Лысый мужчина посмотрел на Фудзиту Юшуна сверху вниз, и в его глазницах отчетливо читалась ярость! Эта ярость смешивалась с отвращением и скрытым убийственным намерением!
Гао Цзяньфэй стоял в стороне, внимательно наблюдая за внезапно появившимся лысым мужчиной, и, естественно, четко запечатлел каждое его выражение лица и движение.
«Похоже, этот лысый мускулистый мужчина действительно недолюбливает Фудзиту Юцзюня», — подумал про себя Гао Цзяньфэй.
В этот момент Сун Ин прошептала Гао Цзяньфэю: «Цзяньфэй, перед приездом в Японию мой дедушка дал мне список самых влиятельных людей Японии. Этот лысый мужчина там есть! Он одна из самых могущественных фигур в Ямагути-гуми прямо сейчас!»
«Ямагути-гуми?» Гао Цзяньфэй был ошеломлен, думая, что ситуация становится все сложнее! Теперь сюда пришли даже члены Ямагути-гуми, печально известной и ужасающей японской подпольной организации!
«Этот лысый мужчина — лидер Ямагути-гуми?» — тихо спросил Гао Цзяньфэй Сун Ин.
«Нет, этого лысого зовут Кагава Синпин, он третий по рангу член Ямагути-гуми. Цзяньфэй, не стоит его недооценивать. Ты должен знать, что Ямагути-гуми — это практически ужасающая подпольная сила по всей Азии. В Японии они настолько могущественны, что могут влиять на японскую политику! Посмотри на Сакура-гуми, они невероятно сильны в Токио, верно? Но когда лидер Сакура-гуми, Фудзита Юшун, увидел Кагаву Синпина, он испугался как перепел! А это третий по рангу лидер Ямагути-гуми!» Сун Ин удивленно цокнула языком, а затем ее лицо стало все более обеспокоенным. «Как Кагава Синпин мог оказаться в такой ситуации? Неужели… Нет, Цзяньфэй, мы должны немедленно уйти отсюда! Уходить прямо сейчас!»
Она искренне опасалась, что с Гао Цзяньфэем может что-то случиться!
Хотя она знала, что Гао Цзяньфэй обладает исключительными навыками и владеет боевыми искусствами, это была Япония, их территория. Более того, из Японии уже был мобилизован грозный отряд, и, судя по всему, он нацелен на Гао Цзяньфэя! В таком случае Гао Цзяньфэй был в большой опасности!
Сун Ин не верил, что Гао Цзяньфэй сможет в одиночку конкурировать с японскими техниками ямагути-гуми и сакура-гуми!
Сун Ин подумала про себя… Хм! Что же происходит? Надо позвонить дедушке и спросить позже! Похоже, все нацелились на Цзянь Фэя!
Гао Цзяньфэй улыбнулся Сун Ин, давая ей понять, что ей не стоит волноваться. Он же, в свою очередь, напряг слух, внимательно прислушиваясь к разговору между Кагавой Масахиро и Фудзитой Юшуном.
В этот момент Кагава Синпин уже подавил отвращение и ненависть, которые он испытывал к Фудзите Юдзюну. Он равнодушно сказал: «Я слышал, что госпожа Сакура из семьи Сун приехала в Токио. Наша Ямагути-гуми питает глубокую дружбу с семьей Сун. Раз уж приехала госпожа Сакура, я, естественно, буду представлять Ямагути-гуми, чтобы поприветствовать её».
Он упомянул только Сун Ина, но совсем не упомянул Гао Цзяньфэя.
Фуджита Юшун поспешно ответил: «Да, Кагава-кун, мисс Сакура вон там. Я отведу тебя туда, чтобы ты её увидел».
Пока он говорил, Фудзита Юджун подвел Кагаву Машин к Гао Цзяньфэю и Сун Инь.
Столкнувшись лицом к лицу с Кагавой Шинпином, Гао Цзяньфэй внезапно почувствовал странное ощущение… Кагава Шинпин излучал странную, очень мощную ауру, но не ауру китайского мастера боевых искусств! И все же… эта аура была более свирепой, чем у китайского грандмастера боевых искусств! Более того, она не уступала ауре некоторых мастеров внутренних боевых искусств!
«Черт возьми, с этим Кагавой Синдзином, третьим по рангу в Ямагути-гуми, шутки плохи!» — пробормотал Гао Цзяньфэй про себя. Однако он не испугался и не растерялся. Он слегка выпрямил грудь и спокойно улыбнулся Кагаве Синдзину.
Их взгляды встретились преждевременно!
Из глаз Кагавы Машина вырвалась тонкая, резкая полоска света, пронзившая взгляд Гао Цзяньфэя! Гао Цзяньфэй спокойно отразил этот луч света.
