Перед нами предстал большой сад!
В саду было высажено множество деревьев, бонсай, разбиты альпинарии, расставлены декоративные растения, а также несколько фудтраков! Было очевидно, что на этот раз группа компаний Sakura Group устроила для Гао Цзяньфэя и Сун Ина фуршет.
Гао Цзяньфэй огляделся и увидел в саду десятки, а то и сотни людей, стоящих парами и тройками! Среди них были мужчины и женщины, а также несколько парней в одежде для тренировок по карате, которые болтали и смеялись.
Что касается периметра сада, то по его периметру стояли несколько телохранителей в черных одеждах с лицами холодными и суровыми, как гранит, которые орлиным взглядом осматривали окрестности.
Гао Цзяньфэй увидел, как Сун Ин и несколько помощников арбитра разговаривают с пожилым мужчиной, выглядевшим вполне состоятельным. Рядом с пожилым мужчиной стоял мужчина средних лет, державший бокал вина и одетый в повседневный костюм от Versace.
«Неужели это Фудзита Юцзюнь?» — подумал про себя Гао Цзяньфэй. Его взгляд невольно переместился в ту сторону.
Присмотревшись внимательнее, Гао Цзяньфэй заметил, что Сун Ин была весьма вежлива и учтива, профессионально улыбаясь и чокаясь бокалами со стариком. Однако помощники судей, которых привела с собой Сун Ин, выглядели несколько уважительными и сдержанными. Мужчина в повседневной одежде от Versace время от времени вмешивался, чтобы поболтать с Сун Ин, которая всегда вежливо отвечала.
Сун Ин, женщина исключительного таланта, представляющая всю семью Сун, поэтому считалась весьма важной гостьей на этом банкете. Только хозяин, Фудзита Юцзюнь, имел право и был достоин пообщаться и посмеяться с ней!
В этот момент к Гао Цзяньфэю подошёл японец средних лет, который проводил его на виллу, и вежливо сказал: «Цзяньфэй-кун, пожалуйста, пройдите туда! Госпожа Сакура из семьи Сун уже там и ведёт приятную беседу с Фудзита-куном. Мао Шунь-кун тоже там».
«Хм? И правда, этот старик — Фудзита Юшунь! Э-э... тот мужчина в повседневной одежде от Versace, он мой противник на этот раз, Мао Шунилан?» Гао Цзяньфэй дотронулся до носа, затем взял бокал красного вина из тележки с едой, которую толкала молодая японка, и подошел. Он повернулся к мужчине средних лет и сказал: «Хорошо, я сам подойду. А ты иди поздоровайся с остальными».
Сказав это, Гао Цзяньфэй уверенно направился к Фудзите Юцзюню и Сун Ин.
Во время прогулки Гао Цзяньфэй внимательно осматривался по сторонам и прислушивался. Он заметил, что, когда приблизился к Фудзите Юцзюню, вокруг него находилось по меньшей мере 30 человек, которые незаметно приближались к нему!
Телохранители в черных костюмах настороженно наблюдали за Гао Цзяньфэем, медленно передвигаясь и крепко прижимая правые руки к выступам на поясе. Было очевидно, что это вооруженные профессиональные стрелки, ответственные за охрану Фудзиты Юцзюня!
Гао Цзяньфэй мог гарантировать одно: если он причинит Фудзите Юцзюню какой-либо вред, эти боевики немедленно откроют огонь!
Хотя навыки боевых искусств Гао Цзяньфэя достигли такого уровня, что он мог уворачиваться от пуль, это не означало, что он мог свободно передвигаться под градом пуль, оставаясь невредимым!
Имейте в виду, что только в этом саду находятся десятки вооруженных людей, и, безусловно, еще больше скрываются в тени. Открыто пытаться убить человека в таком месте — это просто возмутительно!
Гао Цзяньфэй спокойно скрыл в своем сердце убийственное намерение, изобразил на лице теплую улыбку, взял бокал вина и направился прямо к Фудзите Юцзюню.
По наблюдениям Гао Цзяньфэя, хотя Фудзита Юцзюнь кажется добрым и скромным, в глубине его глаз скрывается оттенок безжалостности!
Конечно, дело не в том, что у Гао Цзяньфэя было особенно острое зрение или он исключительно хорошо разбирался в лицах людей. В основном, это было связано с некоторыми предвзятыми представлениями, которые помогли ему разглядеть обманчивую внешность Фудзиты Юцзюня.
