Фан Бай посмотрел на Чан Суяо, недоумевая, почему приглашения должна доставлять сама госпожа Фан.
Заметив, по-видимому, замешательство Фан Бая, Чан Суяо улыбнулась и грациозно достала из сумки красное приглашение, сказав: «Это не важный банкет, просто праздничное мероприятие. Изначально твой отец думал, что ты не пойдешь, поэтому не планировал отправлять тебе приглашение. Но потом он решил, что после твоего дня рождения тебе исполнится двадцать шесть лет, и тебе пора взять на себя управление компанией, поэтому он хотел, чтобы ты сначала познакомилась с этими дядями и тетями, чтобы пообщаться с ними».
Чан Су-яо сказал: «Но я предупредил его, что ты, вероятно, не пойдешь, поскольку привык к свободе и не выносишь этих ограничений».
Пока они разговаривали, Чан Суяо уже протянула приглашение Фан Баю.
Взглянув на несколько темных строк в приглашении, Фан Бай улыбнулся.
С первого взгляда на Чан Суяо Фан Бай почувствовал, что она не простодушна. Каждое её слово было сказано ради неё, но в то же время она толкала её в глубокую пропасть. Казалось, ей не всё равно, но на самом деле она хотела запятнать её репутацию в глазах Фан Маочжоу.
И теперь они напрямую выясняют, намерена ли она унаследовать компанию.
Фан Иму всего семь лет, а её мачеха уже прокладывает ему путь?
Фан Бай совершенно не интересовалась активами Фан Маочжоу. В конце концов, согласно её планам, она, скорее всего, исчезнет из поля зрения общественности через год и не сможет появляться на публике, чтобы управлять компанией.
Но раз уж мне сейчас скучно, почему бы не найти себе занятие?
«Спасибо, тётя. Вы правы. Мне сейчас двадцать шесть, и я не могу сидеть без дела, как раньше».
Фан Бай взял приглашение, открыл его и сказал: «Я приду на праздничный банкет. Пожалуйста, передайте моему отцу».
Фан Бай постоянно называла Чан Суяо «моим папой», отчего улыбка на ее лице застыла.
Она думала, что Фан Бай разорвет приглашение и, как обычно, будет бездельничать, продолжая жить в праздности и ждать смерти. Но на самом деле другая сторона заявила, что хочет захватить компанию.
Это не то, что она хотела услышать.
Выражение лица Чан Суяо быстро вернулось к нормальному состоянию. Как раз когда она собиралась что-то сказать, на лестнице внезапно появился человек. Когда тот холодно посмотрел на неё, Чан Суяо удивлённо спросила: «Это Сяо Цзи? Ты так изменилась».
Фан Бай повернул голову и увидел Цзи Юнин, спускающуюся по лестнице со стаканом воды.
Возможно, потому что они виделись каждый день, Фан Бай не заметил, чтобы Цзи Юнин сильно изменилась. Ее волосы стали немного длиннее, она немного подросла, а черты лица — более выразительными. Издалека она казалась отстраненной и замкнутой.
Спускаясь по последней ступеньке, Цзи Юнин заметила, что Фан Бай смотрит на нее, а затем перевела взгляд на Чан Суяо и холодно окликнула: «Госпожа Фан».
После того, как она его позвала, Цзи Юнин пошла на кухню.
Чан Суяо прищурилась, отпила глоток чая и, глядя на Фан Бая, сказала: «Твой отец говорил мне, что хочет, чтобы ты поскорее женился. За последние полгода тебе несколько женщин делали предложение, и все они предлагали отличные условия, но…»
Чан Суяо взглянула в сторону кухни, затем улыбнулась, не сказав ни слова.
Даже если Чан Суяо этого не сказала, Фан Бай мог догадаться, что произойдет дальше.
—Но после того, как они узнали, что вы воспитываете ребенка, они больше никогда об этом не упоминали.
Взгляд Фан Бай остыл, когда она поняла, что приняла приглашение совершенно правильно. К такой, как Чан Суяо, даже если это было предоставлено бесплатно, не следует относиться слишком легкомысленно.
«Тетя, вам не нужно беспокоиться о моей личной жизни», — сказала Фан Бай, скрестив ноги. «После того, как я выйду замуж и у меня появятся дети, я попрошу старика помочь мне с детьми, чтобы я могла быстрее взять на себя управление компанией».
