Услышав, что даже её внучка может записаться в «Проект Надежда», старушка с радостью побежала помогать Цзян Канкан собирать вещи. У неё было плохое зрение, и она мало что могла делать, но она прожила в этом доме всю свою жизнь и прекрасно знала каждый его уголок. Пока внучка была занята упаковкой одежды (на самом деле вещей было немного), старушка охотно доставала арахис, грецкие орехи, сушеный сладкий картофель и другие вещи, спрятанные в доме, и упаковывала их в пластиковые пакеты.
У их семьи нет ничего ценного, только эти местные деликатесы. Я слышал, что современные дети любят угощать друг друга закусками, но они не могут позволить себе картофельные чипсы или сосиски, поэтому могут давать только это.
Перед отъездом Цзян Байчуань всё ещё беспокоился о старике, живущем один со своей внучкой. Он хотел уговорить старика отвести внучку в школу, хотя бы просто подмести школьный двор.
Однако бабушка Цзян отказалась.
«У меня дома еще две овцы и дюжина кур, я не могу уйти!» Старушка была весьма оптимистична и даже нашла себе много работы. «Мне также нужно срубить бамбук, чтобы создать им тень. После продажи этих двух овец в конце года мне также понадобится нанять кого-нибудь для ремонта крыши!»
Цзян Байчуань ничего не оставалось, как записать его номер телефона на нескольких листах бумаги и расклеить их в разных местах дома семьи Цзян. Цзян Юэюэ умела пользоваться мобильным телефоном, поэтому, если бы что-то случилось дома, она могла бы одолжить телефон у соседки и позвонить ему.
Глава 51
«Они просто бросили стариков и детей в горах вот так, и никто в вашей деревне не пошёл подавать в суд на этого человека за то, что он их бросил?» — Вэй Шэн всё ещё негодовал по дороге обратно.
«Не волнуйся, братан, у меня есть фотографии отца Кан Кана. Как только шоу выйдет в эфир, пользователи сети обязательно их выкопают. Я притворюсь инсайдером, изменю личность и выложу эти видео и фотографии! Хе-хе~» — усмехнулся оператор.
Сообщать о противоправных действиях — обязанность каждого. Те, кто осмеливается плохо обращаться с будущими поколениями нации, столкнутся с юридическими последствиями! Оператор заявил, что он просто выполнял свой законный гражданский долг и ни в коем случае не злоупотреблял властью в личных целях!
«Молодец!» — Вэй Шэн поднял большой палец вверх, затем немного подумал, достал телефон и перевел 1000 юаней своему помощнику Сяо Баю.
Оператор очень хотел купить новый чугунный горшок для семьи Цзян Цаньцаня, поэтому Вэй Шэн попросил Сяобая пойти с ним и заодно купить рис, муку, масло, лапшу быстрого приготовления, сосиски и другие продукты, чтобы отвезти их.
«Не покупайте ничего слишком дорогого, чем практичнее, тем лучше!»
«У старика плохое зрение, а Цзян Юэюэ ещё слишком молода. Попробуй купить лапшу быстрого приготовления или что-нибудь, что легко приготовить. Ах да, и сухое молоко и яблоки тоже», — посоветовал Вэй Шэн Сяобаю.
«Я поведу машину и отнесу еще два мешка риса!» Водитель тоже решил помочь.
После двух поездок они почти закончили съемку. Поскольку после обеда им было нечем заняться, Цзян Байчуань попросил Цзян Цаньцань пойти с Вэй Шэном и послушать, на что ей нужно обращать внимание во время участия в программе. Он лично отправился в курятник, поймал большого петуха и попросил Цзян Сяомань помочь забить его и приготовить вкусный обед для Цзян Цаньцань.
«Неплохо, подобное лечит подобное! Съешь бойцового цыпленка, чтобы повысить свою боевую мощь, и попытайся пробиться в финал!» — поддразнила его Цзян Сяомань.
