Го И просто впитывал полезный опыт, но У Цзюньин, впитывая этот опыт, также изменила свое отношение к Ду Чэну.
Раньше она не была уверена, что Ду Чэн сможет победить её деда, полагая, что Ду Чэн обладает лишь силой тигра, и именно поэтому он смог одолеть её деда. Однако, услышав о боевых искусствах Ду Чэна, которые не сильно уступали навыкам её деда, она поняла, насколько наивно и ошибочно было её мнение.
В тот самый момент, когда Ду Чэн и У Чжанбо разговаривали, несколько машин внезапно остановились у ворот гостиницы «Юэлай».
Первым автомобилем был черный Rolls-Royce. Два следующих автомобиля были внедорожниками Hummer.
Сразу после этого из машины вышла группа из восьми человек.
Из черного «Роллс-Ройса» вышли молодой человек и мужчина средних лет.
Мужчина средних лет был несколько полноват, с животом размером с живот женщины на восьмом или девятом месяце беременности. Его волосы были аккуратно причесаны, что придавало ему вид обычного чиновника.
Молодой человек был одет в дорогой, очень элегантный костюм. Он также был довольно красив, но, к сожалению, слегка приподнятая голова придавала ему высокомерный вид.
Затем из двух выехавших «Хаммеров» вышли в основном телохранители в черных костюмах. Группа из шести человек стояла позади молодого человека и мужчины средних лет, что представляло собой весьма необычное зрелище.
Выйдя из машины, группа из восьми человек направилась прямо в гостиницу Yuelai Inn.
Прибытие этих восьми человек напрямую повлияло на Ду Чэна и У Чжанбо, которые ели и пили.
У Чжанбо безошибочно узнал этих людей, и, увидев, как они вошли, в его глазах мелькнула нотка гнева.
У Цзюньин, стоявшая в стороне, находилась в похожем состоянии, ее взгляд был в основном прикован к элегантно одетому молодому человеку, а в ее прекрасных глазах горел гнев.
«Ах, я думал, что гостиница Юэлай закрыта на сегодня и собиралась закрыться. Я не ожидал, что вы, старейшина Ву, будете настолько щедры, чтобы закрыть лавку и угостить людей едой. Это редкость, очень редкость…»
Молодой человек вошёл, что-то сказал и бросил взгляд на У Цзюньин и Го И.
Сначала он взглянул на У Цзюньин, его глаза были полны неприкрытого желания, которое он не пытался скрыть. Когда же его взгляд скользнул по Го И, выражение его лица стало еще более опьяняющим.
Внешность У Цзюньин и так была невероятно красива, почти сравнима с Гу Цзяи и Ли Эньхуэй. Однако Го И была немного лучше У Цзюньин по внешности, особенно после того, как она нарядилась, она стала выглядеть еще более потрясающе.
Взгляд молодого человека не ускользнул от внимания Ду Чэна, заставив его слегка нахмуриться. Однако это было дело У Чжанбо, и он ничего не сказал.
Услышав слова молодого человека, У Чжанбо встал и холодно сказал ему: «Что ты здесь делаешь? Убирайся отсюда. Разве урока, который я преподал тебе в прошлый раз, было недостаточно? Хочешь повторить?»
Внушительная аура У Чжанбо заставила молодого человека инстинктивно отступить на шаг назад. Однако на этот раз он явно нашел того, на кого можно положиться, и прямо сказал: «Старый хрыч, ты все еще такой высокомерный. Иди и пни меня! Поверь мне, твой покровитель пал. На этот раз я сведу все старые и новые счеты…»
Пока он говорил, на лице молодого человека появилось свирепое выражение, ясно указывающее на то, что на этот раз дядя Ву нанес ему серьезный удар.
Сказав это, молодой человек повернулся прямо к стоявшему рядом с ним мужчине средних лет и сказал: «Директор Лянь, вы тоже это видели. Этот старик такой высокомерный, потому что, по-видимому, немного занимался боевыми искусствами. На этот раз вы должны преподать этим опасным элементалям урок».
"фырканье…"
Мужчина средних лет фыркнул и прямо сказал: «С моим присутствием вы можете заниматься своими делами, не беспокоясь. Если он снова посмеет сопротивляться, просто арестуйте его и посадите на несколько дней. Посмотрим, осмелится ли он и дальше вести себя высокомерно».
