Го Цзинь с силой ударился о игровой стол. Ему показалось, что ладони раздроблены, и он почувствовал себя совершенно беспомощным. Сила удара Ду Чэна, прошедшего через его ладони, пришлась ему в грудь. К счастью, это была правая сторона груди; иначе одной лишь силы удара было бы достаточно, чтобы сбить его с ног. Тем не менее, Го Цзинь испытывал сильную боль и на мгновение не мог отдышаться. Вдобавок к сильной боли от удара, хотя он и сумел удержаться на ногах, он не мог выпрямиться.
В тот момент Го Цзинь понял, что проиграл, проиграл окончательно.
Увидев это, старик тотчас же направился к Го Цзиню, его глаза были полны еще большего изумления. Он явно не ожидал, что сила Ду Чэна окажется настолько огромной, настолько могущественной, что даже Го Цзинь будет побежден одним движением.
Чэн Фэн, стоявший в стороне, был совершенно ошеломлен и на мгновение потерял дар речи.
Он считал, что битва между Ду Чэном и Го Цзинем должна была стать крупным противостоянием, в котором Го Цзинь в конечном итоге получил бы определенные преимущества и одержал победу. Однако результат полностью превзошел его ожидания.
Го Цзинь потерпел поражение, и поражение было сокрушительным.
Том второй: Непревзойденный торговец, Глава 220: Непостижимое
Подойдя к Го Цзиню, старик протянул руку и быстро помассировал ему спину. В одно мгновение бледное лицо Го Цзиня постепенно порозовело, а затем вернулось к своему обычному цвету.
Ду Чэн не предпринял никаких дальнейших действий, поскольку в этом больше не было необходимости.
Однако, наблюдая за действиями старика, взгляд Ду Чэна стал более серьезным, поскольку сила старика была непостижима.
«Ты победил».
С помощью старика Го Цзинь выпрямился. Однако он был непреклонен; он без колебаний признал поражение.
Однако в глубине души Го Цзинь понимал, что его поражение произошло не из-за недостатка сил, а по двум причинам: во-первых, из-за небрежности, и во-вторых, из-за недостаточного понимания силы Ду Чэна.
В битве между мастерами всего одна ошибка может привести к сокрушительному поражению, но Го Цзинь на самом деле допустил две ошибки.
Учитывая прошлый характер Го Цзиня, ему было бы совершенно невозможно совершить эти две ошибки. Но в этот момент Го Цзинь внезапно осознал, что его такое поведение было целиком и полностью обусловлено наставлениями Ду Чэна.
Вспоминая каждое изменение выражения лица Ду Чэна, каждое движение и даже каждую улыбку, Го Цзинь внезапно почувствовал холодок в сердце. В этот момент Го Цзинь вдруг осознал, насколько ужасающими были коварные планы Ду Чэна. Всего лишь одним словом или улыбкой он мог неосознанно попасть в уже расставленную ловушку.
Это заставило Го Цзиня пересмотреть силу Ду Чэна. В этот момент Го Цзинь понял, что Ду Чэн, похоже, достиг уровня, на котором может стать его врагом, если ему дать время на развитие.
Услышав слова Го Цзиня, Ду Чэн лишь улыбнулся и ничего не сказал.
Увидев улыбку Ду Чэна, Го Цзинь почувствовал себя крайне неловко. Он медленно произнес: «Но не будь таким самодовольным. Возможно, тебе не удастся заполучить Чэн Янь. Я забыл тебе сказать кое-что: родители Чэн Янь уже дали согласие на мое предложение руки и сердца».
Ду Чэн был несколько удивлен, но лишь слегка, и затем спросил: «Чэн Янь согласился на вашу просьбу, или, вернее, вы виделись с Чэн Янем?»
Ду Чэн либо молчал, либо, когда говорил, задевал Го Цзиня за живое. Однако Го Цзинь был достаточно проницателен, чтобы просто сказать: «Это мое дело, и оно не имеет к вам никакого отношения».
"Так я могу теперь уйти?"
Ду Чэн тоже говорил медленно, но не повернулся и не ушел. Причина была проста: Ду Чэн знал, что цель прихода Го Цзиня к нему на этот раз заключалась не только в Чэн Яне.