На лице Кагавы Масахиро тут же мелькнуло удивление, но он быстро его подавил. Он подошел к Гао Цзяньфэю и Сун Ин. Первым делом он обратился к Сун Ин: «Добро пожаловать в Японию, прекрасная мисс Сакура. Ваша красота не имеет себе равных в моей жизни!»
Сун Ин понимала японский язык, но говорила на нём не очень хорошо. Она просто вежливо улыбнулась и сказала: «Спасибо».
Внезапно Кагава Масахиро повернул голову и уставился на Гао Цзяньфэя. «Здравствуйте, господин Гао Цзяньфэй, 51-й в мире эксперт по азартным играм и всемирно известный врач. Я Кагава Масахиро, и я также рад приветствовать вас в Японии».
Во время разговора он протянул руку, чтобы пожать руку Гао Цзяньфэю.
«Приятно познакомиться, пожалуйста, позаботьтесь обо мне», — ответил Гао Цзяньфэй на беглом японском языке. Затем он протянул руку и пожал руку Кагаве Масахиро.
Как ни странно, они держались за руки и не отпускали друг друга секунд десять, прежде чем наконец отпустить.
«Ха-ха-ха. Интересно». Гао Цзяньфэй усмехнулся и пошёл прямо вперёд. «Разве мы не собирались на представление? Пойдём, я всё равно никогда раньше не видел, как танцуют японские женщины».
Взгляд Кагавы Масами был прикован к Гао Цзяньфэю, рука, только что сжимавшая его, слегка задрожала. Он пробормотал: «Дурак! Очень… очень сильный мужчина!»
В этот момент Сун Ин подбежала к Гао Цзяньфэю и прошептала: «Цзяньфэй, что ты всё ещё смотришь? Давай найдём предлог, чтобы уйти отсюда!»
Гао Цзяньфэй усмехнулся и потрогал нос. «Уйти? Хех, наверное, даже если бы мы захотели уйти сейчас, у нас бы не получилось».
Только что, когда Гао Цзяньфэй пожал руку Кагаве Масами, тот, в тот момент, когда схватил руку Гао Цзяньфэя, обрушил на него яростную и мощную силу, словно хотел раздробить ему все кости в руке!
Гао Цзяньфэй мысленно оценил силу рукопожатия Кагавы Масами в несколько сотен цзинь! Это было ужасно! Даже некоторые мастера боевых искусств в Китае не смогли бы развить силу захвата в несколько сотен цзинь!
Разумеется, Гао Цзяньфэй умело направил свою внутреннюю силу, без труда нейтрализовав сотни килограммов хватательной силы, а затем начал эффективную контратаку.
Уже по рукопожатию Гао Цзяньфэй понял, что приезд Ямагути-гуми сюда не случаен и, вероятно, не просто для того, чтобы поприветствовать Сун Ина!
В настоящее время отъезд невозможен; мы можем лишь занять выжидательную позицию и принять решение по мере развития ситуации!
«Кагава-кун… Я… я договорился с новыми танцовщицами, чтобы развлечь гостей. Пойдемте посмотрим вместе», — сказал Фудзита Юшун Кагаве Масахиро, вытирая пот.
Кагава Масахиро бросил взгляд на Фудзиту Юшуна, ничего не сказал и направился прямо к большой сцене.
Фуджита Юшун намеренно затянул, шепнув Мао Шуничиро: «Я не знаю, зачем Кагава-кун здесь! Поэтому немедленно прикажи боевикам не стрелять снайперами по Гао Цзяньфэю. Невежливо стрелять наугад прямо под носом у Кагавы-куна, это может его даже расстроить. Э-э... давайте воспользуемся вторым планом!»
«Да, Фудзита-кун», — почтительно кивнул Мао Дзюнитиро.
Глава 320. Именно то, чего я хотел.
Глава 320. Именно то, чего я хотел.
Крепость группы компаний Sakura! Вилла на склоне холма!
Ситуация деликатная!
На вечеринке в этом саду присутствовало не только большое количество вооруженных людей и ключевых членов группы «Сакура», но и представители влиятельной японской подпольной организации «Ямагути»!
Более того, это Кагава Синдзинь, занимающий третье место по могуществу в Ямагути-гуми!
Гао Цзяньфэй спокойно двигался по саду вместе с толпой. Сун Ин тревожно следовала за ним, больше не пытаясь скрыть своего присутствия. Помощники арбитра, не менее взволнованные, бежали вслед за Гао Цзяньфэем. Увидев прибытие Ямагути-гуми, они поняли, что сегодня вечером должно произойти что-то важное! Поэтому они должны были обеспечить безопасность Сун Ин!
В левой части сада расчищена большая территория, и там установлена сцена в японском стиле для выступлений, а внизу расположены места для зрителей.
