Гу Цзяи не из тех женщин, которые жадничают до денег. Если бы это было так, ей не пришлось бы возвращать долги, оставленные ей Гу Таоцюанем.
Увидев отказ Гу Цзяи от предложения сына, Хун Фэн ясно выразил недовольство. Раньше отказ Гу Цзяи был бы вполне обычным делом, но сейчас, когда семья Гу переживает трудные времена, если Гу Цзяи снова откажет, в глазах Хун Фэна это будет неблагодарно.
Однако Хун Шичэн немного забеспокоился и быстро сказал: «Цзяи, хорошенько все обдумай. Ты же знаешь, что мне действительно нужна твоя помощь».
«Не нужно, спасибо».
Гу Цзяи снова отказала. Взгляд Хун Фэна был словно иголка в зубах, что вызывало у неё сильное чувство дискомфорта. Поэтому Гу Цзяи не хотела больше ничего говорить Хун Шичэну и Хун Фэну. Вместо этого она повернулась к Ду Чэну и сказала: «Ду Чэн, пойдём».
«Зачем нам уходить?» — просто улыбнулся Ду Чэн, не показывая никакого намерения уходить.
Гу Цзяи с некоторым недоумением посмотрела на Ду Чэна, но не стала задавать вопросов, потому что знала, что Ду Чэн еще что-то хочет сказать.
И действительно, бросив взгляд на Хун Шичэна и Хун Фэна, Ду Чэн спросил Гу Цзяи: «Цзяи, есть ли у тебя какая-нибудь возможность связаться с владельцем этой земли?»
Гу Цзяи слегка кивнул и сказал: «У меня есть его контактный номер, но Ду Чэн, что ты хочешь сделать?»
«Конечно, мы хотим, чтобы он купил землю». Ду Чэн слегка улыбнулся и уверенно сказал: «Сестра Цзяи, почему бы вам не связаться с ним и не дать мне поговорить с ним?»
Гу Цзяи отнеслась к этому скептически, но все же достала телефон и набрала номер.
Стоявшие неподалеку Хун Шичэн и Хун Фэн оба услышали слова Ду Чэна. В глазах Хун Шичэна читалось явное удивление, а в глазах Хун Фэна — еще более сильные эмоции. Он явно не ожидал, что кто-то будет конкурировать с ним за этот участок земли, и что это будет молодой человек, которого он никогда раньше не видел.
Однако Хун Фэн не собирался звонить. Вместо этого он молча стоял с уверенным выражением лица.
Гу Цзяи быстро закончила свой звонок, затем указала на снос фабрики по производству картонных коробок и сказала Ду Чэну: «Босс Цао внутри, скоро выйдет».
Сказав это, Гу Цзяи повернулся к Ду Чэну и спросил: «Ду Чэн, ты действительно уверен, что сможешь купить эту землю? Ты же знаешь, что мы…»
Прежде чем Гу Цзяи успела закончить говорить, Ду Чэн остановил её и с улыбкой сказал: «Всё в порядке, мы поговорим о том, подойдёт это или нет, мы всё равно уже договорились о встрече».
Увидев реакцию Ду Чэна, Гу Цзяи больше ничего не сказал. За воротами картонной фабрики вышел полный мужчина средних лет. Несмотря на свою полноту, он был на удивление проворным.
«Ду Чэн, это босс Цао». Гу Цзяи, очевидно, узнала босса Цао. Увидев подходящего толстяка, она представила его Ду Чэну.
Полный мужчина средних лет, очевидно, тоже видел Гу Цзяи и Ду Чэна. Однако, как только он собирался подойти к ним, его взгляд упал на Хун Фэна. Затем на его круглом, пухлом лице появилась теплая улыбка, и он изменил направление и направился к Хун Фэну, словно они были очень хорошо знакомы.
Увидев это, сердце Гу Цзяи сжалось, он подумал, что, вероятно, все действительно безнадежно.
Том 2, «Непревзойденный купец», Глава 64: Битва за землю (Часть 2)
«Господин Хонг, что вас сюда привело? Вы даже не позвонили. Это очень невежливо с вашей стороны!»
Полный босс Цао протянул руку, пожал руку Хун Фэну и очень тепло заговорил, создавая впечатление давнего друга.
На лице Хун Фэна тоже была улыбка, но брови слегка нахмурены. На самом деле, он и Цао Чэн были всего лишь знакомыми, встречались лишь несколько раз за обеденным столом.
Хотя один является генеральным директором, а другой — боссом, их статусы совершенно разные. Совокупные активы Хун Фэна составляют почти миллиард, а Цао Чэн смог стать боссом, опираясь лишь на несколько земельных участков, и его состояние оценивается максимум в тридцать или сорок миллионов.
