Независимо от исхода, она победительница; одна победа – её собственная, а другая – победа её семьи.
Возможно, отпустив свои мысли, Ли Цинъяо стала гораздо более расслабленной, чем прежде. Она одним движением расстегнула пояс Ду Чэна и потянула его к молнии на его одежде.
Когда Ли Цинъяо коснулась рычага, её маленькая ручка неизбежно задела интимные части тела Ду Чэна.
От этого нежного прикосновения из сердца Ду Чэна захлестнуло невероятно сильное чувство желания. Когда Ли Цинъяо расстегнула молнию, засунула руку внутрь и осторожно взяла ее, мягкое и слегка прохладное ощущение усилило это желание в тысячу раз.
В этот момент первобытные желания мужчин были невероятно сильны, и даже сам Ду Чэн едва ли мог их контролировать.
Но на этом действия Ли Цинъяо не остановились. Хотя она никогда не ела свинину, она видела, как ходят свиньи. Осторожно взяв в руки Ду Чэна, она начала нежно поглаживать его.
Ее милое личико уже раскраснелось от смущения, но вместо этого она прижалась к Ду Чэну, позволив своему обнаженному телу упереться в него.
Более того, Ли Цинъяо начала целовать Ду Чэна в щеку, начиная с щеки и заканчивая грудью, а затем продолжила целовать его, спускаясь все ниже.
Ду Чэн не был святым. Видя, как губы Ли Цинъяо сужаются по мере его поцелуя, у него не оставалось выбора. Он понимал, что если позволит Ли Цинъяо продолжать, то, вероятно, не сможет себя контролировать. Поэтому он осторожно оттолкнул Ли Цинъяо и встал с дивана.
Он проиграл. Изначально он думал, что Ли Цинъяо его совсем не заинтересует, но он не был святым и не смог устоять перед её обаянием.
Если он продолжит это терпеть, то действительно сможет насладиться чудесным, невероятно волнующим опытом, наполненным первобытным мужским желанием. Более того, поскольку зонд был уничтожен им самим, ему не нужно было принимать предложение Ли Цинъяо близко к сердцу.
Но он не мог смириться со своей совестью. В этот момент его выносливость достигла предела.
Глядя на Ду Чэна, который оттолкнул ее, на красивом лице Ли Цинъяо отразилось явно сложное выражение.
Она победила; Ду Чэн не был по-настоящему равнодушен к ней. Однако она также проиграла. По тому, как взгляд Ду Чэна мгновенно прояснился после первоначального похотливого влечения, она поняла, что он определенно не согласится на ее просьбу.
Однако она не сдалась окончательно, потому что у нее оставался еще один козырь в рукаве: зонд.
Хотя Ду Чэн оттолкнула её, она верила, что этот короткий взгляд всё же может произвести какое-то впечатление.
Ду Чэн небрежно застегнул молнию и застегнул пояс. Затем он сказал Ли Цинъяо: «Давай остановимся здесь. Я дам тебе однозначный ответ: я точно не соглашусь на твою сделку. Не трать больше времени на это».
Говоря это, Ду Чэн указал на цветочный горшок и продолжил: «Есть еще кое-что. Я уже раздавил этот зонд».
Услышав слова Ду Чэна, Ли Цинъяо была ошеломлена. Она не ожидала, что Ду Чэн обнаружит зонд, и в этих обстоятельствах её последняя надежда была полностью разрушена.
«Что касается дела Су Цзяня, можете оставить это без внимания…»
Ду Чэн больше ничего не сказал. С этими словами он направился прямо к двери.
"Брат Ду..."
Однако, как только Ду Чэн подошел к двери, Ли Цинъяо внезапно окликнул его.
Ду Чэн не обернулся, но остановился.
Ли Цинъяо на мгновение заколебалась, затем ее прекрасные глаза стали решительными, словно она приняла решение, и она прямо сказала Ду Чэну: «Брат Ду, можем ли мы заключить еще одну сделку?»
