Сердце Сун Мэнъюань замерло, но она выдавила из себя улыбку: «Возможно, это произошло из-за того, что она не приняла лекарство».
«Ты действительно была невежлива с председателем», — улыбнулась Пэй Ютин, а затем с оттенком обиды добавила: «Ты видела, что исход дела в твою пользу, поэтому молчала. А что случилось с тем сестринским узами, которые мы обещали друг другу?»
Сун Мэнъюань с натянутой улыбкой сказал: «Сестра Пэй, пожалуйста, потерпите еще немного. Я посмотрю, смогу ли я через пару дней уговорить председателя смягчить условия».
Она успокоила многих руководителей компании, а затем тайно проконсультировалась с доктором Ляном, описав состояние Ци Е и спросив, связано ли это с предыдущими ударами.
Спустя некоторое время доктор Лян поставил диагноз: «Ее состояние напоминает гипоманию. Это заболевание обычно возникает внезапно, и хотя внешне может показаться незначительным, человек, страдающий от него, может проявлять более выраженные и заметные поведенческие особенности, становясь очень оптимистичным и несколько импульсивным. Состояние может прогрессировать до очень четкой, поддающейся диагностике стадии в течение одного-двух дней, и для его восстановления часто требуется несколько недель. Если, как вы ранее указывали, неожиданное событие два дня назад спровоцировало начало заболевания, и сегодня третий день, симптомы будут довольно выраженными».
Сун Мэнъюань с трудом сдержала эмоции, вспомнив, как позавчера появилась Сяо Цзинь и, уловив ее ошибку, внезапно выиграла спор. Ее мышление было, несомненно, активным, а поведение – явно инициативным. Это было совершенно нехарактерно для нее и очень соответствовало симптомам гипомании.
Доктор Лян: Однако у меня всё ещё есть некоторые сомнения. Вам лучше попытаться связаться с первоначальной личностью и понаблюдать за её состоянием. Я не хочу делать поспешных выводов и влиять на ваше суждение.
Эти слова еще больше встревожили Сун Мэнъюань. Она вспомнила информацию, которую нашла в интернете: пациенты с диссоциативным расстройством идентичности часто одновременно страдают от других симптомов психических заболеваний.
Возможно, у Ци Е сейчас очередной приступ психического расстройства?
Глава 101
======================
Понимая, что больше затягивать не стоит, Сун Мэнъюань посоветовала Ци Е лечь спать пораньше. Она даже пододвинула стул и села рядом с кроватью, чтобы проследить, уснет ли Ци Е.
Ци Е явно не могла уснуть, ворочаясь в постели и меняя позы примерно каждую минуту. Сун Мэнъюань смотрела на нее, думая, что если она не требует секса в такой момент, то у нее, должно быть, есть что-то гораздо более серьезное, и она давно строила планы. Размышляя о том, чего хочет Ци Е, она мысленно вздохнула.
Через двадцать минут Ци Е резко сел и выпроводил Сун Мэнъюаня: «Я совсем не могу спать, пока ты за мной наблюдаешь».
Сун Мэнъюань, после чего, невзначай, дала несколько советов и вернулась в спальню, где села на край кровати. Букет на прикроватной тумбочке снова сменили.
В Луаньчэне наступил июнь, и погода уже была довольно жаркой. Однако флорист, заказавший букет у Ци Е, не прислал ничего успокаивающего; вместо этого он прислал три пухлых подсолнуха, а также несколько роз цвета шампанского и маленьких роз оранжевого цвета, с листьями эвкалипта, как всегда, добавляющими ярких красок. Цветы выглядели яркими и полными жизни, словно воплощение духа Ци Е.
Сун Мэнъюань вздохнула, открыла блокнот и внимательно посмотрела на сегодняшнюю карточку: «Я пойду навстречу своей стране, словно подсолнух».
Это предложение казалось одновременно полным и неполным, подумала Сун Мэнъюань, у которой разболелась голова. Тон был высокомерным, но очень серьезным, а стиль немного отличался от обычного. Может ли это быть также следствием гипомании, о которой упоминал доктор Лян?
Она ждала почти два часа, и когда посмотрела на часы, было уже почти полночь. Не раздумывая, она убрала блокнот, выключила свет, перевернулась и легла на кровать, небрежно укрывшись тонким одеялом. В комнате внезапно стало темно и тихо.
Спустя полчаса Ци Е распахнул дверь и босиком молча подошел к кровати. Он с большим недовольством посмотрел на Сун Мэнъюань. Она так недолго ждала сегодня!
Она надула губы, собираясь отчитать Сун Мэнъюаня, когда вдруг увидела, как фигура на кровати слегка пошевелилась. Хотя она знала, что спящие люди иногда совершают небольшие движения, сердце все равно замерло в груди.