«О нет! Мы не пройдем в финал!» — пожилой помощник Сяобай, сжимая в руке телефон, подбежал и сунул экран своему боссу Вэй Шэну. — «Мы только что получили сообщение от съемочной группы о том, что несовершеннолетние участники должны быть в сопровождении хотя бы одного из родителей и иметь справку об отсутствии из школы с печатью!»
«Что? Родители в сопровождении?»
«Да, бабушка Цзян Цаньцань почти слепа, а её младшая сестра ещё младше. Как же ей составить ей компанию?»
Оба они были раздражены. Не имея другого выбора, Вэй Шэну пришлось смириться и пойти на кухню, где Цзян Байчуань разводил огонь. Он объяснил Цзян Байчуаню последние требования станции.
«У телеканала нет выбора. В последние годы Закон о защите несовершеннолетних подвергается слишком пристальному вниманию. Он, в принципе, не поощряет участие подростков в конкурсах талантов. Наше шоу смогло пройти проверку только благодаря обходу закона и использованию темы исполнения патриотических песен... Но теперь съемочная группа настаивает на том, чтобы хотя бы один из родителей сопровождал ребенка. Есть ли у Цзян Цаньцаня другие родственники?»
Не стоит рассчитывать на её отца. Даже если он приедет, они боятся, что он воспользуется случаем, чтобы продать Цзян Цаньцань за хорошую цену.
«Вы все видели, в каком она положении. О ее семье и речи быть не может, в окрестных горах нет ни одного живого человека…» — с трудом произнес Цзян Байчуань.
«Подождите, большая звезда, у вашей съемочной группы есть какие-либо особые требования к родственникам? Например, это должны быть члены вашей ближайшей семьи?» — внезапно спросила Цзян Сяомань.
«Дайте-ка я посмотрю…» На этот раз Вэй Шэн не осмелился давать больше обещаний. Он поспешно попросил своего помощника Сяо Бая найти дополнительные условия, недавно присланные съемочной группой. Внимательно изучив документ, он наконец вздохнул с облегчением. «Там не сказано, что это обязательно должен быть член ближайшей семьи».
Неожиданно съемочная группа проявила большую внимательность. Вероятно, они учли, что если какой-либо участник является сиротой или находится в других обстоятельствах и не имеет родителей, которые могли бы его сопровождать, то другие родственники или знакомые старшие участники также подойдут.
«Значит, всё решено!» — радостно захлопала в ладоши Цзян Сяомань. «В любом случае, во второй половине года у меня нет дел, так что я могу поехать с Канчан в поездку. Но у меня есть и другие дела дома. Возможно, мне придётся приехать домой, чтобы уладить некоторые дела, пока Канчан в школе. Ваша съёмочная группа возместит родителям расходы на проезд и проживание?»
«Брат, подожди минутку! Я сейчас же позвоню и спрошу!» Помощник Сяобай чуть не расплакался от радости. Он плакал не из-за съемочной группы, а исключительно из-за Цзян Цаньцань.
Это было на волоске! Эта девушка чуть не пропустила соревнования!
Сяо Бай вышел, чтобы позвонить по телефону, и тут же, взволнованно, прибежал обратно.
«Всё будет возмещено! Я только что спросил менеджера по производству, и они тоже подумали об этом. Они срочно оформляют компенсацию транспортных расходов для семей участников. Они втайне сказали мне, что она должна рассчитываться исходя из фактического количества дней, в течение которых они участвовали в записи, с ежедневными командировочными выплатами в размере от пятисот до восьмисот долларов… Хе-хе! В конце концов, наша станция не относится к топовым, поэтому наш бюджет ограничен, очень ограничен, ха-ха~» Как и следовало ожидать от ассистента «постоянного артиста», Сяо Бай даже в этот момент сумел сохранить лицо станции.
Их чувство коллективной чести поистине не имеет себе равных.
«Довольно, я пойду! У меня тоже есть несколько одноклассников из провинции Цзян», — сказала Цзян Сяомань, хлопнув себя по бедру.
