Tempering the soul - Chapter 70
«Что ты, Тяньяо, имеешь в виду? Мо Янь — всего лишь посланник за приданое. Где принцесса, которую ты хочешь?» — Мо Цзе потерял самообладание и сердито закричал, но это были люди Сюэ Тяньяо, и они не восприняли Мо Цзе всерьез.
«Молодой господин Мозе, это дело Тяньяо, и вы не имеете права вмешиваться». Генерал, преграждавший путь Мозе, был подчиненным Сюэ Тяньао. Хотя он не знал, что не так с его господином, он должен был защитить его во что бы то ни стало.
«Пошли». Глядя на непредсказуемое настроение Ли Мобэя, Цинь Ифэн был в хорошем настроении. В прошлый раз Ли Мобэй вел себя высокомерно и властно в боевых искусствах Тяньяо, поэтому на этот раз ему нужно было преподать урок. Нынешний Тяньяо уже не тот, которым владели по половине Император и Тянь Ао.
Ли Мобэй наблюдал, как Сюэ Тяньао и Мо Янь удаляются все дальше и дальше, понимая, что как бы он ни старался, догнать их не сможет. Хотя он был зол, ему ничего не оставалось, как пойти на компромисс ради более важных целей.
"Отправляться……"
Услышав это, солдаты Тяньяо удовлетворенно улыбнулись и в полном единстве двинулись вперед, фактически пресекая любую возможность того, чтобы Мозе и Ли Мобэй догнали их.
Тем временем Ли Минъянь, сидя в карете принцессы, услышала рассказ служанки о только что произошедшем, и ее прекрасное лицо еще сильнее покраснело от гнева, а руки крепко сжали в них платок.
Сюэ Тяньао, почему, почему? В прошлый раз это была та уродливая женщина, Дунфан Нинсинь, а на этот раз Мо Янь. Что со мной не так? Почему ты меня никогда не видишь? На этот раз ты даже толкнул меня прямо в объятия своего брата. Почему…
Мысли о её будущем наполняли Ли Минъянь тревогой. Во всём виноват Сюэ Тяньао; если бы не он, она бы не оказалась в этой ситуации.
«Принцесса?» — осторожно спросила служанка, в ее голосе звучали крайняя осторожность и страх.
«Понимаю. Уходи». Ли Минъянь позволила слезам течь по лицу. «Сюэ Тяньао, ты вынудил меня к этому. Раз уж ты неоднократно попирал мою искренность и оскорблял мою гордость, я не оставлю тебя в покое…»
Высокомерный поступок Сюэ Тяньао, похитившего Мо Яня, был подобен валуну, брошенному в сердца всех. Из-за действий Сюэ Тяньао у каждого появились свои планы. А что же с Мо Янем, похищенным Сюэ Тяньао?
"Сюэ Тяньао, ты что, с ума сошёл?.." Мо Янь сначала испугалась Сюэ Тяньао. Лошадь Сюэ Тяньао двигалась очень быстро, и Мо Янь не успела среагировать. К тому моменту, когда она всё же успела среагировать, фигура позади неё уже исчезла из виду.
«Возможно, я действительно сошёл с ума». Сюэ Тяньао взял Мо Янь на руки, поставил её перед собой, произнёс эти слова и замолчал. Он дёрнул за поводья и побежал как сумасшедший. Он не понимал, почему вдруг почувствовал непреодолимое желание схватить Мо Янь, увидев её рядом с Мо Цзе. Он не понимал, почему ему стало так грустно, когда он увидел, как Гуань Ли Мо Бэй смотрит на Мо Янь.
Его беспокойство за Дунфан Нинсинь было вызвано не тем, что она умерла из-за него, а чувством вины? Разве его желание понять сходство между Дунфан Нинсинь и Мо Янем не было желанием обрести душевный покой? Почему? Он всё больше сосредотачивался на Мо Яне, его сердце терзалось из-за него. Оказалось, что у Сюэ Тяньао тоже было сердце…
157 Встреча
Сюэ Тяньао ускакал вместе с Мо Янем, но вместо того, чтобы выбрать кратчайший путь к столице, они проехали через несколько крупных городов. В этих городах Мо Янь стал свидетелем могущества Сюэ Тяньао в Тяньяо. Чиновники в этих городах питали неприязнь к Сюэ Тяньао, но тот либо без колебаний приказывал их заменить, либо лишал их жизни. И всё же, несмотря на то, что он был один, никто не осмеливался ему противостоять.
Мо Янь молча наблюдал за всем этим, его мысли метались в предвкушении кровопролития, которое разразится в Тяньяо...
«Они прибыли на виллу в столице. Завтра вечером мы сразу отправимся во дворец».
На протяжении всего путешествия Сюэ Тяньао не проявлял ни особой близости, ни отстраненности к Мо Яню. Он открыто демонстрировал Мо Яню свою силу и секреты, не проявляя никакого беспокойства и не показывая никаких признаков того, что относится к нему как к чужаку. Когда Сюэ Тяньао общался со своими доверенными лицами, он также брал с собой Мо Яня. Он никогда ничего не скрывал от Мо Яня об убийствах и других подобных делах.
