Huancheng Shen Shen

Capítulo 33

«Я готов». Человек у него на руках внезапно прервал его, тихо повторив: «Я готов».

Ее сердце начало трепетать, постепенно, пока она больше не смогла сдерживаться. Ся И опустила лицо и поцеловала Юнь Чань в губы. Их губы встретились, наполненные глубокой и долгой нежностью.

После долгого молчания он, словно давая клятву, заявил: «Мы будем вместе».

«Эм.»

Она хочет быть с ним. Хотя бы раз, даже если она неправа, она не хочет оглядываться назад. Можно ли её простить?

Юн Чан ответила взаимностью, прислонила голову к его груди и посмотрела в окно.

Небо за окном было затянуто тучами, надвигались темные облака, что явно указывало на надвигающуюся бурю.

---

На восьмой день шестого лунного месяца герои со всего мира собрались в поместье Сямин, чтобы присутствовать на свадьбе главы лучшего в мире поместья и госпожи Юнь из крепости Фэйюнь.

Деревня была ярко украшена фонарями и разноцветными лентами, двери и окна были оклеены красной бумагой, царила невероятно праздничная атмосфера, пронизанная красным цветом. Даже свадебные платья были ярко-красными, почти нереальными на вид. Церемония поклонения небу и земле проходила в главном зале поместья Сямин, месте, которое Юнь Чань посещал бесчисленное количество раз.

Даже с закрытыми глазами он мог точно подойти к столу.

Но в этот момент, когда Цзи Юэ держала ее за руку, у нее внезапно подкосились ноги.

Была передана красная веревка, завязанная любовным узлом. Юн Чан, голова которой была покрыта красной вуалью, глубоко вздохнула и уже собиралась протянуть руку, чтобы взять ее, когда другой конец красной веревки внезапно соскользнул вниз.

Цзи Юэ смотрела с недоверием. Ся И тоже была немного ошеломлена. Она вытерла пот с ладоней и поспешно снова взяла любовный узел, но из-за волнения рука задрожала, и красная нить снова соскользнула.

Тот факт, что почтенный лорд самого большого поместья в мире так нервничал в парадном зале, что неоднократно выронил руку, был настоящим зрелищем в мире боевых искусств, и герои в зале были практически ошеломлены. Ся И покраснел и сердито пробормотал: «Забудь об этом, Сяо Чань, просто дай мне свою руку».

.

Цзи Юэ, стоявшая в стороне, чуть не упала в обморок и с тревогой прошептала: «Учитель, это неприлично».

Юнь Чан тоже была удивлена, и все ее беспокойство мгновенно исчезло. Она не смогла удержаться от желания приподнять вуаль и увидеть покрасневшее лицо Ся И.

Ло Шоу, ожидавший начала свадебной церемонии, рассмеялся и сказал: «Вы двое — просто невероятные. Вам нелегко было пожениться, как вы можете не соблюдать даже элементарные правила этикета?» Сказав это, он взял оба конца красной веревки и вложил их им в руки.

«Мы будем вместе».

Другой конец красной веревки был привязан к его руке. После трех поклонов им было суждено быть вместе навсегда.

Ло Шоу с удовлетворением погладил бороду и уже собирался поручить двум малышам быстро провести свадебную церемонию, когда за дверью внезапно раздался шум.

Спрятавшись под красным шарфом, Юнь Чань не знала, что происходит снаружи. Цзи Юэ прошептала рядом с ней: «Это секта Юаньцин».

Шум отдался у неё в ушах, и кровь Юн Чан мгновенно застыла.

Все в поместье Сямин были несколько удивлены. Весь последний месяц вся секта Юаньцин искала пропавшего лидера секты Таня. Хотя несколько дней назад они получили от него поздравительные подарки, они никак не ожидали, что сегодня на церемонию придут их люди.

Управляющий виллой, господин Ли, быстро шагнул вперед: «Благодарю всех за то, что выслали Юаньцина для нашей поддержки. Пожалуйста, займите свои места».

Члены фракции Юаньцин остались непреклонны.