«Хорошо~ тогда я побеспокою тебя, заставив несколько раз съездить туда-обратно. Лучше всего, если ты дойдешь до финала, иначе ты не сможешь совершить много поездок». Еще до начала соревнований Цзян Байчуань, главный отец, уже испытывал противоречивые чувства. Он не хотел отпускать своего ребенка так надолго из дома, но в то же время хотел, чтобы тот дошел до финала. Он был очень взволнован.
«Подождите! Кстати, а какое отношение Сяомань и Цаньцань к вам? Ах да, у вас обоих фамилия Цзян, вы действительно родственники?» — не удержался от вопроса Вэй Шэн.
«На самом деле, мы не такие уж близкие родственники. Иначе я бы давно узнала о ситуации в семье Кан Кан», — Цзян Сяомань почесала затылок и смущенно сказала: «Я слышала об этом от отца. Он говорил, что в старину наша семья Цзян жила в долине над рекой. Это была большая деревня. Позже, когда в стране решили построить водохранилище, людей призвали переселиться. Вся наша деревня оказалась разделена. Вы же знаете, как это бывает с родственниками. Если не поддерживать связь два поколения, то постепенно общение между людьми становится все меньше и меньше».
«Но если говорить о старшинстве, то Кан Кан следует называть «маленькой тётушкой», хе-хе~ Если бы это было в старые времена, она бы подарила мне красный конверт на китайский Новый год».
«Раздавать красные конверты? Мечтайте!» — Цзян Байчуань сердито посмотрел на него.
"Хорошо~ Тогда я сообщу о твоем имени." Вэй Шэн втайне вздохнул с облегчением.
«Давай, сообщи об этом! Но завтра тебе придётся подождать меня полдня. Мне нужно вернуться и сказать отцу, сколько дней я пробуду здесь на этот раз».
«Наверное, потребуется ещё несколько дней, как минимум неделя, чтобы найти такую, как Цань Цань, которую лично выбрал наш директор…» — сказал Вэй Шэн, и на его лице невольно появилась улыбка, словно Цзян Цань Цань была его собственной дочерью. Эта самодовольная, гордая аура… ай-ай-ай…
Цзян Сяомань уезжает на неделю, и больше всего расстроены двое студентов-практикантов — им снова придётся есть всякие варёные блюда, приготовленные директором Цзяном. Затем идут строители, которых Цзян Юлян нанял для строительства дома; конечно, они ещё не знают, насколько ужасна стряпня Цзян Юляна. К тому времени, как они это узнают, Цзян Сяомань, вероятно, уже будет на телеканале провинции Цзян…
Поскольку ему пришлось ждать Цзян Сяомань, желание Вэй Шэна наконец исполнилось, и он покормил свиней, выращенных в школе. Его туда отвез Цзян Цаньцань. Его помощник, Сяобай, пригрозил покончить с собой, если его сфотографируют в нелестном ракурсе во время кормления свиней.
«На самом деле, свинарник в нашей школе совсем не грязный. Все по очереди убирают его каждый день. Подметать свинарник гораздо проще, чем носить навоз, поэтому мы все соревнуемся в этом». Цзян Цаньцань повела Вэй Шэна в свинарник, словно воришка. Время кормления еще не настало, но она пошла в кладовку и достала несколько не очень аппетитных сладких картофелин. Это были остатки после того, как директор-папа продал весь сладкий картофель, и их предназначалось для кормления свиней.
«Кан Кан, почему я слышу, как многие ученики в деревне называют вашего директора Цзяна «папой»? Это местный обычай?» — спросил Вэй Шэн Цзян Кананя, кормя свиней.
Ему очень нравилось болтать с ребёнком. Дело было не в его инфантильности; главным образом, Цзян Цаньцань обладала зрелостью и спокойствием, совершенно не свойственными её возрасту. Возможно, это было связано с тем, что в детстве ей не на кого было положиться дома, что заставляло её быстро повзрослеть в таком юном возрасте.