Мо Янь понимала, что это испытание от Сюэ Тяньао, но не понимала, какое отношение это имеет к ней. Могущественный принц Тяньяо и молодая леди из небольшой семьи в Тяньли — они никак не были связаны друг с другом. Но, несмотря на свою сообразительность, Мо Янь не стала спрашивать. Она просто позволила Сюэ Тяньао держать её рядом.
«Ваше Высочество, всё улажено. Ваше Высочество и Госпожа можете завтра отправиться прямо во дворец. Однако, кажется, Его Величество в последнее время в очень хорошем настроении?» Как только Сюэ Тяньао вошёл в виллу, его подчинённые тут же вышли, чтобы доложить о ситуации в столице.
Сюэ Тяньао, не останавливаясь ни на секунду, потянул Мо Яня в кабинет. Мо Янь не возражал, так как, похоже, это была привычка, выработавшаяся у них со временем. Подсознательно Мо Янь привык к властному характеру Сюэ Тяньао.
«Император? Какую поддержку он получил?» — в голосе Сюэ Тяньао звучало презрение. Теперь император Тяньяо, помимо занимаемой должности, перестал быть императором. После инцидента с Дунфан Нинсинь император не смог подавить Сюэ Тяньао; вместо этого он спровоцировал контратаку Сюэ Тяньао. Жизнь императора была полна разочарований.
«По всей видимости, его отправила семья императрицы, Чжан Тяньмянь, с горы Тяньюнь».
«Ваше Превосходительство Чжан Тянь? Премьер-министр Дунфан на этот раз действительно перегнул палку». Сюэ Тяньао саркастически улыбнулся, но в его глазах читалась важность. Гора Тяньюнь – это сила, превосходящая светский мир, а Ваше Превосходительство Чжан Тянь – так называемый затворнический мастер. Если он вмешается в эту светскую борьбу, шансы Сюэ Тяньао на победу, несомненно, будут невелики. Он нахмурился, не ожидая, что такой высокомерный человек вмешается в это дело.
«Да, Ваше Высочество». Подчинённый тоже был несколько озадачен, но не осмелился слишком вмешиваться. Он не осмелился вмешиваться в дела вышестоящего начальства и не осмелился ничего сказать о конфликте между императором и принцем.
«Понял, можете идти». Сюэ Тяньао махнул рукой, затем повернулся к Мо Яню и сказал: «Сегодня вечером во дворце будет банкет в честь принцессы. Слуги уже подготовили для вас вещи».
Мо Янь посмотрела на Сюэ Тяньао, который выглядел изможденным и почти ничего не сказал. Она видела властный нрав этого человека и пострадает только в том случае, если пойдет ему навстречу. Она кивнула и повернулась, чтобы уйти, думая, что как только принцесса прибудет, ей уже нечего будет делать. Казалось, она ничего не нашла по пути, но Сюэ Тяньао взял ее к себе как доверенное лицо.
С наступлением сумерек императорский дворец Тяньяо источал атмосферу роскоши и богатства. В Тяньли каждые десять шагов стоял фонарь, а каждые сто — жемчужина, а в императорском дворце Тяньяо каждые десять шагов была маленькая жемчужина, а каждые сто — жемчужина размером с кулак. Очевидно, это было творение Сюэ Тяньяо, а значит, Тяньли был богат, и теперь он покажет им, что такое истинное королевское богатство.
Увидев обстановку, Ли Мобэй и Ли Минъянь выглядели недовольными. Обстановка во дворце Тяньяо сегодня была точно такой же, как и во время приема Сюэ Тяньао в Тяньли. Единственное отличие заключалось в том, что все в Тяньяо было на порядок лучше, чем во дворце Тяньли. Это было явное оскорбление. Однако осведомленные лица вспомнили запись, в которой говорилось: «На весеннем банкете наследного принца белое платье принцессы Ли Минъянь, черный нефрит и красные бриллианты были изысканнее, чем наряды госпожи Мобэй в тот день».
Глядя сегодня на украшения дворца, благородный Цинь Ифэн сиял от радости. Он не хотел оказаться в такой ситуации, но Тянь Ао опоздал, поэтому ему ничего не оставалось, как присутствовать. В любом случае, император ничего не мог сделать с людьми из поместья принца Сюэ.
Тихо сидя, Цинь Ифэн с удовлетворением наблюдал, как император непринужденно беседовал с Ли Мобэем, а также за беспокойством Мо Цзе и за натянутой улыбкой Ли Минъяня. Похоже, у многих были скрытые мотивы...
«Принц Сюэ прибыл, госпожа Мо Янь прибыла…» Пока император и Ли Мобэй болтали о том и о другом, все наконец услышали, что прибыли главные герои вечера.
Прибытие Сюэ Тяньао изменило выражения лиц всех присутствующих. Император, высокомерный и властный, был разгневан больше обычного, но в его взгляде также промелькнуло расслабление. Императрица же осталась сидеть, мысленно подсчитывая, насколько Чжан Тяньао сможет им помочь.
