Huancheng Shen Shen - Capítulo 39
Зная характеры своих родителей, Юн Чан почти ничего не говорила, а лишь изо всех сил пыталась оттащить их прочь.
Цинь Ху вздохнул: «Ты не только не сможешь нас спасти, но и сам не сможешь вырваться из лап этого демона. Сяо Чань, послушай меня, иди сам».
Наконец, слезы хлынули по лицу Юн Чан: «Это моя вина, никто меня не спасет».
Мы не можем спасти Цяньцзюня, мы не можем спасти Цзиюэ, неужели мы просто должны беспомощно наблюдать, как умирает столько людей, даже наши родители?
Цинь Ху вдруг уставился на неё: «Сяо Чань, ты только что сказала, что убьёшь этого демона, это правда?»
---
Ся И запутался в схватке с Лу Лу и не мог вырваться. Он мельком увидел Юнь Чаня, стоящего, по-видимому, на коленях рядом с Юнь Тяньхаем и Цинь Ху, что усилило его тревогу. Он огляделся, и два защитника секты Цинту позади него сразу всё поняли, отбросив врагов, преграждавших им путь, и яростно атаковали Юнь Чаня.
Они стояли рядом с ней, поддерживая её с обеих сторон, отчасти для её защиты, отчасти для наблюдения за ней.
Юн Чан силой оторвали от родителей. Ее тело было сковано, и она была полна гнева и разочарования: «Вы…» Прежде чем она успела закончить говорить, ее речь прервала акупрессура.
Ситуация быстро ухудшалась. Секта Цинту, обладая численным превосходством и поддержкой дворца Цяньцзинь, постепенно сокрушала Моге, причиняя всё большие потери. Лишь битва между Ся И и Ло Ло оставалась равной по силе.
Если Павильон Чернил падет, следующим шагом секты Цинту станет истребление всех остальных сект. Все это понимали, но были бессильны и могли лишь с замиранием сердца наблюдать за битвой между Ся И и Лоу Лоу.
Не в силах говорить или двигаться, Юн Чан все больше и больше отчаивалась, пока наконец не закрыла глаза и отказалась смотреть.
Даже когда она узнала от Лу Лу, что поражена неизлечимой болезнью Канглан, ее сердце никогда не было так разбито.
В тот момент она подумала: а что плохого в том, чтобы умереть вместе с Ся И?
В конце концов, даже об этом я и не мог просить.
В ее ушах раздались возгласы двух женщин. Юнь Чань в полубессознательном состоянии открыла глаза и увидела лежащую неподалеку госпожу Гуйюэ, а Цзы Ин, вся в крови, все равно бросилась к ней со своим мягким мечом, ее глаза были налиты кровью.
Двое защитников Цинту, стоявшие рядом с Юнь Чань, немедленно вмешались, чтобы преградить ей путь, но Цзы Ин уже была кровожадна. Она позволила двум острым клинкам пронзить свою грудь, ее шаги были непоколебимы, мягкий меч уверенно двигался вперед, решив пронзить горло Юнь Чань.
.
Заметив суматоху, Лу Лу слегка нахмурился. Ся И наконец-то удалось от него оторваться, и она молниеносно полетела к Юнь Чаню. Увидев, что Юнь Чань находится в пределах досягаемости, Ся И метнула свой длинный меч в Цзы Ина в воздухе.
Мягкий меч едва не попал Юнь Чаню в горло. Рука Цзы Ин была отрублена, и она упала на землю. Она сплюнула полный рот крови и, наконец, опустила голову, больше никогда не двигаясь.
Ся И схватил Юнь Чань и, словно одержимый, беззаботно прижал ее к себе.
Лу Лу бросился за ним в погоню, но был остановлен членами культа Цинту. Он холодно фыркнул, и его клинок дико сверкнул, рассекая и убивая группу людей.
Ся И игнорировал происходящее позади себя, сосредоточившись лишь на том, чтобы крепко обнять человека. Внезапно его пронзила резкая боль в груди, он замер, а затем медленно обхватил лицо Юнь Чань руками, увидев, что она вся в слезах.
Лицо Ся И слегка побледнело, и она выдавила из себя улыбку: «Сяо Чань, не плачь».
Речь Юн Чана всё ещё была нарушена, поэтому она не могла говорить. Она могла только качать головой и медленно отталкивать его, плача.
