Было уже больше четырех часов дня, когда они вернулись в школу. Цзян Сяомань должна была сопровождать водителя в деревню Цзянвань за картофелем, поэтому она высадила Цзян Байчуаня у школьных ворот.
Цзян Байчуань внес полную плетеную сумку в ворота и увидел двух студентов-преподавателей, которые радостно приветствовали баскетбольные и футбольные мячи, принесенные ими во двор.
Завтра официально начнётся их летняя программа по искусству и спорту. Хотя у них нет синтетической беговой дорожки, полноценной баскетбольной или футбольной площадки, даже пианино или скрипки, у них есть профессиональные учителя физкультуры и музыки! В сельской начальной школе, где остро не хватает учителей искусства и спорта, они уже одержали победу на старте!
Вздох~ Эти два учителя, которые только начинают свою работу, почти умирают от голода.
Благодаря тарелке пельменей с луком, оставленной Сяоманом, им двоим удалось позавтракать этим утром. В обед Фан Синчэнь уверенно заявил, что освоил технику приготовления риса на традиционной деревенской печи и собирается приготовить им рис с картофелем, небольшую порцию маринованных овощей и тарелку жареного зеленого перца с яйцами (их обоих успешно соблазнила Цзян Сяоман, и они начали портить яйца директора). Этого должно быть достаточно, чтобы наесться.
Как оказалось, то, что говорят пользователи сети, правда. Так бывает на начальных этапах обучения кулинарии. Ваши глаза, возможно, уже всё поняли, но руки говорят: «Дорогая, перестань мечтать».
Они вдвоем превратили вполне приличный горшок с картофельным рисом в фаршированное рисовое блюдо. Позже Чу Мэнлуань предложила, раз уж они добавили недостаточно воды, приготовить кашу. Они добавили половину горшка воды, чтобы сварить кашу. Тем временем они пошли кормить свиней. Когда они вернулись, крышка горшка была слишком плотно затянута, и рисовая вода перелилась через край, из-за чего плита внутри и снаружи стала липкой от риса! Большую часть дня они провели, подметая, моя и чистя плиту. Они так и не съели ни кусочка картофельной каши, но были совершенно измотаны.
После уборки кухни двое студентов-практикантов окончательно отказались от нереалистичной мечты «готовить себе еду». Они отправились в деревенский магазин, купили две упаковки лапши быстрого приготовления и пакет ветчинных сосисок, сорвали немного бок-чоя в огороде, добавили два яйца и сварили кастрюлю лапши быстрого приготовления, чтобы как-то перекусить.
К счастью, в сельских супермаркетах теперь принимают оплату по QR-коду. Эти два идиота приехали преподавать в деревню, даже не взяв с собой наличных. Если бы онлайн-платежи не были так распространены в наши дни, они, вероятно, даже лапшу быстрого приготовления себе не смогли бы позволить.
Мы наконец дождались возвращения Сяомана, шеф-повара с превосходными кулинарными навыками, но, к нашему удивлению, спустился только директор!
Фан Синчэнь вытянул шею, чтобы посмотреть за спину Цзян Байчуаня, но не увидел Цзян Сяомань. Он был крайне разочарован.
«Директор, разве брат Сяоман не ужинает сегодня вечером в нашей школе?» — Чу Мэнлуань беспомощно наблюдала, как Цзян Сяоман уезжает на грузовике, и её сердце наполняли печаль и отчаяние.
На обед я съела только тарелку лапши быстрого приготовления. А на ужин мне что, вареные овощи и запеченный сладкий картофель, которые готовит директор?
Цзян Байчуань безмолвно взглянул на двух молодых людей. Видя, как жалко они выглядят, он мысленно вздохнул: «Твой брат Сяомань как раз везет водителя в деревню Цзянвань за картошкой. Он придет к нам сегодня на ужин».
«Я также купила немного тушеных блюд. Вы все так усердно работали последние несколько дней, поэтому сегодня вечером я угощу вас дополнительным блюдом!»
«Отлично! Директор, мы только что купили двух рыбок в деревне. Они живые и содержатся в пруду. Не могли бы вы приготовить нам сегодня вечером рыбу, брат Сяомань?»
«Можете спросить его об этом. В любом случае, я умею готовить только вареные овощи, хм-хм~» Цзян Байчуань внесла плетеную сумку на кухню.