«Нет, дело в том, что все наши родители работают вдали от дома, и многие наши бабушки и дедушки не умеют писать. Иногда школа рассылает уведомления или контрольные работы, в которых родители должны подписать документы, но мы не можем найти ни одного родителя, который мог бы это сделать, поэтому мы отводим их к директору, чтобы он их подписал».
«Позже все говорили, что неважно, что мамы и папы нет дома, ведь директор был нам как отец, поэтому мы называли его папой-директором». Невинный тон Цзян Цаньцаня выдавал одновременно беспомощность и оптимизм всех детей, оставшихся в горах.
Вэй Шэн некоторое время молча лежал у свинарника, затем поднял руку, нежно погладил сухие волосы Цзян Цаньцань и тихо сказал: «Это правда не имеет значения. Когда мы доберемся до телестанции, просто называй меня братом, и я посмотрю, кто посмеет издеваться над моей сестрой!»
«Ни за что! Если она назовёт тебя братом, мне придётся называть тебя дядей?» — в какой-то момент вернулась Цзян Сяомань, неся на спине большую корзину, которая была почти вдвое выше человеческого роста.
"Хм-хм~ Многие хотят называть меня братом, но я даже не обращаю на это внимания." Вэй Шэн закатил глаза и больше не стал настаивать.
Он только что поступил импульсивно. Но если хорошенько подумать, то если Цзян Цаньцань, участница шоу, назовёт его «приглашённым братом» сразу же при встрече, люди неизбежно подумают, что она пришла по блату, что на самом деле плохо скажется на её будущем развитии.
В тот момент Вэй Шэн понятия не имел, что настоящий бенефициар программы, получивший выгоду от непотизма, уже попал в съемочную группу.
Цзян Сяомань ненадолго вернулся домой. Сообщить отцу не составило труда, но сборы заняли много времени. Он взял с собой сменную одежду, оборудование для видеосъемки, а также местный мед, свой горный зеленый чай, сушеный сладкий картофель, соленья, острый соус и другие вещи.
«Нет, Сяомань, у нашей телестанции есть столовая, она двухэтажная. Мы выдадим тебе временные талоны на питание, а также съемочная группа предоставляет ланчи в коробках, когда мы снимаем на выезде. Тебе ведь не нужно брать с собой даже маринованные овощи, правда?»
"Вздох~ Вы, большие звёзды, постоянно говорите о диетах, конечно же, вы не знаете, насколько важны для нас, простых смертных, гарниры." Цзян Сяомань вздохнула, открыла свою дорожную сумку и запихнула в неё все бутылки и банки, которые привезла с горы, так что она чуть не лопнула. Затем она плотно застегнула молнию, вздохнула и похлопала по переполненной сумке.
«Исходя из моего четырехлетнего опыта обучения в университете, я могу сказать, что походы в рестораны — это действительно редкое удовольствие, но даже спустя некоторое время мне все равно не хватает вкуса домашней еды!»
«Ты принёс в колледж маринованные овощи?» — Вэй Шэн посмотрел на него с недоверием.
«Как же так мало еды может быть достаточно? Я всё сама замариновала!» — с гордостью сказала Цзян Сяомань. «На первом курсе я подрабатывала в школьной столовой. Работницы столовой меня любили и часто делились со мной остатками овощей. Поэтому я купила несколько банок для засолки и начала делать соленья в общежитии».
«Разве твой комендант общежития не выбросил банку с кимчи?» — Вэй Шэн посмотрел на него со сложным выражением лица.
«Заведующий общежитием не стал бы его выбрасывать. Он постоянно просит меня купить кимчи, говоря, что его кимчи не такое хорошее, как мое», — Цзян Сяомань слегка приподняла подбородок и похлопала по дорожной сумке. «В любом случае, ты ни в коем случае не должна есть мое кимчи, иначе боюсь, ты съешь слишком много и поправишься. Твоя помощница Сяобай будет на меня в ярости».
Такова человеческая природа. Если бы Цзян Сяомань не напомнила ему, Вэй Шэн никогда бы не ел кимчи, блюдо, которое подают к рису. Но после того, как она упомянула об этом, Вэй Шэн действительно захотел попробовать: «Ты просто хвастаешься! Неужели ты можешь приготовить его лучше, чем директор Цзян?»
