Fengcheng fliegender General

Kapitel 23

Я страстно поцеловал Се Ютин, умоляя ее никогда не оставлять меня. Ее дыхание стало прерывистым, и она прошептала мне на ухо: «Я всегда буду защищать тебя, любить тебя вечно и помогу тебе забыть горести прошлого».

Дрожа, я расстегнул ее промокшую от слез рубашку. Се Ютин закрыла глаза, не в силах смотреть на меня, ее грудь тяжело вздымалась. Когда ее хрупкое тело полностью обнажилось под лампой, я засомневался, стоит ли целовать ее; казалось, ее тело окутано священным сиянием! Она была еще совсем маленькой девочкой, отдававшей мне всю свою жизнь, так невинно веря, что я буду обнимать ее всю жизнь...

Се Ютин была озадачена отсутствием движения. Она открыла глаза, взглянула на меня и тут же сильно покраснела, поспешно снова закрыв глаза. Я тихо вздохнул, наклонился, чтобы обнять самое прекрасное тело в мире, и нежно поцеловал его.

Я с предельной нежностью исследовал её тело, но Се Ютин всё ещё чувствовала боль, холодный пот стекал по её лбу. Она терпела боль, не вскрикивая, крепко обнимая меня за спину и уткнувшись лицом мне в подбородок. Я нежно прошептал ей на ухо: «Я люблю тебя!» Наконец, я медленно вошёл в неё. Она ахнула, крепко обняла меня, и две прозрачные слезинки скатились по её лицу…

......

Настольная лампа уже была выключена, и туманный лунный свет еще оставался в воздухе, окутывая прекрасное тело Се Ютин, словно слой туманной вуали.

Она нежно погладила мою руку и прошептала: «С сегодняшнего вечера мы — одно целое, неразлучные навсегда…»

Меня захлестнула волна эмоций, смесь благодарности и грусти. Слезы навернулись на грудь, голова закружилась, и вдруг я ничего не понимала...

Я проснулась в ослепительном солнечном свете, и мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, где я нахожусь. Затем я вдруг вспомнила сон, который мне приснился прошлой ночью, тот сладкий сон, и мое сердце погрузилось в состояние опустошения и безысходности.

Зачем мне видеть во сне Се Ютин? Зачем мне видеть её во сне?

Мне было так грустно, что хотелось плакать, а потом я вдруг осознал, как сильно мне хочется проснуться и увидеть её лежащей у меня на руках.

Но всё это было лишь сном!

Я вздохнула и отвернула голову, а затем резко села, внезапно проснувшись. На прикроватной тумбочке стояла бутылочка с лекарством, а рядом — резинка для волос — резинка Се Юйтин!

Это был не сон; сюда приехала Се Ютин!

Я почувствовала аромат еды; кто-то был на кухне!

Я рухнула на кровать, совершенно обессиленная. Это ужасно; вчерашняя ночь действительно случилась!

Се Ютин осторожно принесла миску с дымящейся кашей, на ее лице сияла яркая улыбка. «Ты проснулась?» Ее лицо слегка покраснело. Она поставила кашу на прикроватный столик, нежно прислонилась ко мне, на ее лице читалась застенчивая радость.

Это очень сложно объяснить. Се Ютин наверняка подумает, что мое поведение прошлой ночью было проявлением любви, но какая это была любовь? Невозможно объяснить ей, что произошло прошлой ночью! Она точно подумает, что я без ума от нее влюбился и что мы занимались *чем-то подобным*. Как я могу ей сказать, что у меня просто был бред из-за высокой температуры? У меня ужасно болит голова.

Се Ютин обернулась и осторожно положила свою маленькую ручку мне на лоб, в ее глазах читалась тревога. «Температура спала. Ты все еще плохо себя чувствуешь?»

Я так давно не слышал такого заботливого тона. Я почувствовал невероятную слабость и нежно обнял её, внезапно ощутив сильную жажду и влюбившись в это давно утраченное тепло. Я так дорожил этим теплом, но не знал, как долго оно продлится, и стоит ли мне продолжать жить в одиночестве или выбрать более обычную жизнь.