У них уже есть тушеные блюда, а теперь они еще и тушеную рыбу хотят! Очевидно, что этот маленький проказник Цзян Сяомань их развратил…
Цзян Сяомань последовала за машиной до деревни Цзянвань. Машина направилась прямо к дому Чэнь Сао. Собранный картофель был упакован в сетчатые мешки и аккуратно сложен у обочины дороги.
«Вы нашли погрузчиков?» Водитель выскочил из грузовика, открыл багажник и ловко опустил погрузочно-разгрузочную лестницу.
«Зачем нанимать грузчиков, если картошки так мало? Мы сами её загрузим!» — крикнула тётя Чен, и группа женщин в старой одежде начала заносить мешки с картошкой в грузовик.
Мешок картофеля весом в пятьдесят фунтов был бы тяжёлым грузом для большинства мужчин в городе, даже если бы им пришлось поднимать его по лестнице. Но эти женщины, привыкшие к сельскохозяйственным работам, справлялись с этим легко, даже улыбаясь. Раньше, чтобы продать картофель, им приходилось нести на спине десятки килограммов и долго идти через горы до рынка. Теперь же Сяомань помогла им связаться с покупателем картофеля; его грузовик подъехал прямо к деревне, и они могли получить оплату на месте, просто погрузив картофель в грузовик.
Тетя Чен позвала пятерых человек, чтобы помочь загрузить грузовик. Помимо ее второй сестры, Шань Цяоцяо, и Цзян Умэй из деревни, были еще двое сильных людей. Их семьям на этот раз не поручали продавать картофель, но тетя Чен пообещала им, что в следующий раз, когда Цзян Сяомань будет собирать картофель, им будет отдано предпочтение. На этот раз они будут работать не бесплатно; за перенос мешка картофеля в грузовик они заработают два юаня, а значит, за час тяжелой работы смогут заработать пятьдесят юаней — очень редкая и ценная работа в деревне.
«Сяомань, отведи водителя внутрь выпить чаю! Я испекла лепешки из красной фасоли и жареный арахис», — пригласила их тетя Чен внутрь отдохнуть.
Водитель не стал церемониться, просто улыбнулся и вошел внутрь. Дело было не в отсутствии джентльменских манер, а в том, что он знал: этим людям, суетящимся с погрузкой и разгрузкой картофеля, платили за количество перенесенных мешков. Если он помогал нести один мешок, они зарабатывали на один мешок меньше. В сельской местности было очень мало возможностей заработать деньги прямо у порога, и он не хотел спешить и создавать проблемы.
Увидев, что Цзян Сяомань выглядит немного подавленной, водитель улыбнулся. Он подумал, что молодая женщина очень добрая, совсем как он сам в молодости. Ему всегда было жаль женщин, несущих сумки, но он ничего не мог с этим поделать. Многие мужчины в деревне говорят, что работают, но на самом деле каждый год зарабатывают не так уж много. Как может целая семья выжить, занимаясь только земледелием? Если женщины хотят купить своим детям хорошую еду или больше книг, им приходится самим зарабатывать деньги.
Пять тысяч канти картофеля — звучит как много, но на самом деле его довольно быстро упаковать и погрузить в грузовик. Цзян Сяомань выпил пару чашек чая и съел несколько лепешек из красной фасоли с водителем, когда тот объявил, что все загружено. Судя по времени, прошло меньше часа.
Госпожа Чен была очень вежлива и неоднократно предлагала им поесть у нее дома перед отъездом. Водитель быстро махнул рукой и отказался, сказав, что в его компании действует правило: если водитель не пропускает обед, то существуют временные ограничения на время отъезда и возвращения на завод. Это также делается для того, чтобы предотвратить использование водителями служебных автомобилей для контрабанды личных вещей в дороге. Госпоже Чен ничего не оставалось, как сдаться. Она зашла внутрь, взяла несколько чистых пластиковых пакетов и наполнила их большим количеством лепешек из красной фасоли и жареного арахиса, которые она приготовила сама.
Водитель спешил вернуться на завод, чтобы завершить передачу оборудования, поэтому высадил Цзян Сяомана у школы. Цзян Сяоман принёс в школу лепёшки из красной фасоли и жареный арахис и увидел трёх учителей во дворе, которые с энтузиазмом убирали школьную площадку лопатами и бамбуковыми метлами…
Глава 44
«Вы все заняты своими делами, вы еще не приготовили? Я пойду готовить!» Увидев, что все трое выглядят растрепанными, Цзян Сяомань улыбнулась и быстро побежала на кухню готовить еду.