Этот парень причинил вред бесчисленному количеству невинных японцев, и он был настоящим развратником! Похитленные им из школ юные студентки подвергались сексуальному насилию со стороны Фудзиты Юшуна, после чего их заставляли сниматься в порнофильмах. Более того, бывший лидер группы «Сакура» был убит Фудзитой Юшуном. Следовательно, он был чудовищем! Извращенцем!
Гао Цзяньфэй также заметил, что, когда Фудзита Юцзюнь разговаривал с Сун Ином, он казался очень приветливым и дружелюбным, но в его глазах часто мелькали крайне жадные, извращенные и собственнические желания!
У этого старика явно есть планы на Сун Ина!
Это правда. Сун Ин невероятно красива, и все её качества заслуживают оценки 95 из 100. Неудивительно, что Фудзита Юцзюнь испытывал к ней такие грязные чувства.
Вспоминая, как Фудзита Юшунь извращенно надругался над сотнями молодых женщин, Гао Цзяньфэй вдруг почувствовал холодок за Сун Ина!
Гао Цзяньфэй понимал, что если бы не мощная поддержка семьи Сун, Фудзита Юцзюнь, вероятно, принудил бы Сун Ина к интимной связи сегодня вечером.
Хотя Гао Цзяньфэй и Сун Ин, в принципе, находились по разные стороны баррикад, видя, как Сун Ин, словно голодный волк, расхаживает прямо у него под носом, Гао Цзяньфэй почувствовал прилив гнева и быстро подошел к ним.
В этот момент Сун Ин первой заметила прибытие Гао Цзяньфэя. В ее глазах мелькнул огонек нежности, но она быстро подавила его, сменив на совершенно обычное, даже слегка безразличное, выражение лица. Она подняла бокал с вином в сторону Гао Цзяньфэя и ровным голосом сказала: «Господин Гао, вы прибыли. Здравствуйте».
Услышав слова Сун Ина, Фудзита Юцзюнь и Мао Шуньи оба повернули лица и посмотрели прямо на Гао Цзяньфэя!
Безжалостный взгляд в их глазах был мимолетным! Затем они изобразили фальшивую улыбку.
«Привет!» — поприветствовал их Гао Цзяньфэй и подошёл. В этот момент Гао Цзяньфэй заметил, что позади Фудзиты Юцзюня и Мао Шуничиро стояло не менее двадцати телохранителей с грозным видом. Эти телохранители, как и боевики по периметру, крепко прижимали правые руки к своим выпирающим поясам.
Можно с уверенностью сказать, что Фудзита Юшун был окружен множеством телохранителей и вооруженных людей.
Чтобы выполнить миссию и получить более 1 миллиона очков опыта, Гао Цзяньфэй должен убить не только Фудзиту Юцзюня, но и всё высшее руководство группы «Сакура»!
Похоже, оборона группы «Сакура» очень крепка; прямое столкновение будет весьма затруднительным. Однако Гао Цзяньфэй не спешит. Эти ребята рано или поздно обречены; эта первая встреча — всего лишь проверка! Посмотрим, как они справятся с Гао Цзяньфэем сегодня вечером!
«Здравствуйте, госпожа Сун». Гао Цзяньфэй небрежно поприветствовал Сун Ин, затем отвел взгляд, не взглянув на нее снова. После этого он перевел взгляд на Мао Шуньи и Фудзиту Юцзюня.
При ближайшем рассмотрении стало ясно, что виски Фудзиты Юшуна уже поседели, и он, безусловно, излучал внушительную ауру высокопоставленного лица. Мао Шуничиро, напротив, выглядел очень проницательным; его слегка приподнятый пучок волос делал его похожим на лысого, лоб — широким, а рука, державшая бокал с вином, не дрожала. Он казался вполне спокойным. В этот момент он холодно улыбнулся Гао Цзяньфэю: «Добро пожаловать, Гао, занимающий 51-е место в мире по азартным играм». После паузы он добавил: «Гао, это Фудзита-кун, руководитель группы «Сакура», а также мой босс. Он плохо говорит на зигбайе, поэтому я буду твоим переводчиком».
«В этом нет необходимости». Внезапно Гао Цзяньфэй на беглом японском произнес: «Я уже некоторое время самостоятельно изучаю японский язык, и думаю, что могу без проблем общаться в обычных ситуациях!»