«Разве вам не интересно узнать, какова ситуация в восточной части Хуанпу?» И действительно, предположение Ду Чэна оказалось верным. Го Цзинь действительно что-то сказал, и, как и предсказал Ду Чэн, это было связано с восточной частью Хуанпу. Более того, этот Го Цзинь, вероятно, и есть тот молодой господин из Пекина, которого оскорбила восточная часть Хуанпу.
«Хотите, чтобы я сказал вам правду?» — Ду Чэн лишь слегка улыбнулся и продолжил: «На самом деле, меня совершенно не интересует, что представляет собой восточная часть Хуанпу».
Ду Чэн действительно говорил правду. Ду Чэна не волновало нынешнее положение Хуанпудуна, потому что у него не было на это полномочий. Более того, Хуанпудун не хотел, чтобы Ду Чэн страдал из-за него, поскольку у Хуанпудуна не было шансов вернуться, если Ду Чэн не сможет свергнуть Го Цзиня.
Учитывая нынешнюю силу и мощь Ду Чэна, победить Го Цзиня возможно, но свергнуть Го Цзиня совершенно невозможно; разница между ними подобна разнице между небом и землей.
«Тогда вы хотите узнать о Ду Цинву?» — Го Цзинь лишь улыбнулся, не подтверждая и не опровергая ничего, а затем снова спросил.
Ду Чэн молчал. В этот момент Ду Чэн уже знал намерения Го Цзиня, и убийственное намерение в его глазах мгновенно стало леденящим, когда он посмотрел на Го Цзиня.
Эта невероятно жестокая жажда убийства заставила Го Цзиня почувствовать себя так, словно он упал в глубочайшую пропасть. Невольно по его сердцу пробежал холодок. В тот момент у Го Цзиня даже возникло ощущение, что Ду Чэн хочет его убить.
На самом деле, чувства Го Цзиня не были ложным представлением, потому что в тот момент Ду Чэн действительно хотел его убить.
Если бы у Ду Чэна не было никаких связей, он бы, конечно, ни секунды не колебался, потому что устранил бы всё, что стояло бы на пути к свержению семьи Ду, даже если бы это была семья Го.
Однако у Ду Чэна было слишком много забот. И больше всего его беспокоила мать.
Поэтому Ду Чэн ничего не сказал, просто повернулся и ушел.
Вмешательство Го Цзиня, несомненно, создало дополнительное препятствие на пути Ду Чэна в отношениях с семьей Ду, значительно осложнив ему противостояние с ними.
Это наихудший из возможных сценариев, худший план, который когда-либо рассматривал Ду Чэнлай, но теперь, похоже, он воплотился в жизнь.
Наблюдая за уходом Ду Чэна, Го Цзинь не стал его останавливать. Он быстро отвернулся и сказал стоявшему в стороне Чэн Фэну: «Чэн Фэн, можешь спускаться».
«Да, капитан».
Чэн Фэн без колебаний кивнул и направился к лифту.
После ухода Чэн Фэна Го Цзинь перевел взгляд на стоявшего рядом старика и спросил: «Мастер Юй, что вы думаете об этом Ду Чэне?»
После недолгой паузы пожилой мужчина, известный как Юй Ши, спокойно произнес: «Очень пугающий молодой человек».
Го Цзинь был явно удивлен. Он явно не ожидал, что Юй Ши даст Ду Чэну такую высокую оценку, и в его глазах читалось удивление.
«Го Цзинь. По возможности я не хочу враждовать с такими людьми. Даже если мы станем врагами, не стоит заходить слишком далеко».
После паузы Ю Ши продолжил: «Если у вас нет возможности гарантировать, что он никогда не оправится, или же вы не сможете убить его сразу, даже семья Го, вероятно, не сможет противостоять такой отчаянной мести».
Выслушав слова мастера Ю, Го Цзинь, хотя и неохотно, полностью согласился с ними. Однако ему всё ещё нужно было проверить один момент: степень силы Ду Чэна. Поэтому он прямо спросил мастера Ю: «Мастер Ю, насколько он силён?»
