Fragen zu Liebesliedern

Kapitel 66

Но как только она обернулась, раздался гневный голос Линь Иньэр:

"останавливаться!"

Лэн Цзе повернулся, взглянул на нее искоса, и холодным голосом спросил:

«Какой совет вы могли бы мне дать, мисс?»

Линь Иньэр намеренно проигнорировала вопрос Лэн Цзе. Повернув голову, она строго спросила дрожащего, облитого потом евнуха Фу:

«Евнух Фу, как ей удалось выбраться из внутреннего дворца императора?»

Какая наивность! Так высокомерно себя вести! Даже если бы она была императрицей, не говоря уже о наложнице, Лэн Цзе не счел бы ее угрозой! К тому же, сейчас она — главная подозреваемая Лэн Цзе!

Губы Лэн Цзе изогнулись в саркастической улыбке, она покачала головой и вздохнула. Она сразу же вернулась к кровати, надела туфли и небрежно провела пальцами по волосам. Затем она достала резинку для волос из коллекции Сюань Юаня и небрежно перекинула её через плечо. После этого она поправила мятую от сна одежду. Повернувшись, чтобы вернуться в резиденцию Цинфэн, она увидела Линь Иньэр, стоящую в дверях с блестящим мечом в руке. Она выглядела готовой сразиться с Лэн Цзе насмерть.

Лицо Лэн Цзе помрачнело, ее острый взгляд скользнул по мечу в руке Линь Иньэр, прежде чем остановиться на ее зловещих глазах. Она встретилась взглядом с Линь Иньэр.

Какой проницательный взгляд! Линь Иньэр неосознанно сглотнула, ее рука, сжимавшая меч, слегка дрожала. Она все же заставила себя сохранять спокойствие и взревела:

«Лисица, какое колдовство ты применила к моему второму старшему брату! Как он мог позволить тебе спать в своей постели!»

«У тебя резкий голос, но, к сожалению, ему не хватает силы!» — саркастически заметил Лэн Цзе.

Как и следовало ожидать, лицо Линь Иньэр начало бледнеть. Лэн Цзе небрежно подмигнул потолочной балке и продолжил:

«Госпожа Лин, пожалуйста, осознайте своё место. Вы всего лишь младшая сестра императора, а не одна из его жён или наложниц. Даже если император возьмёт вас в наложницы, вы всё равно не имеете права вмешиваться в его выбор партнёра, не так ли? Сегодня я в хорошем настроении, поэтому не буду осуждать вас за вашу грубость! Если вы не хотите пострадать, советую вам немедленно убрать меч. В противном случае вам придётся понести наказание!»

Слова Лэн Цзе, казалось, призывали её сдаться, но на самом деле они её провоцировали.

Навыки боевых искусств Линь Иньэр были почти полностью освоены у Сюань Юаня, хотя она обладала лишь тремя-пятью уровнями его мастерства. Тем не менее, в мире боевых искусств её считали второсортным экспертом. Более того, она никогда не встречала соперницу-женщину сильнее себя. Поэтому она полностью проигнорировала Лэн Цзе. В сочетании с самоуверенным сарказмом Лэн Цзе, Линь Иньэр мгновенно охватила ярость, и её эмоции вышли из-под контроля, когда она бросилась на Лэн Цзе с мечом.

Легко увернувшись от первого шквала атак, Лэн Цзе почувствовала озноб. Затем она применила свой фирменный приём, пытаясь добить Лэн Цзе одним ударом. Но как бы она ни старалась, ей всегда не удавалось увернуться. Казалось, Лэн Цзе полностью уступает ей в силах. Однако любой внимательный наблюдатель мог заметить, что она намеренно играет с ней.

Теперь евнух Фу больше не беспокоился о возможных потерях для Лэн Цзе. Он был сосредоточен только на молодом принце. Пока императорская родословная была защищена, судьба Линь Иньэра его не волновала. Он мог лишь молиться, чтобы император поскорее вернулся и прекратил эти дворцовые интриги.