Сказав это, Гао Цзяньфэй, притворившись восторженным, улыбнулся Фудзите Юцзюню по-японски: «Здравствуйте, Фудзита-кун, приятно познакомиться. Также благодарю вас за гостеприимство сегодня вечером. Красное вино хорошее, оно из Бордо». Говоря это, Гао Цзяньфэй очень галантно отпил глоток вина.
Замерло!
Фуджита Юшун был ошеломлен!
Мао Шуньи Лан был ошеломлен!
Сун Ин и помощник судьи тоже были ошеломлены!
Гао Цзяньфэй говорил по-японски невероятно бегло, словно прожил в Японии десятилетия. Даже переходы между звуками в конце фразы были плавными и естественными!
Следует отметить, что Мао Шунилан, работавший в японском казино, несколько лет изучал и исследовал японский язык. По сравнению с Гао Цзяньфэем, его уровень владения японским языком был значительно ниже!
"О! Цзяньфэй, ты действительно сам выучил японский? Ты никогда раньше не был в Японии?" — Фудзита Юцзюнь недоверчиво посмотрел на Гао Цзяньфэя.
Гао Цзяньфэй скромно заметил: «На самом деле, на изучение японского языка у меня ушло несколько месяцев упорной работы. Это не то, что я мог бы легко выучить за день-два».
«Бурчание…» — кадык Фудзиты Юдзюна слегка подпрыгнул.
Мао Шунилан посмотрел на Гао Цзяньфэя с завистью… Черт возьми, я учился годами, а до сих пор не могу говорить бегло, а ты учишься всего несколько месяцев, а можешь так говорить?
Взгляд Сун Ин, устремленный на Гао Цзяньфэя, озарился, и на ее губах невольно расплылась гордая и теплая улыбка. Она подумала про себя: «Дорогой, ты потрясающий!»
Глава 319 Лысый мужчина
Глава 319 Лысый мужчина
После первоначального шока Фудзита Юшунь и Мао Шуньитиро с подозрением посмотрели на Гао Цзяньфэя. Гао Цзяньфэй, однако, лишь потягивал красное вино с крайне профессиональным видом, ни словом не обмолвившись о предстоящем через несколько дней поединке с Мао Шуньитиро.
Короче говоря, Гао Цзяньфэй не станет инициировать разговор. Давайте просто подождем, пока этот дурак заговорит первым!
Гао Цзяньфэй даже неторопливо взял кусочек сашими из проезжавшей мимо тележки и попробовал. Однако вкус ему совсем не понравился. Он пробормотал про себя: «Черт, это ужасно. Не понимаю, почему японцы так любят есть такую сырую, вонючую рыбу!»
Сун Ин не пыталась слишком сближаться с Гао Цзяньфэем. Вместо этого она намеренно несколько минут непринужденно беседовала с Мао Шуньи.
Внезапно Мао Шунилан, казалось, потерял самообладание и прямо сказал Гао Цзяньфэю: «Сяо Гао, кажется, я слышал, что твои навыки азартных игр не так уж просты... Твой мировой рейтинг и твои реальные навыки азартных игр, вероятно, несколько отличаются, верно?»
Сказав это, Фудзита Юцзюнь зловещим взглядом посмотрел на Гао Цзяньфэя, не выразив при этом никакого собственного мнения. Он наблюдал за выражением лица и поведением Гао Цзяньфэя.
Сун Ин была ошеломлена… Будучи членом семьи Сун, она знала истинные игровые навыки Гао Цзяньфэя, которые, вероятно, занимали 20-30 место в мире. Однако эта информация была строго охраняемой тайной семьи Сун и Всемирной ассоциации азартных игр, и посторонним она ни в коем случае не должна была быть известна. Но в этот момент Мао Шунилан внезапно задал вопрос, заставив Сун Ин смутно догадаться… Может быть, может быть, дедушка…
Сун Ин не осмеливалась слишком глубоко об этом задумываться.
«Ха, господин Мао Шуньи, что касается моих истинных навыков в азартных играх, думаю, мы узнаем ответ за игорным столом через несколько дней». Гао Цзяньфэй просто не стал отвечать на вопрос Мао Шуньи напрямую!
Глаза Мао Шуньитиро сузились, и на его лице тут же появилась убийственная аура. Он уже собирался что-то сказать, когда его остановил Фудзита Юцзюнь. С натянутой улыбкой Фудзита Юцзюнь сказал Гао Цзяньфэю: «Господин Гао, пожалуйста, насладитесь сегодня вечером прекрасным вином и едой. Позже я устрою серию замечательных развлекательных представлений. Надеюсь, вам понравится, ха-ха!»
