«Хе-хе-хе…» Услышав слабое и неубедительное объяснение Лу Юнхуэя, Чжао Жунжун рассмеялась. С её печальным смехом тёмная туча на груди Чжао Жунжун рассеялась, и её соблазнительная фигура без всяких ограничений предстала перед воздухом.
Однако в данный момент, даже если бы Лу Юнхуэй был совершенно презренным человеком, он не стал бы допускать никаких неуместных мыслей, поскольку его внимание уже привлекло длинное серое кольцо в руке Чжао Жунжун...
«Я потратила четырнадцать дней на создание этой цепи, сковывающей души». Ее иллюзорное тело с серьезным видом поглаживало серую цепь, сформированную из сгущенного тумана, в ее руке. Чжао Жунжун продолжала улыбаться, но атмосфера в палате становилась все более мрачной с распространением ее улыбки: «На этом ледяном морском дне, выдерживая натиск злых духов неба и земли…»
В этот момент Чжао Жунжун внезапно улыбнулась и посмотрела прямо на Лу Юнхуэя, который, словно большой комок плоти, съежился у изголовья кровати: «Ты знаешь, каково это — быть пронизанным холодом и сыростью в Земле Девяти Инь?»
"..." Лу Юнхуэй почувствовал холод в руках и ногах, и на лбу мгновенно выступил холодный пот. Он не был глупцом. Хотя Чжао Жунжун задал вопрос мягким тоном, в нем явно чувствовались сильная ненависть и леденящая душу жажда убийства!
Беги? Цепь в руке Чжао Жунжуна превратилась в длинную цепь длиной более трех метров, которая, казалось, беспорядочно парила в воздухе. Если Лу Юнхуэй сделает хоть одно движение, его непременно атакует эта, казалось бы, легкая цепь. У Лу Юнхуэя были все основания полагать, что эта цепь не так слаба, как кажется…
Поскольку сбежать невозможно, то...
Слегка опустив голову, Лу Юнхуэй увидел два решительных блеска в глубине своих глаз. Он не заметил едва заметного изменения в выражении лица Чжао Жунжун в воздухе, в глазах которой закрался оттенок неописуемого страха…
«Бабушка, я был неправ... Пожалуйста, пощади мою жизнь!» Лу Юнхуэй, свернувшийся калачиком у изголовья кровати, внезапно разрыдался и скатился с кровати. Не успев даже моргнуть, он вдруг поднял свою толстую правую руку, и на поверхности его кулака вспыхнул желтый свет...
Его печальное выражение лица сменилось свирепостью, и Лу Юнхуэй взревел: «Умри!»
"Бах!" Желтая полоса света вспыхнула и, словно молния, устремилась к Чжао Жунжун, парившей в воздухе. Чжао Жунжун явно не ожидала таких способностей от Лу Юнхуэя. Более того, она, похоже, почувствовала опасность и была ошеломлена. Она поспешно свернула свою длинную цепь. Желтая полоса света, выпущенная Лу Юнхуэем, с силой столкнулась с серой длинной цепью!
С едва слышным звуком серая цепь в руке Чжао Жунжун растаяла, словно лед встретился с огнем, и быстро рассеялась в воздухе. Температура в палате мгновенно упала ниже нуля. Чжао Жунжун знала, что это произошло потому, что цепь, блокирующая душу, которую она сконденсировала с духами Инь, была уничтожена Лу Юнхуэем!
Хотя Чжао Жунжун превратилась в мстительного призрака, это не значит, что у неё стало больше опыта, чем при жизни; боевые навыки по-прежнему остаются её слабостью...
Застигнутая врасплох успешной атакой Лу Юнхуэя, Чжао Жунжун забыла защищаться и даже не стала контратаковать. На мгновение она оцепенела и не смогла среагировать.
Чжао Жунжун была настолько потрясена внезапным поворотом событий, что долгое время не приходила в себя. Лу Юнхуэй, однако, помолчал немного, а затем злорадно усмехнулся: «Я ничего не мог тебе сделать при жизни, но вместо того, чтобы отправиться в преисподнюю после смерти, ты сама пришла ко мне... Я тебя сегодня удовлетворю!»
Предыдущая атака заставила Лу Юнхуэя осознать слабость Чжао Жунжун. Оказалось, что главная сила Чжао Жунжун заключалась в атаках на уровне души. Как только она покинула своё физическое тело и переключилась на энергетические атаки...