Я неуверенно спросил: "Мы... мы... были вместе прошлой ночью?"

Се Ютин покраснела, а затем на ее лице появилось страдальческое выражение. "Ты совсем ничего не помнишь?"

«Нет, как я могла забыть? Это было слишком красиво, казалось нереальным, я даже подумала, не сон ли это!»

Се Ютин застенчиво улыбнулась, прижалась ко мне и прошептала: «Это был не сон, это всё было реально — нет, это был всего лишь сон, мне снятся такие сны каждый день…»

У меня не осталось выбора. После того, как я солгала, после того, как Се Ютин отдал мне всё, единственным оставшимся выбором была любовь!

Меня захлестнула волна эмоций, смешанных с грустью, и я не смогла сдержать слез.

Хорошо! Давай вместе будем мечтать об этом, не думая о завтрашнем дне, послезавтрашнем дне и еще более завтрашнем дне... Пока мы вместе, я буду любить тебя каждый божий день!

Я крепко обняла Се Ютина и страстно поцеловала его, слезы текли по моему лицу...

Встав, я вспомнила спросить Се Ютин, зачем она пришла вчера.

Се Ютин поставил передо мной кашу и сказал: «Выпей сначала это! Ты голоден уже два дня!»

«Два дня?» — я был ошеломлен.

«Вы не выходили на работу два дня подряд!»

Неужели я так долго была без сознания? Возможно, я чувствую себя такой слабой, словно мое тело вот-вот развалится.

«Ты не приходил на работу два дня и не просил отпуск. Я волновалась за тебя. Я звонила тебе, но никто не отвечал, и мне было слишком стыдно тебя искать. Вчера вечером я была в редакции газеты, смотрела на твой пустой стол и гадала, почему ты не приходил два дня, когда сестра Лю Фэй вдруг позвала меня и спросила, что случилось с Сяо Нанем. Я была очень смущена и растеряна, поэтому сказала: «Я тоже не знаю. Откуда мне знать?» Сестра Лю Фэй некоторое время смотрела мне в глаза, затем медленно покачала головой и сказала: «Я думала, ты знаешь!» Я тут же покраснел и опустил голову, гадая, заметила ли она, что ты мне нравишься. Я украдкой взглянул на нее и увидел, как она достала лист бумаги и нарисовала карту, указывая мне на твой дом. Я не осмелился сказать, что уже знаю твой дом, поэтому просто кивал и говорил, что помню его. — Кстати, сестра Лю Фэй, откуда вы знаете, что живете здесь?

Я был ошеломлен и тут же сказал: «Не знаю, может, она проверила карточку сотрудника». Мне стало немного неловко, когда я это сказал; я солгал такой невинной девушке.

Се Ютин нисколько не сомневалась, кивнула и сказала: «Наверное, так и есть. Сестра Лю Фэй дала мне карту и попросила прийти посмотреть, не нужно ли тебе чем-нибудь заняться. У меня сильно билось сердце, и я пообещала ей вернуться к планировке. Чуть позже сестра Лю Фэй снова подошла и спросила: „Почему ты до сих пор не ушла?“» Я сказала, что пойду после работы, но она настояла, чтобы я ушла немедленно, сказав, что мне не нужно беспокоиться о своем участке, кто-нибудь другой сделает это за меня. Поэтому я пришла. Когда мастер Гуань проводил меня вниз, он улыбнулся и сказал, что посмотрит, как я поднимусь. Мне было так неловко, словно все смеялись надо мной, зная, что ты мне нравишься. Я некоторое время стучала в дверь, прежде чем поняла, что она не заперта. Когда я толкнула дверь, в комнате было кромешная тьма. Когда я включила свет, я с ужасом увидела тебя, сгорбившуюся на кровати, с лицом бледным, как простыня, и горящим лбом! Мне до сих пор страшно об этом думать. Что, если бы я подождала еще один день? Если бы кто-нибудь пришел тебя навестить, ты действительно могла бы умереть от лихорадки! Я изо всех сил пыталась тебя поднять, укрыла одеялом и искала повсюду лекарства, но не знала, где они. Я побежала домой за лекарством, вся в поту от стресса. Даже после приема лекарства я все еще боялась, не зная, везти ли тебя в больницу. Я оставалась рядом, время от времени касаясь твоего лба, а потом вспоминала, что не приложила холодный компресс — я так волновалась! Я позвонила сестре Лю Фэй и сказала ей, что у тебя жар и ты дома одна, и некому за тобой присмотреть. Сестра Лю Фэй велела мне хорошо о тебе позаботиться и немедленно позвонить ей, если что-нибудь случится. Я оставалась с тобой, и прошло четыре или пять часов, прежде чем ты наконец проснулась. Я была так счастлива, думая, что когда ты проснешься и увидишь, как хорошо я к тебе отношусь, ты обязательно пожалеешь о том, как всегда меня обижала! Но… кто бы мог подумать — ты ничего хорошего не сделала, как только проснулась! Се Ютин уткнулась своим покрасневшим лицом мне в грудь.