Чан Суяо нахмурился: «Как отец может заботиться о своем ребенке?»
Ее нахмурило не это предложение.
«Тётя, вы не против? Если вы готовы позаботиться обо мне, это совсем не проблема». Фан Баймэй подняла брови. «Я просто не знаю, кто позаботится об И Му».
«…»
Чан Суяо пришла с улыбкой, но ушла со строгим выражением лица.
Фан Бай проводила Чан Суяо взглядом, а после того, как У Мэй закрыла дверь, ее обычно холодные брови слегка изогнулись в улыбке.
Фан Бай услышал позади себя скрежет тапочек по полу. Он обернулся и увидел, как из кухни выходит Цзи Юнин со стаканом воды в руке.
Другой человек бросил на неё холодный взгляд.
"...Ты это слышала?" — почему-то Фан Бай подсознательно подумал: "Тетя просто пошутила".
Глава 57
Спустя несколько секунд после того, как она закончила говорить, Фан Бай всё ещё не понимала, зачем ей нужно было что-то объяснять Цзи Юнин.
Фан Бай уехал за границу один на две недели. Хотя они были в разлуке всего две короткие недели, по возвращении Фан Бая в Китай внешность Цзи Юнин не изменилась, но её холодный темперамент становился всё более неприступным.
Возможно, именно из-за слишком очевидной отстраненности Цзи Юнин Фан Бай подсознательно заговорил, чтобы объяснить ситуацию, опасаясь, что Цзи Юнин неправильно поймет, что она снова стала сварливой, и что благосклонность, которую она завоевала за последний год, ослабнет.
После долгих раздумий Фан Бай улыбнулся и сказал: «Ты и сам должен догадаться».
Цзи Юнин была одета в серую рубашку с короткими рукавами и брюки в тон. На ее лбу мелькнуло едва заметное выражение. «Хм, я вижу».
«Хорошо», — ответил Фан Бай, затем положил руку на диван, подпер подбородок рукой и спросил: «Ты закончил домашнее задание? Хочешь поплавать? Отдохнуть?»
Цзи Юнин уже собиралась подняться наверх, когда услышала вопрос Фан Бая. Она остановилась на лестнице и повернулась, чтобы спросить: «Вы же собираетесь на банкет?»
«Ты спустился в это время?» — спросил Фан Бай, предположив, что Цзи Юнин случайно спустилась вниз после того, как они закончили разговор.
Цзи Юнин согласно промычала: «Я тебя услышала».
«О, — небрежно сказала Фан Бай, затем, вспомнив увиденное свидание, добавила: — Завтра».
Фан Бай встал и направился к лестнице. "Пойдем?"
Цзи Юнин поджала губы. Она давно закончила домашнее задание. Она занималась делами компании. Перед тем как спуститься вниз, Юань Ичжэнь прислал ей новый документ, который она еще не успела просмотреть.
Фан Бай не знала, о чём думает Цзи Юнин, но, судя по запоздалому ответу, она, вероятно, собиралась ей отказать.
Медленно поднимаясь по лестнице на второй этаж, Фан Бай сказал: «Если ты не пойдешь, то и я не пойду. Давай подождем несколько дней».
Цзи Юнин шла на шаг позади Фан Бая. Она держала стакан с водой и уже собиралась что-то сказать, когда услышала, как Фан Бай с легким сожалением произнес: «Мой новый купальник через несколько дней пролежит в шкафу».
Затем Фан Бай повернулся к Цзи Юнин и сказал: «Это тот, которого ты помогла мне выбрать в прошлый раз, помнишь?»
Помнить.
Это черный слитный купальник-треугольник с вырезом на спине и перекрещивающимися линиями — очень сексуальный дизайн.
«Ты сама это выбрала», — тихо произнесла Цзи Юнин.
Есть ли разница?
Как правило, ответственность за подобную проблему возлагается на другую сторону только тогда, когда она считает, что приобрела не тот товар...
Фан Бай посмотрел на Цзи Юнин и сказал: «Но я купил его, потому что ты сказала, что он хорошо выглядит».
Вы сказали, что он хорошо выглядит, так что она не ошиблась, купив его.
В противном случае, она бы не купила это так решительно. В конце концов, Джи Юнин редко говорит, что ей нравится. Обычно она просто отвечает «э-э» или кивает, ничего не говоря.
Цзи Юнин опустила глаза, понимая, что Фан Бай неправильно её понял, но объяснять не хотела. Через несколько секунд она сказала: «Полчаса».
