Что делать? Блогеры — не люди; они хотят снова отписаться от них...
Глава 145
Шань Янь и его команда потратили четыре с половиной дня на то, чтобы срезать все запечатанные соты с этой обширной территории диких медоносных сот.
Оставшиеся незапечатанные соты, а также некоторые пустые соты, которые еще не использовались для хранения меда, были оставлены.
Чтобы дикие пчелы не потеряли свои дома и не начали бродить вокруг, строя гнезда, чтобы в следующем году они не смогли прилететь сюда собирать мед.
Собранный зимой мед был предварительно заказан несколькими состоятельными пожилыми клиентами Шаньяна еще до того, как они спустились с горы.
Они специально попросили не вытряхивать мед, а разливать его по бутылкам вместе с сотами, а затем упаковывать в подарочные коробки. Они хотели подарить этот редкий, настоящий, чистый дикий зимний мед.
Стоявшая неподалеку Цзян Сяомань подбодрила Шань Янь, предложив им воспользоваться возможностью и зарегистрировать собственный бренд. Как только дикие медоносные пчелы созреют для сбора урожая, они смогут использовать популярность бренда в своих целях.
Шаньян планировал это уже давно, но раньше они занимались только самым дорогим диким каменным медом в этой отрасли, и клиенты приходили по рекомендациям знакомых. Проще говоря, они полагались на сарафанное радио, и наличие у них бренда не имело значения.
Но в будущем все будет по-другому.
С прошлой зимы он и его ученики установили в горах десятки ульев. Они изготавливали новые ульи всякий раз, когда у них появлялось свободное время. В конце концов, благодаря тому, что Цзян Сяомань получал от них подержанную древесину, себестоимость производства ульев значительно снизилась. Не говоря уже о его учениках, даже Шань Янь не смог устоять перед соблазном изготовить немало новых ульев.
Несмотря на свою бедность, горцы сохраняют чувство чести. После изготовления ульев они пишут на них чернилами свои названия и номера и размещают их в горах, где их редко крадут. Более того, поскольку они часто путешествуют по горам, они намеренно выбирают относительно укромные места для размещения ульев, что снижает вероятность их обнаружения.
Исходя из объемов производства меда в Ланшане, в хороший год один улей обычно производит от 80 до 100 соток местного меда; в плохой год это невозможно подсчитать. Иногда бывают дождливые месяцы подряд, и цветы в горах не цветут, поэтому меда нет, и приходится тратить деньги на покупку белого сахара для подкормки пчел, поэтому подсчитать невозможно.
В среднем, пчелиный улей может приносить доход около 800–1200 юаней в год. Если построить более ста ульев и разместить их в горах, то даже после вычета убытков можно получать прибыль в размере 80 000–90 000 юаней в год, что уже очень хороший показатель для сельской местности.
Если так посчитать, то их годовое производство дикого меда немало, и им действительно нужно зарегистрировать торговую марку или что-то подобное. Его маленькая рыбка тоже в последнее время ворчит, говоря, что когда поклонники просят его купить рыболовные снасти, они всегда спрашивают, какой это бренд, импортные ли они и так далее.
Это демонстрирует важность брендинга.
Однако он мало что знал об этих вещах, поэтому мог лишь оставить этот вопрос Цзян Сяоманю.
В этот момент Цзян Сяоману также нужно было заняться проектом по посадке хризантем. Попрощавшись с Шань Янем и остальными, он немедленно отправился домой, распечатал собранные ранее материалы и, вместе с информацией о нескольких домохозяйствах в старой горной долине, собрал их в папку. Рано утром следующего дня он отправился в город.
Сначала я зашел в лапшичную и съел тарелку рисовой лапши с говядиной, чтобы набраться смелости перед тем, как войти в городские ворота с необходимыми материалами.
Услышав, что он приехал на встречу с городскими чиновниками, занимающимися борьбой с бедностью, и ему нужно подать документы на реализацию проекта, охранник у ворот рассмеялся: «О боже! Тогда иди в комнату 203 и найди этого офицера Сана. Ему так скучно, что он чуть ли не грибы выращивает».
Цзян Сяомань на мгновение потеряла дар речи.
Но если задуматься, это вполне нормально. Чем беднее место, тем меньше капитала у обычных людей для открытия бизнеса.
