Sleepy Hollow

Capítulo 14

«Я думал, вы все их видите», — сказал он, глядя мне прямо в глаза. «Я не знал, что вы их не видите. У меня не было возможности это узнать». Его лицо оставалось прежним, на нем не было ни жалости, ни слабости, но читалось беспомощность.

«Что нам делать?» — выпалила я, но тут же пожалела об этом — откуда он мог знать, что делать? Я понимала, что снова убегаю. Когда я сталкиваюсь с серьезной проблемой, я всегда стараюсь предположить, что другие знают решение, чтобы чувствовать себя спокойно.

На этот раз никто не знал, как решить проблему; это был полный бардак, — кричал внутренний голос.

«Я не знаю», — сказал он.

17

Вернувшись в офис, несколько старших коллег отвели Ли Юньтуна в сторону и задали ему вопросы, по-видимому, о Гу Цюане. Неясно, что именно Ли Юньтун им ответил, но после того, как он закончил, все выглядели облегченными. Вскоре после этого клиент вызвал Ли Юньтуна на разговор, и только после его ухода в офисе постепенно начали обсуждать его странное поведение этим утром.

«Судя по его поведению сегодня утром, я действительно подумала, что у него психическое расстройство», — сказала Чжан Лань Сяо Пэну, теребя в руке карандаш.

Оуян рассмеялся: «Вот почему вам всем нужно больше узнать. Вы разве не слышали о Bluetooth-гарнитурах?» Его слова внезапно стали мне понятны — Bluetooth-гарнитуры — это беспроводные наушники, которые подключаются к мобильному телефону и просто вставляются в ушной канал. Они автоматически отвечают на любые звонки, без участия пользователя — очень удобно. Для посторонних использование такой гарнитуры выглядит как разговор с самим собой. Я не мог не восхититься остроумием Ли Юньтуна; он объяснил свое странное поведение с Bluetooth-гарнитурой, и теперь никто не должен подозревать, что с ним что-то не так. Упоминание Bluetooth мгновенно переключило внимание с Ли Юньтуна на IT-специалистов, и в офисе загудели разговоры о «чипах» и «интерфейсах».

Поскольку вся работа была закончена утром, после обеда было относительно свободно. Я собирался зайти в QQ, чтобы пообщаться с кем-нибудь, когда вспомнил о «Выходе из Янгуаня на Запад» и остановился. По какой-то причине у меня возникло смутное ощущение, что этот «Выход из Янгуаня на Запад» — очень странный человек. Он казался мне знакомым, но отказывался раскрывать свою личность. Возможно, он сейчас в QQ, и я не хотел его видеть в данный момент, поэтому я открыл веб-страницу и бесцельно побродил по ней. Сяо Гэн рисовал карикатуры карандашом рядом со мной. После каждого рисунка мы вдвоем критиковали его, а иногда к нам присоединялись и другие коллеги. Когда Сяо Гэн заканчивал пять или шесть рисунков, я нумеровал их и добавлял текст, связывая эти, казалось бы, несвязанные рисунки в странную историю. Это была игра, в которую мы любили играть во время перерывов. Когда Сяо Гэн заканчивал очередной рисунок, я заглядывал внутрь. На рисунке была изображена дрожащая человеческая фигура, нарисованная пунктирными линиями, а окружающий пейзаж был представлен сплошными линиями.

«Что с этим человеком не так?» — спросил я, указывая на человека, отмеченного пунктирной линией.

«Это невидимый человек», — небрежно заметил Сяо Гэн, продолжая рисовать следующий рисунок, не поднимая глаз.

Человек-невидимка?

Эти слова напоминают мне о Гу Цюане.

Мы оба совсем забыли о Гу Цюане. Вернувшись из ресторана и отвечая на вопросы коллег в офисе, мы с Ли Юньтуном совершенно забыли о нем. Должно быть, он ушел из компании вместе с нами, но Ли Юньтун его с тех пор не видел. Если Ли Юньтун не психически неуравновешен, то, возможно, этот невидимый Гу Цюань сейчас прямо рядом со мной. Эта мысль меня напугала. Я тихонько подошла ближе к Сяо Гэну, оглядываясь по сторонам, но видела только яркое весеннее солнце; все было четко видно, и я не могла разглядеть никого, кто бы прятался в воздухе.

Возможно, такого человека и не существовало.

