещё вмешался: «Верно, они даже сказали, что их первой целью будет секта Южно-Китайского моря. Хе-хе, теперь, когда все крупные секты идут им на помощь, что могут сделать ещё десять демонических сект?»

Увидев слаженные усилия всех участников, напряженное выражение лица молодого ученика значительно смягчилось. Он с облегчением вздохнул и рухнул на землю.

Увидев это, его старший брат пришел в ярость и тут же поддержал его, шепча: «Что ты делаешь, сопляк? Перед таким количеством сект, неужели у тебя нет стержня?..» Он уже собирался сказать еще несколько слов, когда внезапно все потемнело, и его тело обмякло.

Приходить.

Окружающие наконец поняли, что что-то не так, и тут же попытались подойти, чтобы проверить, что случилось, но все, сделав всего один шаг, потеряли равновесие и упали на землю.

Упадок распространялся с необратимой скоростью. Ученики, охранявшие различные места, один за другим падали на землю, словно потеряв опору. После того, как сгорела благовонная палочка, в Южно-Китайской секте, которая только что находилась под усиленной охраной, не осталось ни одного человека.

Тем временем лидеры различных сект собрались в главном зале секты Южно-Китайского моря. В этот момент они едва могли оставаться в сознании благодаря своей огромной внутренней силе, но были бессильны пошевелиться, а их лица были бледными.

И действительно, вскоре после этого Ся И, одетая в черные одежды, привела в главный зал группу подчиненных в желтых одеждах. Она взглянула на людей, которые сгорбились на полу, изо всех сил пытаясь удержаться на ногах, и ярко улыбнулась своими чарующими глазами цвета персикового цветка.

Увидев его, Цзян Сюй, глава зала Цинъюнь, не смог сдержать гневного выругания: «Ты его отравил, какой подлый поступок!»

Ся И спокойно сказал: «Раз уж вы называете меня демоном, неужели вы ожидаете от меня честности и чести?» Он огляделся, а затем повернулся к Шэнь Яо, который медитировал, опустив глаза на землю. «Не тратьте свою энергию. Какой бы глубокой ни была ваша внутренняя сила, она бесполезна».

После нескольких попыток главарь банды Чжао так и не смог собраться с силами. Он неохотно спросил: «Мы были на страже последние несколько дней. Как вам это удалось?»

Ся И улыбнулся и сказал: «Какой смысл посылать людей охранять кухню и источник воды? Этот «Благовоние сновидений» был приготовлен более десяти дней назад. При контакте с ароматом водяных лилий, выступающих в качестве катализатора, он начнет действовать через три дня».

В секте Южно-Китайского моря есть пруд, где три дня назад распустились лотосы, источающие нежный аромат. Все думали, что это обычные лотосы, и никто не обращал на них особого внимания.

Яд был приготовлен более десяти дней назад, и по совпадению, катализатор для его приготовления был заложен внутри секты Южно-Китайского моря. Осознав это, лица всех присутствующих изменились, и все повернулись к Ли Цзянбаю, новому лидеру секты Южно-Китайского моря.

Начальник Чжао недоверчиво смотрел на происходящее: «Брат Ли, что случилось?»

Выражение лица Ли Цзянбая слегка помрачнело, он избегал взглядов окружающих, не смея ответить.

Ся И бросил искоса взгляд: «Глава секты Ли, раз уж все здесь все равно умрут, почему ты боишься признаться в этом сейчас? Ты явно был очень рад, когда я убил твоего старшего брата, чтобы помочь тебе занять пост главы секты».

Оказалось, что бывший лидер секты Южно-Китайского моря умер именно по этой причине. Все почувствовали холодок, и десятки глаз устремились к Ли Цзянбаю.

Лицо Ли Цзянбая побледнело, и он невольно произнес: «Глава секты Ся, на меня лишь повлияла Красная Роса, и вы заставили меня действовать».

«Такая нерешительность в последнюю минуту – это верный путь к провалу», – вздохнул Ся И. – «Какой смысл спорить перед умирающими людьми? Разве ты не понимаешь сложившейся ситуации? Кроме того, чтобы помочь мне, у тебя есть какой-нибудь другой выход?»

Ли Цзянбай молчал. Оказавшись в ловушке кровавой росы, убив брата ради захвата трона, он действительно не имел выхода. Если он хотел жить, всем присутствующим сегодня пришлось бы умереть.