Гао Цзяньфэй ясно разглядел след убийственного намерения глубоко в глазницах Фудзиты Юцзюня!
«Похоже, сегодня вечером он точно собирается что-то предпринять! Развлечения?» Настроение Гао Цзяньфэя постепенно становилось всё более серьёзным. С бокалом вина в руке он подошёл к тележке с едой. Быстрый взгляд показал, что большинство гостей в саду были крепкими мужчинами; вряд ли это были хорошие люди, скорее всего, высокопоставленные приспешники группы «Сакура». Тем временем боевики внимательно следили за каждым движением Гао Цзяньфэя. Ситуация была довольно деликатной!
В этот момент Сун Ин наконец подошла и шепнула Гао Цзяньфэю: «Цзяньфэй, почему бы тебе не пойти домой пораньше? Позже я найду возможность сказать, что мне нужно вернуться в отель, и ты можешь непринужденно предложить меня подвезти. Я сразу соглашусь, как насчет этого?» Сун Ин была очень умной женщиной; она тоже поняла, что что-то не так. Отношение Фудзиты Юцзюня и Мао Шуньитиро к Гао Цзяньфэю становилось все более холодным и все более… опасным!
Она понятия не имела, что произошло! Она не понимала, почему Мао Шунилан мог сомневаться в способностях Гао Цзяньфэя к азартным играм!
В этот момент в её голове крутилась только одна мысль… Она ни в коем случае не должна допустить, чтобы с Цзяньфэем что-нибудь случилось! Она должна благополучно выбраться отсюда вместе с ним!
В полубессознательном состоянии Гао Цзяньфэй почувствовал искренние эмоции, отражающиеся в глазах Сун Ина, и его непринужденную заботу. Гао Цзяньфэй наконец сдержал часть враждебности, которую он ранее испытывал к Сун Ину.
«Мисс Сун, не волнуйтесь, давайте двигаться шаг за шагом», — успокоил Гао Цзяньфэй Сун Ин. Затем Гао Цзяньфэй взял тарелку с фруктовым салатом: «Хех, мисс Сун, этот арбуз очень вкусный, вам стоит попробовать».
Сун Ин усмехнулась: «Это салат! Ха, а какой арбуз?»
С другой стороны...
Тем временем Мао Шуничиро и Фудзита Юшунь тихо перебрасывались парой слов.
«Мао Шуньцзюнь, как ты думаешь, какой человек Гао Цзяньфэй?» — спросил Фудзита Юцзюнь с натянутой улыбкой.
Мао Шуничиро стиснул зубы и сказал: «Похоже, он очень умный парень. И очень интересный противник…»
Фуджита Юцзюнь тут же махнул рукой: «Нет, Мао Шуньцзюнь, вы ни в коем случае не должны рассматривать матч против Гао Цзяньфэя через три дня. Я не хочу рисковать. Мое казино стоит миллиарды долларов; это крупнейшее казино в Токио и машина по печатанию денег для нашей группы Sakura. Я не хочу рисковать своим казино. Поэтому, Мао Шуньцзюнь, пожалуйста, забудьте об этом матче. Вам также не нужно беспокоиться о вмешательстве или наказании со стороны семьи Сун и Всемирной ассоциации азартных игр. Мой старый друг Сун Цянь очень откровенно сказал мне, что мы можем разобраться с Гао Цзяньфэем до матча; конечно, он им нужен живым. Так что…»
«Итак, Фудзита-кун, какие у тебя планы?» — наконец спросил Мао Шуничиро, отказываясь от идеи вызвать Гао Цзяньфэя на дуэль за игорным столом. Он сделал этот вопрос, покидая стол.
«Хм, моя идея проста. Позже я приглашу Гао Цзяньфэя на сцену посмотреть выступление наших японских танцоров. Эта сцена, безусловно, будет очень оживленной, и такой случай идеально подходит для снайперской стрельбы. Мао Шун-кун, ты должен знать, что в нашей группе «Сакура» много отличных снайперов…» Фудзита Юцзюнь холодно улыбнулся. «Моя «личность» — пресекать на корню все, что может навредить интересам группы «Сакура»! Ты понимаешь, Мао Шун-кун?»