Хотя Го Цзинь понимал, что потерпел поражение из-за неосторожности и недооценки противника, его поражение было слишком решительным. Он не смог разглядеть истинную силу Ду Чэна. Однако Го Цзинь очень доверял суждениям Юй Ши.
«Непостижимо...»
Однако краткая оценка из четырех слов свидетельствовала о том, что Ю Ши подтвердил силу Ду Чэна. После паузы Ю Ши продолжил: «Поэтому, Го Цзинь, ты не можешь использовать грязные приемы против такого человека, потому что, если он станет безжалостным, будет только один результат: взаимное уничтожение».
«Я понимаю, учитель Ю. Я одержу над ним честную победу, со всех сторон…»
Высокие похвалы Ю Ши нисколько не остановили Го Цзиня. Более того, учитывая высокомерие Го Цзиня, он никогда бы не прибегнул к нечестным методам; он презирал их.
Лицо Ду Чэна оставалось мрачным, когда он покидал клуб «Хуанпу».
Очевидно, что Го Цзинь уже освободил Ду Цинву. Учитывая могущество семьи Го, это сделать было несложно.
Однако участие Го Цзиня доставило Ду Чэну немало хлопот.
Без участия Го Цзиня Ду Чэн был уверен, что сможет справиться с семьей Ду. Однако с участием Го Цзиня Ду Чэн понимал, что сложность задачи значительно возрастет.
На самом деле, предположение Ду Чэна оказалось верным.
На следующий день Линь Чжунлин позвонила Ду Чэну. Ду Чэн сообщил ему, что два препарата, которые ему было поручено исследовать и которые первоначально были отклонены, получили одобрение, и что это одобрение было получено менее чем через полдня после их подачи.
Ду Чэн молчал и поехал прямо в фармацевтическую компанию «Чжунхэн». Он знал, что это определенно уловка, тайно используемая семьей Ду, и что она пользуется поддержкой семьи Го.
Очевидно, семья Ду также знала, что если Ду Чэн разработает эти два препарата, это, по крайней мере, окажет какое-то влияние на семью Ду.
Вчера вечером у Ду Чэна уже было предчувствие на этот счет, поэтому он не удивился, когда ему позвонил Линь Чжунлин.
Однако Линь Чжунлин вела себя иначе. Когда Ду Чэн увидел Линь Чжунлин, та сидела на диване в кабинете Ду Чэна, опустив голову. Возможно, это был удар для Линь Чжунлин, которая сейчас работала без сбоев и прилагала все усилия. Хотя это и не был сильный удар, он повлиял на её моральный дух.
Линь Чжунлин был полностью уверен в эффективности этих двух препаратов, и фармацевты, проводившие их исследования, также ясно дали ему понять, что действие этих двух препаратов, вероятно, будет намного лучше, чем у фармацевтической компании «Тяньжун».
Естественно, Линь Чжунлин возлагала на это большие надежды. Ду Чэн хотел свергнуть семью Ду, и Линь Чжунлин тоже. Однако чем больше надежда, тем чаще её ждало разочарование.
«Господин Ду, прошу прощения».
Увидев, как Ду Чэн распахнул дверь и вошел, Линь Чжунлин тут же встала с дивана и с виноватым выражением лица сказала Ду Чэну:
Он не знал о родственных связях Ду Чэна и семьи Ду, но понимал, что это дело, должно быть, было тайной уловкой семьи Ду. Поэтому Линь Чжунлин считал, что подставил Ду Чэна, и именно поэтому чувствовал себя виноватым.
«Вы отлично справились. Нет необходимости извиняться. Это вас никак не касается».
В настоящее время Ду Чэн вполне доволен отношением Линь Чжунлин к работе, поэтому он не хочет, чтобы этот вопрос подорвал её моральный дух и уверенность. В конце концов, фармацевтическая компания «Чжунхэн» сейчас стремительно развивается, и образ мышления Линь Чжунлин абсолютно не может измениться.
"Но……"
Линь Чжунлин хотела что-то сказать, но не могла подобрать слова.
Ду Чэн не позволил Линь Чжунлин продолжить, а прямо сказал: «Хорошо, давайте пока отложим этот вопрос. У меня есть дела поважнее».