Внезапная смена темы озадачила Фан Бая. «А? Сколько получаса?»
Они поднялись на второй этаж. Цзи Юнин ответила Фан Баю: «Пойдем поплаваем», после чего повернулась и продолжила подниматься.
Фан Бай на мгновение замер, затем, с легкой улыбкой, обратившись к изменившейся реакции Цзи Юнин, тихо сказал ей, удаляющейся из-за угла коридора: «Хорошо~».
Фан Бай, не заметив, что человек в углу остановился, услышав ее ответ, повернулась и вернулась в свою комнату.
Чан Суяо вернулась в семью Фан и сообщила Фан Маочжоу, что Фан Бай будет присутствовать на праздничном банкете. Последний очень обрадовался этой новости и тут же позвал Фан Бая, но тот не ответил.
Фан Маочжоу предположил, что Фан Бай занят, поэтому отправил ему сообщение.
Проплыв несколько кругов, Фан Бай сел на берегу отдохнуть. Он взглянул на фигуры, плавающие в воде вдалеке, вытер руки и взял лежавший рядом телефон.
Пожилой мужчина: [Я заказал стилиста, который приедет к вам домой завтра, помните, не выходите из дома.]
Фан Бай посмотрел на сообщение и не знал, как ответить.
Ее озадачило не содержание сообщения, а беспокойство, проявленное Фан Маочжоу.
После нескольких секунд колебания Фан Бай напечатал несколько слов: [Понял, спасибо, старик.]
Фан Маочжоу казалась занятой; страница долгое время оставалась пустой, без ответа. Как только Фан Бай вернулась к списку, из окна раздался голос Цзи Юнин: «С кем общается тётя?»
Его тон был непринужденным, словно это был обычный вопрос.
Фан Бай выключил экран, поднял взгляд на человека рядом с собой и сказал: «Мой папа».
Выбравшись из воды, Цзи Юнин вся была покрыта каплями, которые стекали по её телу. Одна капля проскользнула мимо взгляда Фан Бая, и тот спросил: «Ты идёшь завтра на банкет?»
Цзи Юнин вытерла полотенцем капли воды с лица, встала рядом с Фан Баем и посмотрела на него сверху вниз: «Тетя, я пойду с тобой?»
В чём проблема?
«Если ты не пойдешь со мной, с кем же ты пойдешь?»
Цзи Юнин опустила глаза и спокойно сказала: «Только с тобой».
"..." Фан Бай протянул полотенце, которым вытирался, Цзи Юнину и тихо сказал: "Тогда ты можешь просто сказать, что уходишь, верно?"
Цзи Юнин ничего не ответила; она сказала: «Я всё ещё хочу поплавать».
Затем он добавил: «Вперёд».
Фан Бай подняла бровь, подумав про себя, что у молодых людей невероятная выносливость. Цзи Юнин проплыла примерно на три круга больше, чем она, и теперь слишком устала, чтобы двигаться, но другая девушка все равно собиралась плыть.
«Вы планируете наверстать упущенное и не поучаствовать во всех предыдущих заплывах?»
Еще полгода назад Фан Бай и представить себе не могла, что девочка, боявшаяся воды, скажет, что хочет снова плавать. За прошедшие полгода она преодолела свой страх и плавает как рыба, словно для нее нет ничего невозможного.
Цзи Юнин опустила веки и молчала.
Через несколько секунд, под взглядом Фан Бая, Цзи Юнин присела рядом с ней на корточки, затем прижала полотенце к ключице и сказала: «Здесь есть вода».
После того как Фан Бай взял полотенце, Цзи Юнин небрежно заметила: «Для меня это особенный момент».
Фан Бай не понимал, что такого особенного в плавании. Он приподнял веки и встретил равнодушный взгляд Цзи Юнин, но не задал вопрос, который вертелся у него на языке.
Цзи Юнин тоже встала и вошла в воду, продолжив плавать.
Стилист прибыл в час дня следующего дня.
Когда они приехали, Фан Бай дремала, и У Мэй пришлось её разбудить.
Фан Бай очень переживала из-за того, что в ее комнату заходят незнакомцы, поэтому, когда ее попросили сделать прическу в спальне, она отказалась и попросила У Мэй отвести остальных в боковую спальню.
Комната Бэйбэй была занята, и, облизав лапы, она поднялась на чердак.