Но мои мысли начали блуждать. Картины Сяо Гэна, хоть и интересные, больше не могли меня полностью очаровать. Если Гу Цюань действительно существует, значит, кто-то тайно следит за каждым моим движением и дома, и в офисе, и я не могу этого видеть. Это случалось достаточно часто в одном месте, но теперь это происходило в двух. Комната 302, дом 6, улица Юньшэн, и эта компания — я провожу большую часть дня в этих двух местах, и ни одно из них больше не кажется мне безопасным.

Так всегда и было, и никто никогда не спрашивал меня, хочу ли я, чтобы это происходило. Теперь это меня беспокоит, и я думаю, что, возможно, мне следует проявить инициативу и провести расследование, как это сделал Сюй Сяобин.

Да, точно так же, как Сюй Сяобин.

Гу Цюань сказал, что он планировщик компании, верно? Я могу начать с изучения файлов компании, как Сюй Сяобин изучал документы Мэн Лин. Проверка личных дел сотрудников компании очень проста. В последнее время босс хочет, чтобы я разработал информационную систему управления для компании, чтобы я мог напрямую получать доступ ко всей информации компании. Вэй Фэн из отдела кадров играл в пасьянс на компьютере. Когда я сказал ему, что мне нужно проверить личные дела сотрудников, он бросил мне связку ключей и велел пойти в архив и найти то, что мне нужно, самостоятельно.

Архив был забит шкафами из синтетических материалов, а на полу валялись выброшенные жесткие диски от компьютеров, клавиатуры и прочий хлам. Переступив через пыльный мусор, я осмотрел шкафы вдоль стены. В этой комнате хранились все документы компании с момента ее основания. На одной из дверок шкафа была надпись «Личные дела». Открыв ее, я был поражен огромным количеством документов, но в то же время восхищен Сюй Сяобин. Поистине удивительно, что ей удалось найти дело Мэн Лин среди такого количества бумаг. Я быстро пролистал их, уже чувствуя нетерпение. Я немного подумал, а затем вернулся в главный офис снаружи. Оглядевшись, я увидел, что все заняты, стук клавиатур не позволял понять, кто работает, а кто болтает. Я собирался попросить помощи у Сяо Гэна, но остановился. Хотя Сяо Гэн всегда был готов помочь, он был известен своей небрежностью и мог пропустить некоторые документы — если вообще какие-либо. После долгих раздумий тетя Сюй показалась мне наиболее подходящей кандидатурой для такой работы, требующей терпения и скрупулезности. Она не занята, полна энтузиазма, а ее скрупулезность как бухгалтера – хорошо известное качество. Единственный недостаток – она, вероятно, будет постоянно спрашивать меня, почему я расследую дело именно этого человека. Но это не большая проблема; подумав, я придумал решение.

«Тетя Сюй», — тихо позвала я. Тетя Сюй рассматривала выкройку свитера в журнале. Услышав мой зов, она быстро обернулась. Я помахала ей рукой, и она подошла.

«Тётя Сюй, не могли бы вы оказать мне услугу?» — спросил я.

«Что случилось?» Она вошла в архив и огляделась.

«Ну, — начал я лгать, — компания работает над СНВ, верно? Я одолжил у других компаний кое-какие документы, чтобы посмотреть, но сейчас не могу их найти. Не могли бы вы помочь мне их поискать?» На удивление, на этот раз я не покраснел, когда лгал.

«Что?» — ахнула тётя Сюй, уставившись на стену, увешанную документами. — «Ищешь это здесь?»

«Их не так уж много», — быстро объяснила я, подтаскивая её к шкафу с личными делами. «Он здесь. Помоги мне найти дело на „Гу Цюаня“». Прежде чем она успела что-либо сказать, я уже сложила руки вместе и умоляюще произнесла: «Пожалуйста, пожалуйста, помоги мне его найти».

«Хорошо», — вздохнула она, закатила глаза и сказала: «Почему ты всегда такой забывчивый?» Затем она начала рыться в стопке файлов. Я вздохнула с облегчением и начала искать вместе с ней.

Мы долго искали, наши носы и руки были покрыты пылью, мы переворачивали личные дела вверх дном, но так и не смогли найти ни одного дела на «Гу Цюаня». Я уныло махнул рукой и сказал: «Похоже, его нет».