Однако Хун Фэн был проницательным человеком и не стал показывать свои мысли на лице. Вместо этого он улыбнулся и сказал: «Босс Цао, я слышал, вы собираетесь продать этот участок земли, это правда?»
«Господин Хонг, вы серьёзно?»
Цао Чэн прекрасно понимал, что Хун Фэн хочет что-то сказать, и задал вопрос, уже зная ответ.
Хун Фэн разглядел хитрость Цао Чэна, но всё же кивнул и сказал: «Мы давно знакомы, господин Цао, просто назовите цену. Если она будет разумной, я, Хун, куплю».
Немного подумав, Цао Чэн, казалось, принял решение и с некоторым сожалением сказал: «Ну, хорошо. Изначально я планировал продать этот участок за 15 миллионов, но раз уж вы хотите его приобрести, господин Хун, я отдам его вам за 14 миллионов. Как вам такое предложение? Этот участок очень востребован».
Услышав эти слова Цао Чэна, Гу Цзяи невольно прокляла его мысленно, как старого лиса. Видя, что Хун Фэн богат, он действительно сумел заработать несколько миллионов. Однако Цао Чэн не беспокоился о разоблачении, поскольку об этой сумме знали лишь немногие.
"Пятнадцать миллионов?"
Хун Фэн нахмурился. Он знал, что земля стоит максимум десять миллионов. Цао Чэн, вероятно, пытался его обмануть. Поэтому улыбка на лице Хун Фэна немного померкла, и он прямо сказал: «Господин Цао, не слишком ли высока эта цена? Не могли бы вы немного её снизить?»
Притворившись очень обеспокоенным и немного подумав, Цао Чэн сказал: «Что ж, хорошо, раз уж вы спросили, господин Хун, я снижу цену еще на миллион. Если еще снижу, дальше идти не буду».
«Босс Цао, не слишком ли вы неискренни?» На лице Хун Фэна уже мелькнула нотка гнева. Некоторые люди воспользуются тобой только в том случае, если ты им не преподашь урок.
Увидев, что Хун Фэн успокоился, Цао Чэн понял, что не может запросто завысить цену, поэтому быстро улыбнулся и сказал: «Господин Хун, не сердитесь. Как насчет того, чтобы я снизил цену еще на миллион, например, на двенадцать миллионов? Это действительно самая низкая цена, которую я могу предложить».
«фырканье».
Хун Фэн был явно уверен, что держит Цао Чэна под контролем, поэтому он лишь фыркнул и промолчал.
Цао Чэн действительно был несколько переигран Хун Фэном, но его истинная цена составляла около десяти миллионов. Для него это не было бы убытком. Поэтому Цао Чэн прямо сказал Хун Фэну: «Господин Хун, давайте считать это дружбой. Десять миллионов — это минимальная сумма, на которую я готов согласиться. Ниже я точно не могу опуститься».
Увидев, как Цао Чэн идёт на компромисс, Хун Фэн удовлетворенно посмотрел на него. Однако, как только он уже собирался согласиться, Ду Чэн внезапно вмешался и прямо сказал Цао Чэну: «Босс Цао, десять миллионов, верно? Мне нужен этот участок земли».
"Что?"
Голос Ду Чэна был негромким, но остальным он был хорошо слышен.
Взгляды всех — будь то Хун Фэн, Цао Чэн, Хун Шичэн или даже Гу Цзяи — были устремлены на Ду Чэна.
«Вы сказали, что хотите купить этот участок земли?» Цао Чэн с некоторым удивлением посмотрел на Ду Чэна, но в его выражении лица не было недоверия, потому что Ду Чэн сейчас выглядел ничуть не менее, а даже более внушительно, чем эти богатые молодые господа.
Гу Цзяи, стоявшая в стороне, с некоторым удивлением посмотрела на Ду Чэна. У них с Ду Чэном на данный момент было всего десять миллионов юаней, а для строительства новой компании на этом участке земли им потребуется вложить еще как минимум тридцать или сорок миллионов юаней. Однако, судя по уверенной улыбке Ду Чэна, он был явно уверен в себе.
«Что ж, если у вас нет возражений, господин Цао, я куплю это у вас прямо сейчас». Ду Чэн кивнул, подтверждая вопрос Цао Чэна.
«Молодой человек, во всем должен быть порядок. Не слишком ли невежливо с вашей стороны так просто вмешиваться?»
В глазах Хун Фэна читалась явная злость. Он долго вел переговоры с Цао Чэном, но в последний момент вмешался молодой человек, которого он никогда не воспринимал всерьез. Это, несомненно, сильно смутило Хун Фэна.
«Извините, мы связались с господином Цао сегодня утром, поэтому, если быть точным, мы должны быть впереди вас».