Услышав эти слова мужчины средних лет, молодой человек тут же набрался смелости. Он усмехнулся У Чжанбо и сказал: «Старик, ты это хорошо расслышал? Директор Лянь — директор муниципального строительного управления. Посмотрим, осмелишься ли ты снова оказать сопротивление».
Услышав слова молодого человека, взгляд У Чжанбо тут же переключился на мужчину средних лет, и выражение его лица заметно изменилось.
Том 3, Глава 869: Удар
Отель Yuelai Inn расположен в оживленном районе в центре города.
Однако гостиница «Юэлай» была основана здесь более ста лет назад. В то время это место находилось лишь на окраине центра Ханчжоу. Но с течением времени и развитием Ханчжоу территория гостиницы «Юэлай» постепенно превратилась в оживленный коммерческий район в центре города.
Поэтому в окружении высотных зданий и железобетонных конструкций гостиница Yuelai Inn, построенная из дерева, выделяется своей необычностью и странностью.
В связи с растущей зрелостью экономического развития Ханчжоу и ключевым коммерческим развитием этого района, более десяти лет назад некоторые начали предлагать выплатить компенсацию гостинице «Юэлай», а затем снести и перестроить ее, чтобы не нанести ущерб внешнему виду этого района.
В конце концов, среди такого количества современных зданий гостиница Yuelai Inn явно несколько не к месту.
Кроме того, гостиница Yuelai Inn занимает огромную территорию, превышающую 600 квадратных метров, включая задний двор. При такой большой площади её легко можно расширить до большого коммерческого здания. В таких условиях неудивительно, что многие хотели бы развивать гостиницу Yuelai Inn.
К счастью, у У Чжанбо были прекрасные отношения со старым господином семьи Хэ. Когда старый господин семьи Хэ только начинал свою деятельность, У Чжанбо очень ему помогал. Более десяти лет назад семья Хэ занимала очень высокое положение в Чжэцзяне. Поэтому благодаря защите гостиницы «Юэлай» старым господином семьи Хэ, последние десять лет здесь царил мир.
Однако теперь, когда семья Хэ находится на грани падения, некоторые люди, давно желавшие принять меры против гостиницы «Юэлай», естественно, не упустят эту возможность.
Молодого человека звали Хэ Чао. У него была та же фамилия, что и у семьи Хэ, но он не имел к ним никакого отношения. Он был вторым сыном Хэ Тяньсюна, одного из десяти самых богатых людей Ханчжоу. Он давно присматривался к гостинице «Юэлай». Следуя принципу «кто рано встает, тому Бог помогает», и понимая, что падение семьи Хэ неизбежно, он, естественно, как можно скорее отправился к ним.
В отличие от позавчерашнего дня, когда он был не готов и был выгнан дядей Ву, сегодня он пригласил директора муниципального строительного управления, поэтому, естественно, планировал и рыбку съесть, и на елку в гостинице "Юэлай".
У Чжанбо тоже был в курсе, поэтому, когда он услышал, как Хэ Чао упомянул личность директора Ляня, он понял, что ситуация выходит из-под контроля.
Когда семья Хэ была рядом, он не боялся этих людей, но теперь, когда семья Хэ пала, ему будет трудно защитить гостиницу Юэлай.
Несмотря на высокое мастерство У Чжанбо, в данной ситуации его навыки оказались совершенно бесполезны.
Увидев напряжённое выражение лица У Чжанбо, Хэ Чао ещё больше ухмыльнулся и прямо сказал: «Старик, почему ты молчишь? Ты боишься? Позволь мне сказать тебе, документы Строительного управления утверждены. На этот раз я снесу твою гостиницу «Юэлай». И не думай, что можешь просто так забыть о том, что произошло позавчера. После того, как твою убогую гостиницу снесут, я сведу с тобой счёты по одному».
«Ты... кашляешь, ...».
Услышав о намерении другой стороны снести гостиницу «Юэлай», У Чжанбо пришёл в ярость, и его прежние раны обострились. Он внезапно начал сильно кашлять, и его лицо ещё больше побледнело.
Столетний фундамент вот-вот должен был быть разрушен в его руках. Конечно, У Чжанбо не будет этому рад. Если его действительно разрушат, он будет испытывать еще больший стыд перед отцом и дедом.