«Если вы хотите, чтобы я заменил их на Ли Чжанъи и остальных, то нет необходимости упоминать об этом снова. Они сами нарушили закон; я не препятствую их выходу на свободу».
Ду Чэн ответил очень прямо: хотя у него и были привилегии, он не стал бы использовать их ради красоты, тем более для освобождения Ли Чжанъи и остальных.
«Нет, брат Ду».
Ли Цинъяо мягко покачала головой и сказала: «Брат Ду, если ты поможешь мне защитить главу семьи Ли до освобождения моего брата и остальных, я выполню своё обещание. Как насчёт этого?»
«Забудьте о сделке. Если вы освободите Су Цзяня, я буду считать это услугой, которую я вам должен. Вот мой номер телефона. Если случится что-то, с чем вы не сможете справиться, я помогу вам решить это в знак благодарности».
Пока он говорил, Ду Чэн взмахнул запястьем, и визитка, словно с глазами, влетела прямо в руку Ли Цинъяо.
Ду Чэн не стал больше медлить и вышел прямо за дверь.
Ли Цинъяо безучастно смотрела на визитку в своей руке.
Такой исход стал для неё полной неожиданностью, она совершенно не могла себе этого предвидеть.
В тот момент она не знала, радоваться ей или грустить.
Благодаря обещанию Ду Чэна у неё появился дополнительный талисман, что увеличило её шансы дождаться освобождения брата из тюрьмы.
Печально то, что, хотя Ду Чэн предпочел бы использовать этот метод для завершения сделки, он не хочет обладать её телом.
Для неё это, несомненно, было иронией.
Самое главное, что эта ирония по-прежнему основана на ее первоначальном желании отомстить за отца и его семью.
После того как ее предыдущая сделка с Ду Чэном провалилась, она использовала все свои ресурсы для расследования личности Ду Чэна и, наконец, узнала истинное значение прозвища «Брат Ду» от членов семьи Ли, проникших в Сианьский военный округ.
Из-за своего происхождения она понимала, что если захочет отомстить, у неё не будет абсолютно никаких шансов.
Вот почему она сегодня вечером снова заговорила об этой сделке. Жаль только, что она угадала правильно только начало, но не результат.
Том 3, Империя в моем сердце, Глава 921: Случайная встреча
Покинув виллу семьи Ли, Ду Чэн, сидя в машине, раздраженно похлопал себя по голове.
Сегодня он сделал новое открытие: свою силу воли. Хотя он явно мог себя сдерживать, особое желание в сердце мужчины, волнение, заставили его переступить эту черту.
В итоге он необъяснимым образом заключил сделку с Ли Цинъяо, используя ситуацию с Су Цзянем в качестве рычага давления.
Больше всего Ду Чэна расстраивает именно это, поскольку это решение изначально не входило в его планы и намерения.
К счастью, он не был из тех, кто раскается в своих поступках. Более того, семья Ли уже достаточно наказана. Ли Шицзюнь мертв, а остальные должны были отсидеть как минимум по шесть лет в тюрьме без возможности смягчения приговора. Это был еще более сильный удар для семьи Ли.
Можно сказать, что за последние шесть лет семья Лю, сотрудничающая с Samsung Electronics, легко превзошла семью Ли и начала посягать на все бизнес-направления семьи Ли.
С помощью Ду Чэна у семьи Ли точно не будет шансов переломить ситуацию в свою пользу против семьи Лю.
Покачав головой, Ду Чэн отбросил множество мыслей, крутившихся у него в голове. Чем больше он бормотал «угу», тем больше это было самооправданием и обманом. Поэтому Ду Чэн просто уехал.
В любом случае, дело Су Цзяня улажено, и завтра с ним всё будет в порядке. Что касается его самого, ему сначала нужно найти место для ночлега.
