«Ду Чэн, сначала съешь сахарный тростник, обед скоро будет готов…» Цю Гуйфан принесла Ду Чэну миску и выбрала для него самый сладкий.
"Спасибо."
Ду Чэн встал, взял сахарный тростник, поблагодарил и начал есть.
Он помнил, что ел этот сахарный тростник лишь однажды в детстве. После того, как вырос, он ел его очень редко. До того, как у него появились деньги, он не мог его купить, а после того, как деньги появились, у него больше не было возможности его попробовать. Теперь, если он изредка его съедает, вкус по-прежнему очень хорош. Он очень сладкий и дарит невероятное наслаждение.
Цю Гуйфан раздала всем по одному обеду, а затем вернулась на кухню, чтобы продолжить приготовление обеда.
Ван Цзичу отложил в руке стебель сахарного тростника и приступил к делу: «Вэйюй, ты ушел из армии четыре года назад, верно?»
«Да, папа».
Ван Вэйюй мягко кивнула. Она знала, что отец обязательно задаст этот вопрос, но, к счастью, морально к этому подготовилась.
Ван Цзичу затем спросил: «Так чем вы занимались последние четыре года?»
«Папа, я вступила в благотворительный фонд «Синь Синь» и последние несколько лет занимаюсь благотворительностью в разных местах», — очень быстро ответила Ван Вэйюй. Это был ответ, который Ду Чэн подготовил для неё, и именно его он ей сказал по дороге сюда.
«Благотворительный фонд Синь Синь?»
Ван Цзичу сначала был ошеломлен. Ему показалось, что это имя ему чем-то знакомо, но он на мгновение не мог его вспомнить.
«Сестра, ты вступила в благотворительный фонд Синь Синь?» — с некоторым удивлением спросил Ван Цзе у Ван Вэйюй.
"Эм…"
Дойдя до этого момента, Ван Вэйюй, естественно, больше не колебался и слегка кивнул в знак согласия.
«Папа, помнишь ту зиму два года назад, когда нас настиг проливной дождь, случающийся раз в десятилетие? Все понесли огромные потери. Тогда нам помогла благотворительная организация, которая помогла пережить это трудное время. Этой благотворительной организацией был Благотворительный фонд Синь Синь».
Ван Цзе взволнованно добавил: «Гу Сисинь тоже был там, тот Гу Сисинь, о котором ты говорил, был похож на фею…»
Услышав слова Ван Цзе, Ду Чэн и Ван Вэйюй на этот раз немного удивились.
Очевидно, ни один из них не ожидал, что здесь также побывал благотворительный фонд Синь Синь и даже Гу Сисинь.
«Неудивительно, я знал, что это имя мне так знакомо. Я старею, и на мгновение не мог его вспомнить».
Ван Цзичу хлопнул себя по лбу, явно недовольный своей памятью.
Однако на его лице также читалось волнение, когда он радостно сказал Ван Вэйю: «Вэйю, благотворительный фонд Синьсинь — это чудесно! Если бы не их помощь той зимой, многие жители нашей деревни, вероятно, не пережили бы зиму…»
Ван Вэйюй пошевелил губами, но он ничего об этом не знал. Он помнил, что в то время они с А-Сан, похоже, получили задание от Ду Чэна и надолго покинули страну, прежде чем вернуться.
Немного подумав, Ван Вэйюй сказал: «Папа, цель нашего фонда — помогать всем нуждающимся. Мы будем рядом, где бы ни возникла опасность…»
Она освоилась в своей новой роли, и, к счастью, за эти годы у нее сложились значительные контакты с благотворительным фондом «Синь Синь», и она хорошо знакома с его деятельностью.
Ван Цзичу серьезно кивнул и ответил: «Да, тебе следует усердно работать там в будущем и помогать большему количеству людей…»
Ван Вэйюй кивнул и сказал: «Папа, я так и сделаю. Однако на этот раз я попросил у фонда отпуск. Я планирую вернуться и провести с тобой немного времени».