«Не волнуйтесь». Тётя Сюй ещё раз просмотрела уже изученные документы, но так и не смогла найти информацию о Гу Цюане.

«Похоже, их совсем не осталось». Она посмотрела на меня. «Если мы не сможем вернуть товар, это большая проблема?»

«Это не большая проблема, просто немного неловко», — сказал я. На самом деле, всё было наоборот. Отсутствие досье Гу Цюаня не вызвало бы ни у одной компании чувства неловкости, но ситуация с Ли Юньтуном была большой проблемой. По крайней мере, кто-то вроде Мэн Лин оставил досье, что убедило меня и Сюй Сяобина в том, что нам не мерещится. Но у этого Гу Цюаня даже досье не было; он всё больше и больше становился похожим на вымышленного персонажа.

Возможно, изначально он был вымышленным персонажем.

Я невольно вздохнула.

«Хорошо, просто будь осторожнее в следующий раз», — утешала меня тетя Сюй, и я могла только кивнуть.

Когда я вернул ключ Вэй Фэну, он все еще играл в карты и настаивал на том, чтобы показать мне свой блестящий послужной список. Я был занят и не хотел с ним разговаривать, поэтому просто развел перед ним свои темные руки и позволил ему немного посмеяться надо мной, после чего быстро пошел в ванную, чтобы помыть их.

Я только что вымыла руки, когда Оуян окликнул меня снаружи: «Цзян Лин!»

"Эй!" Я стряхнул с рук капли воды и вышел. "Что случилось?"

«Пойдем со мной». Он поправил несколько листов бумаги на столе и аккуратно сунул их в портфель. «Начальная школа Ванъюэ хочет, чтобы мы создали информационную систему. Тебе придется пойти со мной».

«Начальная школа Ванъюэ?» — я подсознательно повторила название, словно где-то уже слышала его.

«Что? Ты там была?» Он уже собрал вещи и ждал меня. Я быстро покачала головой, схватила сумку и вышла. Тётя Сюй крикнула мне вслед: «Цзян Лин, подожди», — она догнала меня, — «Не могла бы ты заодно купить мне две унции пряжи? Разве рядом с начальной школой Ванъюэ нет оптового рынка пряжи?» Она протянула мне кусок светло-зелёной пряжи: «Купи вот такую».

«Хорошо». Я осторожно убрала нитку. Оуян украдкой скривился. Тётя Сюй резко повернула голову, так сильно его напугав, что он быстро принял серьёзное выражение лица. Следы этого выражения ещё долго не сходили с его лица. Я невольно расхохоталась.

Начальная школа Ванъюэ расположена недалеко от пригорода. Мы пересаживались два или три раза, выдержав двухчасовую поездку по ухабистой дороге. Мы задремали в автобусе, и к тому времени, как он наконец остановился у школьных ворот, было уже почти четыре часа. Выйдя из автобуса, мы поняли, что снова начался дождь; небо потемнело, земля была мокрой, и в воздухе витал запах сырости. Мы ускорили шаг и перешли через школьную стену. Привратник подозрительно посмотрел на нас и уже собирался остановить, когда из-за сторожки вышел мужчина средних лет в очках. Оуян тут же окликнул: «Директор Ли», представил нас друг другу, и мы вместе вошли в школу.

Директор Ли, глава Управления по академическим вопросам, провел нас мимо клумбы прямо напротив главных ворот к совершенно новому офисному зданию сбоку. По пути он и Оуян непринужденно болтали, а я молча следовал за ними, просто с любопытством наблюдая за начальной школой. Были занятия, и на территории кампуса было тихо и мало людей. Главное учебное здание впереди, а также лаборатории и офисные здания по обе стороны, были недавно построены и выглядели довольно внушительно даже в этот пасмурный, дождливый день. Только старое трехэтажное здание с северной стороны выглядело довольно обветшалым; мне было интересно, для чего оно использовалось, а клумба перед ним заросла сорняками, что указывало на то, что за ним давно не ухаживали. Когда мы подошли к офисному зданию, Оуян сказал мне подождать внизу, пока он и директор Ли поднимутся наверх за документом и скоро вернутся. Стоя в одиночестве внизу, чувствуя скуку, я невольно перевел взгляд на старое здание, расположенное рядом с новым офисным корпусом. Я медленно подошел к зданию. Оно стояло, окутанное моросящим дождем, его почерневший фасад, казалось, был покрыт мхом. От него исходила гнетущая атмосфера, наполнявшая меня чувством меланхолии. Это здание напомнило мне начальную школу, которую я посещал в одном из южных городов. Когда я там учился, все здания были такими же высокими, как это, и построены из тех же материалов. Но к тому времени, когда я учился в старших классах, школа была полностью отремонтирована, и все следы прошлого исчезли. Когда мы, бывшие ученики, иногда возвращались в школу, чтобы вспомнить школьные годы, мы находили все новое. Единственная связь со школьными годами, помимо нескольких седовласых учителей, исчезла, оставив нас с глубоким чувством утраты. Увидев снова это здание в начальной школе Ванъюэ, я почувствовала невероятную знакомость, но царившая в нем атмосфера запустения и разрушения заставила меня остро осознать огромную силу времени.

