Joven Primer Ministro, un ermitaño - Capítulo 88
Высокий, крепкий водитель первым вышел из машины, подбежал к обочине и несколько раз осторожно оглядел окрестности, прежде чем открыть дверь и помочь людям, находившимся внутри, выйти.
Ночной забег
После того как подростки поели жареной кукурузы и вдоволь порезвились на поле, они скосили траву, чтобы покормить своих кроликов, а затем с радостью вернулись домой на ужин.
В прошлом году жители деревни собрали средства на ремонт дороги, ведущей в деревню, но тропы через поля остаются труднопроходимыми, извиваясь до самого конца стены, прежде чем превратиться в переулок. Цю Шанлинь шел позади, оглядываясь на дорогу, по которой пришел, прежде чем свернуть за угол. Заходящее солнце окрасило половину горных вершин в красный цвет, сливаясь с окружающим голубым небом и белыми облаками, образуя слои багрового оттенка. Деревья прятались в красном свете, словно бессмертные вот-вот должны были исчезнуть.
Машина с южными номерами плавно ехала по национальной трассе. Водитель немного волновался; им нужно было успеть на самолет. Если бы они опоздали, им пришлось бы ждать до завтра, а это означало бы ночевку в провинции С. Но провинция С не была похожа на юг; ночь там была долгой. С молодым господином были только телохранитель и водитель. Кто знает, что может случиться? В последнее время в семье Инь не было спокойствия.
Мы двигались на запад, и закатное сияние окрасило небо в красный цвет, простирающийся до далеких зеленых деревьев.
Инь Еяо сидел на заднем сиденье, с бесстрастным выражением лица глядя на закат в окно автомобиля.
Горы, освещенные закатом, приобрели темно-фиолетовый оттенок, а зеленые деревья отражали красное свечение заката — жутковатая цветовая гамма.
Это напомнило ему о дне его отъезда, 25 мая, когда его забрали из города Цзифан. Он всю дорогу смотрел на закат, и это было так же жутко, до ужаса жутко.
Он приехал в провинцию С по делам и сразу же уехал. Водитель заранее забронировал прямой рейс в Шанхай, где он собирался остановиться на несколько дней для отдыха.
Он не стал специально расспрашивать о местонахождении Цю Шанлиня и не увидел ни одного знакомого лица. За весь напряженный день он даже не вспоминал о прошлом до настоящего момента.
Навстречу закату, вечернему свету и горам, тоска, бурлившая в моей груди, вырвалась наружу неудержимым потоком.
Тогда не останавливайся, — подумал он.
Тихо, тихим голосом: «Развернитесь и возвращайтесь в город Хуайцяо».
Водитель, на мгновение отвлекшись, подумал, не ослышался ли он: "Что?"
Тон Инь Еяо был спокойным, но недвусмысленным: «Возвращайся в город Хуайцяо».
Водитель на мгновение замешкался: «Но самолет...»
Голос Инь Еяо был тихим, негромким, но предвещал бурю: «Мост Хуайхуай».
Водитель перестал пытаться его уговаривать, развернулся и направился обратно в Вай Цзяо.
Приближаясь к центру города, водитель снова спросил: «Уважаемый господин, куда мы едем?»
«№ 351, улица XXX, район Хуайинь». Холодные, равнодушные губы с привычной легкостью произнесли адрес. Водитель слегка помедлил, но не стал задавать вопросов и поехал дальше. В это время Инь Еяо позвонил по телефону, и водитель услышал, как тот окликнул его: «Хуа Цзы». Он недолго работал с Инь Еяо; его считали защитником, которого старик готовил для внука, но он знал, что у Хуа Цзы и молодого господина особые отношения. Говорили, что когда его отправили в другой город, чтобы избежать неприятностей, именно Хуа Цзы защищал и заботился о нем. Позже, по какой-то неизвестной причине, отношения испортились, и Хуа Цзы перевели заниматься другими делами.
Осторожно управляя автомобилем, я втайне задавался вопросом, какая связь у этого адреса с братом Хуа.
Инь Еяо прибыл в штаб-квартиру Mocha первым. Поскольку он заранее связался с Хуа Цзы, все руководители Mocha, как крупные, так и мелкие, были уведомлены о том, что их давно отсутствующий акционер приедет инспектировать компанию, и им будет оказано самое радушное гостеприимство. Сам факт того, что он был акционером, не заставил бы их почувствовать серьезную угрозу, но тот факт, что этот акционер являлся наследником семьи Инь в южном деловом кругу, не мог не привлечь внимание Хуа Цяньшаня.