Увидев это, двое защитников секты Цинту, стоявшие рядом с ним, пришли в ужас.
Короткий меч вонзился в левую часть груди Ся И, и кровь хлынула непрерывно. Рука Юнь Чань все еще сжимала рукоять меча, и слезы в ее глазах были почти такими же обильными, как и кровь, текущая из его глаз.
Ся И протянула руку, словно пытаясь вытереть слезы с лица, и наклонилась вперед, отчего короткий меч вонзился чуть глубже.
Один из защитников секты Цинту наконец отреагировал. Увидев, что глава секты получил ранение от госпожи Юнь, он был потрясен и тут же ударил Юнь Чань ладонью.
Заметила она удар ладонью позади себя или нет, Юн Чан просто стояла неподвижно, не уклоняясь и не вздрагивая.
Удар ладонью, нанесенный со всей силой, с громким треском обрушился на спину Ся И и сопровождался вздохом.
Никто не видел, как он своим телом заблокировал Юн Чана.
Ся И держал свою маленькую цикаду в объятиях. После удара короткий меч глубоко вонзился ему в грудь, торчала только рукоять. Казалось, он совсем не чувствовал боли и лишь хриплым голосом произнес: «Маленькая цикада, не плачь».
Маленькая Цикада, так держать!
Яньшань. Внутри подземного дворца секты Цинту царила мрачная атмосфера. Левый Защитник первым произнес укоризненную фразу: «Цинци, если бы ты эгоистично не освободила госпожу Юнь на этот раз, как мог грандиозный план нашей секты по уничтожению праведного пути мира боевых искусств провалиться в последний момент?»
«Все наши усилия были напрасны?» — выражение лица Цинци было непроницаемым. — «Вы должны благодарить меня за то, что я предоставил всем такую уникальную возможность».
В глазах Левого Защитника мелькнул странный блеск: "Что ты имеешь в виду?"
«Что ты имеешь в виду? Левый Защитник не может или не смеет об этом думать?» — наконец, пронзительным, насмешливым голосом произнесла Цинци. — «Глава секты сейчас серьезно ранен и без сознания. Если мы хотим избавиться от контроля Хунлу, есть ли у нас сейчас лучшая возможность?»
Услышав это, мужчины в жёлтых футболках внизу обменялись недоуменными взглядами.
Теперь, когда глава секты тяжело ранен и не в силах сопротивляться, вполне возможно воспользоваться этой возможностью, чтобы заставить Хунлу отдать противоядие. Однако, думая о последствиях неудачи… в главном зале подземного дворца воцарилась тишина. Никто не возражал, но никто не осмеливался заговорить.
Цинци усмехнулся: «Вы хотите навсегда оставаться под контролем Хунлу? Теперь, когда госпожа Юнь в наших руках, вы боитесь, что глава секты не даст нам противоядие?»
Внизу наконец разразилась суматоха. Искушение сделать предложение было слишком велико; никто не хотел жить жизнью, где его жизнь постоянно находится под угрозой. На лицах всех мелькнул безжалостный блеск.
---
Юнь Чань открыла глаза и обнаружила себя в тускло освещенной комнате. Она уже бывала здесь раньше; она помнила это место как подземный дворец под горой Яньшань. Ее разум опустел; она не могла вспомнить, зачем она здесь.
Полежав некоторое время в постели, она быстро вспомнила события, предшествовавшие потере сознания.
В главном зале секты Южно-Китайского моря отравили лидеров различных сект, а в Павильоне Чернил и секте Зеленой Карты разгорелась ожесточенная битва.
Ся И рухнул на неё, и ситуация на поле изменилась. В Демонической Секте больше не было никого, кто мог бы соперничать с Лу Лу.
Два защитника секты Цинту быстро приняли решение забрать своего лидера и уйти.
Хотя Ся И потеряла сознание, рука, державшая её, оставалась крепко сжатой, её невозможно было разжать. Левый Защитник на мгновение задумался о том, чтобы отрубить ей руку, но, похоже, его всё ещё преследовала сцена самопожертвования главы секты ради её защиты, и в конце концов он смог лишь прибегнуть к акупрессуре, чтобы ударить её.
Возьмите сумку с собой.
И она не сопротивлялась.