Я подошёл к входу в здание и обнаружил, что лестничная клетка заблокирована железными воротами, запертыми ржавым замком. Было ясно, что здание больше не открыто для публики. У его основания лежали строительные леса и беспорядочно сваленные бамбуковые планки и кирпичи. Обернувшись к зданию сбоку, я обнаружил, что половина его уже снесена. Похоже, подобные сооружения долго не простоят. Вспоминая свои школьные годы, я боялся, что смогу найти следы только на фотографиях. Меня переполняли эмоции, и я обошёл здание. Грязь и мох не могли скрыть многочисленные маленькие следы обуви — так было всегда. Каждый слегка загадочный уголок школы был излюбленным местом учеников. Это старое здание, теперь запертое, должно быть, было идеальным местом для приключений учеников начальной школы.

Вернувшись к фасаду здания и подняв взгляд, я увидел ряды темных, пустых окон в открытом коридоре. На некоторых окнах были разбиты стекла, что делало атмосферу еще более мрачной. Интересно, какие дети когда-то здесь учились. Когда они когда-нибудь вернутся и увидят руины разрушенного здания, я думаю, они почувствуют ту же меланхолию, что и я.

Когда я поднял глаза, по коридору третьего этажа внезапно пробежала маленькая фигурка. Она была похожа на серую тень, мелькнувшую в коридоре. Как раз когда она собиралась исчезнуть из моего поля зрения, она внезапно остановилась.

Это был мальчик. Из-за темноты я не мог четко разглядеть его лицо, только бледное пятно, парящее над темными зданиями. Он наклонился и посмотрел на меня, большая часть его тела торчала из-за перил. Это меня очень встревожило, поэтому я крикнул ему: «Осторожно, не упади!» Он тут же отпрянул, но все еще высунул голову и посмотрел на меня.

«Сейчас урок, почему тебя нет на уроке?» — громко спросил я его.

Он молча посмотрел на меня, затем внезапно отшатнулся, убежал по коридору и исчез.

«С кем ты разговариваешь?» — спросил Оуян, спустившись вниз. Он и директор Ли стояли рядом со мной, глядя на здание, пока я смотрел на него.

«Там наверху ребёнок, наверное, прогуливает школу», — сказал я директору Ли, указывая наверх.

"О?" Директор Ли поднял голову, огляделся, затем подошел к двери здания и проверил замок. Он с некоторым сомнением спросил: "Дверь не была заперта? Вы не ошибаетесь?"

«Верно», — уверенно ответил я. Видя мою уверенность, директор Ли позвал двух охранников, которые открыли железный замок внизу и поднялись наверх для патрулирования. Затем директор Ли повел меня и Оуяна к зданию лаборатории, говоря по пути: «Все материалы нашей школы хранятся в архиве на первом этаже. Если вам что-нибудь понадобится, просто скажите архивисту, и мы сделаем все возможное, чтобы вам помочь. Главное, чтобы этот проект CIS был впечатляющим и динамичным, что соответствует имиджу нашей школы».

«Понятно, понятно», — сказал Оуян. «Нам также нужно проанализировать ситуацию, чтобы понять, какую информацию мы можем использовать».