Начальная школа Ланшань была построена довольно давно. Говорят, тогда даже для закупки песка или цемента требовалось разрешение вышестоящих органов, не говоря уже об искусственном газоне и синтетической беговой дорожке, которые мы имеем сейчас. Вся школьная площадка представляла собой большое открытое пространство, вытоптанное детьми в течение учебного года. После летних каникул она снова зарастала сорняками и покрывалась ямами. Каждый год в начале учебного года сначала приходилось вырубать сорняки, затем засыпать ямы землей, и, наконец, снова подметать землю. Так продолжалось из года в год с тех пор, как Цзян Сяомань был ребенком.
Неся корзину на спине, Цзян Сяомань пересёк недавно выровненную площадку и вошёл в кухню. Он обнаружил, что рис уже варится. Подняв крышку, он тут же нахмурился: Вот именно! Как только его дядя вернётся, они больше никогда не смогут есть настоящий рис!
Сегодняшний ужин по-прежнему остается любимым блюдом любителей здорового питания: тушеный картофель с красной фасолью o(╥﹏╥)o
«Директор сказал, что собранной в прошлом году красной фасоли было слишком много, чтобы её есть, и она начала кишить насекомыми, поэтому он замочил целую миску фасоли! Он сказал, что сегодня вечером у нас будет рис с красной фасолью, а завтра утром — каша из красной фасоли», — сказал Фан Синчэнь Цзян Сяоманю, выглядя бледным и болезненным.
Когда он впервые услышал, как директор упомянул рис с красной фасолью, он подумал, что это будет похоже на сладкую и густую кашу из красной фасоли, которую готовила его семья. Теперь же кажется, что он был невероятно наивен! Почему директор Цзян не мог продать свою красную фасоль и должен был оставить её себе? Наверное, потому что она была невкусной!
Этот старый сорт красной фасоли, спасенный самими фермерами, очень мелкий, с небольшим количеством мякоти, почти полностью состоящий из кожуры. Его очень трудно приготовить до мягкости, и он всегда кажется недоваренным. Хуже того, чрезмерное употребление этого риса из красной фасоли вызывает запоры! o(╥﹏╥)o
"Пфф~ Это потому, что ваш директор не умеет его готовить! Красную фасоль нужно замочить на ночь, чтобы размягчить кожицу, прежде чем варить её до мягкости. Ну ладно, я принесла лепёшки из красной фасоли..."
«Что? Опять из красной фасоли?» — в шоке воскликнул Фан Синчэнь.
«Не волнуйтесь, это паста из красной фасоли, приготовленная из вареной и очищенной красной фасоли. Вы когда-нибудь пробовали лунные пирожки с пастой из красной фасоли? Это именно такая начинка!»
«О, главное, чтобы это можно было съесть!» — Фан Синчэнь был ошеломлен, произнеся эти слова.
Ещё совсем недавно он был избалованным молодым господином, которому даже импортное печенье с кремом, испеченное его матерью, казалось слишком сладким. А теперь он с удовольствием ест даже простые лунные пирожки с начинкой из красной фасоли?
Этот ребёнок такой жалкий!
Цзян Сяомань обманом заманил всех к себе, так что было бы неправильно, если бы они ели недоваренную красную фасоль вместе с Цзян Байчуанем, не так ли? Осмотрев еду на кухне, он решил приготовить что-нибудь вкусненькое для своих подчиненных.
Прежде чем стемнело, я схватил тесак и бамбуковую корзинку и отправился в огород. Нарезанный ранее шнитт-лук снова отрос, поэтому я срезал пару пучков. Я нарубил капусту, сорвал немного зеленого перца и увидел, что баклажаны тоже проросли. Я подбежал, поднял листья баклажанов и внимательно осмотрелся. И действительно, я нашел четыре больших баклажана, спрятанных под ними!
С баклажанами в руках Цзян Сяомань больше не хотел собирать красный амарант и водяной шпинат; эти два овоща ему уже порядком надоели. Однако в деревне в это время года на огородах регулярно выращивают лишь эти несколько видов овощей. Сельчане привыкли иметь овощи дома и никогда не покупают их в магазине. Его отец, как обычно, в этом году посадил много амаранта, особенно красного сорта; он съел его так много, что его экскременты стали практически красными…
Я больше не могу об этом думать, мне нужно просто приготовить что-нибудь вкусное!
