[Переселение душ] Супруга Бога Войны

Глава 48

«Да, они существуют, но боюсь, даже король не увидит их при жизни». Фэн Синле горько усмехнулся, глубокое горечь наполнила его сердце. Все они умерли в ту эпоху; их появление в этом мире и встреча с Фэн Синъином были не чем иным, как чудом. Однако чудеса случаются редко; остальные, вероятно, уже...

«Это не обязательно правда…» — Фэн Синъин на мгновение задумался, его холодный взгляд был устремлен в землю, словно он что-то вспомнил.

«Что? Что-то ещё происходит?» — Фэн Синъин всегда говорила уверенно и никогда не предлагала пустых слов утешения. Услышав её слова, сердце Фэн Синли замерло, и он с тревогой спросил.

«Вы забыли, что за последние шесть месяцев в разных странах сформировалась мощная коммерческая сила, внедрившая систему распределения прибыли и создавшая огромную торговую сеть, которая сейчас распространяется по многим странам. Если подумать, я приехал сюда всего полгода назад, и появление лидера этой организации совпало с моим собственным временем».

«Деловой альянс». Глаза Фэн Синле загорелись, и он чуть не выпрыгнул из объятий Лин Юйсян. Его лицо озарилось яркой и прекрасной улыбкой, полной волнения. В порыве радости он крепко сжал руку Лин Юйсян: «Если это действительно так, то… это должна быть четвёртая сестра! Только она ещё более высокомерна в финансовых вопросах, чем кто-либо из нас!»

Под маской на лице Фэн Синъин появилась улыбка. Он слегка кивнул, в его голосе звучало волнение: «А разве Железнокровная Крепость не породила в мире боевых искусств Богиню Луны? Три месяца назад мир был в хаосе, по всему царству Цинь вспыхнули внутренние распри и восстания. Белоодетая Богиня, легендарная героиня, поразила всех своим мастерством, возглавив героев в отражении нападения Северной Демонической Секты. В битве триста против тысячи она одним махом уничтожила всех членов Демонической Секты Фэншань, не оставив в живых никого, и стала нынешним лидером мира боевых искусств. В сражениях между небольшими группами равной силы, кроме Третьего Брата, я никогда не видел никого, чье мастерство в этом искусстве превосходило бы ваше, Сяо Ли».

Фэн Синле была в замешательстве. Она мало что знала о происходящем в мире боевых искусств. В то время она и Лин Юйсян сражались на перевале Байхуэй и не подозревали о таком внезапном событии в мире боевых искусств. Организация Тянь Ша, к которой принадлежала Фэн Синъин, была тесно связана с миром боевых искусств, и, сравнительно говоря, в этом отношении она была быстрее, чем она сама.

«Третья сестра — потомок одной из крупнейших древних семей мастеров боевых искусств. Если она действительно приедет сюда, то с её умом я первая поверю, что она не сможет стать номером один в мире боевых искусств». Цзин Си была так счастлива, что не могла перестать смеяться, почти танцуя от радости. Фэн Синле была потрясена. Такое замечательное открытие сделало её невероятно счастливой.

Хотя слова Фэн Синле не смутили этих троих мужчин, они не могли не восхититься. Как и следовало ожидать от семьи, породившей Фэн Синле, каждая женщина была чудовищем!

«Кто из нас, сестер Фэн, добровольно останется в безвестности? Это действительно они; они наверняка скоро прославятся. Тогда мы сможем подтвердить наши контакты. Но, похоже, у вас сейчас какие-то проблемы». Фэн Синъин вздохнула, ее взгляд стал серьезным и странным. Она сказала низким голосом: «Сяо Ли, как ты оказался вовлечен в дела царства Цин? Я не помню, чтобы у тебя были какие-то сомнительные наклонности! Не вини меня за то, что я тебя не предупредила, я полна решимости вмешаться в дела царства Цин! Если мы столкнемся, будет очень трудно».

«Ты хочешь вмешиваться в дела царства Цин?» На лице Фэн Синле тут же отразились удивление и сомнение. Она слишком хорошо знала, какие люди Фэн Синъин. Если только она действительно не разозлит её, она даже не взглянет на неё. Какой же невезучий парень в царстве Цин мог её так обидеть?

В этот момент Яо Тяньлинь не удержался и вмешался: «Тот, кто играл с Призрачным замком Драконьей Бороды, был послан тобой?»