Было уже около 10 часов вечера. Ду Чэн не хотел специально ехать, чтобы переночевать у семьи Лю, поэтому попросил Синьэр найти гостиницу и поехал туда на машине. Он планировал переночевать, а на следующий день отправиться к семье Су, прежде чем вернуться в Сямэнь.
Единственное, что расстраивало Ду Чэна, это то, что Ли Цинъяо полностью пробудила в нем желание той ночью, но, к сожалению, ему было суждено подавить его.
Это пятизвездочный отель. Ду Чэн спокойно забронировал роскошный люкс. Однако, как только он закончил бронирование номера и собирался направиться к лифту, у входа в отель появилась фигура, которая показалась Ду Чэну несколько знакомой.
Что она здесь делает?
Увидев, как Цзи Ран вошла снаружи, Ду Чэн с удивлением заметил на лице.
Он вспомнил, что родной город Цзи Ран и Цзи Чэна, похоже, находится в провинции Чжэцзян, а не в Шэньси. Однако это легкое удивление было мимолетным. В конце концов, они были чужими детьми, и Ду Чэн не мог контролировать их перемещения. Кроме того, его дом находился в городе Ф, но он все равно много путешествовал по миру.
Джи Ран сегодня выглядела потрясающе. В отличие от Японии, на этот раз на ней было облегающее длинное платье, идеально подчеркивающее ее элегантность и завидную фигуру. Светло-фиолетовый топ без бретелей еще больше выделял ее изгибы.
Хотя в этот раз Джи Ран выглядела не так соблазнительно, как в ципао, она, несомненно, была более аутентична.
Цзи Ран тоже увидела Ду Чэна. Ее прекрасные глаза сначала расширились от удивления, а затем она с некоторым волнением направилась к Ду Чэну.
«Брат Ду, что ты здесь делаешь?»
Цзи Ран с некоторым удивлением спросила Ду Чэна. Она никак не ожидала, что он появится в Сиане, тем более что она с ним встретится.
«Я приехал в Сиань по некоторым делам. А вы что здесь делаете?» — Ду Чэн слегка улыбнулся.
«Я здесь, чтобы повидаться со старыми одноклассниками. Я только что вернулся со встречи выпускников».
Джи Ран улыбнулась и ответила. Она уехала в Японию, когда ей было около двадцати, и прожила там семь лет. Она потеряла связь со своими бывшими одноклассниками и друзьями, поэтому, естественно, планировала восстановить отношения со всеми, когда вернется.
В конце концов, без друзей жить невозможно.
"ой."
Ду Чэн не удивился, потому что в словах Джи Ран он уловил слабый запах алкоголя. Учитывая ее вечерний наряд, догадаться было несложно.
В этот момент в отель вошел еще один человек.
Это был молодой человек лет тридцати, в тонких золотых очках, костюме от Versace и ростом 1,8 метра. От него исходила аура успеха.
Более того, этот молодой человек был довольно симпатичным; хотя он и не был прямо уж красавцем, в нем было определенное обаяние.
Молодой человек подошел к Джи Ран, слегка запыхавшись, и спросил: «Джи Ран, вечеринка еще не закончилась. Почему ты так рано ушла? Если бы я не поспешил тебя догнать, я бы не смог сегодня вечером всем объясниться».
Его зовут Гуань Хао. Он успешно вернулся из-за границы и в настоящее время занимает должность генерального директора крупной компании с годовой зарплатой более трех миллионов юаней. Эту встречу выпускников организовал он.
Цзи Ран явно не ожидала, что Гуань Хао придет за ней, но все же ответила: «Я не очень люблю выпивать. Все так хорошо проводили время сегодня вечером, и я не хотела сидеть и портить веселье, поэтому вернулась».
Хотя она и не была большой любительницей выпить, она без проблем справлялась с большинством вечеринок. Более того, ясный взгляд её прекрасных глаз ясно показывал, что на вечеринке в тот вечер она явно мало выпила.