Остался большой кусок вяленого мяса дикого кабана с прошлого раза. Я отрезала от него кусочек, тонко нарезала и приготовила жареную капусту с вяленой свининой, добавив два перчика чили — как тушеная капуста, которую продают в ресторанах. Баклажан был очень нежным, поэтому я нарезала его на кусочки и готовила с вяленой свининой; получилось нежно и ароматно! На этот раз я изменила способ приготовления шнитт-лука. Я мелко нарезала шнитт-лук, добавила яйца, соль и нарезанный зеленый перец чили, получив красивый и вкусный блинчик с шнитт-луком и яйцом.
Наконец, я достала немного водорослей и приготовила суп из водорослей и яиц. В сочетании с принесенными мной лепешками из красной фасоли этого хватило на четверых.
"Ух ты! Брат Сяомань, ты так вкусно готовишь!" Чу Мэнлуань откусила кусочек блинчика с луком и яйцом и чуть не расплакалась.
«Я никогда не ожидал, что кусочки баклажана, тушеные с соленой свининой, окажутся такими вкусными! Моя домработница всегда готовит тушеные баклажаны». Фан Синчэнь особенно любит баклажаны и постоянно брал их палочками, чтобы съесть.
«Хм-хм~ С таким количеством мяса даже жареные подошвы от обуви будут вкусными, не говоря уже о баклажанах!» Цзян Байчуань тихо фыркнул, но больше ничего не сказал.
В конце концов, Цзян Сяомань принес им этот кусок соленого мяса. Если бы позволяли условия, разве он не хотел бы, чтобы эти два студента-преподавателя питались лучше? Разве дело не в том, что у них нет денег? После летних каникул снова начнется учебный год, и тем детям, которых родители бросили в родных городах и оставили без присмотра, родители не смогут даже заплатить меньше двухсот юаней за семестр за учебники и прочие расходы.
На самом деле, староста деревни в частном порядке посоветовал ему, сказав, что эти родители просто злоупотребляют его положением директора, чтобы содержать своих детей, поэтому они просто бросили их в родном городе. Если бы он мог ожесточить свое сердце, он должен был бы просто прекратить субсидировать обучение и сборы для этих детей. Неужели у этих родителей хватило наглости позволить своим детям бросить школу, не закончив начальную школу?
Они просто пользуются добротой и избалованностью Цзян Байчуаня.
Но если бы Цзян Байчуань мог бросить этих детей и наблюдать, как они бросают школу, он не был бы тем Цзян Байчуанем, каким является сегодня.
Цзян Байчуань, несмотря на то, что недавно у него самого появилось немного больше денег, всё равно не мог не быть скупым, поскольку ему нужно было копить деньги на содержание детей, чьи родители ненадёжны. В конце концов, воспитание детей – это не только их кормление. Иногда, когда у детей болела голова или они простужались, бабушка с дедушкой не решались купить лекарства и просто говорили детям, чтобы они сами справились.
Цзян Байчуань не мог этого вынести. Даже если в школе не было денег на питание, аптечка всегда была укомплектована необходимыми лекарствами. Когда ребенок простужался или кашлял, он просил у Цзян Байчуаня лекарства. Откуда Цзян Байчуань брал лекарства? Конечно же, он покупал их на свои скудные сбережения.
После ужина все четверо вместе навели порядок на кухне, помыли посуду и не отдыхали. Цзян Байчуань сегодня не смог купить подходящую одежду в городе, поэтому вечером им пришлось сортировать размеры и количество одежды для детей, которым нужно было купить сезонную одежду. Цзян Сяоман взяла на себя задачу покупок.
«Директор, разве родители этих детей... не собираются покупать им одежду?» — невольно спросила Чу Мэнлуань.
«Дело не в том, что мы не хотим покупать, просто будем обходиться тем, что есть», — вздохнул Цзян Байчуань. «Вы все видели, как нам здесь бедно в последние несколько дней, а некоторые родители просто возмутительны. Они берут пособие на всю семью и тратят его на сигареты и алкоголь, совершенно не заботясь о благополучии своих жен и детей!»