«Тебе хорошо вернуться и остаться на некоторое время. Твоя мама очень по тебе скучает, и ты сможешь больше с ней общаться, когда вернешься».
На этот раз Ван Цзичу ни в чём не откажет. Ему было очень жаль дочь из-за предыдущего недоразумения, поэтому он, естественно, не станет отказывать ей в её небольшой просьбе сейчас.
Более того, он сам давно не видел свою дочь, поэтому, естественно, надеялся, что Ван Вэйюй сможет еще немного побыть дома.
«Эм.»
Ван Вэйюй кивнула, и только тогда она по-настоящему расслабилась.
Чтобы развлечь Ду Чэна, Цю Гуйфан поспешно зарезал утку, чтобы разнообразить меню; в противном случае блюда, которые они обычно ели, не были бы достойны приема гостей.
Ду Чэн нисколько не жаловался и даже съел две большие миски риса на глазах у Ван Цзичу и Цю Гуйфан, чем рассмешил пару до слез.
Было очевидно, что они были чрезвычайно довольны Ду Чэном, своим будущим зятем. Во время обеда Цю Гуйфан задала Ду Чэну множество вопросов о его семье.
Разумеется, Ду Чэн дал довольно «честный» ответ, он не сказал ни слова лишнего.
После обеда Ду Чэн позвонил Чэн Танье, который находился в присутствии Ван Цзе.
Чэн Танье, естественно, не раздумывая согласился на небольшую договоренность Ду Чэна. Он даже поговорил с Ван Цзе и назначил дату начала работы.
Подтверждение этой информации очень обрадовало всю семью Ван. Ду Чэн изначально планировал уехать, но, увидев, как все счастливы, в итоге ничего не сказал.
Том 3, Империя в моем сердце, Глава 1169: Шеф-повар Цин Си
«Папа, мама, я за эти годы немного накопил денег. Используй их на ремонт дома, чтобы мой брат смог жениться через несколько лет, когда найдет себе девушку…»
После обеда все сели в зале. Тогда Ван Вэйюй достала из сумки банковскую книжку и, говоря, передала ее отцу.
В кошельке было более 100 000 юаней, которые она изначально планировала отдать родителям. Однако, пока не разрешилось недоразумение, у нее так и не было возможности отправиться в это путешествие.
Конечно, сумма более 100 000 юаней вполне по карману Ван Цзичу. Если бы она взяла больше, объяснить было бы сложно. Собиралась ли она рассказать родителям, что теперь она миллиардерша?
Если это произойдёт, Ван Цзичу, вероятно, немедленно спросит её, откуда взялись деньги, и может даже заподозрить, что деньги поступили из благотворительного фонда «Синь Синь». В этот момент ситуация, вероятно, станет ещё хуже, чем до объяснения.
Однако Ван Цзичу не стал брать сберегательную книжку, а сразу же отодвинул её и сказал: «Вэйюй, тебе следует оставить эти деньги себе. Когда ты женишься в будущем, у тебя будут сбережения. Твой брат ещё молод, и если он сейчас работает в компании «Кайцзин Энерджи», то в ближайшие несколько лет сможет неплохо заработать».
Ван Цзичу испытывал сильное чувство вины за то, что все эти годы неправильно понимал свою дочь, так как же он мог принять ее деньги сейчас?
Более того, их семья бедная, и их дочери наконец-то удалось накопить немного денег. Теперь она копит их, чтобы, когда выйдет замуж в будущем, ей не пришлось беспокоиться о том, что на нее будут смотреть свысока.
Ван Цзе вмешался: «Да, сестра, тебе не нужно беспокоиться о моей свадьбе. Настоящий мужчина позаботится о своей свадьбе сам в будущем».
Увидев, что отец отказался принять деньги, Ван Вэйюй быстро перевела взгляд на Ду Чэна, ее прекрасные глаза быстро моргнули, и ее слова были совершенно ясны.