Многочисленные гости заняли свои места.
Сун Ин, помощник судьи Гао Цзяньфэй и Кагава Масахиро из Ямагути-гуми, среди прочих, были приняты как почетные гости и размещены перед сценой. Фудзита Юшунь и Мао Шуньитиро, а также другие высокопоставленные члены Сакура-гуми, сопровождали их.
По стечению обстоятельств, место Гао Цзяньфэя располагалось по обе стороны от него: слева — Сун Ин, справа — грозный лысый Кагава Машин.
Сидя рядом с Кагавой Машином, Гао Цзяньфэй словно находился рядом с диким зверем! Время от времени Кагава Машин поворачивал голову и бросал взгляд на Гао Цзяньфэя, в его глазах мелькал холодный, острый блеск, который был довольно пугающим.
Вскоре за огромным бумажным экраном на сцене стали смутно виднеться очертания каких-то фигур.
Гао Цзяньфэй взглянул на них и увидел, что размытые фигуры явно представляли собой силуэты нескольких стройных женщин!
Фигуры были нечеткими и грациозными, с изящными изгибами, и эти изгибы были исключительно впечатляющими. Гао Цзяньфэй ахнул… Хотя он не мог ясно видеть, он все же смутно различал, что у женщин за ширмой были поразительно большие груди!
Гао Цзяньфэй невольно взглянул на сидящего рядом с ним Сун Ина, а затем на тени за ширмами. Подсознательно он покачал головой.
Сун Ин была очень чувствительна и прямо плюнула: «Этим японцам нравится такое „порнографическое“ представление! Это полная мерзость! Кроме того, Цзяньфэй, я думаю, что для женщин большая грудь не обязательно лучше. Слишком большая создает ощущение нереальности!»
«Э-э…» Гао Цзяньфэй потерял дар речи.
Внезапно на сцене появился дым, придав ей невероятную эфирную и сказочную атмосферу. Тем временем зазвучала традиционная японская народная музыка, словно текущая вода.
Сразу после этого из-за ширмы грациозно вышла группа пышнотелых японских женщин в кимоно, каждая из которых держала в руках складной веер. Они покачивали своими изящными талиями, выпячивали грудь размером с баскетбольный мяч и начали соблазнительно танцевать.
Это то, что Фуджита Юшун называет великолепным развлекательным представлением!
Гао Цзяньфэй несколько мгновений пристально смотрел на них и должен был признать, что японские танцовщицы выглядели очень молодо и обладали пышной грудью. Их выражения лиц казались профессионально отточенными — смесь влюбленности, невероятного очарования и жалкой уязвимости, — но движения были невероятно распущенными. Это создавало завораживающе противоречивый эффект.
Постепенно эти японские танцовщицы начали... раздеваться.
Зрители под сценой разразились криками и ликованием!
Под кимоно японские танцовщицы были совершенно обнажены! С захватывающей дух скоростью и профессионализмом они разделись догола, их прекрасные гениталии то появлялись, то исчезали в дымовых эффектах на сцене. Они исполняли различные сексуальные позы друг с другом — это было практически эротическое представление вживую!
Однако эти танцоры подняли изначально вульгарное представление на определенный художественный уровень, сделав невозможным возникновение у людей чувства отвращения.
Сун Ин лишь покраснела и нахмурилась, но не стала уходить.
Гао Цзяньфэй достал из кармана сигарету, но не стал задерживать взгляд на сцене. Вместо этого он оглядел окрестности.
Гао Цзяньфэй знал, что Фудзита Юцзюнь никогда не станет устраивать представление в развлекательных целях без причины! Неужели в этом представлении таилась какая-то скрытая опасность?
Оглядевшись вокруг, можно было заметить, что многочисленные зрители были полностью поглощены происходящим, их внимание было сосредоточено на обнаженных танцовщицах на сцене, которые исполняли различные непристойные позы!
Тем временем находившиеся поблизости вооруженные люди внимательно следили за каждым движением зрителей! Гао Цзяньфэй приблизительно оценил количество боевиков в этом районе как минимум в 50 человек!
«Возможно, они воспользуются этим выступлением, чтобы внезапно напасть на меня, это вполне возможно! Но…» — задумался Гао Цзяньфэй. Затем он повернул голову, чтобы посмотреть на Кагаву Машина! В этот момент Кагава Машин, как и Гао Цзяньфэй, не был сосредоточен на сцене. Он тоже повернул голову, чтобы посмотреть на Гао Цзяньфэя.
Их взгляды встретились.
Гао Цзяньфэй рассмеялся. «Хех, Кагава-кун, похоже, тебе не очень нравятся такие представления», — бегло сказал Гао Цзяньфэй по-японски.
