Ду Чэн слегка улыбнулся и подошел к постели больного.
Когда Ду Чэн подошел к постели, Гу Сисинь, казалось, принял решение и вдруг сказал: «Я решил, я буду спать здесь сегодня ночью».
"Не мочь."
Услышав слова Гу Сисинь, Гу Цзяи вздрогнула, и ее красивое лицо тут же озарилось гневом.
Ду Чэн тоже был поражен, с недоверием глядя на Гу Сисинь.
Увидев реакцию Гу Цзяи, Гу Сисинь тут же поняла, что в порыве импульса сказала что-то не то. Ее красивое лицо залилось румянцем. Бросив взгляд на сердитое лицо Гу Цзяи, она сказала: «Сестра, я не это имела в виду. Я имела в виду… я хочу сегодня спать в этой постели, а не с Ду Чэном…»
Голос Гу Сисинь становился все тише и тише по мере того, как она объясняла, ее лицо покраснело от смущения, и она не смела смотреть на Ду Чэна и Гу Цзяи.
"Ерунда."
Лицо Гу Цзяи слегка побледнело от гнева, а затем она свирепо посмотрела на Ду Чэна, который неловко улыбался рядом с ней.
Увидев, как сильно рассердилась Гу Цзяи, Гу Сисинь немного запаниковала и быстро сказала: «Сестра, я знаю, что была не права».
«Сисинь, ты должна вести себя хорошо. Через несколько дней я больше не буду тебя беспокоить. Можешь спать где хочешь». Голос Гу Цзяи смягчился. На самом деле, она не очень-то злилась. Просто, услышав эти слова Гу Сисиня, она на мгновение растерялась и ушла.
«А как насчет этого?»
Не желая разочаровать Гу Сисинь, Ду Чэн подождал, пока Гу Цзяи закончит говорить, прежде чем сказать: «Я сегодня переночую на улице. Сисинь может поспать здесь. Диван на улице всё равно довольно удобный».
Услышав слова Ду Чэна, глаза Гу Сисинь тут же загорелись, явно выражая большой интерес.
Гу Цзяи взглянула на Ду Чэна, затем на Гу Сисинь, стиснула зубы и прямо сказала: «Не нужно, мы втроем сегодня переночуем здесь вместе».
Том второй: «Непревзойденный торговец», Глава 127: «Необыкновенная привязанность».
На большой кровати, посередине, изящно лежала Гу Сисинь. Ду Чэн и Гу Цзяи располагались по обе стороны от нее.
Это был метод, предложенный Гу Цзяи: мы втроем будем спать вместе. Глядя на хитрую улыбку на лице Гу Цзяи и на то, как она смотрела на него, словно на извращенца, Ду Чэну захотелось раздеть ее догола и жестоко помучить.
К счастью, было уже за десять часов, и Ду Чэн не боялся заскучать. Он мог лечь и учиться, а с двумя прекрасными женщинами рядом это было довольно комфортно.
Однако Гу Сисинь чувствовала себя прекрасно и даже протянула свою маленькую ручку, чтобы нежно взять за руки Ду Чэна и Гу Цзяи, с милой улыбкой на лице.
Благодаря поддержке старшей сестры, ей больше не нужно было беспокоиться о том, что Ду Чэн внезапно превратится в похотливого волка, и она могла спать на этой большой кровати, глядя на звездное небо и испытывая невероятное наслаждение.
У Гу Цзяи было милое личико, слегка покрасневшее, но предложение было действительно очень удачным. Оно не разочарует Гу Сисинь и не помешает Ду Чэну неподобающим образом прикасаться к ней. Можно сказать, что это убило двух зайцев одним выстрелом.
Самое главное, ей самой очень хотелось лечь на эту кровать и посмотреть на звезды на небе.
Глядя на Гу Сисинь в звездном небе, он вдруг сказал: «Ду Чэн, сестра, может, теперь мы будем спать так почаще?»
Гу Цзяи, погруженная в созерцание звездного неба, внезапно очнулась от своих размышлений. Чувствуя себя виноватой, она покраснела и отругала Гу Сисинь: «Сисинь, что за чушь ты несешь?»
Гу Сисинь с оттенком обиды произнесла: «Но мне действительно нравится это чувство, когда ты рядом, и Ду Чэн тоже рядом».
Увидев состояние Гу Сисинь, сердце Гу Цзяи смягчилось, и она не смогла больше ничего сказать. В этот момент она увидела Ду Чэна, смотрящего на нее с полуулыбкой, и ее красивое лицо еще больше покраснело. Она быстро перевела взгляд на звездное небо, не смея смотреть на Ду Чэна.