Я обнял её, но мои мысли были о Лю Фэй. Лю Фэй всегда заботилась обо мне, даже несмотря на то, сколько зла я ей причинил и говорил такие бесстыдные вещи, она всё ещё помнила меня. Внезапно я осознал, насколько я был бесчеловечен!

«О чём ты думаешь?» — Се Ютин подняла на меня взгляд.

«Ничего страшного. Я просто подумал, что снова совершил что-то плохое! Раз уж ты говоришь, что я вчера вечером поступил плохо, я обещаю, что изменюсь и никогда больше в жизни ничего подобного не сделаю!»

Лицо Се Юйтин вспыхнуло от беспокойства. «Я не хотела сказать, что это плохо, просто… разве это не следует делать после свадьбы?»

Я смотрела на Се Ютина как на редкое животное. В наше время так мало таких милых и забавных детей, как он!

Се Ютин заметила мой странный взгляд, застенчиво опустила голову и тихо спросила: «Что это за странная улыбка у тебя на лице?»

Мне вспомнились слова французского поэта Бодлера: «Когда вы относитесь к сексу как к чему-то плохому, вы, естественно, можете получить величайшее удовольствие!»

Спустя два года после смерти Юй Цин я наконец-то начала влюбляться.

Я приняла это решение, будучи не в полном сознании, но, похоже, пути назад нет!

Я больше не пользуюсь QQ. То, что я видел в те два дня, должно быть, было галлюцинацией от лихорадки. Я любил Юй Цин, но она умерла почти два года назад. Теперь я нашел новую любовь, и пришло время попрощаться с прошлым.

Опасаясь, что Е Цзы может внезапно появиться у меня на пороге, я отправил ей сообщение, что меня в спешке перевели на работу в филиал в Гуанчжоу на год, и у меня не было времени попрощаться. Но Е Цзы не ответила. Иногда я даже думаю, что Е Цзы — всего лишь плод моего воображения, что она исчезла из моей жизни, как призрак.

Что касается прошлого, то в конечном итоге она всего лишь очередная незнакомка! В конце концов, я даже не могу понять, прошлое — это «она» или «он», так зачем вообще связываться с этими иллюзорными людьми? Интернет — это всего лишь сон, и пора проснуться!

Но кто может сказать, что реальная жизнь — это не просто очередная мечта?

В моем присутствии Се Ютин была жизнерадостна, как маленькая птичка, я шутила с ней, играла с ней. Но в моем сердце всегда оставалась нотка грусти; она никогда не узнает о скрытой боли в моем сердце.

Я часто думаю о Юй Цин. Каждый раз, когда я думаю о ней, мне вдруг кажется, что вся эта теплота такая фальшивая. Люди могут временно забыть чувство непривычности, обманывая себя верой в так называемую любовь, но в конечном итоге непривычность неизбежно приходит после того, как страсть угаснет. Но Се Ютин — такая простая девушка, может быть, у неё тоже есть какой-то незнакомый секрет? Я не знаю.