Многие погибли на обратном пути; секта Цинту потеряла почти половину своих сил, прежде чем наконец смогла ускользнуть от преследования павильона Мо. Ся И несколько раз приходила в себя во время путешествия, но лишь отпускала её руку, хрипло шепча ей на ухо: "...Маленькая Чан...".
"...Быстро...вперед."
На этом её воспоминания обрывались, и Юнь Чань полностью пришла в себя. Она попыталась встать, чтобы найти Ся И, но обнаружила, что её акупунктурные точки всё ещё заблокированы, и она не может пошевелить телом.
Дверь распахнулась, и послышались шаги. Юнь Чань подняла глаза и увидела, что вошла Цзинь Цзя.
Цзинь Цзя на мгновение заколебалась, прежде чем встать перед кроватью, но все же отпустила свою речевую точку.
«Где Ся И?» — голос Юнь Чань был слегка хриплым, словно она давно не мочилась.
Человек в золотых доспехах ответил лишь одной фразой: «Всё ещё жив».
Затем Юн Чан замолчал.
Долго глядя на неё, не сумев разглядеть в её глазах никаких эмоций, Цзинь Цзя глубоко вздохнул, на его лице читалось извинение: «Я тоже хотел жить, прости, что обидел тебя». Сказав это, он протянул руку, чтобы поднять её.
Вспомнив слова Ся И, призывавшие её поторопиться, Юнь Чань сразу поняла: «Ты хочешь нас предать?»
Не ответив ни слова, Цзинь Цзя поднял её на руки и уже собирался уходить.
Юнь Чан сохраняла спокойствие: «Помогите мне снять напряжение в болевых точках, я сама пройдусь». Видя, что Цзинь Цзя не желает этого делать, она добавила: «Он здесь, я не убегу».
---
Все комнаты в подземном дворце были похожи. Немного большая каменная камера в юго-западном углу была комнатой главы культа. В этот момент дверь в камеру была открыта, и Ся И лежала без сознания на кровати. Ее раны были лишь наспех обработаны, чтобы остановить кровотечение, а повязки были ярко-красными и выглядели довольно болезненно.
Это было шокирующе. Внутри уже стояло около дюжины мужчин в желтых одеждах, а также Цинци и двое его защитников.
Все выглядели напряженными, пока не увидели, как Цзинь Цзя привела Юнь Чаня, после чего немного расслабились.
Двое защитников снова взглянули на Ся И, лежащего на кровати, его состояние было неясным. Учитывая обычную грозную силу главы секты, защитники все еще несколько колебались, не осмеливаясь причинить ему вред, несмотря на серьезные ранения. Однако теперь, когда у них была мисс Юнь в качестве козыря, группа действовала смелее.
После долгих обсуждений кто-то предложил: «Сначала зафиксируйте ему ключицу, перережьте сухожилия на руках и ногах, а затем медленно допрашивайте его, чтобы узнать, какое противоядие от Хонглу вылечить».
Это был самый безопасный подход, и все согласно кивнули. Вопрос был только в том, кто сделает первый шаг? Все переглянулись, но никто ничего не предпринял.
Цинци усмехнулся: «Ты уже зашёл так далеко, чего ещё боишься? Даже если захочешь отступить, уже слишком поздно».
Левый Защитник усмехнулся: «Раз уж так, то идите и сделайте это».
Разгадав их мотивы предательства, Юнь Чань спокойно заявила: «Он уже повредил меридиан сердца; дальнейшие пытки могут убить его, и тогда вы ничего от него не добьетесь». Затем она равнодушно взглянула на толпу: «Если вы намереваетесь использовать пытки, чтобы выбить противоядие, что ж…»
У меня всё работает одинаково.
Пытки Юнь Чань были бы гораздо менее стрессовыми, а использование её в качестве угрозы — гораздо более эффективным. Правый Защитник немедленно приказал: «Идите и разбудите главу секты…»
Внезапно снаружи ворвался человек, в панике крича: «Докладываю Защитнику, люди из Чернильного Павильона и представители основных сект напали на Яньшань!»
Выражения лиц всех присутствующих в комнате мгновенно изменились.
«Черт возьми, нас обманули. Решение павильона Мо прекратить погоню на полпути было уловкой; их истинным намерением было тайно следить за нами и найти логово нашей секты!»
«Похоже, что старик по фамилии Ли из секты Южно-Китайского моря тоже встал на праведный путь и исцелил от всех ядов крупных сект!»