Ду Чэн прекрасно понимал, что имела в виду Ван Вэйюй. Беспомощный, он мог лишь сказать: «Дядя, пожалуйста, примите эти деньги. Если Вэйюй выйдет за меня замуж в будущем, ей не придётся беспокоиться о деньгах».
Он не лгал; если Ван Вэйюй вышла за него замуж, как она могла по-прежнему беспокоиться о деньгах?
Ван Цзичу покачал головой и сказал: «Ду Чэн, я знаю, что зарплаты солдат невысокие, и сейчас всё дорого. У тебя будет много расходов, когда ты женишься…»
«Папа, тебе не нужно беспокоиться о Ду. У него полно денег…» Ван Вэйюй начала волноваться. Семья оказалась в таком положении, а здоровье Ван Цзичу было неважным. Естественно, она хотела в первую очередь помочь семье.
Выслушав слова Ван Вэйю, Ван Цзичу, Цю Гуйфан и Ван Цзе с недоумением посмотрели на Ду Чэна, словно не веря, что он может быть таким богатым.
Согласно их логике, если бы Ду Чэн действительно был богат, зачем бы он пошел в армию...?
«Дядя, дело в том, что мы с другом инвестировали в компанию по производству электродвигателей. Хотя у нас не большая доля, мы все равно получаем несколько миллионов в виде дивидендов каждый год, чего нам с Вэйю хватает на жизнь…»
Ду Чэн смог предложить лишь простое объяснение: поскольку Ван Цзичу и остальные вряд ли стали бы проводить расследование, он, естественно, не боялся разоблачения.
«Да, папа, пожалуйста, возьми эти деньги. Если нет, значит, ты обращаешься со мной как с чужаком, и я больше не вернусь…»
Ван Вэйюй использовала свой последний козырь. Хотя десятки тысяч юаней — это не такая уж большая сумма, для семьи Ван это очень существенное вложение. Это позволит не только отремонтировать дом, но и значительно улучшить условия жизни семьи Лян.
После небольшой паузы Ван Вэйюй продолжила: «А теперь, когда я вернулась, дома не хватает комнат, да? Куда мы поедем жить после того, как моя сестра закончит учёбу и вернётся...?»
Тулоу очень старое, и старые комнаты больше не пригодны для использования. Теперь, помимо комнат Ван Цзичу и его жены, во всем тулоу осталась только одна комната, где живет Ван Цзе. Если Сяомэй вернется, Ван Цзичу будет спать с Ван Цзе, а Сяомэй — со своей матерью.
Теперь, когда она вернулась, места, естественно, не хватает. Хотя Ван Цзе через несколько дней уезжает в город F, он, в конце концов, единственный сын в семье, поэтому для него все равно нужно зарезервировать комнату.
"Ну что ж……"
Поскольку Ван Вэйюй уже так выразилась, Ван Цзичу не мог отказать и был вынужден принять от неё сберегательную книжку.
Ду Чэн, в полной мере исполняя роль своего жениха, прямо сказал: «Дядя, я знаю одну ремонтную компанию. Если мы наймем их специалистов для ремонта, то сможем получить довольно хорошую скидку…»
Компания по ремонту, которую знал Ду Чэн, называлась «Лянь Чэнфэн». На самом деле все было довольно просто: Ван Вэйюй связался с «Лянь Чэнфэн», и тот прислал небольшую бригаду ремонтников прямо из компании.
Когда придёт время ремонта, можно будет заменить материалы и получить так называемые «скидки», и с бюджетом в несколько сотен тысяч юаней, вероятно, можно будет отремонтировать небольшую виллу.
Что касается будущего, ему не о чем беспокоиться.
Если у Ван Цзе есть способности, то после небольшой подготовки в течение следующих нескольких лет его годовая зарплата, безусловно, будет высокой после повышения. Даже без помощи Ван Вэйюй он более чем способен жениться самостоятельно.
«Хорошо, хорошо, тогда я тебя побеспокою, Ду Чэн».
Ван Цзичу, естественно, не стал бы отказывать; вместо этого он с радостью согласился.