Губы Кагавы Масахиро дрогнули. «Цзяньфэй-кун, у тебя отличный японский! Да, подобные представления совершенно бессмысленны. Мне нравится не смотреть, а делать! Позже я попрошу Фудзиту-куна пригласить несколько танцовщиц на вечер». Говоря это, он невольно взглянул на Сун Ин, сидевшую рядом с Гао Цзяньфэем. В его глазах мелькнул странный блеск, и он пробормотал: «Мисс Ин — самая элегантная и красивая женщина, которую я когда-либо видел».
Гао Цзяньфэй покрылся холодным потом, подумав про себя: «Неужели этот главарь Кагавы неравнодушен к Сун Ину?»
В этот момент Гао Цзяньфэй намеренно перевел разговор на Фудзиту Юцзюня. «Кагава-кун, похоже, Фудзита-кун — чрезвычайно гостеприимный хозяин».
Гао Цзяньфэй не просто болтал без умолку; он затронул тему разговора о Фудзите Юцзюне.
На самом деле, когда Кагава Масахиро впервые прибыл, Фудзита Юшун встретил его крайне враждебным взглядом!
Эта деталь привлекла внимание Гао Цзяньфэя!
В настоящее время Гао Цзяньфэй находится в невыгодном положении, поэтому он должен максимально эффективно использовать все доступные возможности и ресурсы!
"Дурак!" Когда На Сянчуань услышал, как Гао Цзяньфэй упомянул Фудзиту Юцзюня, на его лице тут же вспыхнуло убийственное намерение, а выражение лица помрачнело. Он почти ничего не сказал, но мышцы в уголках глаз непрестанно подергивались.
Гао Цзяньфэй понял… «Этот Кагава действительно питает огромную ненависть к Фудзите Юдзюну!»
Однако Гао Цзяньфэй не мог напрямую подробно расспросить Кагаву об этом вопросе. Он мог лишь полагаться на свою фантазию и, основываясь на имеющейся информации, догадываться о деталях.
Внезапно Гао Цзяньфэй, казалось, мельком увидел некую фразу!
Вскоре он начал развивать и расширять линию, запечатлевшую его в уме, пытаясь превратить эту короткую строчку в историю!
Канада. Торонто.
В квартире Чэнь Ифэна, лучшего в мире мастера азартных игр.
Чэнь Ифэн сидел в мягком кресле, скрестив ноги, и курил сигару.
Внутри он был очень взволнован.
Этот ажиотаж вызван главным образом двумя факторами.
Во-первых, после того, как секта Цинчэн даровала ему пилюли, излечивающие мужскую сексуальную дисфункцию, самое большое сожаление в жизни Чэнь Ифэна постепенно было искуплено!
Раньше сексуальная активность Чэнь Ифэна была ужасной; он эякулировал почти сразу после прикосновения. Но теперь, после приема нескольких таблеток, он может продержаться около 10 минут за раз.
Хотя времени было немного, Чэнь Ифэн уже был вполне доволен.
Поэтому у него вновь разгорелось желание завладеть Сун Ином, к которому он всегда питал амбиции. Это желание становилось все сильнее и сильнее.
«Хм! Сун Ин — самая красивая молодая женщина во всей семье Сун, с прекрасным характером, внешностью и фигурой! Если бы я, Чэнь Ифэн, мог подчинить себе такую женщину и играть с ней по своему желанию, разве это не было бы равносильно подчинению всей семьи Сун? Ха-ха! У меня, Чэнь Ифэна, никогда не было недостатка в деньгах, но количество женщин, на которых я могу смотреть, крайне мало! Эта Сун Ин — определенно потрясающая красавица!»
Во-вторых, Чэнь Ифэн только что разговаривал с главой Ямагути-гуми в Японии, который утверждает, что является лучшим игроком в мире. Чэнь Ифэн готов присоединиться к Ямагути-гуми, но при условии, что сегодня вечером Ямагути-гуми заберут Сун Ин из Сакура-гуми и доставят её в штаб-квартиру. После этого Чэнь Ифэн вылетит прямо в Японию, чтобы увидеться с Сун Ин.
Хотя Сун Цянь обещал Чэнь Ифэну, что передаст Сун Ина ему после урегулирования дела с Гао Цзяньфэем.
Однако Чэнь Ифэн не совсем доверял характеру Сун Цяня.
Теперь, когда Сун Ин уехал в Японию, учитывая нынешний статус Чэнь Ифэна в мире азартных игр, ему практически не составит труда проявить инициативу, заручиться поддержкой Ямагути-гуми и попросить их заняться Сун Ином за него!
Чэнь Ифэн, думая, что скоро он завоюет сердце женщины, которая его очень интересовала, тоже улыбнулся.