В предыдущем сражении секта уже понесла большие потери, и теперь у неё не осталось сил, чтобы отразить атаку со стороны праведного пути. Более того, глава секты умирал, так кто же мог выйти сражаться с Лу Лу?
Левый защитник больше не колебался: «Быстро найдите противоядие от Хонлу и уходите».
Цинци быстро шагнула вперед и подняла Ся И, все еще лежавшего без сознания на кровати. Тотчас же кто-то принес таз с холодной водой, вылил ее на него, а затем глубоко вонзил стальную иглу ему в ладонь. Ся И застонал и очнулся от мучительной боли.
Человек в золотых доспехах приставил меч к шее Юнь Чаня, его голос слегка дрожал: «Глава секты, передайте противоядие от Хун Лу».
«Бесполезная вещь, чего ты дрожишь!» — Правый Защитник отбросил золотые доспехи и положил ладонь на макушку Юнь Чаня. — «Мастер, мы тоже хотим выжить. Если вы передадите Хун Лу противоядие, ваши подчиненные точно не будут создавать вам проблем».
Лицо Ся И было мертвенно бледным, одна рука была прибита к изголовью кровати, а кровь растекалась по краю кровати до пола. Неизвестно, сколько еще крови она сможет пролить. Юнь Чань опустила глаза, не в силах больше смотреть.
Взгляд Ся И постепенно сфокусировался, и она низким голосом произнесла: «Отпустите её».
Правый Защитник в панике спросил: «Противоядие!»
Ся И перевел взгляд на восточный угол каменной камеры и низким, хриплым голосом произнес: «Вторая полка слева, переместите позицию Кунь на диаграмме Багуа... в позицию Цянь...» Казалось, даже произнесение одной фразы истощило его силы; Ся И пришлось остановиться и перевести дух, прежде чем...
Он продолжил: «В секретном отсеке... хранится рецепт противоядия...»
"Так легко дается?" — спросили два стража, несколько нерешительно переглядываясь.
Однако сейчас не было времени беспокоиться об этом. Праведные силы приближались извне, и ситуация была критической. Вскоре один из них не смог сдержаться и побежал к полке, где нашел диаграмму Багуа. Обрадованный, он тут же перевернул диаграмму.
Мир перевернулся с ног на голову, но ожидаемого потайного отсека не появилось. Как только мужчина повернулся, чтобы задать ему вопрос, раздался громкий грохот. Все обернулись и с ужасом увидели, как огромная каменная дверь у входа в каменную камеру рухнула вниз.
Поняв, что его обманули, мужчина с тревогой снова повернул диаграмму Багуа, но каменные ворота никак не отреагировали.
«Неужели предводитель намерен запереть всех насмерть в этой каменной камере?» Левый Защитник был потрясен и разъярен, указывая на Ся И: «Ты…» Не успел он договорить, как земля затряслась, с потолка посыпались камни, земля и балки, и вся каменная камера, казалось, начала рушиться.
На бледном лице Ся И появилась слабая улыбка: «Если ты отдашь мне противоядие, ты действительно отпустишь меня? Я все равно умру, так зачем мне отдавать его тебе? Мы могли бы умереть все вместе».
Правый Защитник крепко схватил Юнь Чаня за шею, его глаза вытаращились, и он взревел: «Тебе даже жизнь этой женщины наплевать?»
Ся И откашлялся еще раз, выплюнув кровь. Он даже не взглянул на Юнь Чань и холодно сказал: «Она ударила меня ножом в спину, почему я должен о ней заботиться? Лучше пусть она придет и составит мне компанию в подземном мире».
Упавший камень попал Ся И в руку, прижатую к кровати. Он не издал ни звука, словно у него не хватило сил увернуться или он потерял сознание.
Обрушение внутри каменной камеры усиливалось, песок и гравий постоянно осыпались, быстро заслоняя обзор. Их охватила паника. Правый Защитник в гневе отбросил Юнь Чаня в сторону и крикнул: «Быстрее, найдите выход!»
Как только Юнь Чань освободилась, она тут же побежала к полумертвому Ся И. Каменная камера сильно тряслась, и обломки и каменные плиты постоянно ударяли ее. Она, спотыкаясь, с трудом добралась до него, а затем прикрыла его своим телом.