Причиной, по которой они столкнулись с Фэн Синъин, стало то, что её одежда была почти идентична одежде остальных, даже расположение мешочка на поясе. Однако она явно несла гораздо больше странных предметов, чем те, кто их преследовал.

В глазах Фэн Синъина сверкнул убийственный блеск, его леденящая душу жажда убийства заставила температуру внутри каменной пещеры резко упасть. Он сплюнул сквозь зубы куски плоти и крови: «Эти люди когда-то были моими подчиненными, и Цепи Драконьей Бороды были одним из изобретенных мной видов оружия, но теперь они больше не достойны стоять рядом со мной! Я пришел сюда по двум причинам: во-первых, чтобы найти Сяо Ли; во-вторых, чтобы сокрушить тех, кто предал меня одного за другим! В-третьих…»

Ее взгляд внезапно упал на Цинли, словно она колебалась.

Цинли была озадачена, чувствуя, что глаза показались ей знакомыми, но она никак не могла вспомнить, какие именно. Ее выражение лица помрачнело, когда она задумалась: «Предатели, о которых говорила госпожа Ин, — это те, кто пришел меня убить. А пришли меня убить только доверенные лица моего отца. Как госпожа Ин связалась с этими людьми? Может быть… изначально вы пришли сюда ради меня? Или… вы меня знаете?»

Множество вопросов вертелось в умах троих мужчин, хотя никто из них не произносил их вслух. Откуда взялись эти две грозные женщины? Почему они разлучены? Кто их учителя? Казалось, что у них не было никакой связи, словно их разлучила какая-то великая трагедия. И всё же, великий царь Цинь Фэн Синле, каким они его знали, похоже, не совершал ничего подобного! А что касается их молодости, кто мог бы постичь способности и неизбежные достижения других? Всё это было слишком странно. Фэн Синъин и Фэн Синле словно существовали в своём собственном мире, как будто не могли в него вторгнуться ни на шаг.

Блестящие предположения и анализ не вызвали у Фэн Синъин никакой похвалы. Она саркастически улыбнулась и вдруг спросила Фэн Синле: «Вас не беспокоит вопрос идентичности?»

«Хе-хе, а что тут такого? Думаешь, мой Юй Сян испугается меня? Если бы он был таким мужчиной, позволила бы я ему стать?» Фэн Синле, с мерцающим взглядом, вдруг лениво прижалась к Лин Юй Сяну и с улыбкой сказала, что уже догадывается о происходящем.

По словам Фэн Синъин, она появилась на свет всего полгода назад. Если это так, то единственная возможность — она переродилась в другом теле. Предположительно, обладательница этого тела действительно знала Цинли. Если бы её личность раскрылась, то, вероятно, раскрылась бы и её собственная, поэтому она и обратилась к ней.

Но разве Фэн Синли это волновало бы? Разве Лин Юйсян боялся бы, что она — бродячий призрак? Ха, какая шутка! Даже если бы она была демоном или горным чудовищем, этот мужчина никогда бы её не отпустил. Кто такая Лин Юйсян? Разве его чувства поколебались бы из-за чего-то подобного?

Услышав её глубокое доверие, взгляд Лин Юйсян неожиданно смягчился, почти растаяв от нежности. Они снова встретились взглядами, не обращая внимания на окружающих, их нежная привязанность распространялась, когда они погрузились в свой собственный мир. (Как блаженно! Вы двое такие высокомерные!)

«Это правда, Сяо Ли, ты всегда был высокомерным», — пробормотал Фэн Синъин, снимая кожаные перчатки, которые обнажали лишь половину кончиков пальцев. Он закинул перчатки за голову, и со щелчком механизм маски на его руке отвалился. Фэн Синъин быстро снял маленькую цепочку за головой, и маска сползла с его лица, обнажив зловещую улыбку профессионального переговорщика: «Третий принц, думаю, мы можем хорошо поговорить».

Фэн Синъин обладала прекрасным лицом с тонкими чертами и кожей, гладкой и нежной, как нефрит. Несмотря на приглушенный свет, все присутствующие, занимавшиеся боевыми искусствами, могли разглядеть её с первого взгляда. Её фигура была скрыта под облегающим чёрным платьем от шеи и ниже, и хотя это не бросалось в глаза, её красота всё равно была потрясающей. В сочетании с холодным выражением лица, она обладала холодной и прекрасной аурой, и её можно было бы назвать великой красавицей поколения айсбергов.