«Те, кто хочет остаться в деревне учиться, либо из семей, которые действительно слишком бедны, чтобы продолжать жить, либо их родители просто не заботятся о них и хотят, чтобы они просто скитались по жизни, пока им не исполнится восемнадцать, а потом пошли работать. Забудьте о сезонной одежде, я даже видел случаи, когда они не дают денег на книги и заставляют детей ехать в горы рубить побеги бамбука, чтобы обменять их на деньги для покупки книг».
«Как вообще могут существовать такие родители в мире?» — тут же пришла в ярость Чу Мэнлуань.
«Не все семьи такие. Некоторые действительно бедны и не имеют выбора. В их семьях есть инвалиды, пожилые люди, слабые, женщины или дети. У них нет рабочей силы, но они все равно должны рожать детей. Они зависят от картофеля и кукурузы, которые выращивают каждый год, плюс от государственных субсидий для малоимущих, которые могут гарантировать только то, что семья не умрет от голода. Они не могут отложить ни копейки, не говоря уже о деньгах на покупку одежды для детей».
«Посмотрите на одежду, которую они сейчас носят. Некоторые вещи им не подходят по размеру, и цвета совсем не похожи на детскую одежду, правда? Эту одежду пожертвовала Сяоман из школы!»
«Иначе, как ты думаешь, почему я так скуп на еду каждый день? Потому что я беспокоюсь о том, чтобы у студентов не возникло никаких непредвиденных ситуаций», — вздохнул Цзян Байчуань. «Зимой, если одеваться недостаточно тепло, вероятность заболеть выше, а лечение дорогое. Сейчас, когда тепло, если они все еще носят термобелье, у них появляется потница, а покупка присыпки от потницы и цветочной воды обойдется в круглую сумму. Лучше сэкономить эти деньги и купить детям несколько комплектов одежды на разные сезоны».
Фан Синчэнь и Чу Мэнлуань были ошеломлены.
«Э-э, директор, разве наша страна несколько лет назад не объявила о полном искоренении бедности?» — после долгой паузы Фан Синчэнь растерянно спросил.
«Вы не понимаете! Конечно, страна хочет, чтобы все её граждане жили хорошо, и прилагает огромные усилия, чтобы помочь бедным горным районам выбраться из нищеты и стать процветающими. Но в этом мире есть люди, которые сломали себе позвоночник! Они отказываются встать!» — сказал Цзян Байчуань, стиснув зубы от ненависти.
«Несколько лет назад сюда приезжала группа специалистов по борьбе с бедностью. Они сказали, что у нас хорошая окружающая среда, и мы можем выращивать некоторые китайские лекарственные травы, такие как жимолость. Мы можем разводить пчел для сбора меда, а также собирать мед, сушить его и продавать. Это должно быть очень полезно!»
«И что же произошло? Все мобилизовали своих партийных активистов и кадров для посадки саженцев жимолости, но спустя несколько месяцев, о ужас! Больше половины из них были брошены! Остальные зацвели, но никто их не собрал; их просто оставили без присмотра! Когда бутоны жимолости раскрылись, они потеряли всякую лечебную ценность и приносили пользу только диким пчелам по всей горе!»
«А ещё у нас тут картофель. Этот сорт якобы получил какую-то престижную награду, и эксперты приложили немало усилий для его выращивания, даже рискуя жизнью. Но посмотрите на нас сейчас! Эксперты пожертвовали своими жизнями, а весь картофель в горах использован для кормления свиней! Рыночные торговцы тоже снижают цены; теперь вполне приличный картофель дешевле дикорастущих овощей!»
«Тогда действительно нет никакого способа помочь? Директор, какова ваша годовая зарплата? Как долго вы сможете нас субсидировать?» Чу Мэнлуань была крайне расстроена и наконец поняла, почему Цзян Байчуань так огорчилась, увидев, как они съедают лишнее яйцо, которое стоит всего несколько центов.
Потому что он копил эти деньги по копейке, откладывая их для детей в горах на случай чрезвычайных ситуаций.
Думая об этом, Чу Мэнлуань невольно прикусила губу. Ежемесячно у нее оставалось две тысячи юаней на проживание, и поскольку в этом месяце она преподавала в горах и ей некуда было потратить деньги, она решила потратить свои карманные деньги за два месяца вперед на покупку сезонной одежды для детей.