Собравшиеся герои недоуменно переглянулись. Прибыла вся секта Юаньцин, все сорок три человека, и у каждого из них было ледяное выражение лица. Неужели они пришли сюда, чтобы навлечь на себя беду?

Те, кто знал об исчезновении главы секты Тана, начали перешептываться между собой: «Может быть, глава секты Тан постигло какое-то несчастье, и поэтому он пришел в поместье Ся Мин, чтобы добиться справедливости?»

«Но мы не можем поднимать этот вопрос в день свадьбы мастера Ся».

Первым возразил один из учеников секты Юаньцин: «Взять на себя командование? Мы здесь, чтобы отомстить за нашего учителя!»

Дворецкий Ли был озадачен: «Что вы имеете в виду?»

Взгляд ученика был острым, когда он пристально смотрел на жениха в зале: «Этот Ся И — глава секты Цинту, тот самый, кто причинил вред нашему учителю!»

Его слова потрясли всех присутствующих, и по толпе прокатился ропот: «Молодой человек, вы шутите?»

"Чепуха! Этот человек сошел с ума?"

«Сегодня радостное событие – свадьба господина Ся и госпожи Юнь. Что означает то, что Юань Цин послал сюда кого-то, чтобы тот нес всякую чушь?»

Шум то нарастал, то стихал, но ученики секты Юаньцин оставались серьезными. Герои постепенно почувствовали неладное и замолчали.

Кажется маловероятным, что даже если кто-то сойдет с ума, все сорок с лишним человек во всем отделе не смогут сойти с ума одновременно.

Некогда сияющая Тан Шияо теперь была лишена всякой красоты, ее изможденное лицо блестело от слез. Внезапно она направила свой меч на Ся И, стоявшего посреди зала, и скорбным голосом воскликнула: «Брат Ся, мой отец в твоих руках?»

Ся И крепко сжала в руке красную веревку, выражение ее лица оставалось неизменным: «Я не понимаю, о чем вы говорите».

Шэнь Яо вытащил меч и холодно произнес: «Ты поймешь, когда мы обменяемся ударами». С этими словами он поднял меч и с молниеносной скоростью атаковал.

Зная мастерство Шэнь Яо, Ся И не осмелилась вступить с ним в прямой бой и небрежно схватила со стола подсвечник с драконом и фениксом, чтобы защититься. Однако Шэнь Яо отнесся к этому легкомысленно, разрубив красную свечу пополам одним мечом, а затем, словно тени, нанес еще два удара, не оставив места для маневра.

В праздничном зале один был предводителем Собрания Героев, а другой — лордом самого большого поместья в мире, но на самом деле они сражались насмерть. Никто из гостей никогда прежде не сталкивался ни с чем подобным, и на мгновение они растерялись.

Ся И крепко сжала красную веревку левой рукой, не отпуская, и сражалась с Шэнь Яо одной рукой. Шэнь Яо игнорировал его, размахивая длинным мечом, словно буря, но после более чем десятка движений он ничего не смог сделать с Ся И.

Пока толпа с тревогой наблюдала, из-за двери внезапно появилась белая фигура и одним ударом меча перерезала красную веревку, связывавшую руки Ся И и Юнь Чань. Красный шелковый узел любви мгновенно скатился на землю, и в персиковых глазах Ся И наконец-то появился гнев.

Руки и ноги Юн Чана были ледяными.

Фракция Юаньцин давно подозревала поместье Сямин, а Тан Ин был убит Ся И. Они пытались забыть об этом, но в конце концов им это не удалось.

Даже если я совершу ту же ошибку всего один раз, разве это недопустимо?

Белая фигура, расплываясь, быстро объединила силы с Шэнь Яо, чтобы атаковать Ся И. Оба обрушили на него смертоносные удары, а Ся И, безоружный, увидел, насколько безнадежена ситуация. Некоторые из наблюдателей, не в силах сдержать нетерпение, уже собирались броситься на помощь, но внезапно из ладони Ся И исходил слабый золотой свет.

Он внезапно, силой ладони, разбил длинные мечи двух своих противников.