Увидев У Чжанбо в таком состоянии, У Цзюньин быстро похлопала его по спине и сердито отругала Хэ Чао: «Хэ Чао, не заходи слишком далеко в своих действиях, иначе мы тебя точно не отпустим».
"О, угроза, откровенная угроза, мне так страшно..."
Хэ Чао схватился за грудь, казалось, искренне испугавшись. Однако на его лице не было и следа страха; вместо этого он усмехнулся, в его улыбке мелькнула нотка непристойности. Его жест — схватиться за грудь — был особенно непристойным.
"Ты бесстыжая..." Хотя У Цзюньин была довольно искусна, в этом плане она не могла сравниться с Хэ Чао. Ее красивое лицо покраснело, она прикусила губу, не зная, что сказать.
«Я бесстыжий, ха-ха-ха».
Хэ Чао громко рассмеялся, подмигнул директору Ляню и прямо сказал У Цзюньину: «Не говори, что я не дал тебе шанса. У Цзюньин, если ты сегодня вечером выпьешь со мной и директором Лянем, возможно, я подумаю о том, чтобы простить твою гостиницу «Юэлай». Что скажешь?»
Говоря это, Хэ Чао перевел взгляд на Го И и продолжил: «Конечно, тебе следует пригласить и своего друга, иначе нам с директором Лянем не хватит на всех».
Увидев Го И и У Цзюньин, сидящих вместе, он предположил, что Го И — подруга У Цзюньин, и, естественно, начал с ней флиртовать.
Директор Лянь жадно взглянул на У Цзюньин, затем на Го И и серьезно сказал: «На самом деле, у этой гостиницы "Юэлай" тоже есть титул. Если мы подадим заявку на охрану как у древней культурной реликвии, то, возможно, ее удастся сохранить…»
Услышав слова директора Ляня, У Цзюньин явно поддалась искушению. Она знала, насколько важна для ее деда гостиница «Юэлай».
Однако она не была глупой. Глядя на выражения лиц Хэ Чао и директора Ляня, она понимала, что у них двоих определенно недобрые намерения. Если она согласится, то будет подобна ягненку, попавшему в тигриное логово, и, возможно, даже не сможет защитить гостиницу «Юэлай».
Более того, она и Го И, вероятно, обменялись всего тремя предложениями. Как она могла позволить кому-то рисковать жизнью ради неё? Поэтому эта мимолетная мысль быстро отлетела в сторону.
Как раз в тот момент, когда У Цзюньин собиралась решительно отказаться, Ду Чэн внезапно встал.
Для Ду Чэна его женщина была талисманом. Любой, кто осмеливался взглянуть на неё, считался нарушителем его талисмана. Поэтому, поднявшись, он устремил взгляд на Хэ Чао и директора Ляня и направился к ним, его глаза были ледяными.
Глядя на стоящего перед ним Ду Чэна, Хэ Чао презрительно посмотрел на него. Он прямо сказал: «Кто ты такой? Что, хочешь за них заступиться? Парень, лучше подумай дважды, прежде чем ввязываться в неприятности».
Хэ Чао боялся У Чжанбо, но это не означало, что он боялся Ду Чэна.
Более того, имея рядом директора Ляня и шестерых телохранителей, он, естественно, боялся Ду Чэна еще меньше.
У Цзюньин с недоумением посмотрела на Ду Чэна. Она не понимала, чего хочет Ду Чэн. Она думала, что он хочет заступиться за них, но поскольку другая сторона уже раскрыла свою личность, если они предпримут какие-либо действия, то обязательно понесут убытки. В противном случае, она бы уже приняла меры, чтобы прогнать Хэ Чао и директора Ляня.
В тот самый момент, когда У Цзюньин подвергался гидролизу, Ду Чэн предпринял свой ход.
Ду Чэн ничего не ответил, потому что не хотел тратить больше слов на такого человека. Как только Хэ Чао закончил говорить, он поднял ногу и сильно ударил его ногой в живот.
С глухим стуком Хэ Чао, обессилевший, словно муравей, оказался перед Ду Чэном, не в силах сопротивляться. Ду Чэн оттолкнул его ногой, и Хэ Чао с силой врезался в двух телохранителей позади себя, отбросив их тоже в сторону.