Разобравшись в этом, как Лу Юнхуэй мог позволить Чжао Жунжуну и дальше создавать проблемы? Его похотливый взгляд скользнул по едва прикрытому телу Чжао Жунжуна, и, с пересохшим ртом, он снова поднял правую руку, готовый начать вторую атаку!
Чжао Жунжун тоже отреагировала в этот момент. Увидев поднятую правую руку Лу Юнхуэя, выражение её лица слегка изменилось. Она топнула ногой, стиснула зубы, и клубок серого тумана, окутавший её нижнюю часть тела, рассеялся и сконденсировался в цепь, сковывающую душу. Однако в этот момент Чжао Жунжун была совершенно... кхм-кхм.
"Хе-хе..." Лу Юнхуэй не спешил атаковать. Он увидел панику Чжао Жунжун. В этот момент он больше не боялся. Оставалась лишь мысль о кошачьей игре, и он, одновременно похотливо оглядывая почти неотразимое, почти идеальное тело Чжао Жунжун, издавал похотливый смешок...
«Иди к черту!» В этот момент Чжао Жунжун уже не волновало, что ее разоблачат. Как только она увидела пухлое лицо Лу Юнхуэя, которое видела перед смертью, полное похоти, она тут же закричала и опустила свою длинную цепь на лоб Лу Юнхуэя!
«Хм». Увидев действия Чжао Жунжуна, Лу Юнхуэй преисполнился уверенности. Он тихо фыркнул и нанес удар. На этот раз желтого света не было видно, но серая цепь, которую бросил Чжао Жунжун, быстро растворилась и исчезла без следа…
«Какими ещё навыками ты обладаешь? Покажи их!» — насмешливо рассмеялся Лу Юнхуэй, бесстыдно разглядывая пышную грудь Чжао Жунжун!
«Ты…» Чжао Жунжун растерялась, не зная, что делать, когда Лу Юнхуэй с лёгкостью разорвал две её единственные цепи, связывающие души. Она стиснула зубы и испепеляющим взглядом посмотрела на Лу Юнхуэя, нахмурив брови от беспомощного гнева…
«И это всё?» Увидев изменение выражения лица Чжао Жунжун, Лу Юнхуэй усмехнулся: «Тогда послушно иди со мной в постель! Я спал со многими женщинами, но никогда не спал с призраком… с тобой…»
"Боже... Божественный Господь..." Как раз когда Лу Юнхуэй думал, что всё под контролем, и предавался безудержной безрассудности, Чжао Жунжун, стиснувшая зубы, внезапно резко изменила выражение лица и выпрямилась на коленях, всё её тело дрожало...
"Бог? Я?" Внезапная перемена в поведении Чжао Жунжун встревожила Лу Юнхуэя. Пока он недоумевал, откуда-то раздался голос молодого человека: "Техника подавления духов..."
Глава 63: Каждый сам за себя
Звук был чрезвычайно неземным, казалось, доносился со всех сторон, что делало невозможным определение его точного происхождения.
Услышав слова «Техника подавления духа», Лу Юнхуэй поднял бровь и нетерпеливо низким голосом произнес: «Кто тут разыгрывает? Я…»
«Боже, пощади меня! Боже, пощади меня!» В отличие от реакции Лу Юнхуэя, Чжао Жунжун, услышав слова «Техника подавления духа», словно увидела восемнадцатый уровень ада. Ее голос был полон рыданий, и она выглядела крайне жалкой.
Лу Юнхуэй никогда не умирал, поэтому он не мог получить доступ к уровню призраков и богов. Но Чжао Жунжун — другая история. Чжао Жунжун — мертвец. Хотя она случайно попала в Землю Девяти Инь и на несколько дней превратилась в мстительного призрака, она необъяснимым образом узнала кое-что, что ей следовало бы знать.
Существует три категории: боги, призраки и люди. Чжао Жунжун относится к категории призраков. От природы она обладает чрезвычайно острым чутьём к богам. Её ошеломлённость во время боя с Лу Юнхуэем была вызвана смутным ощущением ауры бога. Однако, поскольку эта аура была слишком слабой, она не стала глубоко задумываться об этом.