Фактически, мы уже получили основную информацию о системе корпоративной идентичности (CIS) начальной школы Ванъюэ. Управление школой относительно стандартизировано, но ей не хватает каких-либо отличительных черт, а методы обучения ничем не примечательны. Найти что-либо уникальное действительно сложно. Кроме того, разногласия между руководителями команды CIS значительно осложнили работу для меня и Оуяна. На этот раз мы планируем получить доступ к их базе данных, чтобы поискать файлы учителей, награды учеников и другую подобную информацию, чтобы выявить какие-либо важные моменты. Конечно, мы не можем говорить об этом напрямую клиенту. Даже если наше мнение будет полезным, мы не можем просто сказать, что у них отсутствуют какие-либо уникальные характеристики; мы должны действовать косвенно. Особенно клиенты с некоторым образованием обычно считают, что очень хорошо знают свою компанию. Если мы напрямую запрашиваем определенные материалы, предоставленные нами материалы уже прошли многоступенчатую проверку, оставляя только то, что они считают наиболее ценным — на самом деле, много ценной информации упускается в процессе их внутренней проверки. «На самом деле мы не сильно отличаемся от наших клиентов, но мы более объективны, поэтому на нас не влияют стереотипы мышления, и мы с большей вероятностью выявим главные преимущества продукции наших клиентов». Это слова Оуяна, сказанные нашему отделу планирования и дизайна во время тренинга, когда я только пришла в компанию, и я думаю, что в них есть большой смысл.

Директор Ли проводил нас в архив, где девушка, заведующая архивом, представила нас, дала несколько указаний и ушла. У девушки, заведующей архивом, по фамилии Гуань, были глаза в форме полумесяца, которые, казалось, улыбались даже тогда, когда она не улыбалась, создавая вокруг себя ощущение комфорта.

«Какая информация вам нужна?» — спросила Сяо Гуань, глядя на нас изогнутыми бровями и улыбающимися глазами.

«Можно зайти и осмотреться?» — спросил Оуян.

«Хорошо». Сяо Гуань без колебаний открыл дверь в архив и проводил нас внутрь.

Архив в начальной школе Ванъюэ был похож на другие архивы, которые я видел: большое закрытое помещение с плотными шторами, висящими на окнах со всех четырех сторон, из-за чего, чтобы что-то разглядеть, даже днем приходилось включать свет. Ряды книжных полок из синтетического материала были заперты, а несколько пыльных папок с документами были свалены у стены. Кроме того, там стояли стол и стул, и воздух был наполнен резким запахом влажной, затхлой бумаги. Оуян подошел к шкафу с надписью «Записи о наградах и наказаниях» и жестом попросил Сяо Гуаня открыть дверцу. Сяо Гуань усмехнулся: «Он не заперт; это не секрет». Видимо, все замки на нем были бесполезны; Оуян просто потянул, и дверца открылась. Он…

Оказалось, что замки на этих шкафах были совершенно бесполезны. Оуян открыл один и начал листать стопку документов. Я же отошёл в другую сторону, бесцельно рассматривая бумаги. Сяо Гуань последовал за мной и с любопытством спросил: «Какие документы ты просматриваешь?» Я немного смущённо почесал затылок: «Мы просто наугад листаем их, надеясь найти что-нибудь полезное».

«Ох», — Сяо Гуань усмехнулась и понизила голос: «Этот парень довольно симпатичный». Она имела в виду Оуяна. Я посмотрела на Оуяна, но он, казалось, ничего не услышал и все еще серьезно листал документы. Поэтому я прошептала: «Если присмотришься, то увидишь, что он очень некрасивый».

Как я и ожидал, Оуян внезапно кашлянул и сказал: «Не разговаривайте во время работы», — его взгляд по-прежнему был прикован к документам, — «особенно не говорите плохо о других».

Мы с Сяо Гуанем расхохотились.

Мы болтали по дороге, и Сяо Гуань помогала мне просматривать различные документы. Иногда мы обсуждали человека или событие, упомянутые в документах, и Оуян время от времени присоединялся к нам. Большинство документов оказались не очень полезными, поэтому я сосредоточилась на записях о важных событиях с момента основания школы и информации о бывших директорах, обнаружив, что она совпадает с информацией, предоставленной школой. Оуян предложила мне посмотреть личные дела учителей, сказав, что, возможно, некоторые известные учителя могли бы послужить материалом. Личные дела учителей занимали целый шкаф, и я бегло просмотрела их. Сяо Гуань сначала что-то говорила рядом со мной, но поскольку я была поглощена чтением, я не обратила на нее внимания, и она тихо ушла.