Когда Цинли столкнулась с этим лицом, все ее лицо исказилось от ужаса! Кончики пальцев непроизвольно задрожали, когда она подняла их, зрение затуманилось, дыхание стало прерывистым, и она в ужасе воскликнула:

"Ты... ты... Наньгун Жоу, супруга наследного принца Жоу! Как это возможно..."

Хаос в Цинцю, глава 86: Что-то не так

«В этом мире нет ничего невозможного, всё зависит только от того, сможешь ли ты это принять». Фэн Синъин холодно потянула за уголки своих напряженных губ, её прекрасное, но зомбиподобное лицо выражало негодование, а голос, из хриплого и невыносимого, сменился на чистый и мелодичный: «Третий принц, вы правы, я пришла сюда специально, чтобы найти вас, чтобы обсудить с вами сделку! Я узнала, что Сяо Ли здесь, только после того, как послала кого-то на расследование. Бай Чжунъянь спустился с горы и ничего не нашёл, поэтому я предположила, что с учётом авантюрного характера Сяо Ли вы, должно быть, застряли в горах, поэтому я и пришла сюда и встретила вас на горной тропе».

Несмотря на непринужденный тон, все присутствующие чувствовали уверенность и мудрость, заложенные в ее, казалось бы, очевидном анализе, и невольно хмурились.

Тяжёлый взгляд Цинли метался между Фэн Синъин и Фэн Синле, и атмосфера внутри пещеры внезапно стала странной. По воздуху распространился гнилостный, рыбный запах, наполнявший его чувством тревоги и удушающей тишиной!

После долгого молчания взгляд Цинли постепенно прояснился, она перестала смотреть на Фэн Синле и сосредоточила свой взгляд на Фэн Синъин.

«Что за сделка?» — небрежно спросил он, его красивое лицо расслабилось.

Фэн Синъин был ошеломлен, и в его холодных глазах появились восхищение и улыбка: «У вас нет никаких сомнений?»

«Я не святая, я не знаю причинно-следственной связи, конечно, у меня много вопросов», — пожала плечами Цинли, повторяя свой предыдущий жест.

Конечно, ему это показалось странным. Наследная принцесса Цинского царства, всегда отличавшаяся нежной и очаровательной красотой, самая прекрасная молодая леди семьи Наньгун, Наньгун Жоу, вдруг превратилась в сварливую особу и необъяснимым образом стала сестрой Фэн Синле. Если у него не было никаких сомнений на этот счёт, значит, он сошёл с ума!

Сама Фэн Синъин ничего не знала, но Цинли знал. Он несколько раз встречался с Наньгун Жоу, и она производила на него приятное и элегантное впечатление, являясь воплощением леди из знатной семьи, оставляя очень глубокое впечатление. Как можно было приравнять такую нежную и добрую женщину к этой холодной и безжалостной, словно из ада? Даже если бы она изменила или скрыла свои способности, скрыть их настолько глубоко было невозможно! Более того, Фэн Синъин, как и Фэн Синли, несомненно, презирала попытки скрывать себя; как ей удавалось десятилетиями поддерживать образ леди в семье Наньгун?

Цинли даже подсознательно задавался вопросом, не питают ли Фэн Синле и Фэн Синъин каких-либо недобрых намерений по отношению к царству Цин, и какие связи у Фэн Синле с семьей Наньгун из царства Цин. Дело было не в том, что у него были такие сомнения, а в том, что все это казалось таким логичным. Почти любой нормальный человек подумал бы примерно так, и даже Лин Юйсян, хмуро уткнувшийся в свои мысли и державший на руках Фэн Синле, не был бы исключением.

Мрачное выражение лица Цинли исчезло, сменившись спокойным, ее лицо озарилось золотистым светом, когда она пристально посмотрела на Фэн Синли с нежной улыбкой: «Однако сомнение есть сомнение, а не уверенность! Однажды Синли спросила меня, доверяю ли я ей, и мой ответ был всего одним словом. Теперь мой ответ остается тем же: я ей доверяю!»

Он с силой произнес слово «доверие», затем глубоко вздохнул и улыбнулся: «Хотя у меня есть сомнения, я знаю, что за человек Син Ли. Возможно, она действительно что-то от нас скрывает, но она никогда не причиняла мне, Цин Ли, ни малейшего вреда! Когда я оказался в ловушке среди трех тысяч царских всадников в царстве Цин, именно она спасла меня, помогла мне и позволила мне преодолеть трудную ситуацию. На этот раз, когда горы были осаждены, я бы наверняка погиб без нее. Она отказалась бросить меня и даже была готова доверить мне свою жизнь, что привело к серьезным ранениям. Если бы я, Цин Ли, не был благодарен Син Ли за ее отношение ко мне, если бы я не знал, как отплатить за доброту, и вместо этого питал бы сомнения и строил бы козни против моей спасительницы, которая столько раз спасала мне жизнь, и против человека, которого я искренне люблю, разве я не был бы хуже свиньи или собаки?»