Гуань Хао небрежно заметил: «Как такое может быть? Если мы не будем пить, то сможем немного посидеть и поболтать. К тому же, я уже забронировал отдельную комнату в Цянь Гуй. Если ты не придешь, я ничего тебе объяснить не смогу».
Услышав эти слова Гуань Хао, Цзи Ран, хотя и не хотела идти, с трудом смогла отказать.
Главная причина, по которой она пришла на встречу выпускников, заключалась в желании увидеть своих бывших одноклассников. Однако она не ожидала, что встреча изменится и превратится в место для хвастовства. Успешные люди торжественно расхаживали вокруг, а проигравшие уныло выпивали. Даже некоторые из её бывших близких одноклассниц демонстрировали перед ней свои нынешние достижения.
Из-за всего этого Джи Ран решила уйти тайно, поскольку встреча выпускников была бессмысленной, и, что самое важное, она понимала, что её мысли — лишь пустые мечты.
В этот момент Цзи Ран, казалось, что-то вспомнила. Бросив взгляд на Ду Чэна, она сказала Гуань Хао: «Гуань Хао, мой друг здесь. Давай сделаем это в другой раз».
Одного взгляда на молящие глаза Цзи Ран было достаточно, чтобы Ду Чэн понял, что она имела в виду. Он слегка улыбнулся и больше ничего не сказал. В конце концов, это была всего лишь небольшая услуга, и он, конечно же, не стал бы скупиться.
Гуань Хао на самом деле давно видел Цзи Рана. Услышав это, он с оттенком враждебности перевел взгляд на Ду Чэна. Однако внешне он все же спросил Цзи Рана: «Цзи Ран, кто это?»
«Ду Чэн, мой друг». Цзи Ран очень просто представила Ду Чэна. Конечно, она не стала вдаваться в подробности; значение слова «друг» могло быть разным, и ей оставалось лишь позволить Гуань Хао догадаться самому.
«Ду Чэн, здравствуйте, меня зовут Гуань Хао, я раньше учился с Цзи Ран, это моя визитная карточка».
Гуань Хао продемонстрировал свои коммуникативные навыки; его враждебность мгновенно исчезла, и вместо этого он с большим энтузиазмом вручил свою визитку Ду Чэну.
Это была визитная карточка с золотой окантовкой, выполненная очень роскошно, и золотая окантовка была не краской, а настоящим золотом.
"Привет."
Ду Чэн небрежно взял визитку, но не положил её в карман; вместо этого он держал её в руке.
Что касается должности и статуса, указанных на визитке, он лишь символически взглянул на них, по крайней мере, чтобы не показаться невежливым.
Взгляд Гуань Хао не отрывался от лица Ду Чэна. Увидев, что Ду Чэн не выказал ни малейшего удивления, он повернулся к Цзи Рану и сказал: «Цзи Ран, раз Ду Чэн твой друг, то он и наш друг. Почему бы тебе не пойти с Ду Чэном? Я забронировал на сегодня большую отдельную комнату, так что там поместится много людей».
«Давай обсудим это в другой раз, Гуань Хао. В любом случае, я сейчас снова в Китае, в будущем у нас будет много возможностей…»
Цзи Ран не осмелилась принимать решения за Ду Чэна и быстро отказала Гуань Хао. В конце концов, она уже была очень благодарна Ду Чэну за помощь в сокрытии лжи, и принимать решения за Ду Чэна самостоятельно было бы превышением ее полномочий.
Видя, что Цзи Ран категорически отказывается, Гуань Хао просто сказал: «Цзи Ран, я не могу принять такое решение. Как насчет этого? Я перезвоню, и если все согласятся, тогда мы можем забыть об этом, хорошо?»
Во время разговора он достал телефон, явно намереваясь позвонить.
Цзи Ран не смогла отказать, поэтому ей оставалось только позволить Гуань Хао сделать звонок.