Маленький мальчик был в восторге, увидев, как его мать довела красивую женщину до грани поражения. Желая увидеть еще более впечатляющее представление, он бросил свой меч в пустые руки Лэн Цзе. Затем он захлопал в ладоши, подбадривая свою мать!

Затем две женщины начали состязаться, словно фехтовальщицы, долгое время поочередно нанося удары и уклоняясь. Линь Иньэр тяжело дышала, но ей так и не удалось коснуться ни единого кусочка одежды Лэн Цзе. Лэн Цзе тоже не двигалась. Наконец, снаружи послышался звук...

«Его Величество прибыл!»

В глазах Линь Иньэр мелькнул зловещий блеск. На губах Лэн Цзе невольно появилась хитрая улыбка. Тем временем евнух Фу и присутствующий малыш уже перевели взгляды в сторону дверного проема.

"Ах!"

В самый критический момент из дома внезапно раздался пронзительный крик.

Сюаньюань и евнух Фу, только что вошедшие в комнату, с изумлением посмотрели в сторону источника звука. Они увидели холодный, острый меч, пронзающий живот Линь Иньэр. Из лезвия хлынула ярко-красная кровь. Цзыин, последовавшая за Сюаньюанем, тут же бросилась вперед и подхватила Линь Иньэр, когда та уже вот-вот должна была упасть. Затем она быстро надавила на акупунктурные точки, чтобы остановить кровотечение, и вытащила меч.

"Мамочка! Вааа..." Малыш понял, что происходит, закричал и бросился к нему. Дедушка Фу, только что проснувшийся, быстро крепко обнял его.

"Иньэр!" Сюань Юань на мгновение замер, затем вскрикнул и бросился к ней. Он протянул руку, чтобы забрать её из объятий Цзы Ин, но на полпути отдернул руку. Он крикнул в сторону двери:

«Вызовите императорского врача!»

Его лицо тут же помрачнело, он сердито посмотрел на Лэн Цзе и строго крикнул: «Лэн Цзе! На этот раз ты зашёл слишком далеко!»

Лэн Цзе задрожала от рычания Сюань Юаня, ее ясные глаза мгновенно наполнились слезами. Затем Цюй Цян, сдерживая рыдания, указал на испуганную Линь Иньэр в объятиях Цзы Ин и крикнул Сюань Юаню:

«Сюаньюань Юньлу! Ты говоришь, я захожу слишком далеко? Ты накричал на меня из-за неё, даже не спросив, что случилось!» После крика он бросил окровавленный меч на землю, развернулся и выбежал из дворца.

На лице Линь Иньэр, лежащей в объятиях Цзы Ина, невольно появилась торжествующая улыбка.

Сюаньюань безучастно смотрел на удаляющуюся фигуру Лэн Цзе, долгое время не в силах прийти в себя.

Лишь с прибытием императорского врача Линь Иньэр прошла тщательное обследование и ей наложили повязку.

«Это серьёзно?» — спросил Сюаньюань.

«Ваше Величество! Рана глубокая, но она не затронула легкие или брюшную полость. Поэтому он выздоровеет после нескольких дней отдыха!» — почтительно ответил императорский врач.

«Вот как! Отлично! Отныне ты будешь отвечать за лечение ран наложницы Инь!» — спокойно сказал Сюаньюань. Затем он повернулся к евнуху Фу и сказал:

«Евнух Фу, иди и составь императорский указ! Присвой Линь Иньэр титул императорской наложницы первого ранга, а в следующем году даруй ей титул наследного принца. А что касается остального, действуй согласно родовым правилам!»

«Ваш покорный слуга (этот старый слуга) подчиняется указу!» Евнух Фу и императорский врач одновременно приняли приказ.

Затем Сюаньюань проинструктировал Цзыин:

«Ин, отправь Иньэр во Дворец Воспоминаний и найди главную няню, которая будет заботиться об Иньэр».