Ван Цзе с некоторым недоумением посмотрел на Ду Чэна, внезапно осознав, что личность его зятя кажется несколько загадочной.
Похоже, всякий раз, когда заходит речь об этом, мой зять знает кого-то, и, судя по всему, это не просто обычные знакомые.
Однако Ван Цзе только думал об этом; пока его сестра счастлива, этого было достаточно.
По дороге в аэропорт Ван Вэйюй лично подвёз Ду Чэна.
Ду Чэн недолго оставался в доме семьи Ван. После непродолжительной беседы он ушел под предлогом выполнения задания.
Ван Цзичу и его жена, естественно, изо всех сил пытались уговорить его остаться, но Ван Вэйюй отказала, сказав, что будет приезжать чаще, когда у нее будет время в будущем.
Кроме того, в доме семьи Ван всего две комнаты, поэтому, если Ду Чэн останется, ему негде будет жить. Ван Вэйюй также беспокоится, что Ду Чэн не привыкнет к этому месту, поэтому ему лучше сначала уехать.
«Брат Ду, хотя я больше не могу следовать за тобой, ты все еще можешь позвонить мне, если тебе что-нибудь понадобится».
В машине королева очень серьезно беседовала с Ду Чэном.
Она прекрасно понимала, что решение Ду Чэна отправить её, А Сана и Да Гана домой на этот раз было, по сути, способом позволить им самим строить своё будущее.
Услышав слова Ван Вэйюй, Ду Чэн лишь улыбнулся и сказал: «Да, я позвоню вам, если что-нибудь понадобится».
На самом деле, если это возможно, Ду Чэн хотел бы, чтобы Ван Вэйюй и Да Ган помогли ему еще год, потому что все, что он делает сейчас, находится на стадии планирования, и он готов приступить к работе. С помощью Ван Вэйюя и других он, несомненно, сможет значительно расслабиться.
Однако, по сравнению с другими вариантами, их счастье на всю жизнь было важнее, и Ду Чэн не был эгоистом. Из двух вариантов Ду Чэн предпочел позволить А-сану и остальным вернуть себе свободу.
Более того, он начал подготовку уже давно. Будь то Сюаньцингуань, Ацю или Сяоху, все они были талантами, которых он начал развивать, и их способности были очень хороши. В деловом плане они даже превосходили Асаня и остальных. Поэтому, даже если бы Ван Вэйюй и Асан не были рядом, Ду Чэн не стал бы паниковать.
Ван Вэйюй больше ничего не сказала; ей нужно было лишь выразить свою мысль.
Однако по выражению её лица было понятно, что она хотела что-то сказать, но в итоге промолчала.
После отъезда из Сучжоу Ду Чэн не вернулся в Ининскую резиденцию, а отправился в Чанъань.
Было уже за четыре часа дня, и солнце медленно садилось, готовясь открыть миру свои бесконечно прекрасные закатные краски.
В самолёте Ду Чэн удобно откинулся на спинку кресла. Теперь, когда его отношения с Ли Цинъяо уладились, ему, естественно, не нужно было ни о чём беспокоиться, когда он отправится в Чанъань.
Поездка Ду Чэна в Чанъань на этот раз была вызвана главным образом делом Ли Цинъяо. Узнав, что Го И уехал в Ининцзю, Ли Цинъяо немного забеспокоилась. Она не проявляла интереса к управлению компанией и надеялась как можно скорее отправиться в Ининцзю.
Она не хотела быть последней. Приехав раньше, она смогла бы лучше наладить контакт со всеми, но если бы она приехала позже, то могла бы отдалиться от них.
Поэтому она позвонила Ду Чэну напрямую и спросила, может ли он сократить время.
Естественно, Ду Чэн не мог отказать Ли Цинъяо в его просьбе, поэтому, покинув семью Ван, он немедленно отправился в Чанъань.
Как обычно, Ли Цинъяо лично приехал в аэропорт, чтобы встретить Ду Чэна, предварительно подтвердив время его прибытия.