Проанализировав более тридцати материалов для учителей, я выбрала несколько наиболее интересных и отложила их в сторону. Затем я потянулась, заглянула в шкаф и достала следующую подборку материалов.

Это информация о женщине-учительнице.

Это информация о женщине-учительнице по имени Мэн Лин.

Я наконец вспомнила, почему слова «Начальная школа Ванъюэ» показались мне знакомыми. Оказалось, я уже видела это название в документах, которые Сюй Сяобин принесла мне вчера вечером, в частности, касающихся Мэн Лин. До того, как стать секретарем в компании «Хуйнань Технологическая компания», Мэн Лин преподавала в начальной школе Ванъюэ. Документ у меня в руках был довольно простым, и я уже видела его содержание в документах, которые принесла Сюй Сяобин. Если у меня когда-либо и были хоть малейшие сомнения в отношении Сюй Сяобин, то теперь, с этим документом, последние подозрения полностью исчезли — как бы искусно Сюй Сяобин ни умела фабриковать ложь, она никак не могла проникнуть в архивы начальной школы Ванъюэ.

«Сяо Гуань», — сказала я, держа в руках лёгкий, на удивление тяжёлый документ. Я подошла к Сяо Гуань, открыла обложку и небрежно улыбнулась: «Эта учительница такая красивая». На первой странице документа была цветная фотография Мэн Лин размером в один дюйм, явно сделанная вскоре после её окончания школы, а может быть, даже ещё во время учёбы. В то время её волосы были не такими длинными, как те, что я видела в документах Сюй Сяобина прошлой ночью; они были короткими, до плеч, образуя тёмную блестящую сетку, плотно облегающую её слегка детское улыбающееся лицо с оттенком застенчивости в глазах.

Сяо Гуань взглянула на документы и с удивлением воскликнула: «Правда? Какая красивая учительница! Почему я её раньше никогда не видела?» Она взяла документы в руки и поспешно пролистала их, сказав: «О, тут ошибка?»

«Что не так с тем, что ты написала?» Я был готов к тому, что она не знает Мэн Лин, но всё равно немного разочаровался, когда она это сказала. Когда она задала этот вопрос, я подумал, что что-то произойдёт, и очень обрадовался.

«Вот», — она указала на дату отъезда Мэн Лин. — «Это определенно ошибка. Я работаю здесь три года и никогда не слышала о такой учительнице. Но здесь написано, что она ушла из школы год назад. Если это так, то я точно ее знаю!»

"Ах." Понятно. Я немного разочаровался. "Вы никогда раньше не слышали этого имени?"

«Нет». Она покачала головой.

«Не могли бы вы помочь мне найти какую-либо другую информацию о ней?» — спросил я. «Пожалуйста, найдите любую информацию, содержащую ее имя или фотографию».

«Зачем это тебе?» — удивленно спросила она.

«Планирование иногда требует неожиданного подхода», — пробормотал я. Сяо Гуань, казалось, мне не поверила, но не стала задавать лишних вопросов и начала помогать мне разбирать стопку документов. На этот раз, имея в виду конкретную цель, поиск прошел быстро, обнаружив большую стопку планов уроков, отчетов о работе, заметок о посещениях на дому и даже ее собственные файлы учеников. Изначально я просто искал эти документы из любопытства, не понимая их назначения. Однако, когда я увидел имена людей, связанных с Мэн Лин, перечисленные в документах, я вдруг понял, что это может быть способом доказать существование Мэн Лин. Прошлой ночью мы с Сюй Сяобин оба размышляли о ее существовании. Это явление было необъяснимым: существовало множество доказательств ее существования, но никто не мог доказать ее существование — только физические доказательства, никаких свидетелей, и невозможно, чтобы так много людей лгали. Даже если она действительно была призраком, кто-то должен был ее видеть, раз уж она действительно существовала.

Шум, который мы издавали, перелистывая документы, привлек внимание Оуяна. Он подошел к нам и спросил: «Что вы ищете? Какую-нибудь ценную информацию?» Его вопрос немного смутил меня. Хотя Оуян был добродушным, в конце концов, он был директором по планированию. Было бы неправильно, если бы он увидел, как я рассматриваю информацию, не имеющую отношения к делу. Моя едва скрываемая паника рассмешила Оуяна. «Что происходит?» Не говоря ни слова, он взял у меня из рук папку с документами Мэн Лин. Я уже собиралась объяснить, когда он поднял бровь. «Разве это не Мэн Лин?»