Начальник Чжао вмешался: «Брат Ли, ты не должен совершать больше ошибок. Поскольку всё, что ты сделал, было навязано тебе силой, если ты сегодня убьёшь этого дьявола, мы не будем продолжать это дело».

Ся И это позабавило: «Ты ожидаешь, что он тебе поможет? Если мы убьем тебя сегодня, вся вина ляжет на мою секту Цинту, а он все равно останется лидером секты Южно-Китайского моря. Если же мы тебя не убьем, он будет представлять огромную угрозу в будущем».

Услышав это, Ли Цзянбай, не раздумывая, выхватил меч и сказал начальнику Чжао: «Брат Чжао, прошу прощения».

Цинь Ху, который сидел на земле, регулируя дыхание, вдруг заговорил: «Подожди минутку. Раз уж мы сегодня не избежим смерти, Иэр, я спрошу тебя в последний раз: Сяо Чань в твоих руках?»

«Не волнуйтесь, тётя Цинь, я ей не причиню вреда». Ся И небрежно перевела взгляд на дверь, а затем внезапно улыбнулась: «Хорошо, все ваши попытки выиграть время окупились, тот, кого вы ждали, прибыл».

Как только он закончил говорить, в главный зал грациозно вошла фигура в белых одеждах, за ней последовало большое количество учеников павильона Мо, которые вошли внутрь.

Все были вне себя от радости.

Когда распространилась новость о том, что секта Цинту заявила о своем намерении уничтожить секту Южно-Китайского моря за три дня, павильон Мо решил объединить силы с праведным миром боевых искусств, чтобы уничтожить секту Цинту. Однако, поскольку сам павильон Мо происходил из ветви демонической секты, другие не решались позволить им проникнуть в секту Южно-Китайского моря. Более того, павильон Мо презирал сотрудничество с различными фракциями...

Основные фракции остались вместе с фракцией, представляющей Южно-Китайское море, и договорились подождать три дня, пока они придут и помогут.

Таким образом, Мо Гэ избежал яда «Благовоний снов». Теперь, когда они прибыли, как и обещали, принеся проблеск надежды, все одновременно рады и пристыжены.

Однако Ся И улыбнулся и сказал: «Я очень боялся, что ваш Мо Павильон не приедет, иначе мне пришлось бы искать вас отдельно, а это потребовало бы гораздо больше усилий».

Войдя в зал, Лу Лу даже не взглянул на происходящее вокруг. Он лишь оглядел Ся И, нахмурился и спросил: «Где Сяо Чань? Разве ты не взял её с собой?»

Улыбка Ся И исчезла, и в ее глазах появился убийственный блеск: «Вы больше никогда ее не увидите».

Лу Лу удивленно спросил: «Ты хочешь меня убить? Разве глава секты Ся больше не хочет второй том «Техники Безграничности»?»

Выражение лица Ся И оставалось спокойным.

Лу Лу подумал про себя: «То, что Ся И так высокомерно требует Безграничную Технику, говорит о том, что Сяо Чань еще не сказал ему правду». Подумав об этом, Лу Лу не смог сдержать радостного смеха и снова поддразнил его: «Но даже если ты попросишь у меня ее, Безграничная Техника — это всего лишь…»

Без продолжения усилия мастера Ся обречены на провал.

Услышав это, толпа выглядела еще более удивленной.

К его удивлению, Ся И спокойно посмотрел на него и сказал: «Я знаю, я всегда знал».

Увидев его решительное выражение лица, Лу Лу был удивлен.

Ся И спокойно сказал: «Раз мой отец уже тогда понял, что с Сутрой Сердца что-то не так, как он мог позволить мне пойти по его стопам? После смерти отца моя мать внимательно изучила эту поддельную Сутру Безграничности и наконец поняла, что так называемые верхний и нижний тома — всего лишь фасад. Она не колебалась…»

«Я сам практиковал это, израсходовав все свои силы, и наконец исправил все ошибки в фальшивой Безграничной Технике». В этот момент в глазах Ся И смешались радость и печаль. «Поэтому я так и не стал практиковать эту фальшивую Безграничную Технику от начала до конца».

Когда предыдущий глава поместья Ся внезапно скончался от болезни, миру стало известно лишь, что госпожа Ся также умерла от глубокого горя несколько лет спустя, но причина этого оставалась неизвестной.

