«Кого ты ищешь, приятель?» — спросил парень в черном жилете, указывая подбородком на Пэй Шаочэна.
Пэй Шаочэн немного опустил поля шляпы и сел на соседнее сиденье, сказав: «Я выпускник, и так получилось, что я проходил мимо, поэтому зашёл в гости».
Люди на сцене недоуменно переглянулись. Мальчик в жилете подозрительно спросил: «Как вы попали сюда в такое время?»
Девушка с хвостиком рядом с ним наклонила голову, видимо, найдя фигуру и голос мужчины чем-то знакомыми. Она встала и сошла со сцены, пытаясь подойти ближе к Пэй Шаочэну, когда вдруг ее глаза загорелись, и она удивленно воскликнула:
«Т-ты, ты Пэй Шаочэн, верно?!»
Пэй Шаочэн ничего не ответил, но когда девушка это крикнула, все остальные бросились подниматься.
Светловолосый мальчик в рубашке с глубоким вырезом первым заметил Пэй Шаочэна. Встретившись взглядом с Пэй Шаочэном, скрытым под полями шляпы, он вскрикнул и поклонился на девяносто градусов: «Черт возьми, это действительно Пэй Шаочэн!!»
"Действительно?!"
"Боже мой?!"
Поняв, что ему больше не нужно прятаться, Пэй Шаочэн просто снял маску.
Она, обхватив грудь низом своего топа с глубоким вырезом, чуть не расплакалась от восторга: «Боже мой, боже мой, старший брат Пэй, ты представляешь, как я тобой восхищаюсь?! Не могу поверить, что столкнулась с тобой лично посреди ночи! Быстрее, кто-нибудь, ущипните меня за нос!»
Девочка с косичками быстро оттащила его назад, боясь отпугнуть Пэй Шаочэна.
Она осторожно наблюдала за мужчиной перед собой, который словно сошел с экрана кинотеатра, не смея задержаться и не отводя взгляда.
«Эй, старшекурсник Пэй, не могли бы вы подписать для меня несколько бумаг?» Девушка достала из сумки бумагу и ручку, протянула их Пэй Шаочэну обеими руками и робко, с покрасневшими щеками, сказала: «Мои соседки по комнате бы так позавидовали, если бы узнали, что я с вами познакомилась!»
«Я тоже хочу! Я тоже хочу!»
«Я… я всё ещё жива!»
Пэй Шаочэн взглянул на разложенную перед ним небольшую книжечку, взял ее и с привычной легкостью расписался.
Женщина в топе с глубоким вырезом снова начала отчаянно обмахивать глаза руками: «Какой красивый почерк у старшего брата!»
Пэй Шаочэн вернул книгу девушке, взглянул на сцену и сказал: «Вы продолжайте, я немного посижу и потом уйду».
Группа толкалась и сталкивалась друг с другом, никто не хотел идти первым.
Пэй Шаочэн слегка нахмурился. Парень в черном жилете откашлялся и сказал: «Кхм, дело в том, старшекурсник… Мы видели вашу постановку «Макбета» на видеозаписи, и все мы считаем, что это самая классическая версия среди всех выпускников». Он сделал паузу: «Не могли бы вы дать нам несколько советов?»
После того как он закончил говорить, все затаили дыхание и посмотрели на Пэй Шаочэна, в их глазах читались явный страх и ожидание.
Пэй Шаочэн некоторое время молча смотрел на мальчика, а затем наконец взял сценарий из его рук.
«Вы, ребята, просматриваете пьесу один раз».
Услышав это, все тут же пришли в восторг, усталость от предыдущих репетиций исчезла, и, толкаясь и пихая друг друга, они быстро вернулись на сцену.
Глядя на их жизнерадостные и веселые спины, Пэй Шаочэн на мгновение почувствовал, что время и пространство сливаются и накладываются друг на друга.
Мужчина в белой рубашке стоял под прожектором, держа одну руку в кармане и глядя на клубы пыли, витающие в воздухе. Заметив взгляд, направленный на него сзади, он обернулся, затем небрежно поманил его указательным и средним пальцами (теми, которыми он держал сигарету) и улыбнулся.
Взгляд Пэй Шаочэна стал более пристальным, и все вновь напомнило ему о том лете.
Цикады неустанно стрекотали, воздух был густым и тяжелым, словно его сдерживает ливень.
Пэй Шаочэн распахнул дверь репетиционного зала и тут же почувствовал запах табака, смешанного с мятой. Он невольно нахмурился и сразу же заметил источник дыма.
То же самое произошло и в прошлый раз. Он осмелился свободно курить перед Лао Ло. Если бы это был кто-то другой, Лао Ло уже давно бы послал его куда подальше.
Многие в репетиционном зале заметили Пэй Шаочэна, и кто-то подошел к мужчине и напомнил ему об этом. Только тогда мужчина перестал делать пометки в сценарии и повернулся, чтобы посмотреть на Пэй Шаочэна.