Яо Тяньлинь, словно что-то почувствовав, спокойно ответил: «Мы с самого начала не собирались контролировать всё, что касается Син Ли. Пытаться заманить её в ловушку было бы всё равно что Цинь Хань вырыл бы себе могилу! Раз у неё есть секреты, даже брат Лин не возражает и не вмешивается, так почему мы должны быть похожи на этих сплетниц и придираться? Или, госпожа Ин, вы не думаете, что Син Ли не стоит того, чтобы мы это делали?»

«Сяо Ли, я никогда не думала, что каждый из этих мужчин будет так предан тебе. Даже третий принц Цинли, который с детства пережил политическую борьбу и должен был бы быть самым подозрительным человеком, в такой странной ситуации нисколько не сомневается в тебе. Это действительно…» Фэн Синъин на мгновение опешилась, затем почувствовала облегчение и вздохнула.

Она огляделась и увидела трех мужчин с такими же ясными и непоколебимыми взглядами, все они широко улыбались. Она действительно не ожидала, что такие прекрасные чувства все еще существуют на этой земле, в этом мире! Такое чистое доверие, мужчины с такими ясными и непоколебимыми глазами! И их было трое!

«Конечно, за кого вы меня принимаете? Тогда даже вы, женщины, были мне так же преданы, не так ли?» — высокомерно рассмеялся Фэн Синле, в его самовлюбленном выражении лица читалась смесь радости и эмоций. Непоколебимый при любых обстоятельствах, Цин Ли имел наглость безоговорочно и рационально доверять ей, доверие, которое тяжело давило на ее сердце, но в то же время приносило утешение. Она была рада, что не ошиблась в его оценке, но беспокоилась, что не сможет ответить ему взаимностью, да и не способна на это. Они так доверяли ей, так много жертвовали ради нее, чтобы в конце концов испытать горечь утраты.

«Хм, посмотри на своё самодовольное лицо, будь осторожен, я раскрою твои секреты своему зятю!» — сердито упрекнул Фэн Синъин. Фэн Синле, поддавшись его самодовольству, отбросил безразличие и яростно пригрозил.

Но она должна была признать, что уникальное личное обаяние и дружелюбие Фэн Синле действительно обладали силой покорять сердца людей! Разве не это привлекало их тогда? Поэтому каждая из них знала, что, хотя она и не была самой выдающейся среди своих сестер во всех отношениях, по общей силе она определенно была номером один! Поскольку все они были готовы служить ей, это означало, что Фэн Синле обладала всеми их знаниями и навыками!

«Вам нужно меня разоблачать? Хм, когда я, Фэн Синле, вообще боялся? Вообще-то, я им уже говорил, но они просто не восприняли это всерьез». Приняв решение, Фэн Синле не стал уклоняться от ответа и заговорил прямо.

«Вы нам рассказали? Когда?» — недоуменно спросили трое мужчин.

«Что? Кто из вас плохо слышит и не расслышал меня? Я тогда говорил, что упал с неба?» — удивлённо спросил Фэн Синле, словно это была целиком их вина.

«Это вы называете "рассказывать кому-то"?» Все трое переглянулись и парировали. Это звучало как шутка, так почему же они должны были воспринимать это всерьез?

Выражение лица Лин Юйсян вспыхнуло, словно он что-то придумал. Он обнял её, оглядел с ног до головы и с удивлением воскликнул: «Неужели я действительно поймал маленькую фею?»

Фэн Синле невольно хихикнула, закатила глаза и, смеясь, отчитала: «Что с тобой не так? Ты действительно думаешь, что мы похожи на фей? Если бы существовали такие же коварные, презренные, хитрые и бесстыжие феи, как мы, разве мир не перевернулся бы с ног на голову? Мы вовсе не феи, а просто люди из другого мира. В том мире мы уже мертвы, и, вероятно, умерли одновременно…» Она помолчала, а затем зловеще хихикнула: «Юй Сян, мы — призраки! Злые призраки, которые много лет бродили по миру людей. Ну и что, тебе уже страшно?»