Однако только что эта слабая аура внезапно вырвалась наружу, словно бурлящий источник, как бесконечные волны, заставив Чжао Жунжун почувствовать величие богов в глубине своего сердца. Именно поэтому она опустилась на колени в воздухе и, склонившись, молила о пощаде.
Поскольку она мстительный призрак, хотя и принадлежит к категории призраков, она вышла за рамки обычных призраков. Подобно мутантам среди людей, она тоже является существом, которое следует уничтожить...
Чжао Жунжун зависла на коленях в воздухе и, моля о пощаде, поклонилась. Лу Юнхуэй постепенно почувствовал что-то необычное. Однако, прежде чем он успел что-либо предпринять, над головой Чжао Жунжун внезапно появился чрезвычайно сложный узор. Он был размером с обычную тарелку, мерцал серебристым светом и был ослепительно красив!
Серебряный узор стремительно вращался над головой Чжао Жунжуна менее трех секунд, после чего бесшумно исчез в воздухе вместе с Чжао Жунжуном, который стоял на коленях на земле совершенно обнаженный!
Эта сцена ужаснула Лу Юнхуэя, который до этого размышлял о том, как построить отношения с призраком женщины. Он мгновенно связал божество, о котором говорил Чжао Жунжун, с богами, которых он понимал...
Однако, несмотря на эти ужасающие предположения, Лу Юнхуэй не стал сдаваться. Менее чем через две секунды после исчезновения Чжао Жунжун выражение его лица резко изменилось, он повернулся и бросился к двери палаты. В этот момент в его толстой голове больше не было никаких эротических мыслей. Единственная мысль была: покинуть это место!
С выражением ужаса на лице и колыхающейся от бега полнотой Лу Юнхуэй успешно выбежал из палаты. Как только он подсознательно вздохнул с облегчением, наивно полагая, что избежал опасности и выжил, дверь палаты перед ним внезапно открылась, и вышел незнакомый ему молодой человек.
Молодой человек ухмыльнулся Лу Юнхуэю, который в панике убегал, а затем небрежно произнес четыре слова: «Дисквалифицирован, уничтожен».
Как только он закончил говорить, зрачки Лу Юнхуэя резко расширились, а затем все его тело словно застыло, он застыл в неподвижной позе, сохраняя прежнюю осанку и ужас на лице.
"Успешно лишил мутировавшего повстанца его мутантских способностей... Получил 300 очков духовной силы..."
«Уничтожение мутировавшего бога-повстанца, +50 очков заслуг...»
Пока Лу Юнхуэй застыл на месте, в голове Е Янчэна мелькнула мысль о Божественной Искре Девяти Небес. Он в последний раз взглянул на эту высшую фигуру в подземном мире уезда Вэньлэ, взял себя в руки, поправил воротник, слегка кашлянул, и вдруг его лицо помрачнело. Он издал леденящий душу вой: «Призрак…»
Он повернулся и побежал!
На третьем этаже стационарного отделения Народной больницы города Баоцзин, помимо аварийного выхода, была только одна лестница, ведущая на первый этаж. Поэтому Е Янчэну ничего не оставалось, как бежать к этой лестнице.
Едва стих вой, как он, не успев пробежать и пяти шагов, увидел, как по лестнице поднимаются трое — двое мужчин и одна женщина, все молодые люди лет двадцати пяти. Они были одеты довольно нарядно; по крайней мере, издалека можно было определить, кто в костюме, а кто в повседневной одежде…
Е Янчэн лишь мельком взглянул на троих юношей и девушек, не делая никаких дальнейших предположений. Выражение его лица становилось все более паническим, а шаги — еще более неуверенными. Любой, кто его видел, сказал бы: «Этот ребенок такой жалкий; должно быть, он в ужасе…»
Е Янчэн заметил троих мужчин и женщин, и те, в свою очередь, заметили Е Янчэна. Однако выступление Е Янчэна в этот момент было слишком убедительным. Кроме того, Лу Юнхуэй, стоявший прямо за Е Янчэном, отвлекал на него много внимания. Поэтому трое мужчин и женщин лишь мельком взглянули на Е Янчэна, а затем перевели взгляд на Лу Юнхуэя.
Е Янчэн продолжал бежать, а трое мужчин и женщин также синхронно двинулись в том направлении, откуда пришел Е Янчэн, быстро сокращая расстояние между ними...