Проводив всех, он начал думать о заплаканных глазах Лэн Цзе, ее дрожащем голосе и тоне, полном обиды. Внутри него поднялась волна горечи. Неужели он обидел ее? Но ведь он лично видел, как она вонзила меч в тело Иньэр! Хотя он ни на секунду не верил, что Сяо Цзе может ревновать Иньэр из-за него, ее выражение лица только что явно говорило о ревности! Сюань Юань был совершенно сбит с толку.

Глава 100: План реализуется

Как только Лэн Цзе вышла из дворца Лунтэн, печаль на её лице мгновенно сменилась улыбкой. Вернувшись в резиденцию Цинфэн, она увидела почтового голубя, сидящего на её окне. Она быстро сняла письмо, привязанное к его лапке, и с нетерпением открыла его. Её улыбка тут же стала ещё шире.

Письмо было от Дуаньму Синчэнь. Следуя указаниям Лэн Цзе, он встретился с посланником Сипин под видом Серебряной Лисы. Полученная им информация идеально совпала с её предположениями. Главной целью посланника Сипин было возвращение Линь Иньэр и её ребёнка, а также получение признания императора.

Лэн Цзе тут же ответил Дуаньму, поручив ему следить за группой, особенно за стариком. Лэн Цзе считал, что старик доставляет ещё больше хлопот, чем наследный принц. Что касается цели Линь Иньэр, она уже подготовила почву; теперь ей оставалось только сидеть и наблюдать за происходящим!

Она выпускала голубей и завтракала тем, что принесла экономка, когда появилась Ин. Лэн Цзе указала на паровые булочки на столе и улыбнулась, приглашая их поесть.

«Брат Ин, ты был занят всё утро и ещё ничего не ел! Паровые булочки в Цинфэнцзю даже вкуснее, чем в Императорской кухне!»

Инь без лишних церемоний села, взяла паровую булочку и начала есть. Глядя на улыбающееся лицо Сяо Цзе, а затем вспоминая ее прежнее заплаканное, обиженное выражение лица, она невольно мысленно вздохнула! Эта девушка поистине хитра. Она прекрасно понимает мысли каждого. Линь Иньэр явно попала в ее ловушку. Она не только навлекла на себя ранение мечом, но и злорадствовала по поводу своей травмы.

Император, разумеется, знал, что Линь Иньэр не может сравниться с Сяо Цзе в интеллекте. Однако он и представить себе не мог, что Сяо Цзе будет сотрудничать с Линь Иньэр, притворяясь ревнивым и ещё больше усугубляя своё недопонимание.

Даже он, зная, что она притворяется, и продолжая ей помогать, на мгновение был почти ошеломлен ее действиями. Цзы Ин подумал, что император, должно быть, совершенно сбит с толку этой девушкой! Подумав об этом, Цзы Ин вздохнул:

«Сяо Цзе, я и не подозревал, что ты такой хороший актёр! Ты подмигнул мне, давая понять, что нужно идти искать императора, и я подумал, что ты хочешь, чтобы он пришёл тебе на помощь. Но вместо этого ты намеренно позволил её плану осуществиться. Таким образом, ты переманил императора на её сторону!»

«Хе-хе... Я просто хотел сделать доброе дело, чтобы помочь Линь Иньэр как можно скорее исполнить её желание! Так всё быстро разрешится, верно?» Думая о Линь Иньэр, Лэн Цзе невольно усмехнулся.

«Ну что ж? С моей поддержкой и полным содействием, разве Его Величество не должен присвоить Линь Иньэр титул супруги?»

«Бедный император! Похоже, вашей личной жизни еще далеко до конца!» — Инь мысленно вздохнул, жалея императора, и кивнул в ответ.

«Да! Наложнице Инь и Первому Принцу присвоены титулы. Император уже приказал разлучить их. Я договорилась с сиделкой о том, чтобы она присматривала за Маленьким Принцем. Не беспокойтесь о нем. Теперь нам нужно только присматривать за Линь Иньэр. Она просто получила травму, так что она не должна провернуть никаких трюков».