Лин Юйсян сначала испугался, а затем ошеломился. Почти рефлексивно он крепко обнял её, словно пытаясь слиться с ней воедино. Его красивые брови нахмурились, а длинные, узкие глаза, похожие на глаза феникса, выражали беспокойство и тяжесть: «Боишься! Конечно, боюсь! Мне всё равно, бродячий ты призрак, демон или чудовище, но… Соври, скажи, что ты не исчезла внезапно! Скажи, что ты не покинешь меня!»

Поскольку она никогда и не принадлежала этому миру, вернется ли она когда-нибудь в него?

Осознание этого не позволило Лин Юйсяну успокоиться. Огромный груз навис над его сердцем, не отпуская. Даже в окружении огромной армии он никогда не испытывал такого страха! Казалось, всё вышло из-под его контроля. Одна только мысль о том, что Фэн Синле может исчезнуть в любой момент, вызывала у него боль, словно его разрубали на части мечом слой за слоем!

Испуганный голос беспомощно потребовал от нее обещания. Фэн Синли не ожидала такой реакции от Лин Юйсяна. Она была тронута, но в то же время чувствовала себя беспомощной. Она положила руку ему за спину и нежно похлопала, позволяя его теплому горячему дыханию коснуться ее шеи.

«Пока я ещё в этом мире, конечно, я тебя не покину. Но на самом деле никто из нас толком не знает, как мы здесь оказались. Возможно, во время того взрыва наши души попали сюда из-за пространственно-временного разрыва. Я не могу сказать наверняка насчёт Сяоин и остальных; поскольку прошло полгода, они, должно быть, переродились. Но я нахожусь в этом теле с рождения, что можно считать циклом реинкарнации. Логически рассуждая, моё тело и душа должны быть идеально интегрированы, и моя душа не должна бесцельно скитаться. По крайней мере, за последние десять лет этого никогда не случалось. Так что можешь не волноваться!» Фэн Синле внезапно вспомнил сцену, где он несколько дней назад видел Фэн Цин. Он почти незаметно нахмурился, но воспринял это как совпадение и не обратил на это особого внимания. Он и не подозревал, сколько скрытой опасности таит в себе эта непреднамеренная ошибка.

Однако её слова утешения не успокоили Лин Юйсяна, а, наоборот, ещё больше встревожили его. Он задумался: «Я всё ещё не совсем спокоен. Я советую тебе найти высокопоставленного монаха, чтобы тот проверил твоё состояние. Твоим сёстрам тоже следует пойти; это для твоего же блага. Если ты умрёшь, я заберу тебя с собой в ад!»

«Синле, я также советую тебе сходить к нему. Я не могу смириться с мыслью, что ты внезапно исчезнешь в тот день! Даже будучи Королём Медицины, я не могу вылечить эту странную болезнь. В будущем я буду страдать, потому что никто не станет тратить мои драгоценные лекарства. Мне будет очень одиноко».

«Нам всё равно, человек ты или призрак, ты — Син Ли. Если ты умрёшь, то та же участь постигнет не только брата Лина!»

Фэн Синле нахмурился и покачал головой: «Люди из нашего района никогда не бывают суеверными. Кто знает, настоящие ли эти просветлённые монахи или лжецы? Даже если он действительно способен видеть нашу ситуацию, что, если он хочет изгнать демонов и уничтожить нас? Ты хочешь, чтобы я умер ещё быстрее?»

Лин Юйсян на мгновение потерял дар речи, понимая, что сказанное ею не невозможно, но всё же чувствовал себя неловко и не знал, как решить проблему. Он мог лишь мрачно обнять её. Двое других тоже нахмурились и ломали голову над решением. Конг Ни, казалось, внезапно остыл.

«Ладно, ребята! Со мной всё в порядке, вы же не думаете, что я совсем выбился из колеи? Не волнуйтесь зря. Раз уж вы этого хотите или нет, зачем создавать себе проблемы?» — Фэн Синли выскользнул из объятий Лин Юйсян, ударил их всех троих по голове, словно пытаясь разбудить, и с улыбкой сказал.

«Мы просто волнуемся за вас…» Беспомощные жалобы и смех слились воедино, создав прекрасную картину в пещере.

Фэн Синъин с изумлением смотрела на них троих. С самого начала и до конца они лишь удивлялись, не проявляя никакого страха перед их личностями. Когда это древние люди стали такими открытыми? Как они могли быть так равнодушны к такой странной вещи? Однако, увидев, как все трое смотрят на Фэн Синле, она вдруг поняла. Если они действительно любят друг друга, почему их волнует её личность? Если они так боятся, что у них развилось предубеждение против неё, у Фэн Синле определённо не сложится с ней хороших отношений.