Учитывая участие Го Цзиня, Ду Чэн понимал, что некоторые дела нужно начинать как можно скорее.
Том второй, «Непревзойденный торговец», глава 221: Разработка лекарства от неизлечимых болезней
Первоначальный план Ду Чэна заключался в свержении семьи Ду до начала реального развития. Однако после вмешательства семьи Го у Ду Чэна не осталось иного выбора, кроме как сначала начать развитие, а затем уже разбираться с семьей Ду.
В фармацевтической сфере Ду Чэн обладает абсолютным преимуществом, недостижимым для других.
Например, лекарства, способные излечить болезни, которые в настоящее время считаются неизлечимыми.
Останутся ли неизлечимыми заболевания, которые в настоящее время считаются смертельными, в будущем?
Это совершенно невозможно, как и болезнь двигательных нейронов, рак, СПИД, лейкемия и ревматоидный артрит, которые Всемирная организация здравоохранения относит к пяти основным трудноизлечимым заболеваниям в мире.
В будущем были достигнуты прорывы в лечении всех пяти неизлечимых болезней, и СПИД — одна из них. В 2337 году нашей эры было найдено лекарство от СПИДа, и оно было вылечено с помощью традиционной китайской медицины. Оно не только контролирует заболевание, но и удаляет вирус из организма в течение определенного периода времени.
У Ду Чэна был рецепт традиционной китайской медицины, способный излечить СПИД. При непосредственном применении, за исключением поздних стадий заболевания, выздоровление обычно наступало в течение месяца. Однако на поздних стадиях требовалось не менее трех месяцев.
Однако Ду Чэн не будет продавать его напрямую как китайскую медицину, поскольку это было бы равносильно публичному обнародованию рецепта. Поэтому Ду Чэн будет перерабатывать его в лекарство. Хотя эффективность лекарства может снизиться на 30-50%, это единственный способ для Ду Чэна продолжить работу.
«Господин Ду, в чём дело?»
Линь Чжунлин, поначалу несколько обескураженный, с нетерпением и волнением посмотрел на Ду Чэна, услышав, что у него есть дело поважнее. Он понимал, что упомянутое Ду Чэном дело определенно важнее, чем разработка этих двух препаратов.
«Пусть отдел маркетинга распространит информацию о том, что компания Zhongheng Pharmaceutical начала исследования лекарств, способных вылечить СПИД. Неважно, насколько велик ажиотаж, чем больше его, тем лучше».
Ду Чэн говорил медленно, но с большой серьезностью.
Хотя это и был рекламный ход, Ду Чэн понимал, что, учитывая нынешнюю репутацию фармацевтической компании «Чжунхэн», это обязательно возымеет эффект. Более того, успех травяных таблеток для похудения от «Чжунхэн» укрепил доверие к компании. В конце концов, хотя существует множество препаратов для похудения, только травяные таблетки для похудения от «Чжунхэн» действительно эффективны.
В этих обстоятельствах достаточно убедить некоторых людей поверить в компанию Zhongheng Pharmaceutical, и этого уже достаточно.
Конечно, Гу Сисинь также является незаменимой ключевой фигурой, и это тоже незаменимо.
Однако ажиотаж — это только первый шаг; настоящая работа заключается в развитии и продвижении.
Услышав слова Ду Чэна, Линь Чжунлин была ошеломлена.
После долгой паузы Линь Чжунлин недоверчиво посмотрела на Ду Чэна и удивленно спросила: «Господин Ду, что вы сказали? Вы сказали, что мы начнем разрабатывать лекарства, способные вылечить СПИД?»
Ду Чэн почти ничего не сказал, но достал из кармана заранее подготовленный рецепт и передал его Линь Чжунлину. Он сказал: «Это рецепт, который может вылечить СПИД, и это полное излечение. Я уже его применил. Вам нужно только, чтобы научно-исследовательский отдел разработал и произвел это лекарство».
Слова Ду Чэна еще больше удивили Линь Чжунлина, но он все же немедленно принял выписанный им рецепт. Ближе взглянув на него, он все же испытывал некоторые сомнения.