Ли Мобэй крепко сжал чашку обеими руками, пытаясь сдержать гнев. Сюэ Тяньао не пытался скрыть свое местонахождение, поэтому любой, кто захотел бы провести расследование, знал бы, куда он делся. Но чем больше он знал, тем сильнее злился...
Мо Цзе вздохнул с облегчением. Исчезновение Мо Яня на несколько десятков дней оставило его в глубоком чувстве бессилия, заставив осознать разницу в силах между ними. Сюэ Тяньао открыто вырвал его из его рук, но он был бессилен это остановить и мог лишь беспомощно наблюдать, как Мо Янь исчезает у него на глазах. Теперь, когда он увидел, что Мо Янь вернулся невредимым, он наконец почувствовал облегчение…
Самым интересным персонажем здесь является Ли Минъянь. Чрезмерное внимание Сюэ Тяньао к Мо Янь и его пренебрежение к ней создают очень очевидный контраст. Кроме того, сегодняшнее убранство дворца Тяньяо подтолкнуло Ли Минъяня к тому, чтобы всё разрушить… по крайней мере, уничтожить Мо Янь.
Цинь Ифэн выглядел безразличным, но его взгляд улавливал выражения лиц всех присутствующих. Было довольно забавно, что эти люди так сильно переживали из-за приезда Тянь Ао и Мо Яня. Если бы они узнали, что Тянь Ао привёл Мо Яня просто для того, чтобы тот внимательно за ними наблюдал, они бы, наверное, сошли с ума…
Мо Янь стоял рядом с Сюэ Тяньао, один в белом, другой в малиновом. Эти две фигуры идеально дополняли друг друга. Мужчина был красив и отстранен, а женщина — элегантна и благородна. Их ауры были настолько похожи, что даже Цинь Ифэн должен был признать, что они идеально подходят друг другу, как Сюэ Тяньао и Дунфан Нинсинь в те времена…
«Ваш подданный приветствует Ваше Величество, да здравствует Император!» Под пристальным взглядом всех присутствующих Сюэ Тяньао вошел, даже не потрудившись поклониться Императору, и просто непринужденно произнес речь.
Увидев это, Мо Янь поняла, что Сюэ Тяньао достиг вершины власти в Тяньяо. Чтобы избежать преклонения колен, она послушно подражала этикету Сюэ Тяньао. «Мо Янь приветствует Его Величество Императора Тяньяо, да здравствует Император!»
Искоса взглянув на отстраненную и величественную Дунфан Фаньсинь, Мо Янь почувствовал, будто увидел тысячу парусов. Когда-то она была его младшей сестрой, но сестры ополчились друг на друга и убили друг друга…
Поклонившись, они увидели обеспокоенного Мо Цзе. Мо Янь привычно усмехнулась. Ее улыбка была очень убедительной и сразу же успокоила Мо Цзе. Хорошо, что с Мо Янь все в порядке, и, судя по ее выражению лица, между ней и Сюэ Тяньао ничего не было.
«Никаких формальностей…» Император Тяньяо в последнее время был невероятно расстроен. Глядя на нынешнее состояние Сюэ Тяньао, он знал, что тот и раньше был высокомерен, но никогда до такой степени. А сейчас? Он обращался с императором как с простым украшением. Думая об этом, император всё больше сожалел о том, что не был достаточно безжалостен, чтобы заточить Сюэ Тяньао в каменной камере. Но теперь сожаление было бесполезно. Он мог лишь надеяться, что потусторонний мастер Чжан Тяньмянь сможет ему помочь…
Поведение Сюэ Тяньао заставило Ли Мобэя понять, что Сюэ Тяньао был единственным в Тяньяо, кто умел говорить. Глядя на Мо Яня, одетого в белое, словно эльф, Ли Мобэй еще больше запутался в поведении Сюэ Тяньао. Насколько он знал, Сюэ Тяньао много рассказал Мо Яню о внутренних делах поместья принца Сюэ. Стоит ли ему этим воспользоваться?
Мо Цзе, напротив, просто игнорировал всё это. Его волновало лишь то, влюбится ли Мо Янь в Сюэ Тяньао и не понесла ли Мо Янь каких-либо потерь за этот период.
«Мо Янь, ты в порядке?» После того, как Мо Янь поклонился, Мо Цзе, невзирая на неуместность своего поклона, встал и подошёл к нему.
Что касается действий Мо Цзе, то по какой-то причине никто из присутствующих не обратил на них внимания; все просто наблюдали. Император хотел понять, какое место Мо Янь занимает в сердце Сюэ Тяньао. Ради этой женщины Тяньао пренебрег всем и отправил 300 000 солдат к Тяньли. Размышляя о действиях Сюэ Тяньао, император должен был признать, что Сюэ Тяньао действительно был очень смелым...
Ли Мобэй тоже придерживался этой точки зрения. Он восхищался Мо Янем, но в тот момент многое касалось двух стран, поэтому ему приходилось мыслить с позиции божества-хранителя Небесного Календаря...