Глава 52
"Ммм~ Так вкусно пахнет! Этот соус из диких грибов такой восхитительный, я так счастлива!"
В общежитии Цзян Сяомань вместе с Цзян Цаньцанем и Вэй Шэн со своим помощником Сяобаем воспользовались сегодняшним отсутствием оператора, чтобы тайком раздобыть в столовой паровые булочки и тушеную свинину. Используя метод, которому их научил Цзян Сяомань, они разломали булочки, намазали слоем острого соуса из лесных грибов, добавили кусочек тушеной свинины и, наконец, немного кимчи. Вкус был просто потрясающий!
Кимчи Цзян Байчуаня и так было очень вкусным, но кимчи его племянника оказалось ещё лучше! Насытившись, Вэй Шэн наконец поверил, что Цзян Сяомань может продавать кимчи в университетском общежитии. Даже будучи управляющим общежития, он, попробовав это, не смог устоять и купил немного!
«Брат, ты слышал? Кажется, дочь телезвезды Ма Юэнань тоже участвует в шоу в этот раз». Закончив обед, помощник Сяобай не удержался от сплетен.
Вернувшись домой, Сяобай получила ужасную новость, и ее сердце заколотилось от тревоги.
Если бы не ореол славы дочери телезвезды, он бы совсем не беспокоился о том, что Цзян Цаньцань выбывает из-за одних лишь её индивидуальных способностей. Но проблема в том, что после прослушиваний в их шоу начинается голосование зрителей!
Цзян Цаньцань, обычная девушка, никогда не показывавшая своего лица, как она может конкурировать с дочерью телезвезды, чья мать имеет десятки миллионов поклонников? Фанаты другой девушки легко могут занять первое место с большим отрывом всего за один тур голосования, понятно?
«Лучшая актриса? Помню, у этой дамы не было прорывных ролей почти десять лет, верно?» — усмехнулся Вэй Шэн. «К тому же, у нее мама, получившая награду как лучшая актриса, а у нас наставник — режиссер».
«Пошли! Кан Кан, я отведу тебя к режиссёру». Вытерев рот, Вэй Шэн встал.
Глаза режиссера Чэнь Шу загорелись, когда он увидел Цзян Цаньцань. Вживую девочка оказалась еще красивее, чем на видео: милое круглое личико, большие глаза, и хотя у нее была слегка смуглая кожа, это придавало ей исключительно простой и естественный вид. И самое главное…
«Наш канкан поистине одарен природным талантом! Ваше исполнение песни «Daylily» было просто прекрасным! Послушайте своего дядю, спойте эту песню на предварительном этапе!»
В отличие от мрачного настроения ассистентки Сяобай, режиссера совершенно не беспокоило, что дочь актрисы привнесет в шоу какие-либо так называемые закулисные манипуляции.
Разве решение о том, является ли это сомнительной сделкой или нет, принимает телекомпания? Обладательница награды за лучшую женскую роль даже не является одним из приближенных телекомпании. Напротив, именно Сяо Вэй привел с собой Цзян Цаньцань. Не дайте себя обмануть интернет-хейтерам, которые высмеивают его за использование связей в системе для получения ресурсов от телекомпании. На самом деле, все они желают, чтобы их кумиры пользовались теми же преимуществами. Он — настоящий приспешник телекомпании.
Кроме того, как может быть отличная программа без (драмы из мира развлечений), которую так любят зрители?
Как режиссер с совестью, Чен Шу не позволил бы сценаристу намеренно создавать или бездумно редактировать подобные сцены женских драк в сценарии. Однако, если они все же на них наткнулись, то винить его, как режиссера, нельзя.
Сколько бы поклонников ни было у телезвезды, могут ли они сравниться с количеством обычных зрителей? Могут ли они сравниться с общим числом поклонников ее соперниц?