Ду Чэн слегка улыбнулся, затем перевел взгляд на Гу Цзяи и спросил: «Цзяи, ты так не думаешь?»
«Эм.»
Гу Цзяи кивнула, подтверждая слова Ду Чэна.
Когда Цао Чэн увидел кивок Гу Цзяи, он понял, что Гу Цзяи и Ду Чэн, должно быть, вместе. На самом деле, до своей смерти у него была настоящая дружба с Гу Таоцюанем, поэтому, когда Гу Цзяи пришел узнать цену, он назвал цену почти на три миллиона меньше, чем Сян Хунфэн.
Однако Цао Чэн был также проницательным стратегом. В этих обстоятельствах он понимал, что его позиция, несомненно, наиболее выгодна. Поэтому он намеренно с некоторым сомнением посмотрел на Ду Чэна и Хун Фэна и сказал: «Госпожа Гу действительно разговаривала со мной сегодня утром, но я хочу, чтобы дела оставались в стороне и никого не обидели. Может быть, вы двое обсудите это?»
Услышав слова Цао Чэна, гнев Хун Фэна усилился. Если бы дело было в чём-то другом, он, вероятно, уже собрал бы вещи и уехал. Однако этот участок земли был превосходным, и он не хотел так легко от него отказываться. Немного подумав, Хун Фэн прямо сказал Цао Чэну: «Я не хочу много говорить. Одиннадцать миллионов. Если вы продадите, я, Хун Фэн, буду считать вас своим другом. Если же нет, то забудьте об этом».
Это явно была демонстрация давления, но Хун Фэн был способен на это.
«Господин Хонг, посмотрите, что вы сказали...»
В конце концов, Цао Чэн был человеком довольно высокого положения, и его очень не понравилось, что Хун Фэн оказал на него такое давление прямо на месте. Однако, поскольку Хун Фэн был человеком высокого статуса, Цао Чэн не осмелился показать свое недовольство.
«В таком случае, господин Хуан, я предложу 11,5 миллионов. Что вы думаете?» — улыбнулся Ду Чэн. Хун Фэн зашел слишком далеко, но тем самым дал Ду Чэну шанс.
Услышав, как Ду Чэн снова поднял цену, Цао Чэн явно засомневался. Пятьсот тысяч были ничтожны для такого человека, как Хун Фэн, но для Цао Чэна это была значительная сумма. Однако, если бы он отказал Хун Фэну, это было бы равносильно оскорблению, чего Цао Чэн не хотел допустить.
Немного подумав, Цао Чэн улыбнулся Хун Фэну и сказал: «Господин Хун, а может, вы добавите еще немного?»
Цао Чэн уже принял решение: если Хун Фэн поднимет цену до 11,5 миллионов, он продаст землю Хун Фэну.
«Я, Хун Фэн, говорю то, что думаю. Это одиннадцать миллионов. Решай сам». Хун Фэн думал, что Цао Чэн уже сдался. В конце концов, в городе F Хун Фэн был влиятельной фигурой. С такими людьми, как Цао Чэн, обычно невозможно заслужить расположение.
Увидев, что Хун Фэн сделал такое твердое заявление и не собирается отступать, улыбка Цао Чэна мгновенно исчезла, и он холодно сказал: «В таком случае, извините, господин Хун, я продам ему эту землю».
Цао Чэн действительно хотел подружиться с таким человеком, но это было всё, чего он хотел. Он не занимался бизнесом, поэтому даже если бы он его обидел, это не имело бы значения. К тому же, такой огромной суммы денег хватило бы его семье на несколько жизней, чтобы жить в достатке. Зачем ему было это терпеть? Поэтому Цао Чэн проглотил свою гордость и сделал вид, что всё в порядке.
Сказав это, Цао Чэн, проигнорировав Хун Фэна, повернулся к Ду Чэну под удивленным взглядом Хун Фэна и сказал: «Я продал тебе эту землю. Давай найдем место, где сможем спокойно поговорить».
"хороший."
Ду Чэн кивнул. Результат оказался несколько неожиданным. Мало того, что ему не пришлось платить больше денег, так он еще и сэкономил 500 000 юаней по сравнению с первоначальной суммой. Фактически, Ду Чэн получил некоторую выгоду. Однако Ду Чэн знал, что Хун Фэн, должно быть, теперь его ненавидит.
Гу Цзяи не ожидала, что все так легко уладится, и чувствовала себя немного неловко. В конце концов, у нее и Ду Чэна было всего десять миллионов юаней, чего не хватило даже на покупку земли. К счастью, самодовольная улыбка Ду Чэна придала Гу Цзяи уверенности, поэтому она ничего больше не сказала и ушла вместе с Ду Чэном и Цао Чэном.