Лэн Цзе немного подумала, затем покачала головой и сказала: «Неправильно! Теперь, когда она ранена, нам нужно внимательнее за ней следить. Хитрость этой женщины не стоит недооценивать. Сегодня она сама себе нанесла увечье не только для того, чтобы император меня неправильно понял. Подозреваю, что дело скорее в том, что она использует внутренний дворец как предлог для общения с внешним миром. Вот увидите, посланник Сипин скоро посетит эту наложницу Инь под предлогом расспросов о её здоровье».

Неужели женщины настолько страшны? Но даже если она хитрая, разве ты не смог её полностью разгадать? Ин Мэн подняла взгляд на Лэн Цзе и вдруг серьёзно спросила:

«Сяо Цзе! Ты что, совсем ненастоящее выражение лица изобразил?»

— Что ты имеешь в виду? — недоуменно спросил Лэн Цзе. — Ты ведь не думаешь, что я тоже должен ревновать и с тобой ссориться, правда?

«Ты такой умный, неужели ты не можешь не замечать чувств императора к тебе? Тебе совершенно всё равно, что император сделал её наложницей?» — продолжал Ин.

Лэн Цзе был ошеломлен. Цзы Ин обычно так не говорил. Долго глядя на Цзы Ина, Лэн Цзе пожал плечами и ответил:

«Как вы и сказали, я не глупа. Конечно, я вижу мысли императора насквозь. Но я не хочу говорить о сердечных делах. Я думаю, в жизни много дел и много разных чувств — семья, дружба, сочувствие. Но любовь — это единственное, чего я хочу избегать. Я думаю, она подобна маку, красивому, но ядовитому цветку. Женщины никогда не могут устоять перед его прекрасным очарованием и всегда попадают в ловушку. Отравившись им, женщины становятся глупыми и иррациональными. Примеров этому слишком много, например, Шуй Жунъэр, Линь Иньъэр…»

Лэн Цзе многозначительно посмотрел на Инь и продолжил:

«Даже такая героиня, как покойная императрица, не смогла избежать той же участи, не так ли?»

Как и ожидал Лэн Цзе, при упоминании покойной императрицы тело Ин мгновенно напряглось.

Губы Лэн Цзе слегка изогнулись в улыбке, и она заключила:

«Поэтому я не позволю себе оказаться в такой безнадежной ситуации».

«Я иду во дворец Иинь!» — Цзы Ин вскочила, бросила эти слова на стол и, словно спасаясь бегством, выбежала через окно.

Лэн Цзе покачала головой и вздохнула, глядя на его удаляющуюся фигуру. Разве он тоже не цеплялся за безнадежную любовь столько лет? Судя по его выражению лица, казалось, он намеревался продолжать. Но если бы покойная императрица выбрала его, была бы она счастлива? Возможно, нет? Поговорка «то, чего нельзя иметь, самое ценное» в равной степени применима и к делам сердечным.

Вернувшись в императорский кабинет, Сюаньюань уставился на хранившиеся в его руках указы, но увидел лишь печальный взгляд Лэн Цзе, которая отвернулась с решительным выражением лица. Только когда евнух Фу принес ему черновик императорского указа для проставления императорской печати, но Сюаньюань вместо этого поставил печать на руку евнуха Фу, он очнулся от своих раздумий и спросил:

«Евнух Фу, что именно только что произошло?»

Увидев выражение лица императора, евнух Фу собрался с духом и заступился за Лэн Цзе:

«Ваше Величество, простите мою прямолинейность, но вы совершенно неправильно поняли госпожу Ленг. Именно наложница Инь первой вытащила меч, намереваясь убить госпожу Ленг, и госпожа Ленг никак не отреагировала. Но по какой-то причине, как только Ваше Величество прибыло, госпожа Инь получила ранение!»

Сюаньюань внезапно поднял голову и встревоженно спросил:

"Вы имеете в виду, что они ссорятся уже давно?"