В следующее мгновение она увидела, как человек на кровати внезапно сел, что так сильно ее напугало, что она чуть не подпрыгнула от неожиданности и с глухим стуком упала на ковер. Включилась настенная лампа, отчетливо осветив лицо Сун Мэнъюаня.
Они посмотрели друг на друга и на несколько секунд замолчали.
Сун Мэнъюань подошла к краю кровати и потянула Ци Е за руку. Ци Е, ничего не понимая, потянулся к ней, но внезапно пришел в себя, оттолкнул ее, отдернул руку и, надувшись, сел, обхватив грудь ногами. Через некоторое время он почувствовал, что что-то не так, и быстро встал, чтобы уйти.
"Ци Е!" — Сун Мэнъюань вовремя схватила ее за рукав: "Ты не спала всю ночь только назло мне?"
Ци Е не обернулась, стиснув зубы, чтобы продолжить идти. Неожиданно Сун Мэнъюань отказалась отпустить её. Затем она услышала тяжёлый глухой удар — кто-то упал с кровати на пол, за которым последовал вздох. Её сердце замерло, и она поспешно обернулась, чтобы увидеть Сун Мэнъюань, действительно лежащую на полу, на коленях, одной рукой держащуюся за край кровати, словно она упала.
Она вздрогнула и быстро обернулась, чтобы помочь Сун Мэнъюань. Сун Мэнъюань тут же схватила Ци Е за руки, глаза ее наполнились слезами, голос дрожал и был тонким, почти бездыханным: «Ты так на меня злишься, что не хочешь со мной разговаривать? Я даже не могу тебя увидеть?»
Сердце Ци Е замерло. Он безучастно смотрел на слезы, наворачивающиеся на глаза Сун Мэнъюань. Обида, гнев и разочарование в его сердце внезапно утихли, но он все еще чувствовал нежелание. Поэтому он просто отвернул голову и отказался смотреть на нее или говорить хоть слово.
Сун Мэнъюань цеплялась за руки Ци Е, едва держась на ногах. Ее руки крепко сжимали руки Ци Е, но ноги дрожали, и она, споткнувшись, прислонилась к нему.
Ци Е быстро протянул руку и крепко обнял Нуань Ювэньсян. Затем он почувствовал, как тонкие, но чувственные руки Сун Мэнъюань обнимают его, ее голова уткнулась ему в грудь, а из ее губ вырываются тихие всхлипы.
"...Ты меня до смерти напугал в тот день...Я так волновался за тебя...Я хотел поговорить с тобой...но не мог...Ты все еще злишься на меня...Ты действительно больше никогда меня не увидишь...?"
Ци Е запаниковал и заколебался: "...Я этого не делал..."
"...Так ты все еще хочешь уйти? Ты все еще не хочешь со мной разговаривать?" Сун Мэнъюань подняла голову, и в полумраке тени Ци Е в ее глазах отразился свет, и можно было ясно увидеть блестящие слезы, стекающие по ее щекам.
Сердце Ци Е словно разбилось вдребезги от этой единственной слезы, и глаза его невольно защипнули. Он пробормотал приглушенным голосом: «Я… я не уйду».
"Ты всё ещё на меня злишься?"
Ци Е замялся, вспомнив, что произошло пару дней назад. Он надулся, его глаза забегали, он не знал, как ответить.
Увидев выражение лица Ци Е, Сун Мэнъюань поняла, что на этот раз та действительно разозлилась. Она также беспокоилась о том, как отреагирует, если Ци Е затронет тему прошлого. Стоит ли ей действительно возобновлять с ней отношения?
Давайте просто попробуем избежать наказания.
Затем Сун Мэнъюань крепче сжала руки и продолжила притворяться слабой: «Я знаю, что причинила тебе боль, и я не прошу у тебя прощения, но позволь мне хотя бы увидеть тебя и убедиться, что ты жив и здоров... тогда я смогу успокоиться».
Ци Е понимал, что Сун Мэнъюань искренне за него волнуется, поэтому он расслабился и тихо спросил: «Ты действительно за меня волнуешься?»
"Конечно, как я мог не беспокоиться о тебе?"
"ой……"
Ци Е все еще колебалась, а Сун Мэнъюань немного волновалась. Она посмотрела вниз и увидела, что Ци Е снова пришла босиком, поэтому жестом предложила ей сесть обратно на кровать и вышла за тапочками.
Сун Мэнъюань действительно сильно упала; даже ковер смягчил падение, она все еще шла несколько неуверенно. Ци Е наблюдал за ее слегка шатающейся фигурой, его взгляд снова замерцал.
Когда Сун Мэнъюань вернулась, она присела на корточки и положила свои тапочки к ногам Ци Е. В свете фонаря на ее коленях отчетливо были видны большие синяки. Независимо от того, притворялась ли Сун Мэнъюань, чтобы удержать ее, падение было настоящим, и сердце Ци Е снова тронуто.