В предыдущие годы правительство оказывало некоторую поддержку, но для получения отдачи от многих проектов требуется несколько лет.
Как и в случае с предыдущими инициативами по выращиванию картофеля в городе, нам необходимо сначала расширить площадь посевов, затем внедрить предприятия по переработке картофеля и, наконец, добиться эффекта масштаба, чтобы постоянно обеспечивать доход для населения...
Обычные люди не могут ждать так долго.
Как и говорил Циншань, многие семьи в горах похожи на его семью: каждый день, как только они просыпаются, они ждут, когда сварится рис. Если им не разрешают выращивать картофель, и они не видят смысла выращивать что-то другое, неужели от них ожидают, что они будут три года сидеть без дела, ничего не есть и не пить, ожидая, пока проект принесет прибыль?
Нереалистично ожидать, что обычные люди начнут свой бизнес на пустой желудок.
Неудивительно, что работники по борьбе с бедностью в этом городе так заскучали, что практически выращивают грибы.
Появление Цзян Сяомань вызвало у Сунь Чжэюаня, сотрудника организации по борьбе с бедностью, долгое время находившегося в самоизоляции, ощущение, будто он видит галлюцинацию.
Ему это снится?
Как вообще люди приезжают в Ланшань, в такое место, чтобы подать заявки на участие в проектах?
Увидев бланк утверждения проекта, который с начала года оставался совершенно пустым, Сунь Чжэюань внезапно вскочил на ноги и крепко схватил Цзян Сяомань за руки!
«Не волнуйся, товарищ! Пока жители деревни готовы открывать свой бизнес и браться за проекты, город обязательно окажет им полную поддержку!»
«Ну же! Садитесь, выпейте чаю, давайте неспешно поболтаем».
Говоря это, он подбежал и закрыл дверь кабинета.
Казалось, они боялись, что Цзян Сяомань сбежит.
...
Цзян Сяомань была ошеломлена. Ей показалось, что стоящий перед ней сотрудник организации по борьбе с бедностью выглядит несколько неуверенно. Можно ли ему доверять?
У него были некоторые сомнения, но, похоже, город направил только одного сотрудника по борьбе с бедностью. Кроме молодого человека перед ним, который выглядел примерно его возраста, он никого больше не увидел.
Не имея другого выбора, Цзян Сяомань достала из сумки сумку с документами и устно объяснила, что ее деревня и более десятка семей в Лаошаньаоцзы объединили усилия для развития отрасли выращивания хризантем.
«Ну же! Выпей чаю! Поешь чего-нибудь. Дай-ка я сначала посмотрю твои материалы». Сунь Чжэюань вытащил из-под шкафа картонную коробку и достал новогодние подарки, которые ему подарили жители города.
С ним обращаются как с гостем? Цзян Сяомань с мрачным выражением лица схватила из коробки горсть арахиса и начала есть его, ожидая, пока Сунь Чжэюань закончит осматривать подготовленные им материалы.
Материалы, подготовленные Цзян Сяоманом, представляли собой готовый шаблон, купленный им в Baidu Wenku, и он заполнял их, опираясь на этот шаблон. Они были разделены на три основные части.
В первой части он обобщил данные из нескольких источников, сравнил разницу в урожайности с гектара при выращивании хризантем и традиционных культур и продемонстрировал важность посадки хризантем для увеличения годового дохода местных семей.
Вторая часть его рассуждений затянулась. Поскольку у него не было экспертов, которые могли бы его проконсультировать, он мог сосредоточиться лишь на том факте, что «Ланшань с древних времен богат ресурсами и разнообразной флорой и фауной». Он подчеркнул, что в Ланшане очень хорошо растут как дикие, так и культурные хризантемы. По той же логике, императорская хризантема, которая также относится к семейству Астровых, тоже должна хорошо выращиваться в Ланшане в больших масштабах.
Третья часть возвращается к практическим вопросам. Он использовал данные о количестве подписчиков и показателях продаж своего и Цзян Ю в качестве примеров, чтобы показать, что если они создадут кооператив по выращиванию хризантем и начнут культивировать их в больших масштабах, то в будущем их продажи смогут осуществляться исключительно онлайн.
В конце концов, чай из хризантем имеет длительный срок хранения после приготовления в сушеном виде, поэтому нет необходимости беспокоиться о потере денег, если его не удастся быстро продать.