С суровым, похожим на зомби лицом Фэн Синъин кашлянул и напомнил ему: «Вы все закончили обсуждение? Теперь, Ваше Высочество, позвольте мне выслушать ваше мнение?»

«Расскажи мне». Цинли резко обернулась, в ее глазах заиграл острый блеск, и она мгновенно превратилась в почитаемого тысячами в королевстве Цинли маршала. Теперь, когда она знала, что напротив нее не кроткая Наньгун Жоу, а хладнокровная Фэн Синъин, ее поведение, несомненно, изменилось. Однако мысль о том, что Фэн Синъин — сестра Фэн Синли, вызывала у нее необъяснимую неловкость.

«Я помогу вам захватить власть в царстве Цин, но с одним человеком разберусь сам». Действия Фэн Синъина всегда были решительными и безжалостными. Он прямо и холодно заявил: «Не сомневайтесь в моих способностях. Вы должны знать нынешние отношения между семьей Наньгун и императором. Среди могущественных кланов в царстве Цин только основа семьи Наньгун не была полностью уничтожена императором. Учитывая ваше нынешнее отсутствие власти при дворе, если вы хотите как можно скорее захватить власть, объединение сил с семьей Наньгун, безусловно, лучший выбор».

«О?» — выражение лица Цинли слегка изменилось, затем она улыбнулась и спросила: «Похоже, госпожа Ин прекрасно понимает политическую ситуацию и даже знает, что я обязательно подниму восстание? Неужели госпожа Ин действительно хочет помочь семье Наньгун?»

Фэн Синъин подняла бровь и усмехнулась: «Ты даже не знаешь, чья я сестра? Тебе не нужно меня испытывать».

Фэн Синле покачал головой и улыбнулся. «Цинли, тебе совсем не нужно опасаться Сяоин. Мышление Сяоин всегда было простым. Хотя она и видит вещи ясно, она никогда не обращает внимания на национальные интересы. С самого начала и до конца она, вероятно, просто пытается разобраться с этим человеком. Ее мышление гораздо проще моего. Ты хочешь спросить ее, зачем она это делает, верно? Что ж, я могу тебе рассказать, потому что что бы ты ни выбрал, она не понесет никаких потерь. Сяоин, вероятно, думала, что если ты захочешь сотрудничать с ней, в худшем случае она просто взмахнет ножом, и дело останется нераскрытым. В глазах Сяоин, кроме нас, сестер, независимо от того, насколько сильны твои боевые искусства, если она нацелится на тебя, тебя ждет только смерть. Даже если она совершенно голая, у нее в ногтях на руках и ногах спрятаны иголки драконьих усов, и во рту у нее всегда три чрезвычайно острых лезвия. В волосах также есть невидимые, гнущиеся стальные иглы. Любая из них…» В её руках достаточно силы, чтобы в одно мгновение отнять жизнь человека.

Цинли и двое других ахнули от шока. Хотя они и предполагали силу странного скрытого оружия на её одежде, они никак не ожидали, что у неё будет столько секретов даже без одежды! Эта женщина... просто ходячая машина для убийства! Цинли невольно начала восхищаться Фэн Синъин.

«Что касается семьи Наньгун… хе-хе, Сяоин определенно не воспринимает их всерьез, иначе она бы не предложила вам втянуть их в эту политическую борьбу». Яркие глаза Фэн Синле заблестели, их прекрасная глубина, казалось, притягивала взгляд. Затем он усмехнулся: «Она напомнила вам использовать семью Наньгун не из личных мотивов, а просто потому, что считала семью Наньгун достойной внимания. В конце концов, сама Наньгун Жоу происходит из семьи Наньгун. Мы, члены семьи Фэн, всегда любили использовать все доступные ресурсы. Раз уж у нас есть это преимущество, почему бы им не воспользоваться? Сейчас семья Наньгун находится в кризисе. Император намерен лишить их власти, и даже Наньгун Жоу, наследная принцесса, была вынуждена уйти без причины. Если бы вы подняли восстание и захватили военную власть в царстве Цин, и Наньгун Жоу появилась бы вместе с вами, что бы подумала семья Наньгун?»