«Эй, ты правда пришёл?» — он слегка приподнял бровь, выглядя весьма удивлённым.
Пэй Шаочэн поджал губы, почувствовав странное сжатие в груди.
Вчера посреди ночи он внезапно получил текстовое сообщение. В нем лишь кратко указывались время и место, но первое слово «Пан» плюс «^_^» мгновенно дало Пэй Шаочэну понять, кто отправитель.
Учитывая его характер, он бы без колебаний удалил такие двусмысленные сообщения. Но по какой-то причине на этот раз он не мог оторвать взгляд от слова «Пан».
Казалось, это имя было наделено какой-то таинственной силой, и он постоянно думал о тонком пальце, скользнувшем по его груди, и об этих улыбающихся, хитрых глазах, похожих на персиковые цветы.
Поэтому, когда он наконец понял, что происходит, он уже стоял там.
Мужчина, держа сигарету между пальцами, жестом подозвал Пэй Шаочэна подойти. Глаза Пэй Шаочэна потемнели, но он все же шагнул вперед и встал перед ним.
Другой человек засунул сигарету в рот, схватился за одежду Пэй Шаочэна, чтобы встать, затем выдохнул в его сторону клубы дыма и ухмыльнулся: «Позвольте мне официально представиться, меня зовут Вэнь Юхань».
«Я знаю», — сказал Пэй Шаочэн.
Конечно, он знал, кто это; это имя в последнее время постоянно всплывало у него в голове, иногда в неподходящие моменты, нарушая душевный покой Пэй Шаочэна.
Вэнь Юхань кивнул: «Тебя зовут Шао... как тебя зовут?»
Выражение лица Пэй Шаочэна помрачнело, когда он понял, что собеседники всегда называли его «Пан» просто потому, что не знали его настоящего имени.
Видя, что собеседник молчит, Вэнь Юхань не смутилась. Она похлопала Пэй Шаочэна по плечу и небрежно рассмеялась: «Думаю, мне следует и дальше называть тебя Пань!»
Пэй Шаочэн.
Пэй Шаочэн пристально посмотрел на Вэнь Юханя: «Меня зовут Пэй Шаочэн».
Глава 12
Вэнь Юхань был поражен внезапной серьезностью собеседника и невольно встретился взглядом с его темными, глубокими глазами.
Спустя мгновение он улыбнулся и сказал: «Понял, Шао Чэн».
Слово «Шаочэн» не слишком лёгкое и не слишком тяжёлое, подобно спелому фрукту, падающему с верхушек деревьев в спокойное озеро.
С плеском волны распространяются повсюду.
...
Вэнь Юхань взяла Пэй Шаочэна за руку и повела его к сцене. Несмотря на лето, рука Вэнь Юхань была ледяной, такой же холодной, как и в тот момент, когда она впервые прикоснулась к Пэй Шаочэну.
Пэй Шаочэн почувствовал, как напряглись мышцы его руки, когда другой человек схватил его за запястье. Он попытался вести себя естественно и тихо спросил: «Разве нам не нужно сначала посмотреть сценарий?»
«Не нужно», — сказал Вэнь Юхань, свесив сигарету с губ. «Сначала тебе стоит попробовать».
Он помахал мальчику, сидевшему в первом ряду и повторявшему уроки, и громко сказал: «Ну как тебе, Сюаньцзай? Вот парень, которого я для тебя нашел».
Мальчик по имени Сюаньцзай заметил Пэй Шаочэна, как только тот вошел в репетиционный зал. Его большие, яркие глаза, казалось, были прикованы к Пэй Шаочэну, а ресницы, похожие на веер, непрестанно трепетали.
Пэй Шаочэн почувствовал себя неловко под его взглядом, нахмурился, а затем с замешанием посмотрел на Вэнь Юханя, неуверенно уточняя: «Парень… друг?»
«Хм, он играет твоего парня», — Вэнь Юхань потушила сигарету и добавила: «Один из них».
Увидев, что Пэй Шаочэн долгое время молчал, Вэнь Юхань подозрительно посмотрел на него: «Что случилось? Не говори мне, что ты не можешь это принять».
Пэй Шаочэн молчал.
«Хм, этого не может быть». Вэнь Юхань оглядел Пэй Шаочэна с ног до головы и пробормотал: «Мне показалось, что ты был довольно энергичным раньше…»
«Кхм!» Пэй Шаочэн не ожидал, что собеседник будет так прямолинеен перед таким количеством людей, поэтому он быстро кашлянул, чтобы прервать его: «Нет, это допустимо».
Глаза Вэнь Юхань снова загорелись от смеха, она кивнула и сказала: «Хорошо. Эй, ты можешь перестать постоянно так напрягаться?»