Бай Ин улыбнулась, грациозно отступила на два шага назад и встала высоко на алтарь, использовавшийся для свадебной церемонии. Шэнь Яо тоже оставил свой сломанный меч, отдернул руку и удалился к Тань Шияо.

Только тогда все поняли, что человек в белом — это Лу Гуян, лидер Чернильного Павильона. Герои пришли в ярость: «Это тот демон!»

Лу Лу медленно указал вниз и сказал: «Демон прямо там. Разве вы не видели, что Мастер Ся только что использовал технику Безграничности?»

На самом деле, техника Безграничности была утрачена давным-давно, и лишь очень немногие когда-либо обладали этим навыком. Тут же кто-то усмехнулся: «Ты несёшь чушь! Откуда мастер Ся мог знать это демоническое искусство!»

Лу Лу улыбнулся: «Почему бы и нет? Когда семья Ся захватила секту Цинту, они заставили лидера секты передать им руководство по Безграничной Технике. Так что же такого странного в том, что потомки семьи Ся знают Безграничную Технику?»

«Присоединить Демоническую Секту?» Кто-то из толпы уловил слова Лу Лу и не смог сдержать тихого восклицания.

Хотя присутствующие не могли с уверенностью сказать, использовал ли Ся И технику Безграничности, некоторые эксперты смогли определить, что его техника действительно была того же стиля, что и у Ло Гуяня. Более того, тот факт, что обычно честная и непреклонная секта Юаньцин коллективно начала атаку, быстро обострил ситуацию.

У некоторых людей начали возникать сомнения.

Однако поместье Ся Мин пользовалось значительным авторитетом в мире боевых искусств, и некоторые до сих пор громко заявляли: «Ну и что, если старый мастер Ся получил «Безграничное руководство» от демонической секты в те времена? Поместье Ся Мин на протяжении поколений отстаивало справедливость в мире боевых искусств. Попадание «Безграничного руководства» в руки праведных сект — это совсем другое дело».

Сила, находящаяся в руках преступного мира, несравнима. Ну и что, если Мастер Ся овладел Техникой Безграничности?!

Лу Лу улыбнулся, посмотрел на говорящего и спросил: «Если это допустимо, почему семья Ся так скрывает это? Знает ли кто-нибудь в мире боевых искусств, что все сменявшие друг друга главы поместья Ся Мин обладали непревзойденным мастерством боевых искусств?»

Допрашиваемый мгновенно потерял дар речи, и на его лице постепенно появилось выражение сомнения.

Улыбка Лу Лу исчезла, и он перевел взгляд на Ся И, сказав: «Жаль, конечно. «Техника безграничности» состоит из двух томов, но семья Ся тогда получила только первый том. Мастер Ся, вы так не считаете?»

Глаза Ся И слегка потемнели, но она продолжала молчать.

Лу Лу, казалось, не обратил на это внимания и продолжил: «Первый том «Техники Безграничности» посвящен тренировке Управляющего Сосуда (Ду Май), а второй том — тренировке Сосуда Зачатия (Жэнь Май). Только после освоения обоих томов Ци сможет беспрепятственно течь через Управляющий и Зачаточный Сосуды, достигая Трансцендентного Царства. И наоборот, если тренироваться только по одному тому, это вызовет внутренние дисбалансы…»

«Дисбаланс энергий Инь и Ян приводит к отклонению ци и одержимости демонами». В этот момент его выражение лица просветлело. «Несколько поколений лордов поместья Ся Мин умерли молодыми в последние годы, и все потому, что они культивировали только первый том, накопив в своих телах избыточную внутреннюю энергию Ян, которую не смогли нейтрализовать. В конечном итоге они были поглощены ответной реакцией этой внутренней энергии и сгорели заживо».

.

Услышав это, Юнь Чань была сильно потрясена. Она внезапно сорвала с головы красную вуаль и посмотрела прямо на Ся И.

В этот момент ни одного из героев не волновали действия невесты; все они всё ещё были потрясены только что услышанными ужасными событиями.