Увидев это, почти все присутствующие были ошеломлены, за исключением Го И, который знал личность Ду Чэна.
Даже У Чжанбо был ошеломлен. Он не ожидал, что Ду Чэн будет настолько напористым, нападая так яростно даже после того, как противник раскрыл свою личность.
У Цзюньин безучастно смотрела на Ду Чэна, но в глубине души знала, что удар ногой, от которого Хэ Чао отлетел в сторону, принес ей огромное облегчение.
Это привело к тому, что едва заметная враждебность в ее глазах, когда она смотрела на Ду Чэна, полностью исчезла.
"Ты, ты посмел поднять на меня руку, ты...!"
Когда директор Лянь увидел, что Ду Чэн смотрит на него, на его лице отразился явный страх. Он указал на Ду Чэна, но не знал, что сказать дальше.
«Вы только что сказали, что гостиница Юэлай может подать заявку на защиту как древний культурный памятник, верно?»
Вместо того чтобы немедленно предпринять какие-либо действия, Ду Чэн задал начальнику бюро вопрос.
Эта гостиница Yuelai Inn существует уже более ста лет. Несмотря на незначительные реконструкции, многие её части до сих пор сохраняют своё старинное очарование.
В частности, внутренний двор в задней части здания также относительно хорошо сохранился. Если серьезно задуматься, его можно считать древней культурной реликвией. Согласно последнему национальному закону об охране древних культурных реликвий, он действительно может претендовать на защиту как древний культурный памятник, поэтому его не придется сносить.
Услышав слова Ду Чэна, начальник бюро предположил, что Ду Чэну нужна его помощь, и тут же почувствовал себя увереннее, приняв властный вид и сказав: «Изначально это было возможно, но теперь даже не думайте об этом, если не знаете, что вам на пользу…»
Однако, прежде чем он успел закончить говорить, Ду Чэн нанес ему мощный удар ногой в живот, отбросив его в сторону.
Ду Чэн не сдерживался, имея дело с такими людьми. Этот удар его не убил бы, но точно приковал бы к постели на полмесяца или месяц.
Что касается личности другой стороны, Ду Чэна это совершенно не волновало. Судя по выражению лица директора Ляня, он был далек от безупречной репутации. Если бы Ду Чэн просто поручил Центральной комиссии по дисциплинарной проверке провести расследование в отношении него, он, вероятно, оказался бы в тюрьме, как только встал бы с постели.
Ду Чэн не волновался, но позади него У Чжанбо и У Цзюньин были по-настоящему ошеломлены.
Том 3, Империя в моем сердце, Глава 870: День, которого я ждал (Часть 1)
У Чжанбо поддерживал хорошие отношения со старшими государственными деятелями. Однако он не знал их истинных личностей, и тем более не знал об их отношениях с премьер-министром.
Именно поэтому он не обратился к старейшинам, когда его гостиница «Юэлай» столкнулась с трудностями.
Даже опытный ветеран У Чжанбо был немного ошеломлен, увидев, как Ду Чэн пнул директора Строительного управления.
Директор строительного управления, возможно, и не занимает очень высокую должность, но всё же он является чиновником уровня отдела. Он никогда в жизни не видел, чтобы кто-то осмеливался открыто избить такого чиновника, тем более так жестоко.
У Чжанбо был ошеломлен не только сам, но и У Цзюньин и люди Хэ Чао.
Ду Чэну было совершенно всё равно. Этот удар был уроком, который он преподал директору Ляню. Ду Чэн не собирался позволять никому, кто осмелится обратить внимание на окружающих его женщин, делать это без разбора.
Более того, после этого удара Ду Чэн напрямую направит людей из Центральной комиссии по дисциплинарной проверке для расследования в отношении директора Ляня. Если он окажется невиновным, то, естественно, проблем не возникнет. Если же проблема действительно есть, то избежать её будет невозможно.
«Ду Чэн, что происходит?»
Увидев, что Ду Чэн остановился, У Чжанбо тут же подошел к нему и с недоуменным видом спросил.
«Старший, я этим займусь. Не волнуйтесь».
Ду Чэн слегка улыбнулся, затем достал телефон и набрал номер руководителя надзорной группы Центральной комиссии по дисциплинарной инспекции, который все еще находился в Ханчжоу.