Лин Юйсян встретил её взгляд своими глазами феникса, и их глубокое взаимопонимание мгновенно стало очевидным. Затем он сказал: «Конечно, мы рассмотрим вопрос о том, есть ли какая-либо связь между принцем Цинли и Наньгун Жоу. Они обязательно пришлют людей, чтобы тайно это подтвердить. Когда это произойдёт, как только вы изложите свою позицию Наньгун Жоу и брату Цин, правдива она или нет, они обязательно помогут вам захватить власть. Вы не можете полагаться только на одно дерево, поэтому вам, естественно, нужно найти более надёжного покровителя. Наньгун Жоу — всего лишь предлог. На самом деле речь идёт о взаимной выгоде для вас и семьи Наньгун. Это политика. Однако они обязательно выдвинут непомерные требования, требуя от вас обещаний о получении реальной власти».

«Тебе следует вести с ними переговоры, притворившись Наньгун Жоу, чтобы предложить им приемлемую цену. После этого…» Глаза Фэн Синлее были полны мудрости и сияли острым светом. Он холодно сложил пять пальцев вместе и провел линию по шее, безмолвно провозглашая судьбу этой семьи.

В этой схеме семья Наньгун была всего лишь пешкой, которую они использовали, чтобы избавиться от неё, как только её выбросили — поистине безжалостная тактика. Семья Наньгун, конечно же, понятия не имела, что Наньгун Жоу уже мертва, больше не заботясь о семейных интересах и полностью игнорируя их жизни. Если обещанные Цинли выгоды были направлены на саму Наньгун Жоу — например, обещание сделать её императрицей, чтобы успокоить семью Наньгун, — откуда они могли знать, что императрица из этой семьи не проявит к ним абсолютно никакого уважения?

«Но мисс Ин…» Цинли перевела взгляд на Фэн Синъин, холодную и ледяную, с леденящей аурой и полным отсутствием человеческого обаяния. По какой-то причине в ее сердце внезапно промелькнула нотка жалости.

«Я уже говорила, ты думаешь, Сяоин это волнует?» — Фэн Синле, заметив его выражение лица, слабо улыбнулся. — «Тогда позволь мне выразиться яснее. Сяоин никогда не заботится ни о чьей жизни или смерти, и ей никогда не бывает скучно. Кроме меня и моих сестер, любого, кто встанет у нее на пути, она убьет, будь то император или царь Подземного мира. Именно так появилась ужасающая Тень Резни в подземном мире нашего мира. Даже если ты станешь императором в будущем, если встанешь у нее на пути и разозлишь ее, она, вероятно, убьет тебя без колебаний. Если вы двое столкнетесь, я не помогу ни одному из вас, но должна сказать, что вы, скорее всего, проиграете».

Боже мой, как вообще на свете может существовать такая женщина!

Цинли невольно вздрогнула и пробормотала: «Неужели все дети, рожденные в вашей семье Фэн, такие уроды?»

«Урод? Возможно», — холодно и чопорно ответила Фэн Синъин. — «Чтобы показать свою искренность, я, естественно, подготовила все, что будет вам выгодно. В качестве козыря я принесла вам все бухгалтерские книги о нарушениях закона и растратах семьи Наньгун за эти годы. Вы получите все это в мгновение ока. С этим вам будет легко убить семью Наньгун после того, как дело будет закрыто. Теперь вам не нужно сомневаться в моих скрытых мотивах, верно?»

Цинли должен был признать, что Фэн Синъин действительно тщательно всё обдумала. С учётом этого, у него почти не было поводов для беспокойства. Даже без объяснений Фэн Синъли он бы определённо предпочёл сотрудничать с ней. Однако теперь он, конечно, знал, что у неё всё ещё есть скрытые мотивы… а именно, если он откажется, её острый клинок, вероятно, коснётся его шеи.

«Так вы видите эти бухгалтерские книги? Если я не подчинюсь, вы готовы убить меня на месте, так что неважно, отдадите вы их мне первыми?» Цинли хотелось восхититься собственным интеллектом; она так быстро разгадала свою точку зрения. Или же её образ мышления был настолько прост, что любой, обладающий хоть каким-то общим пониманием, мог бы его полностью угадать?

В плане прямолинейности Фэн Синъин был даже откровеннее, чем Фэн Синле. Он быстро кивнул и символически начал вытирать свой темно-синий кинжал.

«Итак, насчет вашей тайны, вы так думаете: если мы кому-нибудь расскажем, кроме нас, вы просто прикончите нас отравленной иглой, так что вам не придется беспокоиться о том, что мы раскроем вашу личность?» — Цинли, подавив пот, снова спросила, широко раскрыв глаза.