«Что нам делать? В школе осталось всего два учителя. Сестра Цайюнь уехала рожать. Дяде Байчуаню приходится самому учить столько учеников, готовить еду для детей и проверять их домашние задания. Даже если бы он захотел заработать, у него не хватило бы времени», — вздохнула Цзян Сяомань.
Все замолчали.
Спустя мгновение Фан Синчэнь достал телефон, молча кликнул на фотографию профиля Цзян Сяомана и перевел ему три тысячи юаней.
«Брат Сяоман, я обычно трачу деньги расточительно и почти ничего не откладываю. Эти три тысячи юаней — мои расходы на проживание во время стажировки. В любом случае, сейчас я ем и пью в университете, поэтому я сэкономлю эти деньги, чтобы купить детям несколько новых вещей к новому сезону».
«У меня здесь тоже есть больше двух тысяч юаней, Сяомань, я переведу тебе, потом можешь купить мяса для детей». Чу Мэнлуань тоже достала телефон и начала переводить деньги.
Цзян Сяомань: «…»
«Нет, зачем вы переводите деньги мне? Я не школьный бухгалтер! Если уж переводите деньги, то переводите их директору Цзяну!» Цзян Сяомань потерял дар речи.
«Разве вы не школьный повар?» — спросили двое студентов-практикантов, которые тоже были ошеломлены.
«Нет, я не такая!!!» Цзян Сяомань была на грани нервного срыва.
"Пфф..." — Цзян Байчуань чуть не умер от смеха, глядя на этих трёх клоунов.
«Хорошо, тогда отдайте мне. В любом случае, я буду делать покупки. Мне столько не нужно. Я только что подсчитала; исходя из ваших подсчетов, два комплекта летней одежды на человека, плюс нижнее белье и обувь/носки, это должно стоить не больше трех тысяч юаней». Цзян Сяомань обреченно вздохнула, достала телефон, открыла встроенный калькулятор и отправила скриншот приблизительного бюджета в групповой чат, объяснив им ситуацию.
«Летняя одежда не обязательно должна быть нарядной. Я посмотрела несколько футболок и брюк с защитой от комаров, которые мы часто видим на местных рынках, на оптовых сайтах. Комплект стоит меньше 20 юаней. Что касается летней обуви, я бы посоветовала купить вот эти ботинки Caterpillar по распродаже. У них мягкая подошва, они дышащие и их можно использовать как кроссовки. Носки и нижнее белье можно купить сразу в большом количестве. В общей сложности это обойдется примерно в 2000 юаней».
После небольшой паузы Цзян Сяомань осторожно взглянула на дядю: «Эм, дядя, если у нас есть лишние средства, не могли бы мы купить детям еще одну шляпу от солнца? Я вижу, что все дети в городе…»
«Какая же это шляпа от солнца? Разве соломенные шляпы, которые продаются на рынке по три юаня и пятьдесят центов, не годятся? Не тратьте их зря!» — взревел Цзян Байчуань.
Это ещё одна причина, почему он не хочет жениться или заводить детей. Если бы у него была такая расточительная жена, как Цзян Сяомань, он бы больше не хотел жить.
При бюджете в две тысячи юаней, не говоря уже об использовании средств со счета школы, доходов от видеоаккаунта за этот период оказалось достаточно. Поскольку весь преподавательский и административный состав школы присутствовал, директор Цзян попросила стажера помочь составить бланк утверждения, который был подписан и утвержден на месте. Цзян Сяомань взяла телефон, чтобы оформить заказ, и весь процесс был завершен менее чем за час.
«Ты получил яйца бесплатно! Отныне закупка яиц школой — твоя ответственность». Цзян Байчуань довольно посмотрел на своего племянника.
Мой племянник очень хорошо умеет тратить деньги, но он также очень хорошо умеет их копить. Я могу преподать ему урок, чтобы он научился экономить деньги, а не тратить их!
«Это не какая-то высокооплачиваемая работа, но создается впечатление, будто я получаю огромные преимущества. Мне даже приходится платить за доставку…» — пробормотала Цзян Сяомань себе под нос, прежде чем молча согласиться на задачу закупки товаров оптом (со скидкой) для школы в интернете.
В конце концов, у дяди Байчуаня, человека, жившего в прошлом веке, даже не было аккаунта на Taobao.
Глава 45