Брови Лу Лу постепенно напряглись, покрывшись леденящей аурой: «Двадцать лет назад ваш отец, Ся Юэ, после освоения первого тома Безграничной Техники понял, что что-то не так, но было уже слишком поздно. Отчаянно пытаясь выжить, он попытался использовать Ледяного Шелкопряда из семьи Сицзян Му, чтобы подавить негативную реакцию своей чистой внутренней энергии Ян».

Они тайно мобилизовали секту Цинту, чтобы истребить всю семью Му из Сицзяна и захватить Ледяного Шелкопряда.

Собравшиеся герои ахнули от шока. Хотя они очень мало знали о причинах резни семьи Му в Сицзяне, все они слышали об этом кровавом инциденте.

Лу Лу усмехнулся: «Хотя семья Му — это второстепенная секта, они всегда почитали праведный путь. На самом деле, учитывая положение Ся Юэ в то время, семья Му отдала бы ему в жертву Ледяного Шелкопряда по первому же его слову. Однако Ся Юэ мучила совесть, и он боялся, что его совершенствование Безграничной Техники будет раскрыто, поэтому он решил действовать тайно…»

Они использовали культ Цинту для совершения безжалостной атаки.

По толпе прокатился ропот. Кто-то прошептал: «Вы имеете в виду, что предыдущий глава поместья Ся Юэ мобилизовал секту Цинту?»

«Именно!» — внезапно раздался гневный голос. Все обернулись и увидели, что это сказал Шэнь Яо.

Шэнь Яо ответил низким голосом: «Внешне семья Ся уничтожила секту Цинту, но втайне они использовали Хунлу, чтобы подчинить секту Цинту своей воле, манипулируя как праведниками, так и злодеями в мире боевых искусств. В течение пятидесяти лет любой из различных сект, кто хоть немного разглядел истину в этом деле…»

Все, кто проявлял хоть какие-то признаки, замолчали. Даже мой господин..." - сказал он, но на его лице внезапно отразилась скорбь, и он не смог продолжить.

Чжао, главарь банды Цзяолун, всё ещё с трудом верил своим словам: «Что за Безграничная Техника, что за демоническое одержимость? Это всё лишь ваши слова, слова — не доказательство!»

Лу Лу сохранял спокойствие и самообладание: «Если вы не верите мне и фракции Юаньцин, можете спросить госпожу Юнь».

"Мама?" — Юн Чан вздрогнула и резко повернула голову.

Однако Цинь Ху даже не взглянул на неё, шагнул вперёд и громко сказал: «Двадцать лет назад мой учитель, известный врач Сюэ Жэнь, во время визита в поместье Ся Мин заметил что-то неладное со старым мастером Ся. Мой учитель, человек доброжелательный и умелый, немедленно и с энтузиазмом вылечил Ся…»

Старый хозяин поместья измерил ему пульс. Результат показал, что старый мастер Ся страдал от внутреннего энергетического сбоя, вызванного отклонением ци, в точности как и предсказывал ранее Лу Гуянь.

Все были в шоке. Легендарный целитель Сюэ Жэнь умер более двадцати лет назад; неужели его тоже убили в поместье Ся Мин?

Цинь Ху закрыл глаза, словно погрузившись в воспоминания, но его голос постепенно стал возмущенным: «Тогда мой учитель не мог понять, почему Ся Юэ, чье боевое искусство в поместье Сямин отличалось миролюбием и стабильностью, обладал телом, наполненным чистой внутренней энергией Ян, которая бушевала в нем бесконтрольно. Но он ничего не подозревал».

Он был сосредоточен лишь на том, чтобы помочь Мастеру Ся справиться с внутренним тепловым отравлением. Он и не подозревал, что прежде чем он успел придумать решение, его учителя внезапно убила секта Цинту! В этот момент в глазах Цинь Ху появился свирепый блеск. «Перед смертью мой учитель сказал мне, что тот, кто причинил ему вред, вселился в сотню зверей…»

«Тотем… Я никогда не понимал, как мой учитель мог тогда оскорбить культ Цинту! Теперь я понимаю».