Говоря прямо, если бы другая сторона играла в эту игру всерьёз, он бы не стал злонамеренно редактировать видео, чтобы создать проблемы. Но он немедленно и нагло продемонстрировал свои «связи», вызывая папарацци для съёмки «закулисных» кадров и выпуская пресс-релизы, и даже сам инициировал контакт с руководством телеканала, чтобы организовать ужин… Поведение этой актрисы просто отвратительно. Очевидно, что она хочет, чтобы её дочь стала победительницей напрямую.
Чэнь Шу всё равно, умрёт она или нет! У него самого есть дочь, которую он очень любит, и он терпеть не может, как эта актриса обращается со своей дочерью, словно с дойной коровой. Отправлять свою дочь, которой ещё нет и четырнадцати, на такие взрослые званые ужины — кого она пытается отвратить?
«Дядя директор, вот, возьми!» Пока взрослые общались, Цзян Цаньцань в какой-то момент открыла свою школьную сумку, с трудом достала несколько пластиковых пакетов и бережно передала их Чэнь Шу.
«Что это?» — с любопытством спросила Чэнь Шу, наклонившись и рассматривая полиэтиленовый пакет, который, очевидно, неоднократно промывали водой.
«Это арахис, выращенный моей бабушкой, а это грецкие орехи, которые мы сами собрали в горах, сушеный сладкий картофель, который мы сами сделали, и это дикий мед. Бабушка сказала, что хочет поблагодарить тебя за то, что ты порекомендовала мне участвовать в этом конкурсе». Цзян Цаньцань осторожно повторила слова бабушки.
"Ха-ха~ Какой хороший мальчик! Ладно, тогда я соглашусь, а потом угощу тебя молочным чаем!" — Чэнь Шу протянул руку, взял несколько пакетов и отнёс их обратно в свой кабинет.
"Папа!" Маленькая девочка в платье принцессы подбежала и обняла Чэнь Шу за ногу.
"О, моя милая девочка! Долго ты ждала? Ты голодна?" — Чэнь Шу поставила свои вещи и с улыбкой взяла дочь на руки.
Он и его жена поженились поздно, и их драгоценная дочь родилась, когда им было почти сорок. Они обожали её. Сегодня жене нужно было идти на совещание, и супруги беспокоились о том, чтобы оставить дочь дома с няней (в конце концов, в наши дни участились случаи жестокого обращения с детьми со стороны нянь), поэтому они решили отвести дочь к нему на работу. Чэнь Шу — главный директор, у него есть собственный кабинет и помощник, поэтому временный присмотр за ребёнком для него не проблема.
«Я не голодна! Сестра Цици купила мне клубничный торт».
«Что такого особенного в клубничном торте? Папа принес тебе сушеный сладкий картофель». Чэнь Шу отнес дочь на диван и открыл пакет с местными деликатесами, который ему подарила Цзян Цаньцань.
"Папа, здесь так грязно." Девочка поерзала и тихонько подошла к своему любимому клубничному торту.
«Хорошо, ты съешь торт, а я это съем». Чэнь Шу открыла клубничный торт для дочери, взяла чипс из сладкого картофеля, положила его в рот и начала чистить арахис.
Девочка уже взяла ложку, но, почувствовав запах чистки арахиса отцом, тут же перестала набирать тесто для пирога.
Она никогда раньше не пробовала арахис, обжаренный в большой чугунной сковороде вок; он так вкусно пах…
Спустя мгновение отец и дочь, прижавшись друг к другу, с удовольствием делились жареным арахисом и сушеным сладким картофелем, приготовленными бабушкой Цзян. Грецкие орехи они пока есть не могли, так как у них не было инструментов, чтобы их расколоть. Почувствовав жажду после того, как съели арахис, Чэнь Шу заметил, что в нем еще остался мед, поэтому он взял свои и дочерние чашки и приготовил две чашки медовой воды. В одну чашку он добавил совсем немного меда, ровно столько, чтобы дочь попробовала. Иначе, если у нее появятся кариес, разве не он, ее собственный отец, будет убит горем?