Хаотичные приготовления не принесли ему расположения наследника семьи Инь. Он даже не зашёл в холл компании. Выйдя из машины, он обменялся несколькими словами с Хуа Цяньшанем, поинтересовался текущим положением дел у Цю Шанлиня и уехал. Сотрудники, как высокопоставленные, так и рядовые, жаждавшие заслужить расположение и продвинуться по карьерной лестнице, смотрели на него пустым взглядом. Они и раньше видели высокомерных людей, но никогда не встречали никого настолько. Престижная компания «Мокко», контролирующая половину отечественного рынка детской одежды, — это компания, бухгалтерскую отчетность которой он даже не удосужился изучить и даже не стал посещать.
Водитель не поехал в город Цзифан; ему было приказано остаться в городе и ждать. Он очень волновался и, решив до смерти защищать его, снова и снова пытался уговорить, думая, что даже если его вернут в реальность, он все равно должен будет выполнить свой долг по его защите. Инь Еяо, однако, не рассердился. Он, казалось, был в хорошем настроении и даже объяснил, что хорошо знаком с городом Хуайцяо, даже лучше, чем с Шанхаем и Гуанчжоу, поэтому нет необходимости беспокоиться о его безопасности там. Более того, место, куда он направлялся, было очень отдаленным, где он временно жил в детстве, поэтому еще меньше было причин беспокоиться о том, что кто-то может причинить ему вред.
Водитель дотронулся до носа, поняв, что ему не хватает смелости лысого мужчины рядом со стариком, и послушно вышел из машины, наблюдая, как она скрывается вдали. Он достал мобильный телефон, колеблясь, стоит ли докладывать старику. Он был тем, кого старик разоблачил, но старик ясно дал понять, что он должен быть верен молодому господину… Стиснув зубы и топнув ногой, он подумал: в худшем случае, он рискнет жизнью. Если он победит, то завоюет доверие молодого господина; если проиграет, и с молодым господином что-нибудь случится, он заплатит жизнью!
Что касается Сюй Ми, которая пыталась внедрить шпиона рядом со своим сыном… водительница с презрением взглянула на грязную и захламленную улицу. Она не смогла бы победить старика, не говоря уже о преемнике, которого он так тщательно подготовил.
Мать провожала сына домой из школы, ее любящая улыбка выражала радость, когда он рассказывал о своих приключениях. Водитель наблюдал за ними, пока они не скрылись за поворотом, и его суровое выражение лица смягчилось, когда он подумал о своей маленькой дочери дома.
Такую жизнь и должен прожить человек.
В отличие от семьи Инь, которая на первый взгляд кажется гламурной, но за кулисами полна проблем. Отец — не отец, мать — не мать, а сын — не сын… Они плетут интриги друг против друга, ставят свои интересы на первое место и каждый хочет захватить власть для себя.
На ужин бабушка приготовила тушеные баклажаны и вареную стручковую фасоль, сварила рис и с улыбкой наблюдала, как дети с аппетитом уплетают еду. Шанлин выбрала немного вареной стручковой фасоли, ее глаза сияли от предвкушения, а желудок был полон. До этого она ела шелковицу и кукурузу и удивлялась, как эти дикие обезьяны могут столько есть!
Вечером в деревне никаких развлечений не было. Около семи часов бабушка с дедушкой уже уснули, и мальчики тоже лежали на кровати. Сначала они изредка болтали, но вскоре звуки храпа то усиливались, то затихали.
Она улыбнулась, открыла «Сборник лекарственных растений» и продолжила читать то, что читала вчера.
Ей было очень любопытно узнать о многочисленных лекарственных травах, растущих в горах, хотя жители деревни их и узнали.
Как раз когда я был полностью поглощен чтением, я вдруг услышал стук в дверь.
Главный дом и ворота были разделены узким проходом. Комната Шанлин находилась ближе всего к воротам, и оттуда она слышала звук лучше всего. Как раз когда она собиралась задать вопрос, снова воцарилась тишина. Она подумала, что ей мерещится, поэтому постучала в дверь, но тут звук возобновился.
Затем залаяли соседские собаки, и за лаем одной собаки последовала сотня других. Сначала сосед спереди, потом сосед сзади, лай превратился в непрерывный хор, и лаяли почти все собаки в деревне.
Она нахмурилась, внимательно прислушалась и увидела, как дедушка по соседству перевернулся и что-то пробормотал во сне, но не проснулся. С возрастом люди спят все меньше и меньше; в последнее время он плохо себя чувствовал, и Шанлин не хотел, чтобы его разбудили, когда он наконец заснет.
Он надел пальто, взял деревянную палочку от вентиля, вышел на улицу, прошёл по переулку, остановился за дверью и прошептал: «Кто там?»
Человек, постучавший в дверь, остановился, и Шанлин снова повысил голос, спросив: «Кто там?»
Человек снаружи на мгновение замер, прежде чем ответить: «Инь Еяо».
Шан Линь был ошеломлен и поспешно открыл дверь. В деревне не было уличных фонарей, ночь была облачной, лунный свет тускло сгущался. Свет в переулке тоже был тусклым, но человек, стоящий за дверью, явно был Инь Еяо.