Улыбка Ду Чэна стала шире. Он ничего не сказал, сосредоточив все свои силы на учебе.
Была поздняя ночь, и к тому времени, как Ду Чэн закончил учёбу, Гу Сисинь и Гу Цзяи уже спали.
Однако, как только Ду Чэн собрался встать, чтобы умыться и снова заснуть, Гу Сисинь внезапно повернулась. Она, которая изначально спала лицом к звездному небу, на самом деле повернулась к Ду Чэну и посмотрела на него.
Глядя на слегка дрожащие, словно во сне, ресницы Гу Сисинь и ее маленькие, соблазнительные губы, Ду Чэн внезапно почувствовал непреодолимое желание поцеловать ее. Но прежде чем Ду Чэн успел что-либо предпринять, он увидел, как на него искоса смотрят чьи-то глаза.
Гу Цзяи очень чутко спит; она просыпается от малейшего шума, что совершенно отличается от Гу Сисинь, которая спит крепко и не просыпается легко после засыпания, если только не сработают ее биологические часы.
Увидев настороженный взгляд Гу Цзяи, Ду Чэн внезапно улыбнулся так, что Гу Цзяи немного испугалась.
Ду Чэн слегка повернулся лицом к Гу Сисинь и обнял её. Затем его рука, всё ещё державшая Гу Сисинь, быстро потянулась к Гу Цзяи, и прежде чем она успела отреагировать, его рука обхватила её грудь, которая теперь стала ещё полнее после того, как её наполнила любовь.
Гу Цзяи не ожидала такой смелости от Ду Чэна. Она яростно посмотрела на него, а затем быстро отвернулась, но сильное, странное возбуждение вызвало у нее ощущение онемения всего тела, лишив ее возможности двигаться.
Ду Чэн тоже был невероятно взволнован. Глядя на крепко спящую у него на руках Гу Сисинь, руки Ду Чэна постепенно становились всё смелее, и он расстегнул ночную рубашку Гу Цзяи. Затем он просунул руку под рубашку.
Интенсивное воздействие вызвало у Гу Цзяи легкую дрожь в теле. Она хотела избежать этого, но горячая ладонь Ду Чэна, казалось, обладала магической силой, лишив Гу Цзяи возможности двигаться. Лицо Гу Цзяи выражало стыд и гнев, потому что она поняла, что ее тело предало ее собственное сознание.
Невероятно мягкая, сочная мякоть и ее удивительная эластичность не позволяли Ду Чэну оторваться от них. Обнаженная мякоть под его руками принимала еще более очаровательные формы, а две маленькие вишни каким-то образом выпрямились.
Ощущая невыносимый дискомфорт в теле и охваченная жгучим желанием, Гу Цзяи могла лишь смотреть на Ду Чэна с молящим выражением лица. Она боялась открыть рот, опасаясь, что если это произойдет, она не сможет сдержать стоны.
Ду Чэн уже был возбужден. Глядя на умоляющий вид Гу Цзяи и ее слегка извивающееся тело, Ду Чэну очень хотелось перевернуться и прижать Гу Цзяи к себе. Однако Ду Чэн не собирался отпускать Гу Цзяи. Вместо этого он медленно опустил руку и полностью расстегнул ночную рубашку.
Почувствовав движения Ду Чэна, тело Гу Цзяи сильно задрожало, глаза наполнились сильным желанием, и она подсознательно поднялась, позволяя руке Ду Чэна скользнуть вниз более плавно.
Сотрудничество Гу Цзяи еще больше возбудило Ду Чэна, и его горячая рука нежно скользнула под трусики Гу Цзяи, достигнув ее округлых и прямых грудей и уже влажного, укромного места.
Внезапно ее охватило сильное возбуждение. Как раз когда Гу Цзяи собиралась издать стон, она быстро прикрыла рот рукой, чтобы сдержаться. Ее глаза уже были полны вожделения, а тело постоянно нежно извивалось.
Волны странных и волнующих ощущений захлестнули её. В этом сильном наслаждении тело Гу Цзяи резко напряглось, непроизвольно дёрнувшись. Под воздействием сильного возбуждения она уже достигла оргазма, её взгляд был устремлён на далёкое звёздное небо, а по телу разлился лёгкий розовый румянец.
Спустя несколько минут Гу Цзяи наконец пришла в себя после оргазма. Изначально она хотела испепелить Ду Чэна взглядом, но ее глаза приобрели невероятно очаровательный оттенок. Затем она с трудом поднялась с кровати и направилась в ванную комнату.
Наблюдая за невероятно привлекательной фигурой Гу Цзяи, направляющейся в ванную, Ду Чэн вдруг кое-что вспомнил, и на его лице появилась лёгкая улыбка. Затем Ду Чэн осторожно уложил Гу Сисинь и начал массировать ей виски. Под массажем Ду Чэна дыхание Гу Сисинь стало немного тяжелее, но выражение её лица стало более расслабленным.
Это техника массажа, которая помогает людям погрузиться в глубокий сон, позволяя им оставаться в этом состоянии от двух до трех часов. Если их не разбудить, они не проснутся. Можно сказать, что эта техника очень популярна в мире будущего, где жизнь становится все более стрессовой.
Три минуты спустя Ду Чэн прекратил то, чем занимался. Взглянув на Гу Сисинь, которая крепко спала, Ду Чэн тихо направился в ванную.
Дверь в ванную комнату слегка приоткрылась, не будучи запертой. Очевидно, Гу Цзяи не ожидала от Ду Чэна такой дерзости.
Когда Ду Чэн вошёл, Гу Цзяи только что встала из ванны. Увидев, как Ду Чэн запирает дверь, Гу Цзяи замерла, забыв, что она совершенно обнажена, а капли воды, стекающие по её телу, делают её невероятно привлекательной.
К счастью, Гу Цзяи лишь на мгновение потеряла самообладание, быстро придя в себя. Увидев идущего к ней Ду Чэна, Гу Цзяи на мгновение забыла о своем обнаженном состоянии и тревожно спросила: «Ду Чэн, что ты здесь делаешь?..»
Что вы думаете?
Пока Ду Чэн говорил, он подошел к Гу Цзяи. Глядя на пленительное тело Гу Цзяи, словно лотос, вырастающий из воды, Ду Чэн внезапно испытал сильное желание. Как только он закончил говорить, Ду Чэн обнял Гу Цзяи и быстро поцеловал ее соблазнительным поцелуем.
Гу Цзяи совершенно не смогла противостоять вожделению Ду Чэна и быстро растворилась в его объятиях. Странное, почти сексуальное ощущение невероятно возбуждало её.
Ранним утром золотистый солнечный свет медленно проникал в комнату сквозь электрическое освещение потолка.
Ду Чэн медленно открыл глаза. После вчерашней суматохи Ду Чэн обнаружил, что спал исключительно хорошо и проспал почти шесть часов утра, прежде чем проснуться.
Тем временем Гу Сисинь все еще крепко спала. Гу Сисинь спала очень крепко, поэтому обычно просыпалась поздно. Хотя Гу Цзяи просыпалась рано, ее биологические часы обычно показывали время около семи часов. Что касается сегодняшнего дня, она, вероятно, проснется еще позже.
В мягком, нежном солнечном свете на лице Гу Сисинь невольно появилась легкая улыбка. В сочетании с ее милыми и очаровательными чертами она выглядела как спящая фея.
Гу Цзяи, с еще слегка покрасневшей кожей, выглядела невероятно соблазнительно. Было очевидно, что она еще не полностью оправилась от непрекращающихся оргазмов.
Вчерашнее безумие и странные, возбуждающие ощущения привели её к нескольким оргазмам. Более того, это чувство, отличающееся от того, что она испытывала в постели, также довело Гу Цзяи до безумия. После этого Ду Чэн вынес её из ванной.
Глядя на двух красавиц на кровати, Ду Чэн почувствовал огромное удовлетворение. Затем он тихо встал с кровати, переоделся в спортивную одежду и вышел из комнаты, чтобы начать свою первую тренировку на вилле № 15.
Том второй: Непревзойденный торговец, Глава 128: Слияние
Встав на мраморную плиту, Ду Чэн глубоко вдохнул, медленно раздвинул ноги, приняв позу всадника, и опустил тело, чтобы создать вдвое большее давление в псевдогравитационном пространстве.
После нескольких дней адаптации давление в условиях двойной псевдогравитации перестало представлять для Ду Чэна значительную проблему. При желании он легко мог бы выдержать его в течение четырех-пяти часов.
Однако Ду Чэну нужно было не просто улучшить свою прочную основу в стойке на лошади; ему нужно было полностью интегрировать сущность, энергию и дух своего тела.
Простая тренировка Ду Чэна, чтобы он мог сохранять устойчивую и прочную стойку на ногах, мало чем поможет. При его нынешнем физическом состоянии он мог бы выполнить эту задачу всего за несколько дней, используя пространство с тройной гравитацией.
Поэтому сейчас Ду Чэну нужно лишь завершить интеграцию сущности, энергии и духа своего тела. Только после этой интеграции Ду Чэн сможет легче и эффективнее изучать тайцзицюань и Кулак Архата, владеющего тигром.
Ду Чэн слегка прищурился и начал ощущать частоту каждого своего вдоха и сердцебиения. Это было подобно триггеру; слияние сущности, энергии и духа на самом деле заключалось в обретении чувства. Как только он находил это чувство, он мог свободно совершать каждое движение своего тела.
На самом деле, Ду Чэн почти испытал это чувство во время вчерашней тренировки. Ду Чэн понимал, что уже вступил в область интеграции, поэтому сегодня он хотел совершить прорыв.
Десять минут, двадцать минут, тридцать минут.
Со временем чувство в сердце Ду Чэна становилось все сильнее и сильнее. Ду Чэн даже чувствовал собственное дыхание и сердцебиение, каждую мышцу своего тела, и ощущал связь с этим. Его предчувствие усиливалось.
Наконец, когда это чувство достигло своего пика, Ду Чэн тихо вскрикнул, а затем всё его тело, словно стрела, резко вытянулось вперёд и остановилось.
Ду Чэн мог почувствовать реакцию всего своего тела одним простым движением. Он мог контролировать свои движения по своему желанию, даже самые незначительные.
Затем Ду Чэн нанес еще один удар по земле, но этот удар был совершенно бесшумным, потому что Ду Чэн резко остановился в тот момент, когда его кулак коснулся земли, и оставался неподвижным.
Такой уровень контроля Ду Чэн никогда прежде не мог достичь. Особенно после увеличения его силы и скорости это стало еще более невозможным, но в этот момент Ду Чэн добился этого.
«Дорогой Ду Чэн, поздравляю! Вы добились успеха. Совместимость вашего организма достигла 92%. Вам нужно всего несколько дней попрактиковаться в позе всадника, чтобы достичь 100%».
В голове Ду Чэна раздался голос Синьэр, полный волнения.
«Эм.»
В душе Ду Чэн отреагировал. В этот момент он в полной мере ощутил эффект слияния сущности, энергии и духа, который заключался в контроле, контроле по желанию. Однако Ду Чэну еще предстояло глубже постичь это чувство.
Для этого этапа Ду Чэну потребуется лишь время — максимум два-три дня — чтобы достичь идеальной, стопроцентной формы. После этого он сможет изучить Кулак Архата, укрощающего Тигра, и тайцзицюань.
Ду Чэн невероятно стремился к этому. Особенно после матча с Пэн Юнхуа Ду Чэн по-настоящему осознал важность техники.
Ду Чэн значительно превосходил Пэн Юнхуа как в силе, так и в скорости, но перед ней он был в совершенно невыгодном положении. Ду Чэн знал, что если бы Пэн Юнхуа понимал его силу и скорость, его удар вообще бы её не задел.
Однако, учитывая его нынешнюю силу и скорость, а также определённые навыки, Ду Чэн считал, что даже без помощи Синьэр он сможет составить конкуренцию Пэн Юнхуа.
Е Мэй вернулась. Она не позвонила Ду Чэну. Если бы Ду Чэн не увидел её «Порше», когда отправился в клуб «Хуанпу» днём, он бы точно не узнал о возвращении Е Мэй.
Изначально Ду Чэн предполагал, что Е Мэй останется в столице на некоторое время, но он никак не ожидал, что она вернется чуть более чем через два дня.
В кабинете генерального директора на пятом этаже клуба «Хуанпу» Ду Чэн сел на диван, посмотрел на подходящую к нему Е Мэй и спросил: «Почему ты не сказала мне, что вернулась?»
Сегодня Е Мэй была одета в облегающий деловой костюм, который подчеркивал ее фигуру и делал ягодицы более подтянутыми. В сочетании с телесными чулками она выглядела невероятно соблазнительно.
Было очевидно, что после отъезда из столицы Е Мэй вернулась к своему обычному невероятно очаровательному обаянию. В частности, в ее тонких, похожих на глаза феникса глазах больше не было и следа невинности; вместо этого они были наполнены соблазнительным и манящим очарованием.
Это вызвало у Ду Чэна некоторые подозрения: какая из этих двух личностей является истинной личностью Е Мэй?
"Что, ты по мне скучал?"
Е Мэй села рядом с Ду Чэном, мягко прислонившись к нему. Ее пленительные глаза, легкая улыбка, смотрели на Ду Чэна, и она очаровательно соблазнительным тоном задала вопрос.
Несомненно, в этот момент Е Мэй обладала абсолютной притягательной силой.