Моё сердце бешено колотилось, быстрее, чем когда-либо прежде, словно беспокойное пушечное ядро, стучащее в груди, заставляя меня думать, не взорвётся ли моё тело в любой момент. Я прижала руку к сердцу: «Ты знаешь Мэн Лин?»

«Конечно», — Оуян небрежно пролистал папку. «Эта девушка очень трудолюбива, но ничего интересного о ней узнать не нужно — зачем вам её информация?»

«Откуда вы её знаете?» — с тревогой спросила я, не потрудившись ответить. Он заметил моё странное выражение лица, посмотрел на меня с некоторым удивлением, закрыл документ и легонько постучал пальцами по обложке: «Зачем вы искали её информацию?»

Я на мгновение потерял дар речи, не зная, как ответить, и мое лицо покраснело. Я никак не ожидал встретить человека, знающего Мэн Лин, да еще и так быстро. Еще более невероятным было то, что этим человеком оказался Оуян. Мне отчаянно хотелось расспросить его обо всем, что касается Мэн Лин, но прежде чем это сделать, мне нужно было найти причину, чтобы объяснить свой интерес к ней.

Но я не могу найти разумного объяснения.

Стоит ли мне рассказывать Оуяну всё? Эта мысль едва пришла мне в голову, как её тут же отвергли — никто бы в это не поверил, так же как они считали Ли Юньтуна психически неуравновешенным, Оуян наверняка подумает, что я тоже психически неуравновешен.

«У меня есть свои причины», — прошептала я. Ответ был настолько слабым и неубедительным, что я невольно сильно прикусила губу — какая же я глупая.

И действительно, Оуян быстро спросил: «Какая причина?»

«Она прекрасна». По какой-то необъяснимой причине мне вдруг пришла в голову эта мысль, и как только я произнес эти слова, я сам удивился — что это за причина?

«Но она же женщина», — Оуян выглядел довольным, но в его глазах читалась строгость. «Красива она или нет — не ваше дело».

«У меня есть друг, который в неё влюблён». Начав лгать, трудно остановиться, особенно если это не совсем ложь — владелец книжного магазина действительно влюблён в Мэн Лин. Хотя я и не делал этого ради владельца, я не говорил, что ищу информацию о ней для своего друга. Я просто сказал, что он в неё влюблён. Как это воспримет Оуян — его дело… Я отчаянно пытался оправдаться в своих мыслях.

Не знаю, поверил ли мне Оуян, но он сменил тему: «Вы нашли нужную нам информацию?»

«Нет». Я опустила голову, чувствуя некоторый стыд.

«Поторопись и найди». Он вернул мне документ и повернулся, чтобы поискать в других картотеках. Я быстро собрала документы Мэн Лин и начала усердно искать то, что мне было нужно для работы. Увидев мое внезапно серьезное выражение лица, Сяо Гуань высунул язык и ушел. Я украдкой взглянула на Оуяна; его лицо было очень сосредоточенным, и я не могла понять, о чем он думает. Оуян обычно очень веселый и не строгий с нами; он, наверное, не будет меня ругать на этот раз, верно? Я почувствовала себя довольно неловко. Искать не относящуюся к делу информацию в рабочее время определенно неправильно, но он знал Мэн Лин, и это я не могла упустить. Я сжала кулак в тени, чтобы подбодрить себя, и начала доставать блокнот, чтобы записывать полезную информацию, которую находила.

Время тянулось медленно, пока мой разум проносился сквозь строки подписей и почерка, словно сито, постоянно отсеивающее бесполезную информацию. Ценное содержание тщательно переписывалось в мой блокнот. Я был настолько сосредоточен, что не замечал окружающих звуков; казалось, будто я единственный человек, оставшийся на свете. Только когда Оуян похлопал меня по плечу, я поднял взгляд от этой похожей на муравейник кучи документов: «А?»

Оуян рассмеялся и посмотрел на мой блокнот: «Ты действительно много чего нашел. Почему ты так увлечен? Я звонил тебе несколько раз, но ты не отвечал».

"Что?" — почесал я затылок.

«На сегодня достаточно, пошли», — сказал он, убирая найденные мной вещи на свои места. «Какие мысли?»