Слезы текли по ее лицу, когда она прошептала: «Ты все еще любишь меня?»
Сун Мэнъюань колебалась, но интуиция подсказывала ей, что задерживаться слишком долго нельзя. Она медленно подняла голову и посмотрела на Ци Е: «Как ты думаешь, почему я здесь осталась?»
Ци Е посмотрел на нее с обиженным выражением лица: «Ты не скажешь правду. Ты меня совсем не любишь».
Сун Мэнъюань мысленно вздохнула и тихо сказала: «Почему ты думаешь, что я тебя не люблю?»
Ци Е пристально посмотрел на нее: «Почему ты тогда рассталась со мной? Может, потому что я не читал твои письма, заставляя тебя так долго ждать и разочаровав?»
Сун Мэнъюань была несколько удивлена, но не совсем; Ци Е рано или поздно все равно бы спросил. Она медленно перевела взгляд, затем отвела голову и, спустя долгое время, тихо ответила: «Мм».
Ци Е внезапно наклонился, закрыл лицо руками и, рыдая, прошептал: «Это моя вина. Мне не следовало так часто проверять почту, заставляя тебя ждать меня снаружи… Прости меня, пожалуйста? Обещаю, я больше не совершу этой ошибки… Можешь дать мне еще один шанс?»
Глаза Сун Мэнъюань покраснели, она крепко прикусила нижнюю губу, заставляя себя стиснуть зубы и не соглашаться на просьбу Ци Е. На мгновение она почувствовала себя бессердечной, наблюдая, как Ци Е безутешно плачет.
"...Я знаю, что я сделал не так, я изменюсь... Я понимаю, я больше не буду издеваться над другими... Пожалуйста... не оставляй меня..."
Ци Е вытерла лицо, спина дрожала, она чуть не расплакалась. Сун Мэнъюань, словно проснувшись от сна, поспешно протянула руки, обняла ее за шею, прижалась головой к ее голове и нежно успокаивала: «Не плачь, я здесь с тобой».
"...Но...но ты...больше меня не хочешь..."
Если бы она всё отрицала, Ци Е перевёл бы разговор на тему воссоединения; если бы она призналась, Ци Е снова бы расплакался, и не было никакой гарантии, что то ужасное, что случилось в прошлый раз, не повторится. Сун Мэнъюань обнял Ци Е за голову и, слушая её плач, чувствовал себя совершенно разбитым.
Ей пришлось искать другой выход, и она сказала слегка властным тоном: «Если ты мне не нужен, то что я здесь делаю? Не лучше ли мне просто уйти?» Затем она отпустила руки и сделала движение, чтобы уйти.
Ци Е поспешно схватил Сун Мэнъюаня за руку, его рыдания были заглушены шоком, и он пробормотал: «Ты… ты не пойдешь…»
Она посмотрела на Сун Мэнъюаня глазами, как у маленького зверька, слезы все еще текли по ее лицу, и в панике сказала: «Ты не можешь уйти. Что я буду делать, если ты уйдешь?»
Сун Мэнъюань села рядом с Ци Е, обняла ее, вытерла слезы и сопли и нежно успокаивала: «Кто сказал, что ты уходишь? Посмотри на себя, ты плачешь как ребенок».
Ци Е икнула, плача, и, пока Сун Мэнъюань вытирала ей лицо голыми руками, тихонько всхлипывая: "...Ты раньше целовал меня в таких ситуациях".
«Я не помню, чтобы ты когда-либо так плакала, как я должен тебя так целовать?» Сун Мэнъюань не удержался и сильно ущипнул Ци Е за щеки, а затем шлепнул ее по щекам с обеих сторон. «Хорошо, хорошо?»
"...Нет...икота...ты все еще целовал мои...икота...рта...икота..."
Наблюдая за тем, как Ци Е икает и выдвигает все более необоснованные требования, Сун Мэнъюань внезапно почувствовала смесь абсурда и веселья, а также некоторое раздражение.
Она не была уверена, что всё сложится так, как хотел Ци Е, но как только он увидел её колебание, он тут же принял обеспокоенное и встревоженное выражение лица, погрузился в жалость к себе, и слёзы потекли по его щекам, словно ниоткуда: «Я знал, что ты просто пытаешься меня утешить... В любом случае, я не так хорош, как ты думаешь, ты просто меня ненавидишь...»
У Сун Мэнъюань перехватило дыхание. Но она ещё не закончила. Сердито сказала: «Если ты ещё раз заплачешь, я больше тебя целовать не буду».