Кроме того, у него возникла ещё одна идея: разве многие города и деревни в наши дни не продвигают свои местные деликатесы или сельскохозяйственную продукцию?
Цзян Сяоман надеялась, что город сможет им помочь. Если выращиваемые ими хризантемы станут невостребованными, смогут ли они продвигать их, подчеркивая местные деликатесы и сельскохозяйственную продукцию?
По его информации, полученной от платформы, крупные платформы электронной коммерции теперь имеют специальные каналы для сельскохозяйственной продукции из бедных горных районов, чтобы поощрять сельское предпринимательство и бороться с бедностью. С помощью рекламных каналов платформы они могут продавать партии этой продукции, что значительно снизит нагрузку на складские запасы.
«Неплохо, Сяомань! Ты действительно сообразительный!» Услышав, что он даже затронул тему поддержки сельскохозяйственной продукции, Сунь Чжэюань удовлетворенно кивнул, положил документы на стол и повернулся к Цзян Сяомань, чтобы сказать…
«Я лишь бегло ознакомился с вашими материалами, и, честно говоря, они совершенно не соответствуют нашим стандартам применения!»
Что?!
Цзян Сяомань так испугалась, что чуть не уронила арахис из рук.
«Не волнуйтесь. Я имею в виду, что если вы отправите работу в таком формате, она точно не сработает. Но я думаю, что у вашего проекта всё ещё есть большой потенциал».
«Самое важное, что ваш план открыл новый путь к предпринимательству и процветанию для жителей Ланшаня. Он предусматривает развитие выращивания хризантем с использованием неиспользуемых горных земель и пустошей с низкой урожайностью зерновых. Таким образом, это не задержит производство зерна и обеспечит людям возможность зарабатывать на жизнь. Во-вторых, если эту отрасль удастся развить, она сможет использовать все заброшенные и неиспользуемые горные земли в нашем городе!»
"Сяомань! Твой план всё ещё недостаточно масштабный!"
Цзян Сяомань неловко улыбнулась, подумав про себя: «Я даже использовала своих родственников и друзей, чтобы получить одобрение на этот проект. Он еще может сказать несколько слов в деревне Ланшань, но если я распространю этот план на весь город, он, должно быть, сошел с ума. Кто его будет слушать?»
К счастью, Сунь Чжэюань лишь пару раз вздохнул и тут же решил поехать с ним в деревню Ланшань для осмотра объекта.
Он решил лично пересмотреть и улучшить форму заявки на проект Цзян Сяомань, приведя ее в соответствие с требуемым форматом.
Это непросто! Первый квартал почти закончился, а проекты по развитию предпринимательства и борьбе с бедностью в их городе по-прежнему отсутствуют. Если они не воспользуются этой возможностью, их ежегодная оценка эффективности будет ужасной!
Цзян Сяомань отправился в город и вернулся вместе с местными сотрудниками, занимавшимися борьбой с бедностью, что вызвало сенсацию во всей деревне Ланшань.
Сначала Сунь Чжэюань привёл Цзян Сяомана в сельский комитет. Для реализации этого вопроса была необходима поддержка жителей деревни. Опасаясь, что некоторые сельские чиновники могут завидовать ему и саботировать его действия, Сунь Чжэюань также привёл своего дядя по браку.
«Кстати, Сяоман на самом деле мой одноклассник младше меня. Мой дядя раньше был деканом по учебной работе в лучшей средней школе округа. Я никогда не ожидал, что Сяоман тоже закончит лучшую среднюю школу округа. Если бы мой дядя знал, что его ученик сейчас так успешен, он был бы вне себя от радости».
Сунь Чжэюань сказал это намеренно.
И действительно, узнав, что городские власти сами насильно установили родственные связи с Цзян Сяоманом и даже создали отношения старшего и младшего, деревенские чиновники стали еще больше симпатизировать Цзян Сяоману.
Совершенно очевидно, что Сунь Чжэюань очень ценит этот проект. Он даже отклонил приглашение старосты деревни пообедать у него дома, заявив, что хочет немедленно отправиться к Цзян Сяоманю, чтобы проверить ход работ на «демонстрационной площадке первого этапа».