Фэн Синъин снова кивнула и терпеливо спросила: «Вы закончили спрашивать? Вы согласны или не согласны?»

Цинли глубоко вздохнула, едва удержавшись на ногах после удара, едва не стоившего ей обморока: «Тогда скажи мне, с кем ты собираешься иметь дело».

«Наследный принц Цинсюань!» Глаза Фэн Синъина внезапно вспыхнули яростным светом, и от него исходила леденящая аура. Эта ужасающая и ядовитая аура, полная желания убить, напугала всех троих, кроме Фэн Синле.

«Чем же этот принц тебя обидел?» — с любопытством спросил Фэн Синле, молча оплакивая его в душе.

«Он думает, что сможет избежать наказания после моего униженного приветствия? Он даже тайно послал людей проникнуть в Организацию Небесных Демонов, чтобы украсть мои технологии, причинив им немало хлопот. Хм, неужели ты думаешь, что мои инструменты убийства так легко освоить? Тогда я научу его еще одному: смерть может включать в себя снятие кожи, соскабливание костей, разрыв сухожилий и даже полную метаморфозу, не давая ему испустить последний вздох!» В ее прекрасных глазах вспыхнул яростный, свирепый темно-красный цвет, а на ее почти чарующих губах появился тонкий красный, ароматный язык. Фэн Синъин холодно произнесла эти леденящие душу слова: «Смеет провоцировать сестер семьи Фэн! Я покажу ему, что значит «хуже смерти» на самом деле!»

Хотя местные жители и не отличались добрым сердцем, их всё равно напугали злобные слова женщины. Однако, прежде чем они успели их осмыслить, из входа в пещеру раздались крики Лин Тяня.

«Ваше Высочество, здесь находится человек, который называет себя Юмин и говорит, что хочет вас видеть».

Фэн Синле кивнул в ответ, после чего группа переоделась и вышла из пещеры. И действительно, они увидели двух красивых мужчин в черных одеждах, которые величественно стояли у подножия горы. Увидев Фэн Синле, они тут же поклонились и сказали: «Ваш подчиненный Юмин приветствует Ваше Величество, мой господин!»

Неудивительно, что они получили сообщение от Лин Юйсян, в котором она указывала свое местонахождение, но, если бы не какая-то важная информация, они бы никогда не поднялись на гору в это время, пока она не вызвала их. Юмин — глава Десяти Стражей Юмина, и он редко появляется на публике. Тот факт, что он пришел найти ее на этот раз, должно означать, что в царстве Цин произошло что-то важное.

«Господин мой, на границе началась война!» — быстро произнес Юмин, его голос был одновременно взволнованным и спокойным.

Все присутствующие одновременно были потрясены и с удивлением воскликнули: «Что вы сказали?»

«На границе разразилась война! Королевство Цин, Королевство Лин и армия Ли! По нашим данным, Королевство Цин направило на эту кампанию совершенно новых генералов, во главе с Бай Чжунъянем, который предпринял безрассудную атаку на перевал Байхуэй и Королевство Лин. Перед битвой мы получили разведданные за ночь и сообщили командующему Си, который тайно мобилизовал и руководил войсками, предотвратив тем самым тяжелые потери. Армия Лин, уже известная своей храбростью и мастерством, также понесла относительно небольшие потери. Однако армия Королевства Цин, похоже, полностью игнорирует потери; по нашим данным, они немедленно начнут новую атаку». Юмин быстро доложил, глядя на Цинли: «Насколько мне известно, эта большая армия Королевства Цин — та же самая армия, которую генерал Цин первоначально оставил на границе Цинь и Цин. Ее размещение здесь на этот раз кажется мне подозрительным, поэтому я прибыл, чтобы доложить и запросить решение Вашего Величества!»

Фэн Синле вновь ощутил мудрость своего решения основать секту Тёмной Луны. В плане интеллекта секта Тёмной Луны, пожалуй, не имела себе равных в мире на тот момент. Как бы то ни было, Фэн Синъин и остальные просто перехватывали власть у других. Как они могли сравниться с верными и преданными людьми, которых он воспитал?

Цинли на мгновение опешилась, ее лицо побледнело, как угорелая. Она яростно рассмеялась: «Отец, как ты мог использовать такие отвратительные методы! Ты представляешь, сколько кровопролития это вызовет, даже если бы это касалось только меня и моей армии? Это 600 000 солдат, 600 000 жизней!»