Ци Е широко раскрыла глаза и отчаянно заморгала, пытаясь сдержать слезы, но глаза ее выдали, и из каждого глаза все же потекли слезинки. Она замерла, на ее лице появилось выражение отчаяния, и она медленно повернулась, чтобы посмотреть на Сун Мэнъюаня.
Сун Мэнъюань невольно улыбнулась и наклонилась ближе, чтобы нежно коснуться губ Ци Е. Затем она повернулась, нашла влажные салфетки и достала две, чтобы вытереть руки. К счастью, это был Ци Е; если бы это был кто-то другой, она бы испытала отвращение и даже не стала бы вытирать руки.
Она достала еще одну карту, повернулась и нежно вытерла щеку Ци Е. У нее уже был план, и она сказала: «Ты должен вести себя хорошо. Если ты не будешь вести себя хорошо, я больше не смогу с тобой жить».
Ци Е нервно спросил: «Что вы имеете в виду?»
«У тебя хватает наглости так говорить? Я же просила тебя говорить правду, а ты не стал. Ты даже меня лапал. Ты никогда не бырешь. Я тебя об этом просила? И ты все еще хочешь возобновить со мной отношения после всего этого?»
Ци Е тут же поник и заикаясь произнес: «Но разве ты потом не согласился...?»
«Когда я на это согласился? Я прошу вас взять на себя ответственность. Вы сами создали эту проблему, и теперь мне приходится самому все исправлять?»
Ци Е подумал, что это звучит логично, и начал теребить пальцы: «Но... но я... так долго это сдерживал...»
«Тогда почему я не сделал так, как ты? Не оправдывай свои ошибки».
Вытерев лицо Ци Е, Сун Мэнъюань встал и выбросил три использованные салфетки в мусорное ведро рядом с кроватью.
Ци Е на мгновение опешился, затем внезапно осознал происходящее и осторожно спросил: «Ты тоже долго сдерживался, не так ли?»
Сун Мэнъюань повернулась, прижала голову Ци Е к земле, чтобы та не видела ее лихорадочного лица, и со смущением и гневом сказала: «Кто еще такой, как ты, чьи мысли постоянно заняты подобными вещами? Я бы никогда не связалась с таким извращенцем!»
Ци Е всхлипнула и отшатнулась, едва сумев возразить: «Это явно сделала ты тогда…» Она заметила, что Сун Мэнъюань внезапно сильнее сжал ее руку, и быстро замолчала.
«Я не могу согласиться с этим прямо сейчас».
Тело Ци Е внезапно напряглось, кровь в его конечностях словно столкнулась с холодной зимой, замерзла и распространилась на внутренние органы.
«Однако, если вы успешно пройдете испытательный срок, я, возможно, рассмотрю вашу кандидатуру. А до тех пор даже не думайте об этом».
Тон Сун Мэнъюань смягчился, и она отпустила его. Глаза Ци Е внезапно расширились, кровь закипела, и он резко поднял голову, глядя на Сун Мэнъюань со смесью удивления и восторга. Он моргнул, боясь, что ослышался, и попытался получить подтверждение очень смиренным, дрожащим голосом: «Правда?»
Она увидела нежную улыбку Сун Мэнъюань, в которой читалась нотка беспомощности, и невероятно тихий голос: "Правда?"
Лицо Ци Е мгновенно озарилось, весь его облик стал ярче, улыбка в его глазах становилась все шире, а уголки рта растягивались все шире и шире, почти достигая ушей.
«Однако есть одно условие: ты должен вести себя послушно и не делать ничего подобного мне в лицо или за моей спиной. Ты не можешь прикасаться ко мне без моего разрешения, понял?»
Ци Е лихорадочно кивала. Она согласится на все, что скажет Сун Мэнъюань, даже если это будет означать поход на небеса за звездами и луной.
«Сейчас я изложу свою просьбу».
«Что?» — с ожиданием спросил Ци Е.
"Иди спать прямо сейчас."
Сун Мэнъюань последовала за ней и наблюдала, как Ци Е с удовольствием лег на кровать и вскоре уснул. Она посидела еще несколько минут и увидела, что дыхание Ци Е стало ровным. Она хотела проверить, действительно ли Ци Е спит, но боялась сделать что-то не так, поэтому посидела еще немного и осторожно позвала Ци Е по имени. Увидев, что Ци Е не отвечает, она почувствовала облегчение и на цыпочках отошла.
После того как дверь закрылась, Ци Е медленно открыл глаза в тусклом свете. В его глазах не было радости, только глубокая тоска.
Глава 102
======================
На следующее утро Сун Мэнъюань пришла и обнаружила, что у Ци Е по-прежнему темные круги под глазами, даже хуже, чем два дня назад, и что его брови нахмурены. Прежде чем она успела что-либо сказать, Ци Е открыл глаза, повернулся и сел, выглядя довольно энергичным.