На протяжении пятидесяти лет семья Ся тайно контролировала как легальный, так и криминальный миры. Сменявшие друг друга главы семьи, не обладая достаточной силой, неизбежно оказывались неспособны подавить эти силы и вместо этого страдали от них. Поэтому от Безграничной Техники нельзя отказываться. Госпожа Ся, Ло Шань, понимала этот принцип и поэтому, чтобы защитить…

Я готова рискнуть жизнью, чтобы проверить будущее своего сына.

Выражение лица Лу Лу несколько раз менялось: «Невозможно. Если ты не практиковал фальшивую Технику Безграничности, почему ты снова и снова замышлял уничтожить Чернильный Павильон? Разве не ради того сфабрикованного второго тома?»

Ся И посмотрел на него, притворившись удивленным: «Разве не ваш павильон Мо первым обратил свой взор на мою секту Цинту?» Немного подумав, он улыбнулся и объяснил: «Столько лет я изо всех сил старался скрыть свою личность, а вы всегда хотели разоблачить секту Цинту. Естественно, я не мог…»

Я тебя прощу.

Чернильный павильон годами присматривался к секте Цинту, хотя секта Цинту, казалось, исчезла пятьдесят лет назад. Ся И не понимал, почему они стали мишенью. Они неоднократно строили заговоры против Чернильного павильона лишь для того, чтобы скрыть тот факт, что секта Цинту не была уничтожена.

Павильон восстал. Лишь позже, узнав от Сяо Чаня, что Лу Лу является потомком семьи Сицзян Му, он наконец понял, почему Павильон Мо так одержим сектой Цинту, и поэтому почувствовал еще большую необходимость устранить его.

Раньше, из-за необходимости скрывать деятельность секты Цинту, они могли действовать только тайно. Теперь же они наконец-то могли действовать без всяких угрызений совести. Ся И снова улыбнулся Лу Лу и собирался что-то сказать, когда из-за двери раздался ещё один голос.

«Значит, Ся И, все эти разговоры о том, что я впаду в состояние отклонения ци и мне останется всего несколько месяцев, были ложью?»

Знакомый голос прогремел, словно гром.

Зрачки Ся И резко сузились от шока: "Сяо Чань?"

Юнь Чань стояла одна у двери, ее лицо было бледным, а голос слегка дрожал: «Проклятый Ся И, ты все это время лгал мне, лгал снова и снова. Ты обещал мне, что больше не будешь врагом мира боевых искусств».

Все, кто её видел, выглядели удивлёнными. Цинь Ху особенно волновалась; ситуация была хаотичной, и она никак не могла её защитить. Она могла только кричать: «Сяо Чань, беги!»

Не успела она закончить говорить, как Цзы Ин, молча стоявшая рядом с Лу Лу, протянула руку и схватила Юнь Чань. В мгновение ока Ся И тоже быстро вскочила и бросилась к Юнь Чань.

Юн Чан слегка коснулась земли ногами, размахивая своими лотосоподобными шагами, и в одно мгновение ей удалось увернуться от обоих.

Выражение лица Лу Лу было недовольным, и он низким голосом произнес: «Цзы Ин, остановись!»

Однако Цзы Ин посчитала это редкой возможностью. Если ей удастся захватить Юнь Чаня, она легко сможет подчинить себе Ся И. Поэтому она упорно продолжала наступление, снова направив свой мягкий меч на Юнь Чаня. Ся И пришел в ярость и сильно замахнулся ладонью, но был поражен пронзительным мечом, пролетевшим по воздуху.

Гвоздь остановил это.

В то же время Юнь Чан уже перешёл на сторону Юнь Тяньхая и Цинь Ху.

Цзы Ин едва избежала опасности и подняла глаза, чтобы увидеть, кто её спас, и внезапно обнаружила, что в зале появилось множество прекрасных женщин, среди которых грациозно стояла госпожа Гуйюэ, с несколькими острыми, как кость, ногтями между пальцами, и её прекрасные глаза были устремлены на Цзы Ин с негодованием и гневом.

ненависть.

Увидев это, лицо Лу Лу оставалось практически бесстрастным. Поскольку Цзы Ин ранее убил Цянь Цзюня, было одновременно неожиданно и понятно, что Цянь Цзинь Дянь теперь придет на помощь Демонической секте в борьбе с Мо Гэ.