Шанлин был удивлен. Он сделал шаг вперед, огляделся и спросил: «Как вы сюда попали? Где остальные?»
Хуа Гэ сказал, что он стареет и постепенно вовлекается в принятие решений в компании. В его семье есть люди, преследующие скрытые цели в деловом мире, поэтому он всегда берет с собой нескольких телохранителей.
На обочине стояла машина, и Инь Еяо смотрела на нее почти жадным взглядом.
«Нет никого, кроме меня самого».
Хотя ситуация была неясной, оставлять гостей, приехавших издалека, стоять у двери было нехорошо. Деревенские собаки непрестанно лаяли, и в нескольких домах уже включили свет, готовые встать и посмотреть, что происходит. Шанлинь поспешно сказал ему: «Входи скорее».
Она повернулась боком, показав деревянную палку, которую держала в руках. Увидев, что Инь Еяо опустила взгляд, она неловко сказала: «Хе-хе, ну, я просто боялась плохих парней…»
Войдя, он поспешно закрыл и запер дверь. Сделав несколько шагов вперед, он внезапно остановился. Шан Линь, стоявший позади него и полностью скрытый от его глаз, подтолкнул его: «Пойдем, это правильное направление».
У важных людей часто бывает плохая память. Он довольно часто бывал в этом дворике. Хотя его и отремонтировали, первоначальная планировка не изменилась.
Инь Еяо внезапно повернулась в сторону, открыв перед собой большую часть переулка. Ли Чаншэн стоял в другом конце переулка, держа в руке блестящий кухонный нож и с изумлением глядя на них.
Я потрогала свой нос, чувствуя себя ужасно неловко. Палка и тесак! Я была так гостеприимна, зачем вы пришли так поздно ночью?
В душе он ворчал, но крикнул: «Эй, все, не нервничайте. Чаншэн, поскорее опусти тесак!» Мальчик был без рубашки и, вероятно, выбежал посмотреть, что происходит, услышав шум.
«Вы его тоже знаете, Ли Чаншэн, он мой сосед», — представила она, опасаясь, что Инь Еяо забудет. Затем она представила Чаншэна: «Инь Еяо, вы уже встречались».
Чан Шэн кивнул, приглушенно хмыкнул, повернулся и вернулся в свою комнату спать.
Шан Лин ещё больше смутился: «Я всё ещё сплю, ха-ха…» Какой же он сопляк, кому он научился быть таким полумёртвым? Даже если он ненавидит, когда его будят, ему следовало бы хотя бы притвориться. Как он может так обращаться с гостем?
Оказавшись внутри и усевшись, Чаншэн, казалось, никого, кроме него, не беспокоил. Шанлинь налил ему стакан воды и спросил: «Когда вы прибыли в провинцию С?»
Инь Еяо ответила: «Сегодня утром».
Зачем вы здесь?
«Возникло какое-то обстоятельство».
«Как вы сюда попали?»
"водить машину."
Она молчала.
Машина стояла снаружи, конечно, я знала, что ты приехала сама! Я просто хотела узнать, как ты оказалась здесь одна — подожди-ка!
Как будто перед лицом грозного врага: «Вы что, в одиночку доехали до провинции С?»
«Водитель находится в Вайцзяо», — пояснил он.
Шанлин, не волнуйся, вот это уже лучше — чего еще можно желать!
"Тогда как вы сюда попали?"
На губах Инь Еяо появилась улыбка; она наконец поняла, чего боится ее дочь. Ее холодный голос слегка смягчился: «Садись сама. Не волнуйся, я очень опытная».
Шанлин неодобрительно нахмурился: «Ты ещё даже не взрослый, у тебя даже водительских прав нет, верно? Это слишком опасно!» Он проворчал по этому поводу и начал читать лекцию о безопасности, но через некоторое время вдруг вспомнил: «Ты уже поужинал? Ты голоден?»
Улыбка Инь Еяо стала шире: «Я ничего не ел». Он бросился к ней, как только узнал, где она находится, и у него не было времени поесть.
Шанлин похлопал себя по животу и сказал: «Тебе повезло, я тоже голоден».
Он был решительным и расторопным: «Подожди здесь, я пойду приготовлю что-нибудь простое».
Тем не менее, Инь Еяо последовала за ними. Поскольку ели только двое, большая печь не была нужна. Шан Линь зажгла небольшую печь, и пока кастрюля нагревалась, она умело мыла, нарезала и варила овощи. Было поздно, и ей не хотелось готовить сложные блюда, поэтому она обжарила помидоры и яйца, а также приготовила кисло-острую капусту. Она также взяла две домашние паровые булочки, которые выглядели довольно скудно. К счастью, у нее было немного вакуумно упакованного мяса, которое она нарезала и выложила на тарелку, едва покрыв тремя блюдами.