Во время разговора он жестом пригласил их двоих пройти на сцену и кратко представил Пэй Шаочэну персонажа, которого собирался сыграть:
«Андрей, фигура, подобная Нарциссу. Очаровательный и кокетливый господин, окруженный бесчисленными любовниками, но единственная, кого он по-настоящему любит, — это он сам. Его пребывание в мире романтики — всего лишь способ наслаждаться тем, что другие испытывают к нему влечение и все глубже попадают в его ловушку. Он использует это, чтобы продемонстрировать свою ценность, только чтобы в конце концов обнаружить, что человек, скрывающийся под этой идеальной внешностью, — всего лишь пустая оболочка».
Пока Вэнь Юхань говорила, она теребила зажигалку в руке, наконец щелкнула ею, чтобы зажечь пламя, а затем подула на него.
"Давайте начнём?"
Пэй Шаочэн слегка помолчал, затем, немного поколебавшись, сказал: «Вы ещё не упомянули конкретный контекст и реплики».
Вэнь Юхань покачала головой: «Ты можешь сама импровизировать реплики. Место действия... решать тебе, как насчет бара?»
Впервые Пэй Шаочэн столкнулся с такой непринужденной просьбой, и он замер, не двигаясь с места.
Вэнь Юхань похлопала Сюаньцзай по плечу: «Позаботься о Сюаньцзай». Сказав это, она ловко спрыгнула со сцены и села на место в центре.
Увидев это, все остальные прекратили свои занятия и посмотрели в сторону места выступления.
Мужчина по имени Сюаньцзай похрустел пальцами, размял конечности, а затем, прислонившись к единственному столику, полузакрыв глаза, окинул взглядом Пэй Шаочэна. В одной руке он держал несуществующий бокал с вином, осторожно покручивая его. За его невинной внешностью, казалось, скрывалась пленительная душа, готовая переплестись с другой.
Вэнь Юхань облокотилась руками на спинку стула, подперла подбородок рукой и наблюдала за выступлением Сюаньцзая, после чего перевела взгляд на Пэй Шаочэна.
Одна секунда, две секунды, три секунды...
Время тянулось в тишине, и наконец Пэй Шаочэн сделал шаг и направился к Сюаньцзаю.
Он был на целую голову и полтора выше другого человека, настолько, что, когда они подошли ближе, Сюаньцзаю приходилось поднимать подбородок, чтобы встретиться с ним взглядом.
"Говорите громче..." — кто-то из зала не выдержал и прошептал напоминание.
Вэнь Юхань проявила немалое терпение, слегка постукивая указательным пальцем по бедру.
"Э-э..." Прошло еще десять секунд, а двое людей на сцене все еще смотрели друг на друга, потеряв дар речи.
Сюаньцзай наконец не смог сдержать смех, подмигнул Пэй Шаочэну с ледяным выражением лица и сказал: «Младший, ты меня совсем взволновал».
Зрители в зале смеялись вместе с ним, проклиная Сюаньцзая за бесстыдство и приставания к первокурснице.
Пэй Шаочэн по-прежнему сохранял невозмутимое выражение лица, но его взгляд становился все более мрачным. По какой-то причине он никак не мог вжиться в роль, глядя на собеседника. В голове у него все было пусто, до такой степени, что он даже сомневался, существовало ли когда-либо то чувство полного погружения в роль, которое он испытывал во время исполнения «Послеполуденного отдыха фавна».
Из толпы раздался отчетливый голос.
«Всё в порядке, не торопитесь».
Все взгляды обратились к Вэнь Юханю, сидевшему посередине. Он улыбнулся Пэй Шаочэну и указательным пальцем указал на свою грудь: «Почувствуй это здесь».
Пэй Шаочэн молча посмотрел на Вэнь Юханя, и его взволнованное настроение чудесным образом значительно успокоилось, а затем сменилось спокойным и размеренным ритмом.
Вэнь Юхань не спешила его подгонять и просто ждала, пока он закончит корректировку. Затем она жестом подбородка указала Сюаньцзаю: «Продолжай».
Сюаньцзай кивнул, снова войдя в образ. Он на цыпочках обнял Пэй Шаочэна за плечо и тихонько усмехнулся ему на ухо: «Я часто бываю здесь, но встречаю тебя впервые. Меня зовут Сюаньцзай, а тебя?»
Кадык Пэй Шаочэна покачался: «Эндрю».
Надо сказать, он родился с прекрасным голосом. Глубоким и магнетическим, как изысканное, мягкое вино. Публика невольно тянулась к этому пленительному голосу.
Сюаньцзай тоже был ошеломлен, но быстро пришел в себя.
«Эндрю…» — пробормотал он имя, кивнул и сказал: «Давай выпьем вместе, Эндрю».
«Эм.»
«Остановитесь на минутку», — прервал Вэнь Юхань снизу сцены, тихо вздохнул, встал со своего места и направился к сцене.
«Эндрю, ты слишком пассивен», — сказал Вэнь Юхань Пэй Шаочэну. «Хотя Сюаньцзай играет экстравертного персонажа, именно ты проявляешь агрессию. Сейчас ты полностью контролируешься собеседником и совсем не чувствуешь, что нападаешь».