Цзян Сяомань потерял дар речи. Что это за прогресс? Они только что вспахали землю и внесли основные удобрения, а саженцы хризантем еще даже не появились.
Однако, поскольку сотрудники, занимавшиеся борьбой с бедностью, были так воодушевлены их предпринимательским проектом, он, как участник событий, конечно же, не мог их подвести, поэтому ему оставалось только отправиться в дом Сунь Чжэюаня вместе с сельскими активистами.
Его отец всё ещё работает в старом доме дяди Байчуаня, и дома никого нет. К счастью, сегодня утром он съел большую тарелку говяжьей лапши. Если ничего не поможет, он просто приготовит лапшу для руководителей в полдень.
К удивлению Цзян Сяоман, по сравнению с этими местными горцами, Сунь Чжэюань, городской житель, оказался довольно быстрым в восхождении на горы!
«Ха-ха! Всё это благодаря практике! Когда меня перевели сюда в прошлом году, я целый месяц ждала, и никто не пришёл в наш отдел подавать заявки на участие в проектах. Поэтому я просмотрела отчёты о работе предыдущих сотрудников, занимавшихся борьбой с бедностью, нашла деревни, которые уже участвовали в проектах по борьбе с бедностью, и поехала в каждую из них».
«Как только они услышали, что мы собираемся выращивать специализированные культуры, все они покачали головами, как погремушки, и категорически отказались соглашаться! Прежде чем я успел что-либо сказать, они заявили, что им не нужны рассада или удобрения, они просто хотят выращивать зерновые на своей земле», — сказал Сунь Чжэюань с кривой улыбкой.
После нескольких потерпений жители горных деревень теперь по-настоящему боятся этих «проектов по борьбе с бедностью».
Цзян Сяомань потерял дар речи.
Он уже слышал об этом от отца. Именно поэтому отец категорически отказался разрешить ему сажать жимолость на их земле.
В конце концов он пошел на компромисс и сказал, что вместо посадки растений в поле он посадит круг по краю поля, чтобы обеспечить медом своих пчел. Когда отец услышал, что это может давать мед, он неохотно кивнул в знак согласия.
Он сын Цзян Юляна.
Если бы кто-то другой пытался убедить его отца превратить сельскохозяйственные угодья в цветочные поля, разве его не выгнали бы большой метлой?
Неудивительно, что Сунь Чжэюань, увидев его, повел себя так, словно нашел спасение, и даже предложил помочь ему в написании документов для поступления.
Похоже, быть специалистом по борьбе с бедностью – это действительно непростая работа!
Глава 146
По пути в гору Цзян Сяомань специально указала на заросший склон на обочине дороги и объяснила Сунь Чжэюаню и остальным:
«Упомянутые мной в плане незанятые земельные участки также включают в себя подобную пустошь по обеим сторонам горной дороги».
«Мой отец рассказывал, что раньше здесь жители деревни сажали чайные деревья. Позже чай обесценился, и сюда перестали приезжать. Было бы расточительно оставлять это место пустым. Моя семья разводит двух свиней, верно? Мой отец каждый год сажает здесь тыквы и другие растения».
«Для выращивания тыкв не нужно расчищать большие участки земли. Достаточно выкопать небольшой участок размером с ванну, засыпать его базовым удобрением, посадить тыквенные лозы и оставить их в покое. Осенью, поискав по пути, можно найти сто или восемьдесят крупных тыкв».
«Я подумал, что в Ланшане, не говоря уже о деревнях, у кого из живущих в горах нет горной дороги, чтобы добраться до деревни? Тем, кто живет далеко, требуется больше часа, чтобы дойти до деревни пешком».
«Если мы действительно организуем посадку хризантем, нам даже не придётся использовать собственные сельскохозяйственные угодья. Мы можем просто посадить их по обеим сторонам дороги, и каждая семья сможет внести свой вклад, предоставив несколько акров земли».
«Ого! Сяомань такая сообразительная! Неудивительно, что она окончила колледж! Правда ведь? К тому же, эти цветы посажены вдоль дороги. Можно просто взять сумку и собрать их, спускаясь с горы, это так удобно». Староста деревни сразу же обрел уверенность, услышав, что этот проект можно осуществить без использования сельскохозяйственных земель.
В конце концов, его старый дом находится в сорока минутах ходьбы от деревни.