«Да! Когда прибыл император, они спорили примерно столько времени, сколько нужно, чтобы сгорела благовонная палочка. Всё это время инициативу проявляла госпожа Иньэр, нет, наложница Инь…» — так евнух Фу пересказал всю историю от начала до конца.

Лицо Сюаньюаня внезапно помрачнело, он выхватил императорский указ из рук евнуха Фу. Он выбежал из императорского кабинета и направился прямо к резиденции Цинфэн.

С громким «бам!» холодная и чистая дверь была с силой распахнута Сюаньюанем.

Лэн Цзе, которая только что легла поспать, вздрогнула и вскочила с кровати. Она подняла глаза и увидела, как Сюань Юань сердито смотрит на нее. Она не могла не подумать, что эта семья действительно все одинаковые! Сначала его жена и сын помешали ей спать, а теперь он еще и здесь.

Однако, чтобы придать выступлению больше убедительности, она намеренно сказала саркастическим тоном:

«Что? Император хочет отомстить за твою жену? Хочешь, я одолжу тебе меч, чтобы ты мог её заколоть?»

Сюаньюань стоял в дверях. Его лицо было пепельно-бледным, а глубокий, холодный взгляд был устремлен на Лэн Цзе. Он не ответил ей и не произнес ни слова. Он просто смотрел прямо на нее, словно пытаясь разглядеть ее насквозь или пытаясь затянуть в этот глубокий, темный источник.

Хотя она и раньше видела его в более холодных и отстраненных состояниях, это был первый раз, когда она увидела его таким разъяренным и разгневанным. Лэн Цзе невольно вздрогнула под его взглядом, по спине пробежал холодок. Она инстинктивно отпрянула назад и села на кровать. Долго ожидая, увидев, что он все еще не двигается, Лэн Цзе взяла себя в руки и спросила:

«Ваше Величество, чего именно вы хотите? Вы хотите, чтобы меня медленно зарезали или расчленили? Просто скажите что-нибудь!»

«Разве это не я должен спрашивать тебя об этом? Чего ты от меня хочешь? Скажи!» — внезапно и возбужденно воскликнул Сюаньюань.

Лэн Цзе была ошеломлена! Судя по его тону, он, похоже, пришел сюда не для того, чтобы отомстить за Линь Иньэр. Внезапно встретившись с его теперь уже беспомощным взглядом, она несколько растерянно спросила:

«Что значит Ваше Величество? Я ведь ничего у Вас не просил, правда?»

«Глухой удар!» — Сюаньюань швырнул императорский указ из своей руки в руки Лэн Цзе и холодно произнес:

«Нет? Весь этот тщательно продуманный план, который ты для меня придумал, был лишь для того, чтобы помочь ей получить этот императорский указ, не так ли? Скажи мне, зачем ты вернулся на этот раз?»

Ух! Я не ожидала, что он так быстро всё раскуснет. Открыв императорский указ, она заметила, что печати не хватает. Лэн Цзе лишь неловко рассмеялся:

«Я не хотел этого от вас скрывать. Я вернулся из-за проблем с посланником из Сипина. Просто у меня не было времени вам рассказать. Но этот императорский указ?»

Увидев, что она призналась, гнев Сюаньюаня, казалось, значительно утих. Он подошел к столу, взял остывшую чашку и залпом выпил оставшуюся половину чашки чая. Он неторопливо пододвинул стул и сел напротив нее. Глядя на нее, он неторопливо ответил:

«Скажите мне всю правду, и если до этого дойдет, этот императорский указ останется в силе».

«Я могу вам рассказать, но вы уверены, что сможете это принять?» — серьезно спросил Лэн Цзе.

Сюаньюань пристально посмотрела на нее и серьезно ответила: «Вы подозреваете, что посланник Сипина связан родственными узами с моим братом, наследным принцем?»

«Какие отношения связывают Линь Иньэр и твоего старшего брата?» — спросил Лэн Цзе вместо ответа.

Сюаньюань на мгновение замолчал, прежде чем ответить: