Ученики, вошедшие в число шестнадцати лучших, собрались на поле для боевых искусств.
Если бы у него была такая возможность, Ду Чэн даже не захотел бы участвовать в жеребьевке. Однако, если бы он хотел воздержаться, один из его соперников должен был бы получить право на пропуск первого раунда, поэтому ему пришлось бы выйти на сцену и сыграть вничью с этим соперником, получившим право на пропуск первого раунда.
Тем временем на трибунах несколько старейшин секты меча Цинчэн руководили своими учениками в спешной подготовке.
Сначала состоится жеребьевка, а завтра начнется соревнование.
Это также дает основным сектам возможность заключать соглашения, исходя из характеристик своих противников.
На расположенной вдалеке смотровой площадке секты меча Цинчэн выражение лица Цин Линъюнь постепенно стало серьезным.
Он ждал результатов жеребьевки. Пока ему не выпадет Ду Чэн или Цянь Иньмэнь, Цин Ци почти наверняка пройдет в следующий раунд. Но если ему выпадет Ду Чэн или Цянь Иньмэнь, то, вероятно, придется начать реализовывать свой план.
Они готовились к этому плану более двадцати лет, и до сих пор, за исключением Ду Чэна и секты Тысячи Звуков, их план продвигался очень гладко.
Поэтому он не позволит Ду Чэну и Цяниньмэнь сорвать их планы.
Выражение лица Цин Линъя было похожим. Он был главным организатором этого плана, и, видя, что его замысел, над которым он работал более 20 лет, достиг финальной стадии, но внезапно появились два фактора, которые вполне могли сорвать весь план, он, естественно, был крайне недоволен.
Это вызвало в его взгляде легкую враждебность, когда он посмотрел на Ду Чэна и группу учениц из секты Тысячи Звуков.
В особенности Ду Чэна, Цин Линъя знала, что независимо от исхода событий на этот раз, она найдет способ устранить его.
Оставить Ду Чэна одного было бы огромной скрытой опасностью для секты меча Цинчэн.
И продемонстрированная Ду Чэном сила, и его возраст представляли собой серьезную угрозу для Цин Линъя и Цин Линъюнь.
Особенно после битвы между Ду Чэном и Гу Тянем Цин Линъя еще больше укрепилась в своем решении.
Потому что и он, и Цин Линъюнь обнаружили, что сила Ду Чэна оказалась даже больше, чем они предполагали, и значительно превосходила их.
До этого Цин Линъя, возможно, была уверена в своих силах и смогла бы победить Ду Чэна.
Но в этот момент Цин Линъя понимал, что у него, вероятно, нет даже 30% шансов. Даже если бы Цин Линъюнь столкнулся с Ду Чэном, у него, скорее всего, не было бы абсолютной гарантии победы.
Если Ду Чэну позволят повзрослеть, то через десять или двадцать лет, вероятно, никто во всей секте меча Цинчэн не сможет его победить.
Пока Цин Линъя размышляла, на сцене уже началась жеребьевка.
Жеребьевка прошла без определенного порядка, и Ду Чэн не хотел ни за что бороться, поэтому он стоял в самом конце.
Цинци, как ведущая, также стояла в самом конце ряда.
Выражение его лица было очень спокойным, а на его строгом лице по-прежнему читалась абсолютная уверенность.
Для него уверенность в себе — важнейший фактор победы; без уверенности он, несомненно, проиграл бы следующий матч.
Жеребьевка прошла очень гладко, и метод был очень прост: было разыграно шестнадцать жребиев, а затем сформированы разные группы. По сути, если вы попадали в одну и ту же группу, вы становились соперниками.
Было практически неизбежно, что секта Цянинь выиграет во внутренней битве по жребию. Возможно, из-за большого количества учеников, на этот раз они оказались вовлечены в три внутренние битвы, а это означало, что только трое из шести учеников могли пройти на восьмое место.
Однако это по сути означает, что они напрямую обеспечили себе три места в четвертьфинале.
Что касается других сект, то результаты жеребьевки были в основном равными, но по мере ее проведения все заметили, что итоги, похоже, изменились.
Из восьми групп, за исключением шестой, остальные семь были сформированы по жребию, и в итоге осталось только два человека: Ду Чэн и Цин Ци.
Другими словами, Ду Чэну и Цин Ци больше нет необходимости тянуть жребий; независимо от того, выпадет им жребий или нет, они определенно будут соперниками друг друга.
Увидев такой исход, которого они меньше всего хотели, лица Цин Линъюнь и Цин Линъя мгновенно побледнели.
Даже если бы они столкнулись с сектой Тысячи Звуков или другими, это не имело бы большого значения, но если бы им выпала честь сразиться с Ду Чэном, они могли быть уверены, что Цин Ци безоговорочно проиграет эту битву.
Цин Линъя взглянула на Цин Линъюнь; в этот момент они больше не могли молчать.
На поле для боевых искусств Ду Чэн также был слегка удивлен, увидев, как побледнело лицо Цинци.
Он прекрасно понимал, что его следующим противником непременно станет Цин Ци.
Хотя Ду Чэн не питал добрых чувств к секте меча Цинчэн, он не собирался соперничать с Цинци. Поэтому он направился прямо к ящику, где проводилась жеребьевка, намереваясь выйти оттуда после того, как бросит жребий.
Цинци тоже взглянула на Ду Чэна. Увидев спокойное выражение лица Ду Чэна, Цинци незаметно дернула глазом. Хотя на его лице по-прежнему сохранялся тот же острый и уверенный вид, он производил заметно более спокойное впечатление.
Совершенно очевидно, что в душе Цинци далеко не спокойно.
Он никак не ожидал, что окажется в одной группе с Ду Чэном среди этих шестнадцати человек. Можно сказать, что из всех пятнадцати противников Ду Чэн был тем, с кем он меньше всего хотел бы встретиться.
Он был свидетелем почти всей битвы между Ду Чэном и Гу Тянем. Хотя он и не хотел этого признавать, в глубине души он совершенно точно знал, что сила Ду Чэна не только превосходила его собственную, но и намного превосходила его собственную.
Его сила мало чем отличалась от силы Гу Тяня, и даже если бы он одержал победу над Гу Тянем, это была бы пиррова победа. Однако Ду Чэн победил Гу Тяня самым лёгким образом, не оставив ему никаких сил для сопротивления.
В этих обстоятельствах он понимал, что неизбежно проиграет Ду Чэну.
На данном этапе любое ощущение импульса или уверенности, несомненно, бессмысленно. Перед лицом абсолютной силы это всего лишь мимолетные тучи, а слепая самоуверенность — не что иное, как акт невежества.
Поэтому сердце Цинци было в смятении.
Узнав о случившемся, он понял, что нужно начинать реализовывать запасной план, разработанный его отцом и дядей.
"и т. д."
Предсказание Цинци оказалось верным. Как только Ду Чэн подошел к трибуне для жеребьевки, с трибун вдалеке раздался тихий крик.
Речь шла от Цин Линъя, который, произнеся эти слова, встал и направился к арене для боевых искусств.
Его взгляд не упал на Ду Чэна, а обратился к школе Вин Чун.
Ду Чэн не стал тянуть жребий. Наблюдая за действиями Цин Линъя, он слегка нахмурился.
Он чувствовал, что Цин Линъя идёт за ним.
В этот момент выражение лица Лин Инь на трибунах школы Вин Чун внезапно изменилось.
Потому что ей вдруг пришла в голову одна возможность, которую она раньше упускала из виду.
Цин Линъя вышла на арену для боевых искусств, огляделась и сказала: «Благодарю всех за участие в этом собрании альянса, организованном нашей сектой. Как вы все знаете, в альянсе действует четкое правило, согласно которому посторонним категорически запрещено участвовать. Те, кто нарушит это правило, будут дисквалифицированы от участия в собрании альянса…»
В этот момент Цин Линъя снова перевел взгляд на школу Вин Чун.
В этот момент выражение лица Лин Инь резко изменилось. Раньше она упускала этот момент из виду, потому что практически ни одна секта не стала бы соблюдать это правило. Даже если бы они привели посторонних, если бы те заявили, что являются учениками их секты, даже секта меча Цинчэн не смогла бы найти никаких доказательств.
Линъинь подсознательно не обращала на это внимания, но когда Цин Линъя затронула эту тему, она поняла, что дела идут плохо.
Она изгнала Пэн Юнхуа из секты меча Цинчэн прямо у них на глазах. Если бы другая сторона действительно преследовала Пэн Юнхуа, то она была бы бессильна что-либо предпринять.
Пэн Юнхуа сначала немного растерялась, но затем ясно поняла, что имела в виду Цин Линъя.
В тот момент даже она, обычно равнодушная, не смогла подавить гнев в своем сердце, и даже ее взгляд стал крайне холодным.
Том 3, Империя в моем сердце, Глава 1214: Ну и что, если я запугаю секту меча Цинчэн?
После полуночи новая книга Сяо Лэна будет претендовать на вершину книжных чартов и срочно нуждается в большом количестве голосов за рекомендации и поддержке в коллекционировании. Надеюсь, все проголосуют за новую книгу Сяо Лэна. Спасибо всем!
На главной странице есть ссылка на мою новую книгу "Суперэлектрическая энергия". Вы можете найти её, кликнув на имя автора или информацию об авторе. Всем спасибо!
Ду Чэн молча смотрел на Цин Линъя, на его лице появилась лёгкая улыбка.
Он смеялся без всякой причины; ему просто хотелось посмеяться.
Цин Линъя не заметила улыбки на лице Ду Чэна, но даже если бы и заметила, то, вероятно, не обратила бы внимания на холод и убийственное намерение, скрывавшиеся за этой улыбкой.
Он просто посмотрел в сторону секты Вин Чун, а затем низким голосом спросил: «Глава секты Лин, могу я спросить, является ли человек рядом с вами ученицей секты Вин Чун? Если я правильно помню, её должны были исключить из секты Вин Чун шесть лет назад, верно?»
До того, как Цин Линъя произнесла эти слова, многие не понимали, почему он вдруг это сказал, и не знали, на кого он нацелился.
После выступления Цин Линъя почти все присутствующие поняли, на кого она нацелилась.
Многие из присутствующих, вероятно, уже догадались о целях Цин Линъя.
Всем известно, что следующая решающая схватка состоится между Ду Чэном и Цин Ци.
Ранее Цинци считался лучшим среди молодого поколения учеников, но на этой встрече союзников появилось слишком много «темных лошадок». Не говоря уже о Ду Чэне, даже секта Цянинь смогла найти нескольких учеников, способных соперничать с Цинци.
Судя по силе, которую продемонстрировал Ду Чэн, победив Гу Тяня, он, несомненно, был намного сильнее Цин Ци.
Таким образом, исход этой битвы очевиден: единственный оставшийся член секты меча Цинчэн, Цинци, будет уничтожен Ду Чэном, и секта меча Цинчэн напрямую потеряет свою позицию лидера альянса.
Несомненно, это было совсем не то, чего хотела видеть секта меча Цинчэн, поэтому перед началом соревнований секта меча Цинчэн выставила свой последний козырь.
Однако козырем секты меча Цинчэн было моральное превосходство, а её аргументы были разумными и логичными, не оставляя другим сектам никаких возражений.
Услышав слова Цин Линъя, Линъинь тут же встала со своего места.
Ее лицо выражало крайнюю ярость. Она всегда считала секту меча Цинчэн праведной сектой, но никак не ожидала, что секта прибегнет к таким подлым уловкам, чтобы позволить Цин Ци пройти в следующий раунд.
«Цин Линъя, что вы имеете в виду?»
С яростным упреком она осознала, что шесть лет назад под давлением секты меча Цинчэн она была вынуждена изгнать Пэн Юнхуа из секты. Теперь же она должна была встать на сторону Пэн Юнхуа. В противном случае Пэн Юнхуа станет врагом всего боевого альянса Цяньцю и окажется на противоположной стороне от всего этого альянса.
Цин Линъя полностью проигнорировала гнев Лин Иня и просто холодно спросила: «Это правило Боевого Альянса. Глава секты Лин, вам нужно лишь сказать мне, является ли она ученицей вашей секты Вин Чун...?»
«А мой ученик тоже должен находиться под опекой вашей секты меча Цинчэн?» Лин Инь не ответил прямо, а лишь задал встречный вопрос.
«Шесть лет назад, когда наша секта посетила вашу секту Вин Чун, именно она совершила необоснованный поступок против Цин Юаня. Тогда глава секты Лин немедленно исключил её из секты Вин Чун. Почему же она здесь сейчас?»
Цин Линъя слегка помолчала, а затем продолжила: «Цин Юань — старший ученик моей секты меча Цинчэн. Он тогда не участвовал в сражениях, а теперь ты привела такую женщину в мою секту меча Цинчэн. Какова твоя цель?»
Слова Цин Линъя были исключительно здравым смыслом. Действительно, Пэн Юнхуа атаковал в гневе, но Цин Юань не стал воздерживаться от сопротивления. Напротив, его сила была намного меньше, чем у Пэн Юнхуа, и он был настолько сильно избит им, что даже не смог найти дорогу на север.
Увидев, как Лин Цинлин искажает факты, Лин Инь пришел в ярость и закричал: «Ты несешь чушь…»
Однако, как только она собиралась ответить, Пэн Юнхуа внезапно схватил ее за руку.
«Учитель, позвольте мне разобраться с этим делом. Это дело возникло по моей вине и не имеет никакого отношения к школе Вин Чун».
Пэн Юнхуа говорила тихо, глубоко тронутая защитой своей учительницы. Линъинь воспитывала её с детства, и в её глазах Линъинь была не менее важна, чем её мать.
Поэтому она не хотела ставить Линъинь в затруднительное положение в данный момент.
Если спор продолжится, это нанесет огромный ущерб школе Вин Чун, и она может даже быть вынуждена выйти из Альянса Тысячи Осеней и потерять свой статус секты-хранительницы.
Это наследие школы Вин Чун, и Пэн Юнхуа не хочет, чтобы школа Вин Чун понесла такую потерю из-за неё.
Поэтому ей пришлось выступить в этот момент.
Ну и что, если это секта меча Цинчэн? Пэн Юнхуа, возможно, их и не боится.
«Юнхуа, не говори больше об этом. С твоим учителем здесь никто не сможет тебя запугать». Линъинь решительно отвергла предложение Пэн Юнхуа. Она уже однажды обидела Пэн Юнхуа, и теперь не хотела, чтобы это повторилось.
Увидев Лин Инь в таком состоянии, Пэн Юнхуа был тронут, но всё же посоветовал: «Учитель, не беспокойтесь. С Ду Чэном здесь люди из секты меча Цинчэн не смогут меня запугать. Ду Чэн сам разберётся с этим делом».