И действительно, госпожа Гуйюэ медленно произнесла, указывая на Цзыин, и сказала: «Госпожа Ся, не забывайте, что было решено, что жизнь этой женщины принадлежит мне».

Осознание того, что дворец Цяньцзинь находится в сговоре с Демонической сектой, еще больше помрачнело на лицах других членов различных фракций в зале.

Ся И уже остановился. Он проигнорировал госпожу Гуйюэ и, глядя на Юнь Чань, крикнул: «Сяо Чань, иди сюда!»

Юнь Чань стояла перед Цинь Ху с горьким выражением лица: «Раз ты вообще не практиковал фальшивую Технику Безграничности, и твоей жизни ничего не угрожает, тогда отпусти этих людей».

Ся И нахмурился и решительно сказал: «Нет».

Юн Чан наконец не выдержал: «Какую проблему решит убийство всех? Разве можно уничтожить весь праведный путь?!»

— Почему бы и нет? — возразила Ся И, пренебрежительно глядя на неё. — Я тоже хочу отпустить их, но ты думаешь, они отпустят меня? Ты собираешься смотреть, как я умираю?

Шэнь Яо, закрыв глаза, сказал: «Добро и зло не могут сосуществовать, госпожа Юнь, больше ничего говорить не нужно».

Лицо Юн Чана выражало печаль.

Ся И почувствовала укол жалости, ее выражение лица смягчилось, и она уговаривала: «Сяо Чань, я хочу быть только с тобой, но эти люди стоят у нас на пути. Только устранив их и значительно ослабив праведные силы, мы сможем избавиться от будущих проблем. Я могу тебя отпустить».

«Отец, мать, но остальные должны умереть!»

Последняя фраза была безжалостной, каждое слово обрекало Юн Чана на ад.

Неправильно, неправильно, неправильно! Неужели она действительно может снова и снова совершать одну и ту же ошибку?

Словно приняв решение, Юнь Чань медленно вытащила свой короткий меч и направила его на него: «Проклятый Ся И, если ты будешь настаивать на том, чтобы не возвращаться, я никогда больше не буду с тобой. Я… я убью тебя…»

Ее голос дрожал от рыданий, выражение лица — от отчаяния, и даже короткий меч в ее руке содрогался. Ся И почувствовала в сердце боль и жалость и тут же сделала два поспешных шага вперед, чтобы подтащить ее к себе.

Однако, прежде чем его рука успела коснуться ее рукава, сбоку вспыхнул серебристый свет. Длинный меч Лу Лу, словно серебряный крюк, в одно мгновение пронзил его с силой, способной рассекать ветер.

Лезвие было тяжелым, переливаясь серебристым светом. Сила, заключенная в руке противника, передавалась через острое лезвие. Ся И слегка нахмурился, понимая, что не сможет выдержать прямой удар, поэтому ему пришлось увернуться. Затем он резко взмахнул запястьем, и длинный меч у него на поясе уже был обнажен.

Воспользовавшись ситуацией, Лу Лу изменил свою технику владения мечом, и лучи меча обрушились подобно буре. Он шаг за шагом преследовал Ся И, неустанно добиваясь своего и быстро оторвав его от Юнь Чаня.

Госпожа Гуйюэ также с ненавистью сказала Цзыин: «Негодяй, сегодня ты заплатишь за жизнь Цзюньэр». Сказав это, она выбросила все спрятанное в руке оружие.

Поскольку лидеры уже начали действовать, как могли подчиненные не последовать их примеру? Секта Цинту вместе с Залом Цяньцзинь немедленно двинулись вперед, вступив в хаотичное сражение с Павильоном Мо.

Цзы Ин оказалась втянута в схватку госпожи Гуй Юэ, и остальные в павильоне Мо не осмеливались приблизиться к Юнь Чань из-за запугивания главы павильона. Члены секты Цин Ту и зала Цянь Цзинь также не смели ничего предпринять.

На мгновение Юнь Чань оказалась единственной свободной в комнате. Она быстро взяла себя в руки, собрала силы и наклонилась, чтобы помочь Юнь Тяньхаю и Цинь Ху: «Отец, мама, позвольте мне помочь вам идти первыми».

Ситуация была критической; как они могли бросить своих товарищей по боевым искусствам и бежать в одиночку, особенно когда за ними снаружи все еще следовало множество учеников из крепости? Юнь Тяньхай и Цинь Ху обменялись взглядами и оба покачали головами: «Сяо Чань, ты иди первым».