«Я… я понимаю, Фудзита-кун». Мао Дзюнитиро тяжело кивнул.
В этот момент Сун Ин, казалось, забыла держаться на расстоянии от Гао Цзяньфэя. Она оставалась рядом с ним, ела и болтала с ним, неоднократно повторяя, что как только представится возможность, она попрощается с Фудзитой Юцзюнем и покинет виллу вместе с ним.
Тем временем помощники арбитра, пришедшие вместе с Сун Ином, начали перешептываться между собой.
«Всем привет, у мисс Сакуры, похоже, есть чувства к Гао Цзяньфэю. Боюсь, сегодня вечером группа «Сакура» предпримет какие-то действия. Поэтому давайте позовем сюда мисс Сакуру».
«Да, мы не должны позволять госпоже Ин слишком сближаться с Гао Цзяньфэем. Если с госпожой Ин что-нибудь случится, боюсь, старый господин Сун разорвет нас на части!»
Как раз когда помощники арбитра собирались подойти и остановить Сун Ин, раздался громкий голос Фудзиты Юцзюня: «Ха-ха! Друзья, я рад видеть вас всех сегодня вечером. Далее я хотел бы пригласить вас на очень, очень интересное развлекательное представление! Гарантирую, вам всем так понравится, что вы не захотите уходить! Ха-ха, пожалуйста, не говорите, что уходите, давайте обсудим все после представления!»
Это объявление было встречено одобрительными возгласами и аплодисментами многих «гостей» в саду.
На самом деле это были вовсе не «гости», а высокопоставленные члены группы «Сакура» и их семьи. Естественно, они были полностью в полном распоряжении Фудзиты Юшуна.
Фактически, единственными посторонними на сегодняшнем банкете были Гао Цзяньфэй и Сун Ин. Даже помощники арбитров, пришедшие с Сун Ином, заранее вступили в сговор с командой «Сакура».
Можно с уверенностью сказать, что во всем саду находятся сотни людей, все члены группы «Сакура»! Они устроили ловушку, ожидая, пока Гао Цзяньфэй незаметно проникнет внутрь, чтобы закрыть дверь и напасть!
С другой стороны, прежде чем Фудзита Юшунь объявил, что все должны пойти посмотреть представление, он также дал указание нескольким опытным боевикам, скрывавшимся на вилле, что, когда представление достигнет кульминации и станет напряженным, боевики должны использовать пистолеты с глушителями, чтобы выстрелить Гао Цзяньфэю прямо в руки!
«Пожалуйста, пройдите на большую сцену вон там!» — несколько старших членов группы «Сакура» начали направлять толпу к большой сцене, установленной на другой стороне сада.
Внезапно, в этот самый момент, спортивный автомобиль «Мерседес» выехал прямо из сада!
Сердце Гао Цзяньфэя замерло... Он только что въехал на машине?
Следует отметить, что даже Сун Ин и ее окружение, как почетные гости, имели право парковать свои автомобили только на стоянке у подножия горы и категорически не допускались на въезд на территорию виллы на своих машинах.
Кто находится внутри этого «Мерседеса-Бенца»?
Шумная толпа в саду начала утихать. Мао Шуничиро и Фудзита Юшун, направлявшиеся к большой сцене, быстро обернулись и с почтением направились к подъехавшему «Мерседесу».
Даже Фудзита Юшун слегка поклонился!
Гао Цзяньфэй невольно дотронулся до носа, подумав: «Похоже, всё изменилось! В виллу группы «Сакура» приехал кто-то очень важный!»
Дверь машины открылась.
Со стороны Гао Цзяньфэя он едва мог разглядеть лысую голову, медленно выглядывающую из машины.
На этой голове невероятно сложные татуировки!
Вскоре очень мускулистый лысый мужчина в черном плаще обошел машину спереди и встал перед ней. За ним из машины вышли двое чуть более невысоких, крепких мужчин. У лысого мужчины было очень холодное и высокомерное выражение лица. Его отличительной чертой была красочная татуировка, тянувшаяся от лысой головы до шеи – свирепый демон!
«О! Кагава-кун!» — Фудзита Юшун подошел, поклонившись и поприветствовав лысого мужчину. — «Я не знал, что Кагава-кун окажет нам честь своим присутствием. Приношу свои извинения, мои извинения!»
Фудзита Юдзюн, стоя перед лысым мужчиной, склонил голову, демонстрируя крайнее смирение.