Наблюдая, как Ду Чэн и его группа уезжают, лицо Хун Фэна побледнело. Он никак не ожидал, что все так обернется; участок земли, на который он положил глаз, был отнят прямо у него на глазах.
"Папа, что нам теперь делать?"
Хун Шичэн начал волноваться. Он вложил много усилий в расширение своей компании. Как только новая компания будет создана, он сможет избавиться от отца и управлять ею сам. Его также очень интересовал этот участок земли, сопоставимый по размерам с крупными автомобильными компаниями в этом районе. Это было именно то, чего хотел Хун Шичэн. Но он упустил кусок мяса, который был прямо перед ним. Как он мог не расстраиваться?
«Поговорим об этом, когда вернёмся, хм». Хун Фэн тоже немного смутился. С этими словами он и его секретарь направились к припаркованному сбоку «Роллс-Ройсу».
Увидев выражение лица Хун Фэна, Хун Шичэн встревожился, но не осмелился ничего сказать. Он мог лишь беспомощно следовать за ним и оглядываться на Audi A4L Гу Цзяи, которая уже завелась и уехала с унылым видом.
Том второй: Непревзойденный бизнес-магнат, Глава 65: Распределение акций
После завершения процедур перевода денежных средств, подписания контракта и передачи свидетельства о праве собственности на недвижимость, новый юридический адрес Ду Чэна и Гу Сисинь был официально подтвержден.
«Ду Чэн, откуда у тебя столько денег?»
Увидев, как Ду Чэн заплатил 11,5 миллионов юаней за недвижимость и выделил ей 30 миллионов юаней на создание новой компании, Гу Цзяи почувствовала себя немного ошеломленной.
Судя по нынешнему облику Ду Чэна, он больше не похож на внебрачного ребенка, выгнанного из дома; на самом деле, он даже богаче, чем законные сыновья богатых семей.
«На самом деле, эти деньги мне не принадлежат».
После недолгого раздумья Ду Чэн понял, что ему нужно вразумительное объяснение, чтобы Гу Цзяи почувствовал себя спокойно. Он также понимал, что долго скрывать дело Ли Юня не сможет, поэтому прямо заявил: «Я выиграл эти деньги у Ли Юня, поэтому, если быть точным, эти деньги должны принадлежать вашей семье Гу».
Гу Цзяи выглядела озадаченной, поэтому Ду Чэну пришлось продолжить объяснение: «Как вы знаете, я работаю в клубе «Хуанпу». На самом деле, клуб «Хуанпу» — это большое казино, и Ли Юнь — постоянный посетитель этого казино. Эти деньги я выиграл у Ли Юня благодаря сотрудничеству с казино».
«Понятно, теперь я понимаю, почему ей так нравится ходить в клуб «Хуанпу».»
Гу Цзяи внезапно что-то поняла, очевидно, тоже что-то поняла.
«Так что вы можете спокойно распоряжаться этими деньгами, никаких проблем не возникнет». Видя, что Гу Цзяи всё поняла, Ду Чэн больше ничего не стал объяснять.
Однако Гу Цзяи покачала головой и сказала: «Так не пойдёт. Эти деньги вы выиграли сами, и они больше не имеют никакого отношения к моей семье Гу, поэтому мы должны перераспределить акции новой компании».
Гу Цзяи очень принципиальна. Поскольку Ду Чэн вложил еще 40 миллионов юаней, она, естественно, не будет распределять акции в соответствии с прежним порядком их владения.
«Хорошо». Ду Чэн, зная характер Гу Цзяи, не стал отказывать.
Тщательно всё подсчитав, Гу Цзяи сказал: «У нас уже было десять миллионов. С учётом ваших вложений, общая сумма составляет пятьдесят один с половиной тысяч. Я вложил только пять миллионов, а это значит, что мне принадлежит максимум 10% акций. Остальное — ваше. Вас это устраивает?»
Увидев, как точно всё рассчитала Гу Цзяи и что ей достаётся львиная доля, Ду Чэн слегка улыбнулся и сказал: «Сестра Цзяи, вы слишком придирчивы. Если мы будем считать так, то на самом деле я должен отдать вам ещё 10-20% от технической доли, поскольку вы управляете всем в компании, а я всего лишь номинальный руководитель, совершенно не разбирающийся в этой отрасли. Как насчёт такого варианта: вы получите 20%, я — 80%, а об остальном поговорим после официального запуска компании. Как вам такой вариант?»
Однако Гу Цзяи отказалась от предложения Ду Чэна, покачала головой и сказала: «Не нужно, мне нужно всего 10%. Если тебе от этого будет не по себе, просто будь добрее к Сисиню в будущем в качестве компенсации».
«Эм.»